Глава 7. Ты останешься добровольно?

      Элиза открыла глаза — солнечные лучи лениво скользили по комнате, задевая край кровати. Она не помнила, как снова уснула, но сейчас, повернув голову, застыла: рядом, совсем близко, спал Сан. Его лицо было расслабленным, но даже во сне в нём чувствовалась сила, от которой у неё внутри всё сжалось. "Мне нужно уйти… собрать вещи и исчезнуть… но…" Она нервно прикусила нижнюю губу, сдирая кожу, и в тот же момент его пальцы коснулись её лица, останавливая. — Не надо, — хрипло, с сонной ленцой произнёс он, не открывая глаз. — Если уж так хочешь, могу сам укусить. Прежде чем она успела что-то ответить, его рука скользнула к её талии и притянула ближе. Лицо Сана оказалось так близко, что она снова почувствовала лёгкий запах алкоголя, оставшийся с вечера. На щеках появился предательский румянец. "Точно… пороховая бочка," — мелькнуло в голове. — Ты давно не спишь? — её ладони осторожно скользнули от его груди к плечам. Под пальцами напряглись мышцы. — Нет, — он приоткрыл глаза, наблюдая за ней. — Хочешь уже сбежать? Она подняла взгляд — и вся её храбрость растворилась под этим прищуром. Молча покачала головой, кончиками пальцев обводя линии его плеч, ключиц, словно запоминая рельеф. Он усмехнулся, крепче сжав её талию. — Ты решила поиграть? Она отдёрнула руки, но он поймал одну и вернул на своё плечо. Сан медленно придвинулся и коснулся её шеи губами — лёгкое касание, за которым последовал второй, чуть ниже, и третий — теплее, настойчивее. Его дыхание щекотало кожу, а пальцы надёжно держали её на месте. — Сан… что ты… — она запнулась, когда он тихо выдохнул в её кожу. — Разве я запрещал прикасаться к себе или говорил, что не буду прикасаться к тебе — в его голосе играла угроза, смешанная с удовольствием. Она попыталась чуть отстраниться, но он не позволил. Лёгкое движение — и она уже оказалась сверху, прижатая его взглядом к постели. Одна рука Сана лежала на её талии, другая — на затылке, не давая отвернуться. — Убегать не стоит, — он смотрел прямо в глаза. В этом взгляде смешались насмешка, собственничество и что-то опасное. Неосознанно она снова прикусила губу. Ошибка. Он поймал этот жест, ухмыльнулся и сам легко укусил её за нижнюю губу, затем лениво провёл языком по этому месту. Её дыхание сбилось. — А если я укушу тебя? — тихо, но с вызовом произнесла она. — Тогда лучше сюда, — он коснулся пальцем своей шеи. Она не дала ему договорить — склонилась и оставила на его коже отметину. Лёгкий укус, тёплое дыхание… и едва заметный след, который останется. — Месть завершена… — начала она, но договорить не успела. Его губы накрыли её, поцелуй был жадным, властным. Рука зарылась в её волосы, фиксируя её, не давая отступить. Она хотела сопротивляться… но вместо этого осторожно ответила, чувствуя, как этот мужчина забирает каждый её вдох. Через секунду он уже перевернул её под себя. Его губы скользнули вниз — к шее, ключицам. Лёгкие укусы сменялись поцелуями, оставляя тёплые, покалывающие следы. Он поднял голову, встретился с ней взглядом и усмехнулся: — Объект отмечен. Элиза тяжело дышала, чувствуя, как сердце бьётся быстрее, чем разум успевает осознать, что с ней происходит.       Он жадно изучал её — блеск в глазах, румянец на щеках, приоткрытые, блестящие после поцелуя губы. Он видел, как грудь Элизы высоко вздымается от тяжёлого, сбивчивого дыхания, и чувствовал, как с каждой секундой внутри него растёт жгучее желание. Он был на грани, но не спешил — смаковал каждую её реакцию. Его губы снова накрыли её — на этот раз поцелуй был жадным, требовательным, с оттенком властности. Элиза обвила его шею, притянув ближе, отвечая с той же жадностью. Его ладонь, тёплая и сильная, скользнула под её пижамную кофту, медленно поднимаясь всё выше, пока не накрыла грудь. Большой палец лениво провёл по соску, и она выгнулась, прижимаясь к нему. Сан хмыкнул — он чувствовал, что она отдаётся полностью, без попытки спрятаться. Оторвавшись от ее губ он резким движением сорвал с неё кофту, пуговицы со звоном упали на пол. Его взгляд скользнул вниз, задержался на её груди — соски уже напряглись, кожа покрылась мурашками. С низким, почти звериным рыком он наклонился и сомкнул губы на её соске, слегка прикусив, а затем, смягчив движение, облизал место укуса. Она вздрогнула и тихо застонала, но он не дал ей передохнуть — его рот жадно переключался то на одну, то на другую грудь, губы и язык смешивались с короткими, острыми укусами. Элиза вцепилась пальцами в его волосы, удерживая его, как будто боялась, что он оторвётся. Второй рукой она крепко держалась за его плечо, ощущая под пальцами напряжённые мышцы. Внизу у неё всё горело, каждое его движение отзывалось в теле волной желания. Он прижался к ней крепче, продолжая ласкать, но всё ещё не переходя границу. Его руки скользнули ниже, пальцы уверенно расстегнули пояс её штанов, и уже через минуту она осталась только в тонких кружевных трусиках. Он устроился между её ног, глядя сверху вниз — взгляд хищника, который наслаждается каждым сантиметром добычи. Элиза тяжело дышала, на шее и груди красовались его укусы и засосы, будто он уже поставил на ней свой невидимый знак. — Сааан… — жалобный, тянущий стон сорвался с её губ. Она попыталась прикрыть грудь руками, но он мгновенно перехватил их, прижимая к матрасу. — Не надо, — его голос прозвучал низко, с рыком, — не смей закрываться от меня. В этом тоне было столько власти, что она лишь кивнула. Поднявшись на локтях, Элиза одной рукой осторожно коснулась его бинтов, скользнула ладонью по прессу, выше — к его шее, и резко потянула на себя, сама жадно прижимаясь к его губам. Поцелуй был стремительным, требовательным, и пока он ещё пытался взять контроль, она уже поднялась, меняя их положение. Сан не понял, как именно, но в следующее мгновение она оказалась сверху, усевшись на него. Оторвавшись от губ, она улыбнулась — чуть дерзко, с вызовом. Внизу она отчётливо чувствовала, насколько он напряжён. Пальцы медленно потянулись к его брюкам, расстёгивая их. Сан уже хотел подняться, чтобы вернуть себе привычную власть, но её ладонь мягко, но твёрдо остановила его. — Бинты, Сан, — тихо, но с нажимом сказала она, глядя в его глаза. — Позволь мне. — Ты… беспокоишься за меня? — он усмехнулся, явно забавляясь тем, что эта стеснительная девочка сейчас так уверенно берёт инициативу. — Мне нельзя? — в её голосе звучал вызов. Она медленно сползла с него, чтобы стянуть оставшуюся одежду. Когда брюки упали на пол, перед её взглядом открылось всё его возбуждение — мощное, обжигающее, требующее. Её пальцы скользнули по нему, легко обвивая, большим пальцем задели головку, размазывая смазку по всей длине. Сан прикрыл глаза и гортанно простонал, сжав простыню под ними. Его тело взывало к действию, внутри кипела жажда просто схватить её и забрать, но он хотел посмотреть — насколько далеко она зайдёт сама, и что ещё решится сделать.       Элиза прикусила губу, но не успел Сан что-то сказать, как она уже скользнула вниз, опускаясь на колени. Её взгляд на мгновение встретился с его — в нём был вызов и… желание довести его до грани. Она склонилась, тёплыми губами обхватила головку его члена, и в тот же миг его ладонь нашла её волосы, сжимая их в кулаке, но не давя — лишь чувствуя ритм. Её язык мягко водил по головке члена, а пальцы другой руки уверенно двигались по всей длине, подстраиваясь под темп. Сан выдохнул глухо, хрипло, ощущая, как в нём с каждой секундой растёт напряжение. Он наматывал пряди её волос на кулак, сдерживая порыв двинуться глубже. Внезапно она смело взяла его глубже — почти до самого основания, и тогда он, не удержавшись, чуть сильнее прижал её голову к себе. Его взгляд стал тяжёлым, хищным, и, приоткрыв глаза, он тихо, но властно прорычал: — Повернись. Коленями — ко мне. Она подчинилась, двигаясь медленно, будто специально дразня. Вскоре её бёдра оказались над его лицом, а она вновь склонилась к нему, принимая его член в рот, обхватывая губами и создавая лёгкий вакуум, при этом мягко сжимая его пальцами. Но сосредоточиться на этом Сан ей не дал — его язык коснулся её клитора, тёплый, влажный, настойчивый. Пальцы скользнули внутрь, двигаясь с той же уверенностью, с какой он всегда держал контроль. Она выдохнула резкий стон, едва не забыв о том, что должна продолжать, но всё же снова накрыла его член губами, работая языком. Его ладонь легла на её ягодицу, и лёгкий шлепок заставил её вздрогнуть. Он тихо хмыкнул, убирая её с себя и в одно движение уложил грудью на кровать, приподняв бёдра. Его пальцы медленно прошлись по её влажным складкам, задержавшись на входе. — Ты такая тёплая… — прошептал он, в голосе слышался хриплый намёк на звериное удовольствие. — Сок просто течет, надо было раньше тебя трахнуть. Он провёл головкой вдоль её входа, нарочно дразня, заставляя её извиваться в ожидании. А потом — одним резким, сильным толчком вошёл полностью. Элиза застонала, вцепившись в одеяло, а Сан, не давая ей привыкнуть, задал уверенный, глубокий ритм.       Сан держал её крепко за бёдра, словно боялся, что она попытается вырваться, и другой рукой медленно провёл от её шеи по позвоночнику, слегка надавив, вынуждая опуститься ниже и не выгибаться. — Ниже… — хрипло скомандовал он, и она подчинилась, уткнувшись лицом в подушку, чувствуя, как он насаживает её на себя до конца, без остатка. Его бёдра двигались с отточенной, уверенной силой, задавая ритм, от которого у неё перехватывало дыхание. Каждый толчок отзывался глубоким, сладким жаром где-то внизу живота. Характерные шлепки их тел и её сбивчивое дыхание смешивались с его низким, почти звериным рычанием. Он ускорялся, чувствуя, как она становится всё более влажной, всё более податливой. — Скажи… кому ты принадлежишь, — прорычал он, сжав её бёдра сильнее. — Тебе… — выдох сорвался почти стоном. Его ладонь опустилась ниже, к её клитору, и он начал массировать его в том же ритме, в котором двигался сам. Элиза застонала громче, тело предательски подалось навстречу. Она уже не контролировала себя — каждое движение, каждый толчок тянул её всё ближе к краю. Сан наклонился вперёд, прижался горячими губами к её уху, выдыхая тёплый воздух на кожу: — Кончи для меня… сейчас. Его темп стал резче, глубже, и через несколько секунд волна накрыла её полностью — мышцы судорожно сжались, тело выгнулось, крик сорвался с губ. Сан продолжал двигаться, доводя её до дрожи, пока сам не достиг предела. Он в последний раз вогнал в неё всю длину, глухо застонал, прижимая её бёдра к себе, и на секунду замер, чувствуя, как их дыхания сливаются в одно. Они лежали на постели, едва приходя в себя после накатившей волны. Элиза всё ещё лежала на животе, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди, а тело отзывается лёгкой дрожью. Сан, тяжело дыша, рухнул рядом на спину. Она перевела взгляд на него — его лицо было раскрасневшимся, волосы слегка спутаны, на губах довольная тень улыбки. Он медленно повернулся к ней, опершись на бок, и позволил пальцам скользнуть по линии её позвоночника, ниже — к мягкой округлости ягодиц. Его ладонь задержалась там, сжала её так, будто проверяла, реальна ли она. Он смотрел на неё с тем самым внимательным прищуром, который мог одновременно тревожить и завораживать. Элиза поймала этот взгляд, и, не отворачиваясь, медленно коснулась его щеки, осторожно поглаживая — как будто боялась нарушить момент. Она уже понимала: ей нравился этот мужчина. Опасный, властный, непредсказуемый — и именно он добровольно заманил её в клетку, из которой она не собиралась бежать. Она чувствовала это странное, сладкое подчинение — как будто сама надела на себя невидимый поводок и вручила его в его руки. Сан перехватил её пальцы, задержал их у своих губ, легко коснулся губами. — Останься здесь, — тихо, но твёрдо произнёс он. — Я тебя не обижу. Я буду защищать тебя. Дам всё, что пожелаешь… только скажи. Он обвил её талию рукой, притянув ближе, так что её колени упёрлись в его бедро. Элиза позволила себе мягко улыбнуться и податься к нему. — Ты не хочешь, чтобы твоя зверушка покинула клетку? — её голос был тихим, но в нём слышалась игривость. Сан ухмыльнулся. Одна рука поддерживала его голову, вторая уверенно лежала на её талии. — Я хочу, чтобы девушка, которая мне нравится, осталась здесь по своей воле, — он наклонился, и его голос стал ещё ниже, почти шёпотом, — но я бы с удовольствием нацепил на тебя цепь и не выпускал бы никуда. В его взгляде снова мелькнула опасная тьма — эта угроза была не пустой, и она это знала. Но в то же время, он оставлял ей выбор. По её спине прошла дрожь — не страх, а то сладкое волнение, что накрывает, когда стоишь на краю. Элиза поднялась на локти, приблизила своё лицо к его, невесомо коснулась губами его губ. Её глаза были полуприкрыты, а на губах играла лёгкая, почти вызывающая улыбка. — Обещай, что ты никогда не обидишь меня, — тихо произнесла она, слегка проведя языком по его нижней губе. Сан смотрел на неё с тем же прищуром, в котором смешались желание и насмешка. Мимолётно коснулся её губ поцелуем. — Обещаю.