Глава 8. Без права на отступление

      Элиза сидела после душа на краю кровати, капли воды ещё блестели на её коже, а влажные волосы мягко спадали на плечи. Перед ней стояла аккуратная белая коробка, которую недавно принесла Еын. Сан вальяжно устроился на кровати — на нём были лишь тёмные атласные штаны, а халат из той же ткани лежал рядом, будто случайно брошенный. Его грудь оставалась открытой, и солнечные лучи скользили по рельефу мышц, выхватывая из полутени следы старых и свежих шрамов. Она позволила себе пару секунд откровенно рассматривать его, а затем, собравшись, с привычной уверенностью принялась за своё дело: бережно обработала швы, наложила свежую повязку. Всё сделала быстро и аккуратно. — Надеюсь, это последний раз, когда я вижу новые раны на тебе, — произнесла она, внимательно глядя на него. В её голосе слышалось лёгкое беспокойство. Сан лишь усмехнулся. Медленно накинул халат, не удосужившись его завязать, провёл рукой по волосам, откидывая их назад, и перевёл взгляд на неё. — Всё будет зависеть от того, как ты будешь заботиться обо мне, — его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, в которой слышались и усталость. — Я постараюсь, — она на секунду задумалась, подбирая слова, и вдруг с невинной улыбкой добавила: — Посажу тебя под замок и не выпущу. Он коротко рассмеялся, и его рука скользнула под её подбородок, заставив поднять взгляд. Голос стал ниже, почти рычащий: — Не стоит использовать мои методы, Элиза… — он произнёс её имя так, будто смаковал его вкус. Она выдержала взгляд, чуть прикусила губу и, не отводя глаз, медленно провела коленом по внутренней стороне его бедра, едва касаясь чувствительной зоны. Сан на мгновение задержал дыхание, глаза опасно сузились. — У меня слишком хороший учитель, — тихо произнесла она, — пора переходить к практике. Он ухмыльнулся, одобрительно, но с хищным оттенком. Его рука оказалась в её волосах, мягко, но властно потянув голову назад. Её лицо запрокинулось, и он с силой накрыл её губы — поцелуй был жадным, собственническим, словно он снова ставил на ней свою метку. — Если останешься здесь, — сказал он ровно, почти холодно, — я больше не предложу тебе уйти. Он встал, подал ей руку. Она вложила свою ладонь в его, поднялась, и он повёл её из комнаты в сторону столовой. — Я ненавижу, когда моя… — он сделал короткую паузу, будто смакуя выбор слова, — я не хочу, чтобы моя женщина покинула меня. Он шёл впереди, и хотя она не видела его лица, Элиза почти чувствовала его выражение — то самое, от которого внутри становится тепло и опасно одновременно.       Она шла за ним по коридору. Его шаги были уверенными, размеренными — так ходит человек, который всегда контролирует ситуацию. Атласные штаны чуть сползали с бёдер, открывая линию таза, и в голове Элизы вспыхнуло горячее воспоминание, что было утром. В столовой на длинном массивном столе уже был накрыт завтрак. Еын, уловив взгляд Сана, быстро, почти бесшумно, покинула комнату, оставив их наедине закрыв двери. Сан жестом усадил её рядом по правую руку, а сам занял место во главе стола. Его взгляд был не просто внимательным — он изучал её, словно считывал каждое движение, каждый вдох. — Ты странно смотришь на меня, — произнесла она, пытаясь перевести разговор в другое русло. — Думаю… — его голос был тихим, но в нём звучал опасный оттенок, — если пробовать тебя каждый час, интересно, насколько тебя хватит. Элиза подняла на него глаза. Щёки залились жаром, губы чуть приоткрылись, но слова застряли в горле. Сан, довольный её реакцией, медленно откинулся на спинку кресла и отпил глоток кофе, уголок его губ тронул хитрый намёк на улыбку. — Просто размышления… или не просто, — добавил он, не сводя с неё взгляда. Он потянулся вперёд и взял её за запястье. Его пальцы были тёплыми, сильными — в этом прикосновении было больше власти, чем в любом приказе. Вместо того чтобы вести её куда-то, он усадил Элизу к себе на колени. Она спиной упиралась в край стола, руки невольно покоились на его груди. Между ног она чувствовала его напряжённость, а вместе с этим — жар, который словно передавался ей через ткань. Его взгляд был хищным, будто он мысленно уже сорвал с неё одежду и вошёл в неё. И эта коварная, опасная улыбка одновременно пугала и притягивала. — Ты сказала, что у тебя слишком хороший учитель, — тихо произнёс он, склонившись к её уху. — Так покажи, чему научилась. Его ладонь легла на её бедро и начала медленно скользить вверх, приподнимая изумрудный шёлковый халат. Он двигался нарочно медленно, наблюдая, как меняется её дыхание. Элиза напряглась — тонкая ткань едва скрывала её возбуждение, соски уже просвечивали, а бельё предательски намокло. Собравшись с духом, она скользнула руками под края его халата и раздвинула полы, обнажая его грудь. Сан помог стянуть халат, бросив его в сторону, а сам вернул руки на её бёдра и скользнул внутрь, к трусикам. Пальцы ощутили их влажность. Он чуть отодвинул ткань в сторону и провёл по её губам — горячим, влажным, пульсирующим. Элиза тихо простонала и прижалась к нему грудью, чувствуя, как их тела тянутся друг к другу. — А если я перешагну черту? — прошептала она, касаясь губами его шеи и оставляя на коже лёгкий укус. Сан оскалился, его палец медленно вошёл в неё, чувствуя, как её мышцы сжимают его. — Я не люблю правила, — произнёс он глухо. Она простонала прямо ему в шею. Не давая себе времени на сомнения, отодвинула стоявшие на столе тарелки, что-то упало и разбилось, но это их не остановило. Она приподнялась и села на край стола, одну ногу поставив на его кресло, другую — на край столешницы, открывая ему слишком откровенный вид. Сан, наблюдая за этим, он удивился её смелости. Его пальцы потянулись к ней, он коснулся ими её клитора поверх белья, он водил ими дразня чувствуя влажность ее белья. Элиза сдерживала стон и медленно спустила руку к своей киске перекрываю доступ его пальцам, она аккуратно отодвинула края трусиков и провела по влажным губам, собирая соки возбуждения. Она смотрела прямо на него, словно проверяя, выдержит ли он этот вызов. Сан придвинулся ближе, его взгляд потемнел, дыхание стало глубже. Через секунду он коснулся её колена, раздвинул бедро чуть шире и склонился вперёд. Его губы коснулись её лона, язык прошёлся от входа вверх и жадно засосал клитор. Элиза запрокинула голову, застонала и схватила его за волосы, прижимая к себе.       Он дразнил её языком и пальцами, но в последний момент отстранился, заставив её тихо простонать от разочарования. Сняв штаны, он прижался к её лону и вошёл медленно, будто смакуя каждый сантиметр, слушая, как она хнычет от удовольствия и жаждет большего. Ему нравилось смотреть, как она извивается, тянется к нему, как грудь поднимается от прерывистого дыхания. Развязав её халат и обнажив следы утренних укусов и поцелуев, он сжал её грудь и начал двигаться быстрее, заполняя её до конца.       Элиза крепко обвила его талию ногами, с губ срывались сдавленные стоны. Пальцы впивались в его плечи, оставляя царапины. Потянувшись вперёд, она накрыла его губы своими, пытаясь заглушить голос собственного удовольствия. Поцелуй был диким, жадным — словно схватка, в которой ни один не хотел уступать. Их языки переплелись, борясь за власть. Сан сжал её ягодицы и, подняв, сел обратно в кресло, усадив её на себя так, что его член вновь оказался глубоко внутри неё. Элиза застонала и начала двигаться, насаживаясь на всю длину, сама задавая темп. Он держал её бёдра, гладил спину, одной рукой запустил пальцы в волосы оттягивая их назад и открывая доступ к её шее, он оставлял новые следы — укусы, засосы, собственнические метки. Его низкое рычание сливалось с её стоном. Опустив руки на её талию, Сан стал направлять её движения, подхватывая ритм. Пара резких, глубоких толчков — и он излился в неё до последней капли, чувствуя, как в ответ её мышцы жадно сжимают его, вытягивая всё до конца. Элиза сама достигла пика, выгнувшись и прильнув к нему всем телом. Обессиленная, она упала вперёд, прижимаясь к его груди. Сан коснулся губами её виска, ловя сбивчивое дыхание. — Ничего, — тихо и с хитрой улыбкой проговорил он, поглаживая её спину, — привыкнешь принимать меня несколько раз за день. По её телу пробежали мурашки, мышцы всё ещё подрагивали от недавнего оргазма. Сан помог ей встать, поправил на ней халат, сам натянул штаны… и внезапно, не дав опомниться, резко подхватил её на руки.       Сан держал её на руках, шаги его были уверенными и тяжёлыми, словно каждое движение было заявкой на власть. Элиза, ошеломлённая неожиданностью, обвила его за шею, прижалась к горячей коже, чувствуя его запах и жар его тела. — Сан… я могу сама идти, — прошептала она, глядя в его лицо. Он перевёл взгляд на неё, затем — на Еын, которая уже распахнула дверь столовой. — Принесите завтрак в мою спальню через полчаса, — его голос прозвучал низко и повелительно. Элиза спрятала лицо, уткнувшись в его плечо, но краем уха слышала лёгкий шорох — Еын и ещё двое его людей явно всё поняли. Её щеки запылали от осознания, что они слышали всё, что происходило в столовой. Стыд смешивался с возбуждением. Поднимаясь на третий этаж, Сан тихо хмыкнул: — Не смущайся. Они будут слышать это постоянно. — Его губы скользнули к её уху, и голос стал тягучим, хищным. — Пока я буду входить в тебя. А входить я буду всегда. Везде. От этих слов её горло пересохло, она нервно сглотнула. Он ещё не отпустил её, и она уже чувствовала, как что-то твёрдое и горячее упирается в её ягодицу, выдавая его состояние. Дверь в спальню распахнулась, и в следующее мгновение он бросил её на широкую кровать. Мгновенно навис над ней, прижимая к матрасу, и его рот начал жадное путешествие: губы — по её губам, подбородку, шее, ключицам, к груди. Поцелуи сменялись прикусываниями, от которых у неё пробегали мурашки. — Сан… — простонала она, хватая его за волосы, — я… я не смогу… — Сможешь, — перебил он, подняв голову и впившись в её взгляд. — И ты научишься кончать тогда, когда я захочу. Одним резким движением он стянул с неё трусики и отбросил их в сторону. — Можешь больше их не надевать, — прошептал он, стаскивая свои штаны, — бельё тебе не нужно. Его член вошёл в неё без сопротивления — её лоно всё ещё было влажным и тёплым от прошлого раза, наполненным его спермой. Он двигался с чередованием — медленные, тягучие толчки, растягивающие её изнутри, сменялись резкими, глубокими до упора. Элиза кусала губы, пытаясь сдержать стон, но тело выдавало её — она извивалась, вцепляясь в его руки, и каждый толчок заставлял её выгибаться. Она ещё не успела прийти в себя после прошлого оргазма, как волны нового желания начали нарастать. Её ноги снова обвили его талию, притягивая ближе. Сан смотрел на неё хищным, почти звериным взглядом, оскалившись от удовольствия, и начал вбиваться в неё с яростью, будто метил глубже, чем просто в тело. Несколько последних толчков — и её мышцы сжали его так, что он сам не смог сдержаться. Он излился в неё горячей, полной струёй, заполняя до краёв. Выйдя из неё, он задержался взглядом на её лоне, наблюдая, как из него медленно вытекает его сперма. Выпрямился, провёл рукой по её бедру и усмехнулся. — Вот так, — тихо, почти ласково, но с хищной ноткой сказал он. — Запоминай.