Часть 4: Рискованный Гамбит

Они сидели в тишине в узкой расщелине, прислушиваясь к каждому шороху снаружи. Адреналин отступил, оставив после себя холодную, трезвую мысль: они не сбежали. Они лишь отсрочили неизбежное. Люциан, если захочет, найдет их. Это был лишь вопрос времени. Лекс смотрел на Элару, которая пыталась унять дрожь в руках. Ее лицо было бледным. Она понимала их положение лучше, чем он. Она знала, на что способен маг такого уровня. «Он пришел за мной», — сказал Лекс вслух, скорее для себя, чем для нее. Но тут же перевел мысль в их общую систему коммуникации. Он взял уголек. На стене он нарисовал их нынешнее местоположение — Пепельный Разлом, сопроводив рисунок уродливыми каракулями монстров и символом черепа. Затем он нарисовал их двоих, перечеркнув крест-накрест. Здесь мы умрем. Элара мрачно кивнула. Это была правда. Тогда Лекс нарисовал другую картину. Он изобразил фигурку Люциана. От нее он провел стрелку к их фигуркам, а затем длинную-длинную стрелку, ведущую за пределы Разлома, к тому сияющему городу, который рисовала она — к Этерии. Там, в Этерии, он снова нарисовал их двоих, а от них — стрелку, уходящую в сторону от Люциана. План побега. Он использовал мага как транспорт. Как билет из этого ада. Лекс внимательно следил за ней своим «Взглядом Инженера». Он видел, как участился ее пульс, как расширились зрачки. Она поняла его безумный план. Он видел борьбу на ее лице. С одной стороны — очевидный риск довериться тому, кто пришел за ними как за добычей. С другой — логика. Железная, беспощадная логика выживания, которую предложил Лекс. Остаться здесь — стопроцентная гибель. Пойти с ним — шанс. «Это безумие», — прошептала она на своем языке, но ее мозг уже принял решение. Она медленно кивнула. Пока они ждали, давая Эларе немного восстановить силы, Лекс снова сосредоточился на странной вибрации в своей груди. Теперь, когда он знал, что это, он не мог это игнорировать. Его инженерное любопытство взяло верх. У него внутри находится неизвестная, невероятно мощная система, и он ничего о ней не знает. Это было невыносимо. Он снова активировал «Взгляд» и заглянул внутрь себя, на этот раз не просто наблюдая, а анализируя. Он изучал сложный замок на своем «реакторе». Он искал не слабость, а интерфейс. Любая сложная система должна иметь порт для диагностики, канал для обратной связи. И он нашел его. Тончайший, как паутинка, энергетический канал, который вел от печати к его нервной системе. Он был неактивен. Лекс решил провести эксперимент. Он сконцентрировался, собрав всю свою волю, и послал по этому каналу мысленный импульс. Не магический, а простой, четкий сигнал, похожий на пакет данных: «<ЗАПРОС СТАТУСА>». Ничего не взорвалось. Но он почувствовал ответ. Звон в груди на мгновение усилился, и по его телу прошла волна едва ощутимого тепла. Система ответила. Она была не сломана, а просто выключена. И он только что нашел первую кнопку на панели управления. У него не было ключа, но он мог, по крайней мере, изучить замочную скважину. «Пора», — сказал он, поднимаясь. Они вышли из укрытия. Лекс использовал свой «Взгляд», чтобы найти мага. Он искал не следы. Он искал аномалии. Ионизированный воздух. Остаточное тепло на камнях, где применялась магия огня. Нарушенная структура земли. Люциан оставлял за собой едва заметный энергетический след, и для Лекса он был так же очевиден, как следы трактора в грязи. Они нашли его через десять минут. Он сидел на вершине скалы, глядя на багровое небо, и спокойно пил из новой, нераспечатанной бутылки. Он ждал их. «Решили вернуться? Мудрый выбор», — сказал он, даже не поворачивая головы. Лекс и Элара подошли ближе. Элара, по предварительной договоренности, выступила переговорщиком. «Мы пойдем с тобой», — сказала она, ее голос был твердым. — «Но у нас условие. Ты доставишь нас обоих в столицу живыми и невредимыми». Люциан наконец повернулся к ним. На его лице была откровенно издевательская улыбка. «Ты серьезно? Ты, в твоем положении, ставишь мне условия? Если я захочу то вы пошевелится не сможете и как миленькие побежите за мной». «Но ты этого не сделал», — не отступила Элара. — «Тебе нужен он. И, видимо, нужен в здравом уме. А он пойдет только со мной. Так что либо ты принимаешь условия, либо можешь попытаться взять его силой. Но, как ты уже понял, он не так прост, как кажется. Он может и тебе навалять со всеми твоими заклинаниями». Она кивнула на землю, где все еще виднелись осколки от разбитой бутылки Люциана. Улыбка мага стала шире. Он посмотрел на Лекса с неподдельным интересом. «А ты мне нравишься, иномирец. В тебе есть стержень. И у тебя неплохой вкус на союзников», — он посмотрел на Элару. — «Хорошо. Я принимаю ваши смехотворные условия. Я доставлю вас обоих ко двору короля Теодора. А что будет потом... уже не моя забота». Он встал, отряхивая одежду. «Тогда в путь. Не волнуйтесь, обратно дорога будет куда быстрее и комфортнее». Он взмахнул рукой, и камни перед ними начали плавно сдвигаться, открывая идеально ровный, гладкий проход там, где только что была непроходимая груда скал. Они шагнули в проход, следуя за своим тюремщиком и, одновременно, спасителем. Путь, который Люциан создавал для них, был чудом магической инженерии. Он не тратил ману на поддержание длинного туннеля. Он просто размягчал породу прямо перед ними, которая послушно расступалась, а за их спиной тут же смыкалась, как будто они шли сквозь воду. Для Лекса это путешествие стало интенсивным курсом по изучению языка. Он слушал редкие, но содержательные диалоги между Эларой и Люцианом. Маг расспрашивал ее о том, как она попала в Разлом, она — о королевстве и короле. «Взгляд Инженера» Лекса больше не просто собирал слова. Он анализировал структуру предложений, синтаксис, грамматические правила. Он вскрывал язык, как механизм, разбирая его на составные части. Через несколько часов он решил попробовать. Люциан как раз рассказывал о королевском дворце. «Почему... король... хочет... меня...найти?» — произнес Лекс. Слова прозвучали медленно, с механической точностью и совершенно чужим акцентом, но фраза была построена грамматически верно. Люциан и Элара резко остановились и уставились на него. «Ты... говоришь?» — потрясенно спросила Элара. «Я... учусь. Ваша речь... вроде как понятная. Я анализирую», — ответил Лекс. Люциан расхохотался. «Ты не перестаешь меня удивлять, иномирец. Ты и язык чужой можешь быстро выучить. Король хочет тебя найти, потому что ты — аномалия. А наш король любит контролировать аномалии. Ну или уничтожать их, если с контролем не вышло». В этот момент они вышли из очередного скального массива на открытое плато. И все трое замерли. Воздух здесь был другим. Тяжелым. Он давил на уши, и даже свет, казалось, вяз в нем. Плато было усеяно странными, застывшими фигурами, похожими на высохшие коконы или почерневшие статуи. «Тихо», — прошипел Люциан, его расслабленность мгновенно испарилась. — «Здесь что то не так пахнет....» и не успел он до говорить как вылезло нечто. Из-за нагромождения коконов бесшумно выскользнула тварь. Она была похожа на гигантского, перекошенного богомола, чье тело состояло из тускло-фиолетового, как будто поглощающего свет, хитина. У него не было глаз, но вся его голова медленно поворачивалась, сканируя пространство. «Пустотный Жнец», — выдохнула Элара. — «Откуда он здесь». Люциан, не говоря ни слова, метнул в тварь молнию. Яркий разряд ударил в грудь монстра и... просто исчез. Растворился, оставив на хитине лишь легкую рябь. Жнец издал шипящий звук, похожий на скрежет стекла, и бросился на них. Люциан выругался и воздвиг перед ними каменную стену. Жнец ударил в нее своими серповидными лапами, и стена осыпалась, как песочная. «Он поглощает мои заклинания... Они его только кормят!» — крикнул маг. Лекс смотрел на все это своим «Взглядом». Он видел, как энергия молнии всасывается в панцирь Жнеца. Он видел ауру вокруг твари, которая активно вытягивала ману прямо из воздуха и из Люциана, заставляя его заклинания слабеть еще на подлете. Но он видел и другое. Его дар инженера искал не силу, а слабость. И он ее нашел. В сочленениях лап, под шеей и на брюхе хитин был тоньше. Там не было этого поглощающего поля. «Элара!» — крикнул Лекс уже почти без акцента. — «Ты сможешь ударить точно, в одно место?» «У меня почти не осталось маны!» — ответила она, с трудом создавая перед собой небольшой ледяной щит. И тут Лекса осенило. Океан внутри него. Запертый. Бесполезный. Но что, если... что, если ему не нужно открывать шлюзы? Что, если можно просто подвести к турбине другого человека внешний кабель? «Доверься мне!» — крикнул он, подбегая к ней. Он положил ладонь ей на плечо, игнорируя ее удивленный взгляд. Он закрыл глаза и сосредоточился. Он представил свой внутренний «реактор» и тот диагностический порт, который нашел. Он представил «энергосистему» Элары, которую уже изучил — маленькую, но эффективную. И он, собрав всю свою волю инженера, создающего новую схему, мысленно проложил между ними временный шунт. Он не пытался сломать печать. Он пустил энергию в обход. Элара вскрикнула. Она почувствовала, как в ее истощенную систему хлынул поток чистой, кристальной силы. Ее мана не просто восстановилась — она бурлила, переполняя ее через край. Ее татуировки вспыхнули ослепительным светом. «Суставы! Целься в суставы на лапах и шее!» — скомандовал Лекс, который все это время не отрывал взгляда от монстра, анализируя его движения. Люциан, который как раз увернулся от очередного выпада, ошеломленно смотрел на происходящее. Повинуясь команде Лекса, Элара вытянула руки. Но она не стала создавать большой снаряд. Вместо этого она соткала из воздуха десятки маленьких, острых, как иглы, ледяных осколков. Усиленная маной Лекса, она могла позволить себе невероятную точность. «Огонь!» Ледяные иглы сорвались с ее рук и, минуя защитное поле, с ювелирной точностью вонзились в уязвимые сочленения Жнеца. Тварь взревела от боли и ярости, ее аура на миг пошатнулась. Этого было достаточно. «Сейчас, Люциан!» — крикнул Лекс. Маг, оправившись от шока, понял свой шанс. Пока защита монстра была ослаблена, он вложил остатки своей маны в одно, но мощное заклинание. Он не стал атаковать. Он ударил по земле под Жнецом, и та провалилась, образовав глубокую яму с острыми каменными кольями на дне. Тварь рухнула вниз и была пронзена насквозь. Бой был окончен. Лекс отнял руку от плеча Элары. Поток силы прекратился. Оба тяжело дышали. Люциан подошел к ним. Он смотрел не на поверженного монстра. Он смотрел на Лекса. Его лицо было смесью недоверия, восхищения и легкого страха. «Что... это... было?» — медленно проговорил он.«Это, — ответил Лекс, идеально выговаривая слова. — Называется командная работа». Люциан хотел было съязвить в ответ, но в этот момент земля содрогнулась. Из-под груды коконов, разбрасывая их в стороны, с яростным ревом поднялась вторая тварь. Она была почти вдвое крупнее первой, ее хитиновый панцирь был темнее, а лезвия на лапах длиннее и острее. Она смотрела на труп своего сородича, и от нее исходила волна чистой, первобытной ненависти. «Черт... — только и успел сказать Люциан. — Тут блять ещё и второй...» На этот раз тварь не медлила. Она не стала анализировать. Она атаковала. И ее целью был не маг, от которого все еще пахло силой. Ее целью был Лекс — странная аномалия, которая была в центре гибели ее партнера. Монстр сорвался с места с немыслимой скоростью. Лекс увидел несущуюся на него смерть, но его тело, уставшее после боя и ментального напряжения, не успевало среагировать. «Лекс, берегись!» — крикнула Элара. Она сделала то единственное, что могла. Она оттолкнула его изо всех сил. Лекс отлетел в сторону, неуклюже повалившись на камни. А Элара оказалась прямо на пути чудовища. Острое, как бритва, лезвие на лапе Жнеца прошло сквозь ее тело с влажным, рвущим звуком. Она даже не вскрикнула. Ее глаза, полные удивления и боли, на секунду встретились с глазами Лекса. Синие узоры на ее коже вспыхнули в последний раз и погасли. Тварь отшвырнула ее безжизненное тело в сторону, как сломанную куклу. Время для Лекса замерло. Мир сузился до одной точки. До тела девушки, лежащего на черном пепле. «Ах ты, мразь!» — яростно закричал Люциан. Вся его напускная расслабленность исчезла. Он забыл об экономии маны, о тактике, обо всем. В его глазах пылала чистая ярость. Он вскинул руку, и в ней сконцентрировался шар чистого пламени, яркий, как маленькое солнце. Он швырнул его в монстра. Огромный взрыв сотряс плато. Тварь отбросило на несколько метров, ее панцирь обуглился и треснул. Но она была еще жива. И она была зла. Прежде чем Люциан успел сотворить второе заклинание, тварь сделала молниеносный выпад. Ее лезвие мелькнуло в воздухе. Люциан закричал. Коротко, сдавленно. Его левая рука, отрубленная по самое плечо, упала на землю. Кровь хлынула из раны, заливая его одежду. А затем включился Лекс. Горе, шок и ужас сменились холодной, звенящей яростью. Он перестал быть инженером. Он стал хищником. Он подобрал свой клинок и, не издав ни звука, бросился на монстра. Тварь, раненая и отвлекшаяся на мага, не успела среагировать. Лекс поднырнул под ее лапу и нанес удар снизу вверх, целясь в то самое уязвимое место под шеей, которое он заметил ранее. Но монстр был крупнее, и его броня — толще. Клинок вошел лишь на треть, застряв в хитине. Жнец взревел и ударил Лекса свободной лапой. Острые когти вспороли ему бок, сломав несколько ребер. Боль обожгла тело, но Лекс лишь стиснул зубы и, используя боль как топливо, провернул свой клинок в ране. Тварь забилась в агонии. Она сбросила Лекса с себя, но было уже поздно. Он повредил жизненно важный орган. Монстр сделал несколько шагов, зашатался и с грохотом рухнул на землю. Наступила тишина. Лекс, зажимая рану на боку, с трудом поднялся. Он посмотрел на тело Элары. Потом на Люциана, который сидел на земле, пытаясь зажать обрубок руки, его лицо было белым как полотно. «Мы... мы должны уходить», — прохрипел Люциан, его голос был едва слышен. — «Здесь могут быть другие или ещё что похуже». «Я не оставлю ее здесь», — глухо ответил Лекс, глядя на Элару. «У нас нет выбора, идиот!» — почти взвизгнул Люциан, в его голосе смешались боль и паника. — «Она мертва! Мертва! И мы отправимся за ней, если не свалим отсюда прямо сейчас! Она спасла тебя, не умри хоть сейчас напрасно! Шевелись!» Слова мага, жестокие и прямые, отрезвили Лекса. Он посмотрел на свою рану, на искаженное от боли лицо Люциана. Тот был прав. Он подошел к телу Элары и на секунду прикрыл ей глаза. «Прости», — прошептал он. Затем он подошел к Люциану и взвалил его здоровую руку себе на плечо. «Вставай, маг. Идем». Опираясь друг на друга, двое тяжелораненых, покалеченных "победителя" побрели прочь с этого проклятого плато.Опираясь друг на друга, двое тяжелораненых, покалеченных победителя побрели прочь с этого проклятого плато. Они шли, сколько могли, на чистом адреналине и упрямстве. Лекс вел, его взгляд сканировал местность в поисках любого укрытия. Наконец, он нашел то, что им было нужно — глубокую трещину у подножия скалы, едва заметную за россыпью камней. Они буквально ввалились внутрь и рухнули на каменистый пол, наконец-то оказавшись в относительной безопасности. Несколько минут была только тишина, прерываемая их сдавленным, болезненным дыханием. Первым нарушил ее Люциан. Он издал низкий стон, глядя на то место, где раньше была его левая рука. Кровь все еще текла, пропитывая одежду и образуя на полу темную лужу. «Дерьмо...» — прохрипел он. Было видно, что он борется с подступающей пеленой шока. Он с трудом сел и вытянул вперед свою единственную, правую руку. Его пальцы, дрожа, сложились в сложный жест. «Consolidate sanguinem», — прошептал он. Слабое золотистое свечение окутало страшную рану на его плече. Лекс, наблюдая за этим, тут же активировал свой «Взгляд». Он видел магию, но не так, как раньше. Это была не атакующая, а восстанавливающая энергия. Она не создавала лед или камень. Она работала на клеточном уровне. [АНАЛИЗ БИО-МАГИЧЕСКОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ. Цель: Люциан Вольф] [Тип энергии: Регенерирующая. Эффект: Форсированная коагуляция крови, термическое прижигание капилляров, стимуляция тромбоцитов. Эффективность: ~78% (остановка кровотечения). Побочные эффекты: Массовое разрушение нервных окончаний в зоне воздействия, некроз тканей по краю раны.] Лекс смотрел, как под действием магии края раны стягиваются и чернеют, как будто их прижгли невидимым паяльником. Послышалось шипение, и по пещере поплыл тошнотворный запах горелой плоти. Люциан закусил губу, чтобы не закричать, его лицо покрылось испариной. Через полминуты все было кончено. Кровотечение остановилось. Но на месте руки остался лишь уродливый, обугленный обрубок. Магия не исцелила его. Она просто спасла ему жизнь самым грубым и болезненным способом. Теперь, когда Люциан был в относительной безопасности, Лекс подошел к нему. Он ничего не сказал, просто опустился на колени и посмотрел на рану своим инженерным взглядом. Он видел не просто обожженную плоть. Он видел систему в состоянии критического сбоя. [СИСТЕМНЫЙ СТАТУС: Критический. Структурная целостность нарушена. Сосудистая система герметизирована, но нестабильна. Нервная система — шоковое состояние, множественные обрывы цепи. Требуется: стерилизация, удаление некротических тканей, наложение швов для предотвращения разрыва тканей при регенерации.] Он видел, что нужно сделать. Но у него не было ни инструментов, ни медикаментов. Он мог лишь констатировать факт: магический "ремонт" был грубой заплаткой, которая в будущем принесет еще массу проблем. «Подойди сюда», — хрипло сказал Люциан, кивая на бок Лекса, где расплывалось кровавое пятно. — «Помочь с раной?». «Не надо», — коротко ответил Лекс. Он не хотел, чтобы его нервные окончания превратились в уголь. Он сел поодаль и осторожно стянул с себя остатки рубашки, чтобы осмотреть свою рану. Он тут же просканировал себя. [САМОДИАГНОСТИКА. Повреждение: Рваная рана боковой стенки брюшной полости. Глубина ~4 см. Затронуты косые мышцы живота. Целостность внутренних органов: сохранена. Обнаружен перелом 9-го и 10-го ребер без смещения. Риск: Внутреннее кровотечение (низкий), заражение (высокий).] Все было плохо, но не смертельно. Он взял флягу с остатками воды и, стиснув зубы, промыл рану. Затем оторвал от штанины относительно чистый кусок ткани и туго перевязал торс, используя свой клинок, чтобы затянуть узел. Это было все, что он мог сделать. Они сидели в тишине, два калеки в темной пещере посреди проклятого мира. Физическая боль была ужасной, но она была ничем по сравнению с пустотой, которую оставила после себя смерть Элары. Люциан посмотрел на свой обрубок, потом на Лекса. Пафос и язвительность исчезли из его голоса. Осталась только звенящая усталость. «Она тебя спасла», — сказал он. Это был просто факт. «Знаю», — глухо ответил Лекс. Чувство вины было тяжелее, чем сломанные ребра. «Это место... оно забирает все», — прошептал Люциан, глядя в пустоту. Он покачал головой. — «Все». Глава 12: Два Калеки Они провели в этой сырой, темной трещине почти сутки. Время тянулось мучительно медленно, состоя из приступов боли, тревожного сна и долгого, тяжелого молчания. Люциан большую часть времени сидел, прислонившись к стене, его лицо было серым, а взгляд — пустым. Он потерял не просто руку. Он потерял часть себя, часть своей виртуозности. Для мага, чьи заклинания рождались из жестов обеих рук, это было равносильно тому, что скрипачу сломали пальцы. Лекс же боролся с болью в боку и тяжестью на душе. Образ Элары, падающей на черный пепел, снова и снова вспыхивал перед его глазами. Но было и еще кое-что. Что-то странное, происходящее с его телом. Боль в боку, которая вчера была острой и пронзающей, сегодня стала тупой, ноющей. Сломанные ребра все еще давали о себе знать при каждом вдохе, но уже не так сильно. Он решил проверить. Осторожно развязав повязку, он посмотрел на рану. И замер. То, что он увидел, было невозможно. Глубокие рваные раны, которым для заживления требовались бы недели, уже стянулись. Края раны были не воспаленными и красными, а чистыми, розовыми, покрытыми свежей, молодой кожей. С такой скоростью заживают только мелкие царапины. Он тут же активировал «Взгляд Инженера», направляя его на поврежденную область. [АНАЛИЗ ПРОЦЕССА РЕГЕНЕРАЦИИ. Текущий статус: Форсированный. Скорость деления клеток: Увеличена на ~700% от нормы Homo Sapiens. Источник энергии: Неизвестен. Обнаружена микроскопическая утечка из "Системы-0" (внутренний резервуар маны), направленная на восстановление поврежденных тканей. Процесс: Автономный, неконтролируемый сознанием.] Его собственное тело, без его ведома, использовало крохи той запертой энергии, чтобы починить себя. Этот океан маны внутри него был не просто "топливом". Это была полноценная система жизнеобеспечения, которая включила аварийный протокол, чтобы сохранить носителя. Его раны заживали с неестественной скоростью. Он посмотрел на Люциана. Тот, казалось, немного пришел в себя. «Нам нужно идти», — сказал Лекс. Его голос был хриплым. — «Здесь нельзя больше оставаться». Люциан медленно кивнул. «Знаю. Куда?» «Туда же, куда и шли. К королю», — ответил Лекс. — «План не изменился. Это все еще наш единственный билет отсюда». «Билет куда?», — мрачно усмехнулся Люциан, глядя на свой обрубок. «Лучше клетка в живом мире, чем могила в этом», — отрезал Лекс. С трудом они поднялись на ноги. Лекс помог Люциану встать. Они выбрались из своего укрытия и побрели на восток, ориентируясь по едва заметному движению багрового солнца. Они шли молча несколько часов. Больше не было нужды в магических туннелях — Люциан был слишком слаб, а скрываться было уже не от кого. «Кто ты вообще такой?» — наконец спросил маг, нарушив тишину. Его голос был ровным, лишенным прежней язвительности. Просто вопрос. Лекс на мгновение задумался. Кем он был? «Меня зовут Алексей. Ну или Лекс для друзей», — начал он. — «В моем мире... я строил машины. Механизмы. Там не было магии. Было со всем по другому не как тут. И я умер. А потом очнулся здесь». Люциан слушал внимательно. Мир без магии. Сама эта концепция казалась ему дикой. «Значит, все эти твои... фокусы, — он кивнул на Лекса, — это не магия? То, как ты уворачивался. Как понял, куда бить тварь». «Это не фокусы. Это расчет ну или как назвал я свою способность, когда сюда попал Взгляд инженера», — ответил Лекс. — «Я вижу мир как большую машину. Вижу ее слабые места. Напряжения, векторы, структуру. Для меня твоя магия — это просто еще один механизм, который я пока не до конца понимаю». Теперь настала очередь Лекса задавать вопросы. «А ты? Кто ты?» Люциан криво усмехнулся. «Я? Я был тем, кого называли Благословенным Луны. Лучшим магом поколения. Мог управлять всеми стихиями. — он горько посмотрел на свою отсутствующую руку, возможно я её восстановлю но... — Теперь я просто калека, который может в лучшем случае вскипятить чайник. Король держал меня при себе как... цепного пса. Красивого, породистого, но на цепи. Я должен был выполнять его приказы. Вроде этого — притащить тебя к нему. В награду он давал мне лучшее вино в королевстве. Сделка была честной». Они снова замолчали, каждый переваривая услышанное. Два совершенно разных мира, две сломанные жизни, сошедшиеся в одной точке посреди ада. «Что будет, когда мы доберемся до твоего короля?» — спросил Лекс. «Тебя запрут в какой-нибудь лаборатории и будут изучать, как диковинного зверя», — без обиняков ответил Люциан. — «А меня... в лучшем случае выгонят из Королевства, так как больше не нужен буду с такой травмой а в худшем просто убьют». Перспектива была безрадостной. Но Лекс уже думал. Его мозг инженера искал выход, анализируя новую систему, в которой он оказался.