18. Старший брат

— Мы пропустили представление Северуса обществу, — заявил за завтраком Октавиус. — Я ничего не потерял, — буркнул Северус, на которого старший брат произвёл сильное и яркое влияние. — Без Брока не хочу. — Брок приедет на йольские каникулы, тебе как раз в это время исполнится шесть лет, — сказала Эйлин. — Тогда мы тебя и представим. — Это обязательно? — вздохнул Северус, уставившись на мать. Он был точной копией деда. От Тобиаса Снейпа в нём не было ровным счётом ничего. Эйлин улыбнулась. Северус имел не только внешность Принцев: очень светлая кожа, чёрные волосы и глаза, нос породистого патриция, но и характер — сильный, волевой и нелюдимый. Мир мальчика крутился вокруг его семьи, и этого Северусу хватало. Мать он очень любил, нежно и трепетно, деда уважал, но вот старший брат для него был вне конкуренции. Брок для Северуса стал примером и идеалом. Мальчик знал, что Брок — будущий глава, который сменит в свой срок Октавиуса, и его это устраивало целиком и полностью. Уже сейчас Северус пропадал в лабораториях и зельеварне, наблюдая, набивая руку на несложных вещах, учась, и тот факт, что светскую жизнь и всё, связанное с этим, будет обеспечивать Брок, наполнял его неимоверной радостью. Тем более что старший брат смотрел за ним, играл, носил на руках с момента рождения, и Северус тайно копировал его привычки и пытался вести себя так же. Конечно, боевитости Брока в Северусе не было, но постоять за себя младший Принц умел, к тому же Брок учил его драться, считая, что этот навык в жизни необходим позарез. И что, что они маги? Есть же безмагические зоны! А кулак всегда при тебе. Ещё Северуса восхищала способность Брока менять свою форму. Вид превращающихся в лапы рук приводил его в восторг, а возможность покататься на медоеде верхом — в экстаз. Уже сейчас Брок в животной форме был минимум в три, а то и четыре раза крупнее обычного зверя, так что Северус залезал на его спину и мчался на лихом скакуне по дорожкам парка. Северус хотел так же. Дед и мать разъяснили, как именно и когда начнут обучать его анимагии, чтобы это не привело к трагедии и не нанесло вреда разуму и телу, и Северус ждал этого момента с нетерпением, гадая, кем станет. Хотелось быть таким же, как Брок. Однако до начала обучения анимагии было долго: до совершеннолетия превращение в животное очень скверно влияло на разум. Так что пока Эйлин учила младшего сына делать простейшие расчёты на то, каким животным он сможет стать. Северус полностью унаследовал её любовь к расчётам, сочетая её с дедовым интуитивным пониманием ингредиентов для зелий. Северус внимательно подставлял в формулы нужные параметры, прилежно пересчитывал всё, даже пытался найти «внутреннего зверя». Пока что выходило нечто хищное, но мелкое. Он тайно надеялся, что мелкое потому что детёныш, и мечтал о том, как когда-нибудь превратится и они с братом побегут по дорожкам, охотясь на оленей. Это будет просто восхитительно! А пока что Северус ждал приезда брата. Тогда и устроят положенное представление обществу. И плевать, что на год позже: это дело Принцев, а не того самого общества. А ещё Северус знал, что после представления мама выйдет замуж. Помолвка состоялась несколько лет назад, и жених, которого он хорошо знал, потому что лорд Певерелл часто приходит в гости, ждёт, чтобы официально повести невесту к алтарю. Так что Северус тоже ждал, и вот этот славный миг настал. Он с утра не находил себе места, проснулся в несусветную рань, но выскакивать из комнаты и бегать не стал. Эльфы помогли совершить утренний моцион, расчесали волосы, поправили одежду, и Северус чинно вышел в коридор, после чего, не утерпев, понёсся в холл. Брок! Брок едет! Северус знал, что студенты сначала будут ехать в Лондон на Хогвартс-экспрессе и это займёт несколько часов, так что прежде пяти часов пополудни Брока ждать бессмысленно, но он был ещё слишком юн, чтобы отвлечься на какие-нибудь дела. На уроках он был невнимателен, думал только о брате, за обедом лишь поковырялся в тарелке. После обеда Северус подался в холл, чтобы ждать брата там. Ну и пусть до вечера! Раздался хлопок, входная дверь отворилась, и в холл стремительно вошёл порозовевший от волнения старший брат, к которому Северус с визгом бросился на шею. Брок подхватил младшего и закружил: сил в нём было уже сейчас как во взрослом тренированном мужчине. — Привет, Сев! Соскучился? Я тоже. Северус молча стиснул его в объятиях, пряча лицо. За бурной встречей, улыбаясь, наблюдали тихо подошедшие Октавиус с Эйлин. Брок, с лёгкостью держа прилипшего к нему брата, стремительно подошёл к ним, расцеловал Эйлин в обе щёки и руки, поклонился деду, после чего и его обнял. Они дома! Так с чего зажимать себя и втискивать в рамки этикета? С семьёй можно и расслабиться. — Чай через четверть часа, — напомнил Октавиус. Брок кивнул и пошёл к себе, всё также держа на руках счастливо улыбающегося брата. — Я тебя так ждал! — сообщил ему Северус, не собираясь проситься с рук. — С самого утра! — И вот я тут, — улыбнулся Брок. — Что-то ты у меня худой и бледный. — Я бледный, потому что Принц! — Точно? — прищурился Брок. — Кушаешь хорошо? Упражнения делаешь? Ложишься спать вовремя? Северус торжественно кивнул. Даже если брат спросит домовиков, они отчитаются, что младший Принц ведёт себя ответственно и как подобает. И режим соблюдает неукоснительно. — Хорошо. Брок посадил брата в кресло и прошёл в гардеробную. Надо поспешить. Переодеться, коротко ополоснуться. И вообще привести себя в порядок. Северус терпеливо ждал, не собираясь никуда уходить. Брок приехал! А значит, теперь всё станет правильно и хорошо! Пятичасовой чай Брок любил. Традиционные десерты, сэндвичи и маленькие пироги, паштеты и террины, вяленое и копчёное мясо. И чай. Много вкусного, ароматного, чудесного чая! Конечно, в Хогвартсе Брок не страдал, он и запасы с собой прихватил, и мать с дедом посылки присылали, но дом — это дом. Тут всё вкуснее и лучше. Обсуждали учёбу Брока, разные новости и сплетни, пропущенное представление Северуса обществу, терпение лорда Певерелла… — Я привёз восемь вассальных договоров, — объявил Брок. — Это для начала. Остальные решили посоветоваться с родственниками. Эти восемь — сироты и последние в роду. — Восемь — это уже много, — заметил Октавиус. — Какие специальности? — Марта Тейлор и Мариана Картрайт — домашняя прислуга. Бытовые чары на отлично. Пятый и четвёртый курс. Стивен Олбрайт, пятый курс — отличные результаты в зельеварении, но на обучение нет денег. Патрик и Шеймус О’Шей, близнецы-пятикурсники — отличные гербологи. Квентин О’Лири и Мелисса О’Лири — тоже гербологи, причём с зелёным пальцем. У них всё само растёт и цветёт. Ну и Дункан Смит — талант к животноводству. У его родни была огромная ферма. Ещё пятнадцать кандидатов думают, но я уверен — тоже согласятся. Октавиус и Эйлин потрясённо переглянулись. Брок время не терял и взялся за привлечение кандидатов резво и с полной самоотдачей. — Павлин Люцик отстаёт, и сильно, — с довольной ухмылкой сообщил Брок. — Остальные полностью в пролёте. На слизеринцев смотрят с опаской и подозрениями, рейвенкловцы выше приземлённых нужд, гриффиндорцы сами не знают, что хотят. Но. Там тоже многие задумались. — Гриффиндорцы? — с явно слышимым скепсисом уточнила Эйлин. — Охрана, лесничие, егеря, артефакторы, как ни странно, — начал перечислять Брок. — И два пасечника. Я их особо тщательно окучиваю. — Пасечники — это редкий дар, — высказался Октавиус. — Как тебе удалось уговорить ирландцев? Они традиционно не любят сассенахов. — Дедушка, национальной гордостью ещё никто прокормиться не смог, — усмехнулся Брок. — Конечно, англичане измываются над ирландцами, как христианский бог над несчастной черепахой, но вассальная клятва не позволит им навредить Принцам, а до прочих сассенахов нам дела нет. — Сообщи им, что глава рода готов обменяться с ними клятвами на летних каникулах, — сказал Октавиус. — Пятикурсники могут приступить к работе сразу после СОВ, обучение тем, кому ещё учиться, я оплачу. С Олбрайтом я побеседую отдельно. Если он действительно хорош, возьму в подмастерья, а там и в ученики. — А я? — пискнул Северус. — Ты ещё слишком молод для ученика, внук, — тепло улыбнулся Октавиус. — Но ты учишься, ведь так? Северус закивал. — Так что потихоньку набивай руки, учи таблицы, свойства, — Октавиус с нежностью смотрел на трепещущего ребёнка, — и не пройдёт много времени, как твои таланты расцветут. Всему своё время. Никто никого не гонит. Ясно? — Да, дедушка! — торжественно кивнул Северус. — А почему пасечники редкие? — Потому что видов пчёл много, и все они дают разный мёд, — пояснил Октавиус. — Некоторые сорта стоят очень дорого. Цветы недолго цветут, не везде растут… — В Тибете водятся очень крупные пчёлы, — сообщил Брок, — И их мёд обладает галлюциногенными свойствами. — Даже так? — заинтересовался Октавиус. — Интересно. — Красный тибетский мёд, — добавил Брок. — Пчёлы собирают нектар рододендронов, а те очень ядовиты. Местные маглы срезают соты и продают дикий мёд очень дорого. — Пожалуй, я купил бы унций пять для экспериментов, — решил Октавиус. Брок кивнул. Главное, чтобы пасечники согласились принять вассалитет, их не обидят. Вообще вассалов не обидят. А там можно и над пчёлами подумать. И над редкими сортами мёда. Принцам принадлежат огромные земли, магические, так что есть над чем работать. Мёд — это всегда дорого, а пчёлы — это урожай. — Дедушка, — прищурился Брок. — У нас ведь есть целое поле наперстянки. И она цветёт очень долго… В Белых холмах. Там поставить отдельную пасеку… Октавиус моргнул. Нахмурился, явно пытаясь представить себе мёд из нектара наперстянки — очень ядовитого растения. — Всё есть яд и всё есть лекарство! — провозгласил Брок. — Наперстянка хороша при болезнях сердца. И для магов, и для сквибов, и даже для маглов. А деньги одинаково хороши у всех. — Эта мысль заслуживает рассмотрения, — согласился Октавиус. — Но не слишком ли много будет этого лекарства? — Англией мир не ограничен, — пожал плечами Брок. — Есть остальная Европа, есть Америки — Северная и Южная, есть Австралия и прочие страны. А эксклюзив везде ценится. Октавиус уважительно посмотрел на внука. Талант. Какой отличный глава растёт! — Если потребуется, предоставь пасечникам дополнительные условия, — предложил он. — Нельзя упускать. — Я напишу сегодня же, — кивнул Брок. — Они гриффиндорцы и к Малфою не пойдут. Северус ел и слушал. Он не всё понимал, но всё равно радовался. Брок очень умный, и под его руководством Принцы будут процветать. — Брок, — прошептал он. — А на охоту мы пойдём? — Непременно, — ответил Брок. — Прямо завтра пойдём. Олени небось совсем распоясались. Эйлин рассмеялась. — Точно распоясались. Брок, тебе должно было прийти приглашение на день рождения лорда Певерелла. — Уже, — кивнул Брок. — Я и подарок подготовил. Кстати, давно пора представить Северуса обществу. — Может, не надо? — уныло вздохнул мальчик. Октавиус с Эйлин рассмеялись. — Мне и так хорошо! — А будет ещё лучше, — потрепал его по волосам Брок. — Пусть смотрят и восхищаются, какой ты талантливый и красивый! — Зачем? — в который раз спросил Северус. — Чтобы все видели, что наш род силён и мощен и прирастает детьми, — в который раз ответил Октавиус. — Ну ладно... — уныло согласился Северус. Чужих он не любил и опасался, раскрываясь только в кругу семьи. Да, он научится взаимодействовать с остальными, заведёт друзей и знакомых, соратников и врагов… Но это всё впереди. — Значит, начинаем подготовку, — постановил Октавиус. — Не будем тратить время зря.