Глава 19

Саша и Лиза очутились в тишине. Сначала они ничего не поняли. Та же камера. Но чистая. Гладкие стены без следов сырости. Лавочка не деревянная, а обтянута чёрной кожей. Лиза моргнула, огляделась. В решётчатое окно пробивался свет. Не тусклый лунный. Яркий. Тёплый. Солнечный. Где-то вдалеке щебетали птицы. Это… неправильно. — Что случилось? — прошептала Лиза, не веря своим глазам. Саша медленно встал. Лавочка не скрипнула. Ещё одна странность. Он подошёл к двери и нажал на ручку. — Она открыта, — пробормотал он и, не дожидаясь Лизу, шагнул в коридор. Лиза встала, прокашлялась и пошла за ним. Коридор КГБ… был безупречно чист. Плакаты — как новые. «Поддержи Коммунистическую партию!» «Слава товарищу Сталину!» «Великий Ленин ведёт нас вперёд!» Но не должно их быть. Не должно. Лиза медленно покачала головой. — Это же бред… Саша шагал вперёд. Бесстрашно. — Эй, есть тут кто-нибудь?! Громкий голос раскатился гулким эхом. Лиза вздрогнула, схватила его за руку. — Ты чего орёшь?! — А что? — усмехнулся Саша. — Тут же никого. — Ты так говорил и в прошлый раз, — прошипела она, — и знаешь, чем это закончилось! Но ничего не происходило. Только тишина. Они прошли дальше и оказались на улице. Солнце било в глаза. Чистый воздух, тепло, уютный двор, скамейки… фонтан в виде золотых рыбок. Лиза замерла. Это не Чернобыль. Здесь нет Зоны. Нет разрушенных зданий. Нет радиации. — Смотри, Саш, собака! — вдруг воскликнула Лиза. По площади весело бежала рыжая дворняга. Саша перевёл взгляд на неё. — Какая ещё собака? — Ну вот же, — Лиза указала пальцем. Саша нахмурился. — В Зоне нет собак… — Но ведь она есть, — Лиза смотрела, как пёс виляет хвостом. И в этот момент к ним подошёл мужчина. — Товарищи, — голос был добрый, спокойный, — а вы что тут делаете? Саша вздрогнул. — Чего? — Говорю, что вы тут делаете? — Ничего, — пожал плечами Саша. — Нас сюда привели, — добавила Лиза. Мужчина нахмурился. — Как это «привели»? Он перевёл взгляд на здание. — Музей сегодня закрыт. Лиза моргнула. — Какой ещё музей? Мужчина махнул рукой на вывеску: «Музей КГБ СССР». — Музей откроется только завтра, — пояснил он. Лиза сжала кулаки. — Какой сейчас год? — резко спросила она. — Вы что, с ума сошли? — нахмурился мужчина. — 2037-й. …Тишина. Лиза резко посмотрела на Сашу. Тот смотрел на неё. В глазах—шок. — Аварии не было… — прошептал он. Но Лиза покачала головой. — Мы что-то упустили. Москва. Миша шагал по улице. Город сиял. Мирный, спокойный. Воздух чистый. Как будто всё хорошо.…Но не было хорошо. Что-то было не так. Рядом кто-то грубо толкнул его в плечо. Миша пошатнулся, очередной раз чудом не потеряв очки. Он поднял голову и замер. Антон. Брат смотрел с ненавистью. — Чего пялишься, неудачник? Миша не ответил. Просто развернулся, собрался идти дальше, но… Антон усмехнулся. — Вот и правильно. Он подошёл к Жене. И поцеловал её. Миша остановился. В груди что-то оборвалось. Он развернулся и пошёл прочь. Но… Женя всё ещё смотрела ему вслед. Смотрела. Антон заметил это. Губы его искривились. — Ты чего? Женя моргнула. — Ничего… Но её глаза говорили другое. — Ты что, пялишься на этого лоха? — процедил Антон. — Нет, — Женя улыбнулась и снова его поцеловала. Саша и Лиза подошли к странному устройству. Похоже на компьютер. — Это и есть источник информации? — спросил Саша. Лиза ничего не ответила. Просто набрала в поиске: «Атомный взрыв на станции». На экране высветилось: «Авария на АЭС Альмарэс, Касерес, Испания. 2 августа 1986 года. Город заброшен с 10 августа 86-ого». Лиза замерла. — Чёрт. Саша сжал кулаки. — Значит, взрыв всё равно случился. — Да. — Лиза посмотрела на экран. — Только теперь не у нас. Она снова что-то набрала. «СССР». …Информация загрузилась. «Союз Советских Социалистических Республик (1917–2037) Генеральный секретарь ЦК КПСС — Владимир Владимирович Путин». — Ну хоть что-то не изменилось… — устало выдохнула Лиза. Но тут её взгляд замер. «Герой Советского Союза — Юлия Александровна Марченко». Черно-белая фотография. Лиза медленно подняла палец и указала на неё. — Саша… Саша молча смотрел на экран. Молодая Юлия Марченко. Героиня. Спасительница. Но… мёртвая. Лиза ощутила ледяной ком в животе. — Какого чёрта… На плечо Саши легла тяжёлая рука. Он резко обернулся. …И замер. Перед ним стояла его мать. Екатерина. Старше. В глазах тьма. — Мама? — выдохнул он. Москва. Лиза завтракала с родителями за кухонным столом. В комнате пахло свежесваренным кофе, а за окном шел теплый весенний дождь, стуча каплями по подоконнику. — Лизочка, — вдруг сказал Паша, отложив газету, — ты же помнишь, что завтра вечером мы идем на концерт? Лиза подняла на него взгляд, лениво помешивая ложкой хлопья в молоке. — Конечно, пап, — улыбнулась она. — Обязательно пойду с вами. Где-то вдалеке загрохотал гром, а Лиза вдруг почувствовала необъяснимую тревогу. Будто в комнате стало на пару градусов холоднее. Она взглянула на мать, но та, казалось, ничего не заметила. ⸻ Саша и Лиза сидели на старой скрипучей скамейке в парке, окруженные миром, который им не принадлежал. Саша все еще пытался осознать увиденное, глядя на женщину, стоящую перед ними. — Вы моя мать, верно? — голос его звучал осторожно, почти неуверенно. Женщина склонила голову, как если бы внимательно рассматривала его лицо. — Нет, — ее голос был ровным, холодным, чужим. — У меня есть две дочери — Саша и Кристина. Сына у меня не было. У Саши словно земля ушла из-под ног. — Что?! — он резко подался вперед. — Ты меня не помнишь? Катя прищурилась, словно пытаясь выудить из памяти что-то далекое, едва уловимое. — Я помню. Тебя. Женю. Кристину. Сергея, — она перечисляла имена медленно, будто каждое из них что-то для нее значило. — И еще троих: Антона, Мишу и Лизу. Лиза застыла. — Я Лиза, — наконец выдавила она. — Но… Почему у вас дочь Саша? Катя медленно выдохнула, словно собираясь с мыслями. — Этого я объяснить не могу, — ответила она, опуская взгляд. — Как и то, что нашли на дне бассейна в ночь на 26 апреля 1986 года. Саша и Лиза обменялись взглядами. — Что нашли? — спросил Саша, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Катя открыла свою сумку и достала небольшой прибор. Он был странным, старым, испещренным трещинами, но все еще работал — его поверхность мерцала тусклым зеленоватым светом. — Этот, — сказала она. — Последние несколько лет я изучаю его строение, и мне кажется, я близка к разгадке. Саша смотрел на прибор, не в силах отвести взгляд. Что-то в нем было не так. Словно он дышал.