Часть 126

Глава 126

Клан Узумаки славился огромным запасом чакры и поразительной жизненной силой. Особенно это касалось Кушины, избранной в качестве джинчурики Кьюби, выдающейся представительницы своего клана. Наблюдая за Рин, которая постоянно меняла угол стрельбы, заставляя её двигаться и не давая приблизиться, Кушина помрачнела. Так продолжаться не могло. Она подняла руки и сложила простую печать. Техника множественного теневого клонирования! С громкими хлопками дыма тренировочная площадка заполнилась сотнями, если не тысячами, плотно стоящих клонов Кушины. С громким криком они все разом устремились к Рин. Скорость их передвижения была не очень высокой. Поняв это после короткого зондирования, Рин решила взяться за дело всерьёз. Рин опустила руку-пистолет. На её спине и плечах проросли несколько зелёных ростков. Когда их изумрудные листья слегка задрожали, из-за спины Рин с силой вырвалось множество ветвей. Они извивались и двигались свободно, словно руки. Нацелившись на толпу теневых клонов, несущихся со всех сторон, из тёмных жерл на концах ветвей с воем вырвался плотный поток семян. Стихия дерева: Крепость из семян. Под шквальным огнём теневые клоны один за другим взрывались от ударов семян, превращаясь в струйки дыма. Грохот на поле боя становился всё оглушительнее и не прекращался. Рин стояла в центре, не двигаясь с места. Всего за десять с небольшим секунд все теневые клоны на поле были уничтожены. В клубах поднявшейся пыли показалась фигура Кушины, присевшей на корточки и прикрывшей голову руками. Её руки окутывала голубая чакра. Другими словами, она ушла в глухую оборону, стараясь максимально уменьшить площадь поражения. Земля вокруг неё была испещрена воронками от семян. — Впечатляет! — искренне восхитилась Кушина. — Но... Не успела она договорить, как из-под ног Рин внезапно вырвалась цепь из чакры и, подобно ядовитой змее, обвилась вокруг её лодыжек. Фуин: Адамантовые запечатывающие цепи! Рин скрестила пальцы и толкнула ладони вперёд. Стихия дерева: Техника четырехколонной тюрьмы! По четырём углам от неё из земли выросли четыре деревянных столба, покрытые рунами запечатывания. Вслед за этим раскрылся шестигранный барьер, полностью окутавший её тело со всех сторон, не оставив ни единой щели. Использовать фуиндзюцу против фуиндзюцу — это основа. Поток чакры был прерван, и Адамантовые цепи, словно безвольные змеи, упали на землю и рассеялись. Находясь внутри барьера, Рин посмотрела на Кушину и сказала: — Всё кончено, сестра Кушина. Она разъединила руки, а затем резко хлопнула в ладоши. — Стихия дерева: Море усыпляющих цветов! В тот же миг семена, разбросанные по всему полю, стремительно проросли. Ветви вытянулись, и одна за другой распустились мириады маленьких голубых цветов, в мгновение ока покрыв всю тренировочную площадку. Цветы распустились, и воздух наполнился их ароматом. — Поспите, сестра Кушина. Голова Кушины внезапно клюнула вниз. Нахлынувшая сонливость была такой сильной, что она едва успела встряхнуться и прийти в себя. Плохо! Цветы ядовиты! … — И поэтому... — Минато удивлённо расширил глаза, — ты заснула? — Как бы не так! — воскликнула Кушина. — Я не такая слабачка! … На поле боя Май наблюдала за этой сценой. Кушина клевала носом, её тело вот-вот должно было рухнуть вперёд. Она проигрывала. Под землёй одна из кошек-ниндзя быстро переместилась с помощью Стихии Земли к ногам Кушины. Вонзив ей в ногу иглу, кошка так же быстро исчезла. За три года спаррингов с Рин Май поняла одну вещь: чтобы сражаться с Рин, нужно разбираться в медицинском ниндзюцу. Неизвестно, кто научил эту девчонку с милой улыбкой, но она была мастером ядов, способной убивать незаметно. В конце концов, в природе яды — это главное оружие растений. Рин повернула голову в сторону, где пряталась Май. Та оттянула нижнее веко, высунула язык и скорчила ей рожицу. «Хоть я и стала меньше телом, мой разум не стал детским. Это всего лишь актёрская игра, чтобы скрыть свою личность», — подумала Май. В небе Миёко наблюдала за происходящим сверху. Май не смотрела на неё, но знала, что взгляд Миёко прикован к ней. Эта чувствительная и ранимая девочка, похоже, заметила, что она стала немного другой. Если подумать, это было очевидно. Если твоя подруга внезапно меняет характер, как это может быть нормальным? Её типичный характер Учиха был слишком холоден по отношению к другим, в отличие от живой и весёлой Май. Рин отвела взгляд и посмотрела на очнувшуюся Кушину, у которой на лбу выступил пот. На лице Кушины читалось облегчение, словно она избежала верной гибели. Она серьёзно посмотрела на Рин. Теперь она не смела проявлять ни капли беспечности. Поднявшись на ноги, она с напускной лёгкостью улыбнулась: — Не так уж и впечатляюще. Если ты не подойдёшь, то я сама это сделаю. Губы Рин дрогнули, она хотела что-то сказать, но сдержалась. Добрая девочка не стала разоблачать браваду Кушины. Сказав это, Кушина бросилась к Рин. Нужно было во что бы то ни стало обездвижить её. Она подняла руку, и в её ладони быстро начала собираться и вращаться синяя чакра, формируя шар. Гигантский Расенган! Она ударила им по барьеру Рин. Рин удивлённо склонила голову, глядя на эту новую технику. Она знала все техники деревни, и даже если не видела их вживую, то читала о них в свитках, будь то запретные или обычные дзюцу, и знала их эффекты. Она и не думала, что её немного глуповатая и милая сестра Кушина обладает таким талантом к созданию собственных ниндзюцу. Однако... Находясь в барьере, Рин наблюдала, как Расенган ударил в преграду перед ней, заставив её задрожать. «Сила впечатляет». Увидев это, Кушина, не раздумывая, подняла вторую руку. Если одного шара недостаточно, будет второй. Чего-чего, а чакры у неё было в избытке. Рин опустила руки. Ветви на её теле задрожали, несколько из них сплелись вместе, утолщившись. Затем на их концах появились острые клинки — режим дальней атаки сменился на ближний бой. Глядя на десятки сверкающих лезвий, которые Рин держала в своих ветвях, Кушина скривилась и ударила вторым Расенганом по барьеру. В этот момент барьер мгновенно исчез. Как только Расенган рассеялся, ветви вокруг Рин синхронно задвигались, словно кнуты. Со свистом рассекая воздух, клинки исчезли, и бесчисленные тени мечей, словно буря, окутали Рин. Раздался пронзительный звон стали. В искусстве владения мечом существуют стили одного, двух и трёх мечей, и даже стиль семи мечей. Обычно человек может держать столько мечей, сколько у него рук. Дерево было руками Рин, и она могла держать столько мечей, сколько хотела. Это была... Стихия дерева: Тысячерукий святой мечник. Кушина и не думала бросать Расенган. Прежде чем шар достиг бы Рин, её собственную руку отрубили бы. Она сделала серию быстрых сальто назад, уходя от преследующих её теней мечей. Ветви-руки вытянулись на определённое расстояние, около десяти метров, и остановились. Внезапно, одно семя прорвалось сквозь сеть мечей и устремилось прямо в живот Кушины. Но в этот момент, словно из ниоткуда, появился кунай и, казалось, случайно столкнулся с семенем. Траектории обоих снарядов мгновенно изменились. Кунай, вращаясь, улетел в небо, а семя врезалось в цветочное море на земле, подняв в воздух лепестки и издав глухой удар. Рин посмотрела на Май. — Ты что творишь? Ты испортила мне такую прекрасную возможность для внезапной атаки! — крикнула Май. С этой девчонкой, постоянно мешающей, победить было практически невозможно. Рин поджала губы. Пожалуй, сначала стоит разобраться с ней! Рин сердито топнула ногой, хлопнула в ладоши и уставилась на Май. — Как страшно, — Май встала с ветки дерева. — Ты, когда злишься, совсем перестаёшь разговаривать, — она подняла руку перед собой. «Опять началось...» Миёко смотрела на этих двоих с чувством глубокой беспомощности. Кушина, наблюдая за этой сценой, облегчённо вздохнула, а затем громко крикнула: — Стоп! Никаких разборок! Я приказываю вам как капитан! Три девочки посмотрели на Кушину. Кушина покраснела и сказала: — Эм, я уже поняла уровень Рин, так что её проверять больше не нужно. Следующая — Миёко, покажи мне, на что ты способна, — подумав, Кушина добавила: — Май, ты подожди. Будем по одной. — Что такое... — протянула Май. — Капитан, разве ты не говорила, что мы должны выяснить, кто будет лидером? — Я капитан! Я здесь решаю! — Кушина упёрла руки в боки, выглядя грозно, но на лбу у неё выступил пот. — У меня есть много мощных техник, но я боюсь навредить вам, если их использую. Короче, помалкивай! Слушайся меня! Миёко, твоя очередь! … Слушая рассказ Кушины, Минато бессильно закрыл лицо руками. — Я ведь умница, правда? Эти малышки ведь не догадались? — с надеждой спросила Кушина у Минато. — Угу, — кивнул Минато. — Отлично, — с облегчением выдохнула Кушина. — Авторитет капитана спасён. … В небе Миёко посмотрела на Кушину и сказала: — Сестра Кушина, не стоит меня недооценивать. Благодаря лечению Цунаде и постоянному вливанию жизненной силы, её состояние стабилизировалось, но это привело к побочному эффекту — резкому росту чакры Стихии Инь. И чем больше она росла, тем больше жизненной энергии требовалось Миёко. Цунаде прекрасно понимала, что такое лечение, подобное утолению жажды ядом, рано или поздно выйдет из-под контроля. Миёко подняла руку, и на кончиках её пальцев сгустилась чакра Стихии Инь, тёмная, как тушь. Стихия Инь: Созидание из ничего. Гендзюцу Миёко могло материализоваться в реальности, но если оно было слишком абстрактным и сюрреалистичным, любой мог легко понять, что это иллюзия. В следующую секунду на теле Кушины одна за другой начали странным образом вырастать руки, покрыв её с ног до головы. Они тут же сковали все её суставы, и Кушина мгновенно потеряла способность двигаться, застыв на месте. Гендзюцу! Эта сцена была настолько сюрреалистичной, что выглядела очевидно фальшивой. Кушина сразу же поняла, что что-то не так. Но не стоит паниковать! Сконцентрировать чакру, нарушить её поток в теле... А затем... Развейся! Развейся! Развейся! Глаза Кушины слегка расширились. Да развейся же! Май вздохнула и отвернулась. Если столкнуться с таким гендзюцу Миёко в первый раз, можно и не понять, отчего умер. Миёко удивлённо посмотрела на Кушину. Она это серьёзно? Или пытается меня обмануть? Неужели не может вырваться? На лбу Кушины выступил пот. Половина её лица исказилась, превратившись в лицо Миёко, которое повернулось и посмотрело на вторую половину лица Кушины. Оно заговорило: — Сестра Кушина, если сейчас сдашься, я тебя отпущу. Иначе... — при этих словах одна из рук на теле Кушины схватила её за шею, и Миёко злобно пригрозила: — Иначе я сверну тебе голову! Как мерзко! Как страшно! Слишком жутко! Сердце Кушины забилось быстрее, готовое выпрыгнуть из груди. Но это всего лишь гендзюцу, сдаваться — невозможно! Кого она пугает! Развейся! Развейся! Развейся! Развейся! Видя, что Кушина молчит, Миёко решила преподать ей урок. Она сжала руки на шее и попыталась свернуть её, но не смогла! А? Миёко удивлённо вскинула бровь. На лице Кушины появилось выражение «я так и знала». Вот видите, это всего лишь гендзюцу, оно не может нанести физический урон, только ментальный. Пока я не боюсь и у меня крепкие нервы, оно не сработает. Хорошо, что это бой один на один. Если бы в этот момент кто-то напал, было бы плохо. — Похоже, свернуть мне шею у тебя не получится. Ты и впрямь сильна... — Миёко убрала руки. — Сестра Кушина, я сдаюсь. «Надо было сразу ножом пырнуть. Я всё-таки слишком добрая», — подумала она. Руки на теле Кушины исчезли. Глядя на Миёко в небе, она сказала: — Твоё мастерство гендзюцу впечатляет. А почему ты не использовала свою технику «Созидание из ничего»? В понимании Кушины, техника «Созидание из ничего» была чем-то вроде Стихии Огня, Молнии или Ветра — в общем, чем-то, связанным с реальным миром. Миёко уставилась на Кушину и обиженно надула губы. Она что, издевается надо мной? — Хмф! — Миёко отвернулась. Теперь настала очередь Май. Кушина огляделась по сторонам, но не нашла её и громко крикнула: — Если не выйдешь, я засчитаю тебе поражение! Рин посмотрела на бесстыдную сестру Кушину, её губы дрогнули, и она вздохнула. Пусть радуется. — Ну вот ещё... — Май спрыгнула с дерева, приземлилась на землю и, улыбаясь, посмотрела на Кушину. — Какая же ты подлая, капитан. — Я не такая! Это неправда! — повысила голос Кушина, торопливо воскликнув: — Хватит болтать! Начинаем