Часть 89

Глава 89

Под проливным дождем мокрые пряди челки прилипли к лицу Рёто. Он шаг за шагом шел сквозь ливень, в одной руке неся голову, а в другой сжимая короткий меч, с которого стекали капли. Имя этому мечу было Белый Клык. По пути, в деревне, один за другим ниндзя становились свидетелями этой сцены. Их лица искажались от ужаса, никто не понимал, что произошло. Если бы это было возможно, Рёто хотел бы, чтобы этот путь был как можно длиннее, чтобы он никогда не кончался. Почему? Когда сходит лавина, ни одна снежинка не считает себя виновной. Рёто лишь желал, чтобы этих глупых ниндзя, загнавших Белого Клыка в могилу, умерло как можно больше. Если бы все пошло так, как того хотел Белый Клык, то мир, в котором никто не пострадал, а умер лишь он один, был бы идеальным. Любое преступление можно было бы парой слов повесить на него — мертвые ведь не возражают. Под проливным дождем Умка жалобно скулила, словно плача. Идя рядом, она время от времени терлась о ногу Рёто, будто пытаясь утешить. Но он лишь безучастно шагал вперед. Его усталые, пустые глаза не замечали наблюдавших за ним по пути ниндзя, в то время как его собаки-ниндзя рычанием предупреждали их не приближаться. — Глупый мир шиноби… — Глупая Коноха… — Глупые ниндзя… — Глупые жители… И тот… и этот… Все они — безнадежно глупые птицы в клетке. В пелене дождя раздался взрыв. В лесу ниндзя сошлись в жестокой схватке, скрестив клинки. У кромки леса лежали трупы, кровь смешивалась с дождевой водой и текла ручьями. Время от времени на пути попадались умирающие шиноби, с трудом хватающие ртом воздух, с отчаянной жаждой жизни в глазах. Так было до тех пор, пока в лес не вошел Рёто, безучастно и медленно шагая вперед. Сражающиеся ниндзя заметили его и голову в его руке… Это же… Белый Клык Конохи!!! Ужас вспыхнул в их глазах, и бой постепенно затих. Раздались панические крики, эхом разносившиеся вокруг. — Белый Клык мертв!!! — Белый Клык мертв!!! Сначала в это невозможно было поверить, но по мере того, как крики становились все громче, все больше ниндзя видели это своими глазами. Они кричали от ужаса и отчаяния, и все больше и больше шиноби в нерешительности прекращали сражаться. Рёто, неся голову, продолжал идти вперед. Ниндзя с обеих сторон не решались подойти, лишь со сложными чувствами смотрели на эту маленькую фигуру. Они двинулись следом, и постепенно процессия становилась все больше и больше. Куда бы он ни шел, битва замирала, словно кто-то нажал на кнопку «стоп». Остались только звуки их собственного дыхания, шум проливного дождя и мертвая тишина. Дым от развеянной техники призыва рассеялся. Огромная змея и жаба исчезли, а Джирайя и Орочимару, оказавшись среди своих отрядов, с недоумением уставились на фигуру, идущую с головой в руке. Их зрачки сузились… Они сомневались, но эта голова… без сомнения, принадлежала Белому Клыку. Белый Клык был мертв. Этот бой потерял всякий смысл. Все больше и больше ниндзя, услышав новость, прекращали сражаться и присоединялись к молчаливой процессии, наблюдая за происходящим под проливным дождем. … В лесу Наори смотрела на странную голову в своих руках. Затем она вырезала пару Мангекё. Незаметно для всех, она снова тайно защитила клан Учиха. Этот тип в ее руках, используя тело Кагами, тайно спровоцировал столкновение между сторонниками Белого Клыка и фракцией Хокаге, намереваясь посеять хаос в деревне. Она прислушалась. Издалека донеслись недоверчивые возгласы. Наори услышала новость о смерти Белого Клыка. Хаос закончился… Белый Клык Конохи… этот человек защитил деревню ценой собственной жизни… Слегка опустив глаза, она бросила голову на землю и выдохнула струю огня, сжигая лицо Кагами. Вокруг, в иллюзии, мелькали тени кошек-ниндзя. С ноткой печали во взгляде, Наори отступила и, обратившись в стаю бабочек, исчезла. … В поместье Сенджу Мито вздохнула и сказала: — Вы тоже идите. — Бабушка! — воскликнула Цунаде. — Не волнуйтесь, он больше не придет. Наори выбила у него из-под ног важную фигуру, Кьюби не выйдет из-под контроля, — сказала Мито. — Белый Клык своей смертью также разрушил его планы. — Есть! — Цунаде и Рин поднялись. Но сейчас Мито больше беспокоило то, что Рёто мог наделать глупостей. Поэтому… — Рин… Рин остановилась и посмотрела на Мито. — Не вмешивайся в дела Рёто. Просто позволь ему выплеснуть все наружу. Если возникнут проблемы, я все улажу… — махнула рукой Мито. — Есть! — кивнула Инузука Рин. … У крепости, где располагался отряд джонинов, Рёто, сам того не заметив, достиг конечной точки своего пути. На вершине крепости плотная толпа людей, четко разделенная на две половины, окружила его, глядя на голову в его руке. После долгого молчания кто-то не выдержал и начал перешептываться, кто-то громко и гневно кричал на Рёто, требуя ответов. Под проливным дождем Рёто, стоя на черепичной крыше крепости, казалось, ничего не слышал. Он ждал. Ждал одного человека, того, кто был обязан явиться и навести порядок. Прибывало все больше и больше ниндзя: Сенджу, Хьюга, Учиха, Курама, Инузука, Абураме и даже обычные ниндзя из деревни, которые, получив известие, не желали ввязываться в конфликт и сохраняли нейтралитет. Дождь лил не переставая… В такой обстановке, когда все немного успокоились, никто не осмеливался действовать опрометчиво, ожидая появления того, кто имел право принимать решения. Третий Хокаге! Он был вынужден появиться. Вместе с отрядом Анбу он приземлился с помощью техники телесного мерцания, вышел из толпы и подошел прямо к Рёто. Его взгляд упал на голову в руке мальчика. В деревне произошло такое серьезное событие, и кто-то должен был взять на себя вину. Мертвец подходил для этой роли как нельзя лучше. Поняв замысел Белого Клыка, Третий знал, как разрешить ситуацию. Нельзя было упускать этот шанс, нужно было восстановить былое спокойствие и стабильность в деревне. — Рёто, что случилось? — спросил Третий спокойным, но серьезным тоном. Под дождем Рёто поднял голову и впился в Третьего Хокаге мертвенно-холодным взглядом, не говоря ни слова. Что это был за взгляд? Третий молча опустил голову. «Ученик Белого Клыка хочет меня убить», — подумал он. Он действительно хочет меня убить. Третий ничего не сказал. Ему нечего было сказать. Он молча стоял под проливным дождем перед этим особенным учеником Белого Клыка. Почувствовав убийственное намерение своего Собачьего Генерала, собаки-ниндзя вокруг него пришли в ярость и начали выть. Один вой сменялся другим, бесконечная череда перерастала в оглушительный рев, подобный штормовому ветру и яростным волнам океана. — Говори. Что бы ты ни сказал… — глухо произнес Третий. — Как Третий Хокаге, я приму всю ответственность на себя. Под пристальными взглядами сотен ниндзя, чьи глаза горели в ожидании, все смотрели на мальчика, стоящего в центре бури. Его следующие слова определят направление ветра. Дождь, смешиваясь с потом, стекал по лицу Джирайи. Он плотно сжал губы, его взгляд дрожал. Старику сегодня не поздоровится! Выражение лица Орочимару было серьезным, его глаза сверкали, не отрываясь от лица Белого Клыка. Казалось, он то ли плачет, то ли смеется, не в силах выразить свои чувства. Цунаде крепко сжимала руку Рин, стоя впереди и храня молчание. Неподалеку, со стороны клана Учиха, их предводительница Наори спокойно смотрела на фигуру в центре. Спустя долгое время Рёто медленно поднял руку, высоко воздев голову Белого Клыка с плотно закрытыми глазами. Непрекращающийся лай собак вокруг внезапно оборвался, идеально синхронно. Рёто глубоко вздохнул и пронзительно закричал сквозь шум дождя: — По… Приказу господина Шимуры Данзо!!! Содействовать Джирайе в борьбе за пост Хокаге!!! Убить Белого Клыка Конохи!!! Миссия выполнена! Конец связи!!! Словно пораженные молнией, Третий и Джирайя одновременно отступили на шаг. Лицо Джирайи было полно недоумения и паники. «Какого черта? Как я в это вляпался?! Это не я! Я этого не делал!» Толпа взорвалась. Потрясенные крики разнеслись, подобно горному эху. Руки и ноги Третьего похолодели. Под плащом Хокаге его руки сильно дрожали, и он никак не мог их унять. Он издал яростный рык: — Стойте!!! Все замолчали и как один посмотрели на Третьего Хокаге. Во многих глазах пылал гнев. Третий глубоко вздохнул, обвел взглядом всех присутствующих и, наконец, остановил свой взор на Рёто. Изо всех сил он прокричал: — Я, как Третий Хокаге, объявляю!!! Шимура Данзо, замышлявший предательство и разжигание гражданской войны в деревне, а также убийство героя деревни, Белого Клыка Конохи, совершил непростительное преступление!!! Глубоко вдохнув, так что на шее вздулись вены, Третий взревел: — Лишить Джирайю статуса кандидата в Хокаге!!! Он резко взмахнул рукой… — Анбу, слушай мою команду!!! Один за другим члены Анбу появились с помощью техники телесного мерцания, их фигуры выстроились в ряд за спиной Третьего. — Немедленно схватить главного виновника, Шимуру Данзо!!! В случае сопротивления — убить на месте!!! Немедленно исполнять!!! — Есть!!! Все члены Анбу одновременно исчезли. Под проливным дождем Третий запрокинул голову, устало глядя на падающие с неба потоки воды. Все молча смотрели на него… Третий медленно опустил голову и устало произнес: — Я слагаю с себя полномочия Третьего Хокаге. Вина за все произошедшие в деревне беспорядки лежит на мне как на Хокаге, и я не могу избежать ответственности… Третий посмотрел на Цунаде и сказал: — С этого дня Четвертым Хокаге становится Цунаде. Он сорвал с себя плащ Хокаге, под которым оказалась боевая броня эпохи Воюющих Кланов. Снимая доспехи один за другим, Третий, обнажив исхудавший торс под холодным зимним дождем, опустился на колени. — Смерть Белого Клыка — моя вина! Если вы все недовольны, я, Сарутоби Хирузен, готов искупить вину своей смертью. Сверкнула молния. Все со сложными чувствами смотрели на эту сцену. Кто не знал, что Данзо и Третий были заодно? Но он покаялся, чего еще можно желать? Но… В следующую секунду, в ослепительной вспышке молнии, одна фигура молниеносно рванулась вперед. Короткий меч Белого Клыка в его руке сверкнул зловещим холодным светом и вонзился в грудь Третьего. Прижав руку к рукояти, он слегка провернул клинок, мучая свою жертву. Раскаты грома глухо рокотали. Под проливным дождем брызнула кровь, и острие меча вышло из спины. Золотые глаза смотрели прямо в глаза Третьего. Третий горько усмехнулся и выплюнул сгусток крови. «А ты, паршивец, и вправду ударил!!!» На глазах у всех, никто не ожидал такого поворота. Все разинули рты, ошеломленно глядя на происходящее. Орочимару широко раскрыл глаза. Джирайя отвернулся. У Минато отвисла челюсть, на его лице застыл ужас. Эта сцена была слишком шокирующей. В толпе Наори смотрела с кривой усмешкой, но стоявшие за ней Учиха смотрели на Рёто с нескрываемым уважением. В поместье Сенджу Мито скривилась от зубной боли, но не удержалась и хлопнула по столу в восторге. «Вот тебе, притворялся, каялся. Попался, да, обезьянка?» Третий мог увернуться, но не стал. Глядя на Рёто, он протянул руку, чтобы погладить его по голове, и, с кровью во рту, произнес: — Прости… Рёто отбил руку Третьего, прерывая его словесную технику, затем вытащил меч и замахнулся, чтобы нанести еще один удар. Третий закрыл глаза, не двигаясь. «Неужели я сегодня умру? Учитель, я сделал все, что мог…» В следующее мгновение все присутствующие ниндзя одновременно бросились вперед, преграждая Рёто путь. Цунаде и Рин медленно подошли и вывели Рёто из окружения ниндзя. Рин, с болью в сердце, молча обняла его, а Цунаде тихо сказала: — Все кончено, Рёто. Тело Третьего накренилось и упало на землю. Ниндзя-медики немедленно бросились оказывать ему помощь. Рёто смотрел на это, а затем, спустя долгое время, повернулся и ушел, неся голову. Собаки-ниндзя следовали за ним по пятам. «Брат, пошли… Либо деревня расколется на части, либо ты, Третий, признаешь поражение». Кровь за кровь! Присутствующие ниндзя повернули головы, провожая взглядами эту маленькую фигуру. Сложнейшие чувства отражались на их лицах, и они навсегда запечатлели его образ в своей памяти. В деревне появилась невероятно значимая личность.