Часть 9. И что дальше

– Пааап, зачем нужно идти так рано? – со стоном проговорила девочка, нехотя ступая вслед за грузным мужчиной. – Терпение, моя пантерка. – ответил тот, воодушевленно вглядываясь в траву. – Вот соберем грибов и ягод, а потом мама сделает что-то вкусное. Может даже, – он хитро улыбнулся, оборачиваясь на дочку – Твой любимый малиновый пирог. Хоть девочка и старалась не подать виду, он прекрасно увидел заинтересованность в ее глазах. – Мне не 10, чтобы пытаться сладким заманить, – проговорила Никс самым язвительным голосом, который только мог быть у 15-летнего подростка, – Я бы лучше потренировалась метать ножи, – мечтательно закончила она. – Все будет, пантерка, обещаю, – сказал мужчина, присаживаясь под осину и начиная там возиться. – Гляди-ка, – он с гордостью ткнул в нос девочки большой гриб, – из такого знаешь какой вкусный суп можно сделать! Девочка лишь надула губы, а ее отец смеясь потрепал ее по черным волосам. – Не дуйся как шарик, а то лопнешь, – сказал он, складывая свое сокровище в лукошко, – Лучше посмотри, какая погода хорошая. Как свежо. – Да, и как много диких зверей вокруг, готовых съесть нас в любой момент. На этот раз ее отец залился таким непринужденным детским и по-настоящему заразительным смехом, что Никс невольно улыбнулась. – Не переживай. Если мы им мешать не будем, то и они нас не тронут, – сказал он, вновь присаживаясь под дерево, – Звери не люди. Без причины не нападают, – он обернулся на дочь, которая от скуки наблюдала за ползущими по тропинке муравьями, – А тебе как будущему следователю не помешает умение ориентироваться в лесу, а также некоторые другие полезные знания. – Да какие тут полезные знания? Как грибы правильно резать, да как в звериное говно не вляпаться, – проворчала Никс. – Ух, какая ты ворчунья, – усмехнулся отец, складывая очередной гриб в свое лукошко, – Вся в маму. Он подошел и вновь потрепал дочурку по волосам, чем вызвал недовольное бурчание. И тут он заметил что-то позади девочки. – Какой же ты следователь, что свежий труп не углядела? – он за пару шагов подошел к дереву, что росло неподалеку от Никс. Та изумленно обернулась и быстро последовала за отцом. Но на ее разочарование под деревом были только звериные кости. – И кто это? Знаешь? – выжидающе спросил у нее отец. – Заяц. Понятно по размеру, а также его челюстным и лобовым костям. Я видела в книге, – сказала она, снова нацепив незаинтересованный вид, но взгляда с костей не сводила. Все-таки вживую на них было смотреть куда интереснее. – Именно. Молодец. Рад, что пользуешься моим подарком, – довольно проговорил отец, – А знаешь, что заяц не смотря на свою трусость всегда борется до последнего? Настоящий воин, что пал в бою, – он сорвал ромашку, что росла неподалеку и положил ее на груду костей, – А у предков наших заяц был посвящен Ярило – весеннему богу. – Вот только сейчас не весна. – Это верно. Сейчас другого бога пора, – задумчиво согласился отец, – Сейчас пора Авсеня – осеннего бога плодородия. А знаешь, что у наших предков, места большого скопления грибов считались местом великой силы? А если на пустой поляне грибы росли кругом, то это считалось чем-то мистическим и в этот круг ни за что заходить нельзя было. – Долго ты мне сказки рассказывать будешь? – отмахнулась от него девочка. – Многие грибы растут там, где органики много, – она сделала паузу, – Например, в местах где лежит труп. – Да, ты права. Тоже в книге вычитала? Никс смущенно отвела взгляд. – Да. Тоже. Никс очнулась от резкой боли. Ветка на скорости хлестнула ее по лицу. Слава нес ее на спине и бежал со всех ног. Для парня его комплекции это было поистине удивительно. – Слава? – в недоумении спросила еще не до конца очнувшаяся девушка. – Ты откуда здесь? Я еще сплю? – Очнулась наконец? Ну и напугала же ты меня. – облегченно проговорил парень, стараясь не сбить дыхание. – Но будь хорошим пациентом и помолчи, если не в состоянии бежать сама. Нам нужно выбираться отсюда. И срочно. Никс как могла огляделась со своего положения. Они все еще в лесу. И судя по всему уже наступила ночь, ведь тонкие лучи солнца сменились на холодный сумрак. Кроны деревьев то и дело наклонялись к ним, будто пытаясь ухватить когтистыми ветвями, не дав сбежать из запутанного лабиринта. – Ты хоть знаешь, где мы? – Примерно. По твоим меткам ориентируюсь. – Правда? – Да. Помолчи уже. Никс надула губы, но все же перестала задавать вопросы. Лишь тогда она чувствовала как парень начал задыхаться. «Что за идиот», – тут же пронеслась мысль – Опусти меня. Я могу идти сама, – проговорила она уже в слух. Слава сделал вид, что не услышал ее, но после еще нескольких шагов понял ,что еще немного и свалится без чувств. Пришлось отпустить. Дальнейший путь каждый продолжил на своих двоих. Спустя еще порядка пяти минут – по крайне мере по приблизительным расчетам Никс – вдали показалась тонкая полоса света. Не того, что видела девушка до этого. Этот был слабым светом луны, что мог спокойно опуститься на землю, не протискиваясь сквозь густые кроны. Радости не были предела и друзья тут же прибавили ход, будто боясь потерять свой спасительный маяк из виду. Подбежав наконец к плотному капкану деревьев, что отделял их от города, они боком протиснулись сквозь стволы в переулок. – Сможешь в темноте дорогу в дом найти? – спросила запыханная Никс, оглядываясь. Лес застыл, наблюдая за ними своим мрачным взором. Ему явно не нравилось, что его жертвы смогли вырваться. Или так казалось девушке. Слава лишь напряженно сжал губы. – Нельзя нам в тот дом. Никс посмотрела на друга с икренним недоумением. – Как это нельзя? Ты с ума сошел? Мы на улице спать будем? – Да помолчи уже. Я все объясню только… – парень нервно смотрел по сторонам. Взгляд его упал на здание бара. «Внутри тихо. Видимо, никого нет» – промелькнула мысль. – Пошли, – сказал парень вслух, подходя к расшатанной двери. – Всмысле пошли? Ты хочешь вломиться в общественное заведение? – Именно, – непринужденно ответил Слава и навалился плечом на конструкцию. Дверь возмущенно заскрипела. Заскрежетали ржавые защелки и наконец – дверь открылась. – Быстро внутрь. – проговорил парень, силой заталкивая подругу в здание. – Объясни наконец, что происходит? – раздраженно спросила Никс, когда Слава захлопнул дверь и подпер ее ближайшим стулом. Слава промолчал и жестом показал девушке сесть. Та сжала кулаки, но все же повиновалась. Парень сел напротив и без долгой прелюдии начал: – Я думаю, ты уже заметила, что этот город, мягко говоря, странный. Странные жители, странный лес, странное…все. Никс лишь кивнула. После всего, что произошло за эти сутки прилагательное «странный» было самым что ни на есть преуменьшением. – И дело не просто в чудаковатом диалекте или манере общения. Я думаю…– он сделал паузу, будто стараясь получше сформулировать мысль, – …думаю здесь обитает нечисть. Само это слово – «нечисть» – казалось неестественным, даже каким-то смешным. Никс хотела возразить, но слова застряли в горле. Картинки пережитого дня не позволяли ей подобрать хоть какой-то рациональный аргумент. – Что с домом? – выдавила она из себя, пытаясь, как она думала, сменить тему. Но оказалось – как раз наооборот. – Там небезопасно, – пауза, – На меня напали. – Что? Кто? – изумленно и одновременно с этим злобно спросила девушка. “Какая тварь посмела!” – ясно читалось в ее взгляде. Парень помолчал, вновь собираясь с мыслями. – Он представился как домовой, – сказал он сдавленно, не до конца веря то, что произносит, – Именно он сказал, что ты ушла в ле, – снова пауза, – И оказался прав. Девушка таращилась на друга, хлопая глазами и пытаясь понять не шутит ли он. Но на его лице не было и намека на улыбку. – Но ведь… – неуверенно начала она. – Домовые добрые…обычно. Странно, но именно эта мысль первой пришла ей на ум. Факт того, что домовой оказался злым удивлял ее куда больше чем само его существование. Замелькали сказки, которые так любил рассказывать ей отец, когда они уезжали в их дом около леса. “Помни, пантерка, домовые дом от бед стерегут и обижать их не стоит” Погрузившись в воспоминания следователь даже не обратила внимания на друга. А в его глазах читалось настоящее облегчение, ведь ему поверили. – Быть может, в сказках. Но этот…– Слава поправил ворот футболки, будто ему перестало хватать воздуха, – …чуть меня не убил. Голос парня выдернул девушку из цепочки воспоминаний. Ей стало ужасно некомфортно. То, что произошло с ними не было ни сказкой, ни какой-то причудливой байкой ее отца. Они сталкиваются с этим в реальности. Прямо сейчас. Наступила тишина, казавшаяся невероятно громкой и давящей. Ветер требовательно пробирался сквозь щели дома, свистя и будто смеясь над находящимися внутри. – На меня тоже напали. В лесу, – робко прервала молчание Никс, – Волк, – добавила она и тут же поежилась, – Хоть я и не уверена теперь, что это был волк. Она нервно потерла висок пальцами руки. Чем больше она вспоминала, тем больше нарастала боль в голове. Парень напротив в свою очередь помолчал несколько долгих мучительных секунд прежде чем спросить. – Он был крупнее? Никс изумленно подняла глаза. – Да. – С черной шерстью? – Да. – с каждым вопросом Никс слегка привставала со стула. – И очень странным поведением. Незвериным. Никс вновь поежилась, вспомнив неестественную улыбку, и села обратно. – Да, – тихо согласилась она и тут ее осенило, – Ты тоже видел его! На этот раз поежился Слава. – В ту ночь, – нервно начал он, – Я видел очень странного волка и мужчину, который истошно орал и истекал кровью. Я не видел, умер ли мужчина, тут же отвернулся, ведь мне показалось, что зверь меня заметил. – Но ты ведь говорил… – Да говорил! – резко перебил ее Слава и со вздохом упер лицо в ладони, – Я наврал. На самом деле убийства я не видел. Лишь слышал крик и…– он тяжело вдохнул, –…и видел эту мерзкую тварь. Я думал, что умру, но почему-то остался жив, – этот факт никак не укладывался в голове парня, – И именно поэтому решил, что все это было лишь сном, – он замолчал и потом резко поднял голову, осознав. – Но если ты тоже его видела, то как ты осталась жива? Никс нервно погладила руку, за которую недавно ее укусили. – Я не знаю, – честно призналась она. – Я помню лишь как меня укусили за руку. И как я истекаю кровью посреди леса, не в силах пошевелиться, – девушка замолчала, будто сомневаясь стоит ли рассказывать дальше. Подняв голову, она увидела напротив двое зеленых глаз, в которых ясно читалась мысль: “Я верю тебе.” Это придало ей уверенности говорить дальше. – А потом появился свет. – она сделала паузу, не зная как именно рассказать дальнейшее. – И этот свет будто исцелил меня. Никс поджала губы, напряженно ожидая реакции. Но не последовало ни насмешки, ни даже колкого комментария. Вместо этого парень спросил: – Просто обычный свет? Он будто чувствовал, что она недоговаривает. – Ну… – следователь нервно заерзала, – Мне показалось, что свет сложился в образ милой девушки. Но я не уверена, – поспешно добавила она, – Возможно это было лишь галлюцинацией вследствии потери крови. Слава помолчал, что-то обдумывая. – Когда я нашел тебя, то на тебе не было никаких ран. – вспомнил он, – Я бы сказал, что ты была даже слишком чистой для того, кто столько времени провел в лесу. Но при этом под тобой была мокрая от крови земля. – А волка ты видел? – решила уточнить она, хотя ответ прекрасно знала. – Нет, – замотал головой парень, – Возможно, это твоя девушка спугнула его. – Мне могло показаться. – А мне могло показаться, что меня убивает домовой, а на самом деле просто началась паническая атака. Вот только ни ты, ни я не поверим, что все что мы пережили было лишь сном. Особенно, – он горько усмехнулся, – Раз наши галлюцинации частично совпали. Оба погрузились в воспоминания, стараясь выудить хоть что-то важное. – Как считаешь, волк тоже может быть…нечистью? – как же тяжело давалось Славе это неестественно несерьезное слово для описания подобного рода тварей. – Но какой именно? Никс вспомнила странные человеческие следы, которые сложились в подобие звериной лапы. – Оборотень, – прошептала она. – Что? – Это…Я думаю, это мог быть…оборотень. Резкий стук в дверь заставил обоих подскочить. Спустя пару секунд затишья послышался до боли знакомый женский голос. – Слава, милай, выхади давай! Это я, теть Марта! Парень резко обернулся и непонятно почему, но по спине побежали мурашки. Он слегка привстал и сделал неуверенный шаг вперед, но тут же резко был схвачен за руку Никс, которая замотала головой, как бы говоря: “Нельзя”. – Чаго ж вы вошкаетесь, милыя? Двери-то отворяйте! БАМ. Громкий удар в дверь такой мощи, который никак не вязался с образом милой старушки. Слава, не отрываясь смотрел на дверь, чувствуя, как цепенеет от страха. Но Никс настойчиво дернула его за руку в противоположном направлении от двери, не давая застрять на месте. А в дверь тем временем начали нетерпеливо долбиться. При чем делал это явно не один человек. Если вообще человек. – Не адчыняете, значаць, милыя! Ну тады мы и сами зайсти можам. Звон. Окно справа от них вдребезги разлетелось. Сквозь отверстие просунулась рука, увешанная свежими осколками, из под которых сачилась странная жижа, отдаленно напоминающая кровь. Вслед за рукой показалась морда странного существа. Оно бы пошло на человека, если бы не странный зеленоватый оттенок кожи вместе с черными глазами. Тварь широко раскрыла свою пасть, показывая три ряда острых клыков, издавая нечто среднее между звериным рыком и истошным воплем. Существо буквально ввалилось через проломленное окно. Было видно, что оно плохо ориентируется в пространстве и передвигается не особо быстро. И тут. Звон. С другой стороны. И точно такое же существо пролезло в противоположное окно. Кровь стыла в жилах при виде этих тварей. А из-за двери все слышался тот же голос: – Милыя, вы галоунае не бегите, а тое шчэ повредите что небудзь и памирать тады доуга будете! Слава встал как вкопанный, пялясь на отвратительных существ, что уже успели подняться на ноги. В разбитые окна тем временем полезли новые. Никс силой развернула парня к себе и со всей дури ударила по щеке. – Отомри уже, придурок! Бежим! Девушка схватила парня за руку и недолго думая выскочила через заднюю дверь, крепко закрыв. Они снова оказались лицом к лицу перед проклятым лесом, из которого только-только выбрались. Сзади послышался громкий топот и смешанныйс отвратительным зловонием. Друзья обернулись. Несколько тварей уже успели обогнуть здания и стояли по углам буквально в пяти шагах от них. Никс тут же рванула к капкану стволов, потянув за собой Славу, который все же смог отмереть и рвануть следом. Они вновь протиснулись внутрь. Слава зацепился об корень и упал на колени. Никс же осталась стоять на ногах. Хвать. Одна из тварей схватила Никс за руку и потянула с неописуемой силой обратно. Сквозь отверстия просунулись множества рук с гнилыми когтями. Твари кричали, вопили, кусали дерево, желая проникнуть внутрь к ним. Когтистые лапы тут же потянулись к девушке, хватая за волосы и одежду, стараясь пропихнуть ее сквозь дерево к ним в их страшные объятья. Гнилые когти впивались в кожу, разрывая ее практически до мяса. Девушка истошно заорала от боли и в отчаянии схватила свой перочинный нож, что лежал в кармане, но не смогла удержать, ведь тут же ее схватила рука. Слава, словно протрезвев от крика подруги моментально подскочил, поднял упавший нож и, подбежав, вонзил нож в лапу одну из тварей. Та с мерзим шипением убрала руку. Затем вторая. Третья. Слава рубил куда видел и сама Никс сопротивлялась как могла. Последняя тварь, что держала девушку за волосы, уже начала просовывать свою мерзку морду сквозь стволы, но парень вонзил лезвие прямо в ее черный глаз. Послышался жуткий вой и последняя рука наконец отпустила свою жертву. От резко ослабвшего натяжения сопротивляющаяся девушка упала на колени, но Слава тут же поднял ее. – Скорее! Бежим! Они бежали не разбирая дороги, желая лишь не потерять в этой темноте друг друга. Парень придерживал Никс, у которой из рук и ног сочились струйки крови. Со всех сторон слышались голоса. Не монстров, а будто неких духов, что потешались над несчастными жертвами. Некоторые ветки так и тянулись к ним, стараясь облегчить преследователям работу.             Дыхание тварей, которые похожи все-таки пробрались сквозь спасительную деревянную решетку, эхом отзывалось в ушах.             Невыносимо. Просто невыносимо.             Внезапно глаза Никс застелила белая пелена. Она почти споткнулась об корень, но ее тут же подхватил Слава, которого тем не менее тоже уводило куда-то в сторону.             Ноги сами пошли абсолютно неизвестным маршрутом. Голова кружилась, звуки тварей были все еще слышны, но сейчас они казались такими далекими.             Счет времени был утерян. Они, кажется, все еще бежали. Но будто по чужой указке.             Однако, чем больше проходило времени тем сильнее отпускал дурман.             Наконец, он сошел совсем. Девушка отчаянно замотала головой. Когда зрения прояснилось она как следует осмотрелась.             Перед ними высились руины почти полностью разрушенного замка. Лишь несколько колонн расположенных на приличном расстоянии да одна арка полуразрушенная арка выдавала признаки когда-то стоявшего здесь строения. Лес почти полностью поглотил камни, возведенные человеком. Руины сплетались с ветвями деревьями, а каменные стены обволок зеленый плющ.             Повсюду росли белоснежные цветы, чем-то похожи на клевер, из-за чего казалось, что руины стоят на облаке.             Луна важно возвышалась над их странной находкой. Ее свет выборочно освещал части руин. У ее основания свет был особенно ярким, словно состоящий из белых волокн             Друзья затаили дыхание, не в силах отвести взгляд от открывшейся перед ними красоты. Они так долго пробыли в лесу, что глаза волей-неволей привыкли к темноте. А потому даже свет луны казался невероятно ярким.             Хрясь!             Сзади них с громким треском сломалась ветка.             А следом они вновь услышали злосчастный рык тварей. Они и не думали отстать, но почему-то не настигли их, пока оба чужака находились в неком подобии транса.             Белый свет резко взмыл вверх и ушел прямиком по лестнице, которая уходила глубоко в землю и была почти не видна из-за окруживших ее зарослей.             «Катакомбы» – предположила девушка.             Никс схватила сомневающегося Славу за запястье и потянула следом за светом.             Не увидев, где конкретно начинается лестница, они кубарем скатились вниз.             Благодаря зеленой подушке, что просочилась сквозь просветы каменных плит, они отделались лишь парочкой ушибов. Для Никс это было особенным везением, ведь ее раны все еще кровоточили.             Но к их удивлению, перед ними предстали вовсе не катакомбы. А усыпальница.             Просторное помещение, в котором пахло влажной землей, не имело источников света за исключением отверстия в потолке через которую струился свет луны.             По бокам усыпальницы было шесть гробов, каждый выполнен из белого гранита, который потрескался у основания, уступая место зеленым ветвям. Имена на гробах были написаны на латинице, а у самой дальней стены стоял каменный алтарь с выгравированными символами, которые ни Никс, ни Слава не были способны прочитать. Данные символы не относились ни к одной знакомой группе языков.             Никс намеревалась встать, но Слава взглядом приказал ей сидеть.             – Не стоит тебе сейчас двигаться. Чудо, что ты с такими ранами смогла дойти досюда.             Никс без лишних пререканий повиновалась. Парень в свою очередь начал тщательно осматривать каждую рану, не говоря ни слова.             Вокруг было невероятно тихо. Даже рык тварей стих совсем. Единственным, что нарушало тишину, была вода, что капала с потолка.             Алтарь стоял прямо под отверстием в потолке. Каменные грани обволакивал холодный лунный свет, из-за чего казалось что тот буквально светится.             Сквозь эти просветы Никс увидела линию белого света, очень похожий на тот, что они видели всего минуту назад. Девушка тут же нетерпеливо задергала друга, который уже успел оторвать часть своей футболки, чтобы сделать хоть какое-то подобие жгута для остановки кровотечения.             – Слава, скорее! – она сделала попытку встать, но парень тут же надавил ей на плечо,заставив сесть, и обернулся.             Линий стало куда больше. Полоска за полоской – они стали складываться в образ прекрасной светловолосой девушки в длинном белоснежном одеянии. Глаза девушки были подобны свету луны – чисты и воистину прекрасны.             – Нужно подойти поближе, – Никс утверждала, не спрашивала.             Слава секунду подумал, а после подхватил подругу на руки. Далось ему это не очень легко, но все же он смог пронести девушку через половину усыпальницы и после усадить на камни. Это не казалось хорошей идеей, но парень прекрасно знал, что спорить бесполезно.             Никс застыла в абсолютном восхищении, не сводя глаз с этого таинственного света. Слава был скорее напуган и заранее присматривал что-нибудь потяжелее, что можно было бы кинуть в случае чего.             Образ уже почти полностью сформировался. Он стал выглядеть таким осязаемым и…человеческим.             Силуэт, облаченный в легкое белое одеяние, стал медленно опускаться. Друзья затаили дыхание.             Длинный рукав, свисающий к самым ногам таинственной девушки из света, зацепился за угол алтаря.             Прекрасная фея не успела среагировать, ведь магия удерживающая ее на весу успела развеяться и она просто упала лицом вниз прямо к ногам Никс.             На несколько секунд в усыпальнице снова воцарилась абсолютная тишина.             – И что дальше? – наконец тихо спросил Слава.