Часть 1. Побег от настоящего.

Мрачный кабинет одного из некогда влиятельных персон в Зауне всегда был лишён яркого света, как и сам его владелец. Комната освещалась огромным круглым окном позади рабочего кресла, через которое пробивался вечный смог Нижнего города и его кривые узкие улочки. Но несмотря на величину окна, атмосфера была слишком мрачной и тусклой. Особенно это стало заметно, когда владельца кабинета больше не стало. Больше он никогда не появится в этом кабинете, никто не услышит его громких приказов и попытки управлять городом. Иронично ведь получается, что Силко оказался убит самым родным и важным для него человеком, в которого он вложил так много. Убит собственной названной дочерью.  Пусть самое последнее, что сказал он перед своей смертью и было то, что она идеальна, но она так и не перестала винить и ненавидеть себя за сотворённое с ним. Наверное, поэтому она так много времени и проводила в его кабинете в полном одиночестве, даже сейчас. Джинкс как и раньше, сидела на рабочем столе его кабинета, одной рукой обнимая свои колени, а в пальцах другой крутила предмет, которым обычно помогала Силко с его травмированным глазом.  − Ну вот, и снова ты оставил меня одну разбираться с этим всем, − говорила она в пустоту тихим, дрожащим от обиды и сожаления голосом и глядела на пустое кресло перед собой. − Знаешь ведь, как я не люблю разбираться с твоей подобной работой, а приходится... Никогда тебя не прощу за такое количество работы, слышишь? Она тяжело вздохнула и толкнула ногой кресло в сторону. Сначала она затихла после своих слов. Снова уткнулась головой в собственные колени, устало выдыхая. Ещё на несколько секунд в помещении воцарилась мёртвая, давящая тишина. А затем она вдруг взревела. Замахала руками в приступе истерики, вновь пиная кресло, когда из глаз хлынули слёзы обиды. Но истерика была недолгой. Всё же, большую часть эмоций она уже успела выпустить ранее. Теперь лишь оставались небольшие остатки. Но вряд-ли она когда-то сможет полностью забыть его, свой поступок и простить себя. Ведь повторилась ситуация из детства, которую она так боялась воссоздать снова. Она снова убила собственными руками того, кто ей был дорог, пусть и не всегда его понимала. Понадобилось несколько минут, чтобы внезапный истеричный­ порыв закончился, а Джинкс вновь замолчала, принимая привычную позу. − Когда ты ребёнок, всё кажется гораздо проще, − вновь продолжила она свои размышления в пустоту спустя очередное небольшое время молчания. − Да, моё детство было не из самых лёгких. Предательство сестры, смерти тех, кто мне был важен, но... Когда меня забрал ты, на какое-то мгновение мне показалось, что у меня действительно будет шанс на хорошее детство. Ты не подумай, это не значит, что я тебя простила за всё, что случилось, за все те годы. Тебе всё ещё далеко до заботливого отца. Но ты как будто и правда... Ценил меня? Забавно осознавать настолько инфантильную вещь. Однако когда я росла у тебя, то чувствовала себя не так уж плохо. Да и он тоже неплохо помог мне тогда стать той, кем я являюсь сейчас... Интересно, как он там? Как думаешь, почему предал нас и переметнулся на сторону врага, в Пилтовер? Мы ведь были отличной командой... Ах, ладно, это всё уже неважно. Да и тебе давно плевать на нас, не так ли? В общем, я пойду. У меня остались ещё твои же незаконченные дела, которые мне нужно разгребать.  Но едва Джинкс собиралась встать и уйти после оконченного монолога, как её взгляд зацепился за очередную вещь на рабочем столе, которая напомнила ей о чём-то. Это была какая-то несуразная маленькая металлическая вещица с шестерёнкой. Незаконченный проект из детства. И почему он его не выкинул тогда? Девушка вновь уселась на столе, медленно погружаясь в ту часть воспоминаний, которая навсегда останется в её сердце, как самый лучший и беззаботный период жизни...