Глава 43

Лиза шагала по длинному коридору, залитому мертвенно-желтым светом ламп, которые едва потрескивали, будто умирая. Воздух здесь был сухим, пропитанным странным металлическим запахом, а пол покрыт тонким слоем пыли, будто никто не проходил этим путём годами. Она была в защитном костюме, на руках тяжёлый чемодан. Его холодная металлическая поверхность давила на ладони, словно напоминая о весе решения, которое она приняла. В конце коридора – массивная дверь. Лиза ввела код. Раздался тихий щелчок, затем скрежет, и створки медленно распахнулись. Четвёртый реактор встретил её гулкой тишиной. Она прошла по залу, туда, где когда-то произошла катастрофа, изменила историю, изменила жизни. Здесь бетонные стены были покрыты трещинами, а с потолка свисали куски арматуры, словно когти давно умершего зверя. Посреди зала возвышалась огромная машина – монстр из металла и стекла, дышащий странным, едва слышным гулом. Лиза медленно открыла чемодан, достала капсулу и вставила её в панель машины. На дисплее мигнул счётчик. 6 часов 30 минут. Именно столько оставалось до запуска. Внезапно кто-то появился за её спиной. — Открой глаза, — раздался голос. Лиза вздрогнула. Моргнула. Мир взорвался. Её сознание метнулось в темноту, и вдруг она оказалась в другом месте. Лёжа на холодном полу, она тяжело дышала, чувствуя, как в ушах звонким эхом отдаётся её собственное сердце. Глаза застилала тьма, но голос… Голос всё ещё звучал рядом. — Что?.. Где я?.. — её голос был слабым, словно чужим. Она попыталась подняться, но голова закружилась, и она снова рухнула, ударившись о жёсткую плиту. — Тише, — голос звучал спокойно, почти нежно, но в нём сквозила жуткая отстранённость. Лиза резко открыла глаза. Над ней стоял он. Павел. Её отец. Она резко села, окидывая взглядом пространство. Это был тот самый зал. В точности такой, как в её снах. Как в её кошмарах. — Где я? — её голос дрожал. — Дома, — спокойно ответил он. Лиза резко обернулась к нему. — Ты… ты можешь просто сказать правду? Где я?! Павел усмехнулся. — Ты на Четвёртом блоке, — сказал он, — именно здесь всё когда-то началось. Он подошёл к той самой машине, провёл ладонью по её холодной поверхности. — Я стоял здесь же, где стоишь ты сейчас. Лиза почувствовала, как по спине пробежали мурашки. — Что ты здесь сделал? Павел рассмеялся. — Я? — он покачал головой. — Нет, доченька, это ты все сделала. Я лишь помогал. Направлял. Контролировал твои сны, твои страхи, твои желания. Она в ужасе смотрела на него. — Что ты имеешь в виду? — Всё просто, — голос его стал мечтательным. — То, что ты сейчас здесь… означает, что я тоже был на твоём месте. Лиза замерла. — Ты хочешь сказать, что… — Меня предали, — его голос дрогнул. — Мои друзья. Они оставили меня здесь. Бросили, когда я нашёл способ всё изменить. Я был заперт. Обречён гнить в этом месте, пока оно медленно поглощало моё сознание. Лиза сглотнула. — И теперь… ты решил сделать то же самое с нами? Павел не ответил сразу. Он просто шагал из стороны в сторону, словно разговаривал сам с собой. — В другой реальности у меня есть семья… жена, дочь. А здесь? Здесь — ничего. Я нашёл выход. Поменять тебя на себя. Встать на твоё место. А потом… вернуться в тот самый день. — День после вечеринки, — догадалась Лиза. — День, когда ты ещё был человеком. Он кивнул. — Но если ты вернёшься… ты же ничего не вспомнишь! Павел улыбнулся. — Когда ты снова и снова проживала одни и те же события… ты чувствовала дежавю? Лиза замерла. — Это и есть память души. Она ведёт тебя по следам ошибок, пытается предупредить. — Что будет с нами? — её голос сорвался. — Что будет со всеми нами?! Павел наклонил голову. — Я не помню, — он улыбнулся. — Машина слишком велика. Возможно, она просто сотрётреальность. Возможно, нас никогда не существовало. — Нет. — Лиза покачала головой. — Нет, хватит! Она резко развернулась, направляясь к выходу. — Ты не уйдёшь, — голос Павла стал твёрдым. В одно мгновение она почувствовала, как что-то бросает её назад. Будто невидимые руки схватили её и швырнули на пол. Удар — и резкая боль пронзила тело. Павел навис над ней. — Ты пытаешься играть с моей силой? — он склонился к ней. — Это почти… милое зрелище. Она напряглась, пытаясь сопротивляться, но его присутствие давило на неё, словно что-то холодное и неизбежное. — Уходи! — он говорил ровно, но в голосе звучал металл. Лиза боролась. Она чувствовала, как её разум дрожит под его напором, как сознание медленно растворяется в черноте. — Здесь командую я. Его пальцы сомкнулись вокруг её лица. — Закрой глаза. Её веки тяжело опустились. И мир исчез. — Эй, переводчик! — раздался голос Миши. Константин Пчелкин, который до этого молча вел машину, удивленно посмотрел в зеркало заднего вида. — Вы мне? — Ну а кому же еще? — закатил глаза Горелов. — У тебя радио есть? — Есть, — кивнул Пчелкин. — Включить? — Врубай на всю громкость! Константин повернул ручку настройки, и из динамиков сначала посыпались помехи — шипение, обрывки чужих голосов, что-то неразборчивое, будто идущее из глубины эфира. Казалось, радио ловит отголоски чего-то, что не должно звучать в нашем мире. Но вдруг пошли знакомые аккорды, и машина наполнилась звуками «Ветра перемен». Саша усмехнулся и украдкой взглянул назад на Кристину. Та поймала его взгляд и улыбнулась. Он знал, что это ее любимая песня. — Кстати, а вас как зовут? — неожиданно поинтересовался Пчелкин, не отрываясь от дороги. — Горелов Михаил, — ответил Миша, хрустя чипсами. — Просто для информации, — кивнул Константин. — Вы уже бывали в Чернобыле? — Конечно, — махнул рукой Миша. — И как там? — Как сказать… — Горелов задумчиво взглянул в окно, где проносились темные силуэты деревьев. — Мутанты бегают, фантомы бродят, станция стоит… — Фантомы? — переспросил Пчелкин, нахмурившись. Кристина из заднего сиденья медленно наклонилась вперед. — Это словами не объяснить, — сказала она тихо. — Это надо увидеть. Иначе не поверите. Наступила короткая пауза. Машина пересекала границу. За окнами мелькнули вывески придорожных гостиниц. Около одной из них, «Пять озер», на крыльце стояла женщина. Она протирала тарелку кухонным полотенцем, но ее взгляд был прикован к проезжающему автомобилю. Она чувствовала странное, тревожное дежа-вю, будто когда-то уже видела этих людей, эту машину… этот момент. Но машина проехала дальше. На границе Саша напряженно сжал руль, наблюдая, как пограничник вглядывается в его паспорт. — Не узнал меня? — усмехнулся он. Пограничник медленно поднял взгляд. — Простите, молодой человек, мы знакомы? — Да брось… — Саша ухмыльнулся. — Хотя, если честно, я тебя тоже не сразу вспомнил. Пограничник моргнул, потом снова взглянул на фотографию, затем на Сашу. — Все в порядке, — произнес он, протягивая паспорт. Саша взял документ и, уже отступая назад, бросил с усмешкой: — Что, в этот раз оплата натурой не нужна? Пограничник напрягся, но Саша уже шагнул за контрольный пункт, оставляя его в замешательстве. Когда солнце клонилось к горизонту, их машина, покрытая слоем пыли от долгой дороги, наконец-то въехала в Зону отчуждения. Выцветшая табличка у дороги, на которой едва читались буквы, осталась позади. Ветер пронесся по заброшенным улицам, закружил опавшие листья, бросил их на потрескавшийся асфальт. Среди руин, когда-то наполненных жизнью, теперь жили только деревья, ветви которых тянулись к небу, словно искали спасения. Машина сбавила ход. — Все, — глухо произнес Саша, глядя вперед. — Мы в Зоне. Все замерли, вглядываясь в окна. — У меня мурашки от этого места, — пробормотал Антон, обводя взглядом мертвые дома, которые будто следили за ними своими пустыми глазницами окон. — Слушайте, — сказал Саша, сверяясь с картой. — Скоро темнеть начнет... На станцию ночью нам лучше не соваться. — Согласна, — кивнула Кристина. — Но где остановимся? Антон посмотрел на телефон, быстро пролистал карту и ткнул пальцем в экран. — Кинотеатр «Прометей». Много служебных выходов. Если что — успеем сбежать. Саша взглянул на карту, кивнул. — Хорошо. Поехали. Машина двинулась дальше, растворяясь в сумерках. Ветер завыл в заброшенных зданиях. Огонь плясал в темноте, отбрасывая дрожащие тени на стены обрушившегося кинотеатра. Когда-то эти кресла были заполнены людьми, которые с замиранием сердца смотрели фильмы. Теперь же на них сидели пятеро чужаков, окруженные тьмой и глухой тишиной Зоны. В воздухе пахло гарью, поджаренными сосисками и чем-то сладковатым, едва уловимым — запахом гниющей древесины, оставленной на растерзание времени. — Антон, ты сообщал своим про Марченко? — вдруг нарушила тишину Кристина. Голос её прозвучал глухо, неестественно, будто звук в этом месте гасился, не успев разойтись эхом. — Нет, — ответил Антон слишком быстро, опуская взгляд в огонь. — У неё ведь не было семьи, да? — Женя с надеждой посмотрела на остальных, будто ища подтверждение тому, что Марченко некого было оплакивать. — Не было, — вздохнул Антон, бросая в огонь сухую ветку. Пламя вспыхнуло, очерчивая его лицо резким светом. — Ни мужа, ни детей… Мы были её единственными близкими. На мгновение снова воцарилась тишина. Лишь костёр потрескивал, выпуская тонкие струйки дыма в холодный воздух. — А он так и не извинился, — пробормотала Кристина, покачав головой. — Кто? — насторожился Саша, глядя на неё. — Сергей, — она подняла на него глаза, в которых вспыхнуло что-то похожее на злость. — Он так и не извинился перед тобой. Помнишь? — Помню, — коротко ответил Саша. Он задумался. — Но… Ничего. Я прощаю. Он ведь не со зла это сказал. Наверное. Миша вдруг шумно вдохнул и, нарушая напряжённость момента, заявил: — Есть один нерешённый вопрос. Все разом повернулись к нему. — Допустим, собрать человек сто… ну, может, двести, — он обвёл взглядом друзей, затем медленно поднял руку с сосиской, покачивая её в воздухе. — Смогут ли они все… отжарить носорога? Тишина повисла настолько гробовая, что треск огня казался оглушительным. Затем Кристина прыснула от смеха, за ней Женя, и вот уже все, даже сам Горелов, захлёбывались в хохоте. Смех звучал странно, резко, будто пытался отогнать что-то невидимое, затаившееся в темноте. — Это, между прочим, очень интересный вопрос, Михаил, — сдержанно заметил Пчелкин, который сидел чуть поодаль и неспешно вертел сосиску над огнём. — Мы обязательно зададим его Елизавете, когда встретимся. — Слышь, переводчик, — Миша повернулся к нему, ещё утирая слёзы. — Я вообще-то обстановку разрядить хотел, а ты! — Михаил, а вам обязательно так меня называть? — вздохнул Константин, но в голосе не было злости. — Это, между прочим, обидно. — Да ладно тебе! — Горелов широко улыбнулся. — Я же в шутку. А как тебя звать-то? — Константин Пчелкин, — гордо ответил тот. — Хорошо, Пчелкин, так Пчелкин, — махнул рукой Миша. Саша в этот момент уже поднялся, оглядываясь по сторонам. Темнота сгущалась, делая тени длинными, а силуэты разрушенных зданий зловещими. — Пора спать, — сказал он. — Времени мало, а вставать нам рано. — Чур я в машине! — сразу вызвался Антон. — Посмотрим, — фыркнул Саша. Затем обернулся: — Кристина! Иди помоги мне постелить! Девушка закатила глаза, но послушно встала. — Иду, босс. Вскоре все заняли свои места. Женя с Мишей устроились в машине. Антон с Кристиной легли у костра — Кристина настояла, что так теплее. Пчелкин примостился на одном из кресел. А Саша остался караулить. Он сидел, вполглаза наблюдая за угасающим пламенем. Пистолет лежал рядом, его металлический корпус холодил руку. Хотя его было сложно чем-то напугать, он всё равно держал оружие под рукой. Ветер завыл в руинах. Саша огляделся, внимательно прикидывая, как они будут убираться, если что-то пойдёт не так. Эта мысль засела у него в голове. Потом веки стали тяжелыми. Он попытался бодрствовать, но сон, холодный и вязкий, медленно затягивал его в темноту. И в последний момент, прежде чем провалиться в забвение, он почувствовал, что кто-то стоит совсем рядом. Тихое дыхание. Но, когда он резко открыл глаза, там никого не было. — Костя… Константин Пчелкин вздрогнул и резко открыл глаза. Ночь была глубокой, глухой, и что-то в ней… не так. Ветер шевелил обугленные стены кинотеатра, костёр догорал, бросая на спящих ребят рваные тени. Но кто-то его звал. Пчелкин сел, напряг слух. — Костя… Звук был мягкий, серебристый, будто голос кого-то родного. Он поднялся, перешагнул через старые сиденья, стараясь не разбудить остальных. Проходя мимо Саши, замер — ему казалось, что тот сейчас тоже проснётся. Но Костенко лишь нахмурился во сне. Звук звал его дальше, туда, вглубь здания. Он шагнул за порог полуразрушенного холла — и оказался в странной, нереальной комнате, залитой холодным лунным светом. Запах пыли смешивался с чем-то сладковатым, почти приторным. В центре стояла она. Девушка в белом халате. Светлые волосы, зелёные глаза. Губы дрожали, как будто она хотела что-то сказать, но не могла. — Варвара? Сердце ухнуло вниз. — Что ты здесь делаешь?.. — Пришла навестить тебя, — её голос был тихим, мягким. Она сделала шаг вперёд, и её тень скользнула по полу, вытянулась неестественно длинной. — Не могу же я оставить тебя одного, Костя. Пчелкин сглотнул. — Варя… я так давно тебя не видел, — выдохнул он, всматриваясь в её лицо. — Я всегда с тобой, — улыбнулась она. — Но ты же… — Знаю, — кивнула Варвара. Её взгляд опустился ниже. — Ты опять не завязываешь шнурки на ботинках, — заметила она. Константин удивлённо посмотрел вниз и покачал головой: — У меня теперь кроссовки без шнурков. Она тихо засмеялась и протянула к нему руку. Он тоже протянул руку к ней. Пальцы почти соприкоснулись… — Эй! Голос ворвался в пространство, как гром. Константин резко обернулся — у входа стоял Миша, сжимая пистолет. — Ты чего делаешь? — его голос был напряжённым. Пчелкин замер, огляделся. В комнате, залитой лунным светом, никого не было. — Варя?.. — прошептал он. Тишина. — Где она? — его дыхание сбилось. — Кто? — нахмурился Миша. — Моя жена, — едва слышно сказал Пчелкин, сделав шаг назад. Миша побледнел, затем быстро развернулся и побежал обратно. — Ребята! Подъём! Здесь что-то не так! За считанные секунды все поднялись на ноги, сбившись в круг. — Что случилось? — спросила Кристина. — Я видел её, — Константин сжал кулаки. — Она была здесь. Кристина сжала губы. — Константин… мы же говорили вам про фантомов. — Нет! — резко ответил он. — Это была Варвара. — Ну да, конечно! — заорал Миша, всё ещё держа пистолет в руках. — Пришла жахнуться с тобой! Пчелкин резко шагнул вперёд, его грудь упёрлась в дуло. Миша крепче сжал рукоять. — Извинись, — тихо, но твёрдо сказал Константин. Горелов стиснул зубы. — А иначе что? — А иначе тебе придётся стрелять. Наступила гробовая тишина. Миша посмотрел ему в глаза, затем с тяжёлым выдохом убрал пистолет. — Ладно, извини. Пчелкин не ответил. Только отошёл и опустился на корягу. — Это не фантом, — сказал он через минуту. — Она у меня в голове. Саша сел рядом. — Почему? Пауза. — Она умерла, — Пчелкин посмотрел в сторону, будто что-то вспоминая. Саша открыл рот, но затем, осознав, что сказал, тихо пробормотал: — Извини… — Неважно. Константин снова замолчал. — Ладно, пошли, — сказал Миша, — нам ещё ехать. Ребята медленно двинулись обратно. Но Саша задержался. Он посмотрел на Пчелкина, увидел выражение его лица… и не смог уйти. Положил руку ему на плечо. — Всякое бывает, — тихо сказал он. Константин ничего не ответил. Но в глубине его глаз что-то дрогнуло. Утренний воздух был густым и напряжённым. Ребята прятались за старыми воротами станции, следя за происходящим. — Нам туда не попасть, — хмуро пробормотала Женя, вцепившись в ткань куртки. — Всё не так сложно, как кажется, — Миша обвёл взглядом остальных. — Лезем через забор, пробираемся к Лизе, хватаем её, переливаем плазму — дело сделано. — Хороший план, — с сарказмом протянула Женя, — а я, по-твоему, как должна перелезать через забор? В положении, между прочим. Миша нахмурился, упёр кулак в щёку, обдумывая. — Ладно, оставайся тут, — кивнул он, — с Кристиной. Мы быстро. Женя не хотела с этим мириться, но возражать не стала. — Только будь осторожен, — тихо добавила она. — Ага, — буркнул Миша, уже направляясь к забору, за которым возился Саша. — Антон! — окликнула Кристина. Парень оглянулся. — Ты тоже будь осторожен. — Конечно, — улыбнулся Антон, прежде чем исчезнуть за оградой. Теперь на другой стороне остались только Женя, Кристина и Константин. Саша осторожно спрятал прибор в кустах. — Ты прикроешь нас, если что? — уточнил Антон. — Без проблем, — коротко ответил Костенко. Миша проверил оружие, кивнул. — Пошли. Они двинулись к припаркованной машине, в которую садилась Лиза. Всё шло по плану… пока Пчелкин внезапно не завёл двигатель и не рванул прямо к станции. ⸻ Скрип тормозов. Металлический лязг. Охранники рванули к машине, нацелив на неё автоматы. — Это закрытая зона! Немедленно убирайтесь! Константин поднял руки. — Прошу, минуточку, — его голос был ровным, почти умиротворяющим. — Мне нужно увидеть Елизавету Павловну. У меня важная информация. Солдаты схватили его, потащили внутрь. Издалека, прячась за обломками, Саша затаил дыхание. — Чёрт… ⸻ Лиза стояла у панели управления, её руки двигались быстро, отлаженно. Она чувствовала его приближение. Дверь распахнулась. — Здравствуйте, Елизавета, — с лёгким поклоном произнёс Пчелкин. Его глаза блестели — то ли от волнения, то ли от слёз. — Должен признаться, я глубоко восхищён вашими способностями. Они безупречны. Лиза не обернулась. — Чего ты хочешь? — Моей жены больше нет, — его голос задрожал, но он тут же взял себя в руки. — Я хочу, чтобы вы создали фантом… но не временный, а устойчивый. Такой, что останется со мной навсегда. Пауза. — Где остальные? — внезапно спросила Лиза. Константин вздрогнул. — Что? — Они здесь. Она резко развернулась, схватила его за голову. Перед глазами Пчелкина вспыхнули чужие образы. Мгновения. Воспоминания. — Да, — шёпотом сказала она, заглядывая в его сознание. — Они здесь. — Потрясающе… — выдохнул Константин, глядя на неё с благоговейным ужасом. — Ваши способности… потрясающие… Он снова поймал её взгляд. — Так как насчёт моей просьбы? Лиза медленно наклонила голову. — Тебе это не нужно. Она подняла пистолет. Выстрел. Тело рухнуло на холодный пол. Лиза убрала оружие и, не оглядываясь, направилась к выходу. Миша держал пистолет наготове, его пальцы слегка подрагивали от напряжения. — Здорово, Лиза, — голос его звучал ровно, но в глазах читалась тревога. — Мы здесь, чтобы забрать тебя. Ты меня помнишь? Я — Миша. Лиза медленно убрала руку с дверной ручки машины. — Я же сказала, — её голос изменился, зазвучал глубже, будто сама Зона говорила её устами. — Не мешайте мне. Миша едва успел среагировать, когда невидимая сила вырвала пистолет из его рук и отбросила прочь. В следующую секунду его самого швырнуло к проржавевшим бочкам. — Миша! — истошно крикнул Антон. Он рванулся вперёд, схватил оружие, но не успел даже прицелиться — Лиза вырвала пистолет силой мысли и теперь держала его в своих руках. — Я убила вас дважды, — её глаза, лишённые человеческого тепла, холодно смотрели на них. — Убью и в третий раз. И он будет последним. Прозвучал выстрел. Антон застыл, его дыхание сбилось. Он ждал боли, но она не пришла. Лиза качнулась вперёд. За её спиной стоял Саша, сжимая пистолет. Его руки дрожали, а глаза широко раскрылись от ужаса. Он тяжело дышал, не в силах поверить в то, что только что сделал. Лиза осела на землю, но Саша бросился вперёд и успел её подхватить. — Чёрт… — прошептал он, опуская её осторожно на холодный бетон. Её тело было тёплым, живым, но он знал, что это лишь оболочка. Лиза… его настоящая Лиза… была где-то далеко. А та, что стояла перед ними минуту назад, собираясь убить их всех, была лишь куклой в руках Зоны. Саша резко сглотнул, осознавая, что только что сделал. Он выстрелил в Лизу. Миша резко встряхнул голову, приходя в себя, и вытащил из аптечки пакет с плазмой. — Ладно, она ещё дышит! Вот плазма! Как её переливать? — он посмотрел на Антона, но тот только беспомощно пожал плечами. — Ты у меня спрашиваешь?! — Я помогу… — голос раздался откуда-то сбоку. Покачиваясь, к ним приближался Пчелкин. Его лицо было бледным, на губах запеклась кровь. — Пчелкин! — Миша бросился ему навстречу, поддержал, чтобы тот не упал. — Ты как вообще живой-то ещё? — Простите меня… — Константин прикрыл глаза. — Я совершил ужасную ошибку. Несмотря на собственное состояние, он помог ввести плазму. Саша и Миша быстро выполняли его инструкции, пока Антон удерживал Лизу. Из-за забора показались Кристина и Женя. — Женя? Кристина? — Миша моргнул, удивлённо глядя на них. — Вы как тут оказались?.. — Поздравляю, — запыхавшись, Кристина хлопнула его по плечу. — Ты стал отцом. Миша едва не выронил пакет с медикаментами, когда Кристина сунула ему в руки свёрток. Внутри заворочался крохотный ребёнок. — Чего?! — Горелов уставился на младенца. — Женька, так мы теперь родители?! — Да, Миш, — Женя опустилась рядом, прижалась к нему. — Посмотри, у него твой нос, а губы — мои. Миша сглотнул, не сдерживая слёз. — Как назовём? Они переглянулись. — Сергей, — произнесли они в унисон. Саша и Кристина переглянулись. — Почему? — Потому что он отдал за нас жизнь, — тихо ответила Женя. — Да, — кивнул Миша. — А ещё надо будет назвать двух девочек Юля и Катя. Полный комплект. Кристина фыркнула, качая головой. Тем временем Саша помог донести Пчелкина к бочкам, а Кристина включила прибор, направив его на Лизу. Её тело выгнулось в судорогах, зрачки затряслись. Кристина прижала её голову. Антон вдруг шагнул к ней. — Крис… — Антон, сейчас не время! — отрезала она, не отпуская Лизу. — Нет, Кристина, именно сейчас! Кто знает, чем всё это закончится? Он вытащил из кармана бархатную коробочку. — Чего? — Кристина непонимающе уставилась на него. — Давай без прелюдий, времени мало. Миш, ты тут свидетель. — Чего?! — Миша заморгал. — Ты ведёшь церемонию, давай! Миша прокашлялся, переваривая ситуацию. — Ладно. Кристина Костенко, согласны ли вы взять в мужья Антона Горелова? — Да, — кивнула она, ошарашенная происходящим. — Антон Горелов, согласны ли вы взять в жёны Кристину Костенко? — Да. — Тогда… обменяйтесь кольцами. Кольца взмыли в воздух, столкнулись с тихим звоном и плавно скользнули на их пальцы. Миша усмехнулся. — Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловаться. — Потом, — хмыкнул Антон. — Когда всё закончится. — Женя! — вдруг позвал он. — Что? — Голубей выпускай! Женя уже хотела что-то сделать, но замерла. — Антон… каких ещё голубей? Он рассмеялся. Прибор затрещал, выбрасывая искры, и круг, державший Лизу в ловушке, исчез. Повисла гробовая тишина. А потом раздался рокот моторов. Из-за поворота вылетели три чёрные машины, фары полоснули по лицам ребят, заливая их мёртвенно-белым светом. Дверцы хлопнули, и из машин высыпали люди в чёрной форме. Автоматы в их руках чётко отразились в глазах Саши. — Чёрт, — пробормотал Миша, вытаскивая оружие. Но Лиза сделала шаг вперёд, её колени подгибались, но она подняла руки. Охранники замерли. И тут же их пальцы сами нажали на спусковые крючки. Выстрелы слились в оглушающий грохот. Тела дёрнулись, охранники падали один за другим. А Лиза обессиленно рухнула на землю. — Лиза! — закричал Саша и кинулся к ней, колени болезненно врезались в твёрдый асфальт. Он схватил её за плечи, перевернул. Её лицо было бледным, губы едва заметно шевелились. — Чёрт… — выдохнул он, поднимая её на руки. — Нам надо уходить! Но Лиза вдруг открыла глаза. Слабые, мутные, но осмысленные. — Нет… — прошептала она. — В реактор… — В реактор? — Саша ошарашенно уставился на неё. — Лиза, ты бредишь! — Она не в себе, Саш! — Кристина подошла ближе, её лицо исказилось тревогой. — Ей надо к врачу! Но Лиза слабо, еле заметно улыбнулась. — Нет, Крис… — выдохнула она. — Вы не понимаете… Всё… только начинается… — Нам всем придётся к врачу, если мы сейчас отсюда не уедем! — закричала Женя, крепко прижимая к себе сына. В её голосе звучала паника, напряжённая до предела. Но Лиза уже поднялась на ноги. Глаза её горели. — В реактор! Быстро! — выкрикнула она и, не дожидаясь ответа, рванула вперёд. — Лиза! — Саша вскрикнул, но она даже не оглянулась. Она бежала, как загнанный зверь, как человек, у которого нет больше времени. — Чёрт возьми… — выдохнул Саша, — Вы с нами или как?!  — Мы да! — Антон схватил Кристину за руку, и они побежали следом. — И мы! — Женя, не выпуская ребёнка из рук, кинулась за ними вместе с Мишей. ⸻ В воздухе висел гул, словно сама земля стонала от боли. Счётчик Гейгера трещал невыносимо громко. — Что это за хрень?! — Саша в ужасе смотрел на цифры. — Нужно остановить реактор, — сказала Лиза. Она торопливо стёрла текущую с лица чёрную кровь и шагнула к двери, ведущей внутрь. — Этот мир скоро исчезнет! Ребят, это не станция… Это машина для перемещения во времени! Она дернула за ручку — заперто. — Чёрт! — Лиза с силой ударила по металлу. — Разойдись! — Антон схватил тяжёлый металлический лом и с силой ударил по панели управления. Гул не прекратился. Дверь даже не шелохнулась. — Ну же, ну же! — Кристина в панике начала дёргать ручку. — Открывайся, мать твою! Миша тоже попробовал, затем Женя, затем снова Антон. Никто не мог справиться с дверью. — Мы теряем время! — Лиза бросила отчаянный взгляд на Сашу. И тут он вспомнил. Кулон. Саша резко схватился за шею, пальцы нащупали старый ключ. Сердце забилось быстрее. Он сдёрнул цепочку, поднёс ключ к скважине, вставил и повернул. Щелчок. Дверь открылась. Все замерли на секунду. Саша перевёл дух, пробежался взглядом по металлическому ключу в своей руке и тихо, но твёрдо сказал: — Спасибо, мама. — Нам нужно внутрь, — сказала Лиза. — Иначе никак. — Мы там и десяти минут не протянем! — Антон сжал кулаки. — Вы как хотите, но я иду! — Лиза шагнула вперёд. — Я с тобой! — тут же откликнулся Саша. — Я больше тебя не отпущу! Лиза кивнула. — Тогда пошли. — Крис, ты уверена? — Антон посмотрел на жену. — А если у меня после радиации… ну, стоять не будет? — Ты же теперь мой муж, — усмехнулась она и отправилась вслед за всеми ребятами в реактор. Лиза сжала Сашину руку, сжала так, будто это было последнее, что у неё осталось. — Не отпускай, ладно? — тихо попросила она. — Никогда, — ответил он. ⸻ — Почему вы здесь?! — гневный голос разнёсся по помещению. Паша. Взмах его руки — и потолок задрожал. Колонны рушились, падая на них. Кристина успела активировать прибор. Вокруг них вспыхнул защитный круг, но его свет был слабым, нестабильным. — Мы должны вспомнить! — выкрикнула Лиза. — Что? — Миша не понимал. — Ту вечеринку… Тот самый день, с которого все это началось! Тогда мы сможем спастись, ребят! — Лиза резко схватила Мишу за воротник. — Мишка, друг, это же ты предложил её устроить! — Что?! — Женя метнула в него испепеляющий взгляд. Земля задрожала. — Антон! — Лиза повернулась к нему. — А тебе Миша тогда наврал, что идёт на баскетбол, а сам был с Женей! — Чего?! — Антон замер. Он не мог вспомнить. Защитный круг мигнул и пропал. — Нет! — Кристина вскрикнула. — Он перегорел… Лиза схватила её руки. — А мы с тобой… впервые встретились в лесу. Ты отцу нажаловалась на Сашу… — Что?! — Саша… — Лиза посмотрела ему в глаза. — Я тогда впервые тебя встретила. Ты помнишь? — Помню, Лиз, — голос его дрожал. — Помню… ⸻ — УБИРАЙТЕСЬ! — взревел Паша. Взмах руки — и массивная колонна с грохотом рухнула. Антон и Кристина не успели отскочить. — НЕТ! — Лиза закричала, но было поздно. Они отлетели к стене, и воздух сотрясся от их приглушённых вскриков. Женя с Мишей бросились к ним, но новая колонна уже неслась в их сторону. — Нет… — прошептала Лиза. Женя, закрывая ребёнка, упала первой. Миша рухнул рядом с ней, его лицо исказилось в невыразимой боли. Саша резко развернулся к Лизе, сжав её руки в своих. — Лиза… ты только найди меня. Где бы мы ни оказались… просто найди. — Саша, не надо… — её голос дрожал. — Найди меня, слышишь? Он успел поцеловать её. Колонна обрушилась на него с глухим ударом. Лиза застыла. Она чувствовала его тепло ещё секунду назад. Но теперь его рука выскользнула из её пальцев. — Саша…? Тишина. — САША!!! Паша поднял её в воздух. — Опять, Лиза? — его голос был мягким, почти сочувствующим. — Опять ты всех убила? Она дрожала. — Я… — Я тоже был на твоём месте, — продолжал он. — И знаешь что? Я хочу вернуть этот день больше, чем ты. Лиза закрыла глаза. И всё пронеслось перед ней: вечеринка, пожар, машина, поездка в Чернобыль, Припять, фантомы, КГБ, Марченко, труба, параллель… Она была готова на всё. На всё, чтобы их вернуть. — Было что-то такое в твоей жизни, что ты также сильно хотела вернуть? Время отсчёта дошло до нуля. — Было… Белое свечение заполнило всё вокруг. Раздался дикий звон. А потом — темнота.