Часть 127

Глава 127

Общеизвестно, что для активации Сусаноо необходимо обладать парой глаз Мангекё. Однако после активации некоторые могли использовать Сусаноо с одним глазом. А были и те, кто мог использовать его и вовсе без глаз. — Капитан Кушина... — Май подошла к Кушине и остановилась неподалёку. На её изящном, утончённом личике с тонкими губами появилась лёгкая, игривая усмешка, а большие глаза, лукаво моргнув, озорно блеснули. — Не моргайте~ Услышав это, Кушина бессознательно моргнула. И в тот же миг бушующий поток багровой чакры взметнулся вверх. В зловещем кроваво-красном свете проступал глубокий чёрный оттенок. Чакра заплясала, словно пламя, и из ниоткуда возник гигантский прозрачный скелет из чакры, стремительно обретая форму и накрывая собой миниатюрную фигурку Май. На полупрозрачном скелете, свирепом и хищном, словно у демонической кошки, быстро формировались меридианы и плоть из чакры. Затем он облачился в кроваво-красные доспехи. Голову покрыл шлем, а по бокам, подобно крыльям, раскинулись огромные заострённые кошачьи уши, напоминающие крылья самолёта, за что их и прозвали «уши-самолёты». Гигантский кот из чакры с рёвом ударил обеими лапами по земле. От содрогнувшейся земли он, подняв руки, вытянул из-под неё огромную нагинату из чакры длиной более десяти метров. Вращая оружием в обеих руках, он закинул его на плечо. Третья стадия: Мяусаноо. Впрочем, увидев однажды Сусаноо Мадары, Май решила, что достаточно делить его всего на две стадии: завершённую и незавершённую. Высота завершённого Сусаноо колеблется от ста семидесяти до двухсот двадцати метров. Высота же незавершённого варьируется в зависимости от расхода чакры. В данный момент высота Мяусаноо — Бедствия Зверя Май — составляла семь метров, что не сильно отличалось от обычного Сусаноо. Это была лишь демонстрация виртуозного контроля над чакрой, позволяющего изменять его внешний вид. Что же до Бедствия Зверя Рин, покрывавшего всё её тело, то его высота была всего около трёх метров. Разница заключалась в том, что Бедствие Зверя Рин было быстрым и манёвренным, но его защита была слабее из-за недостаточной толщины брони. Кушина невольно задрала голову, глядя на этого стройного, огромного и сильного кота. Для обычного шиноби такой гигант с его защитой был синонимом отчаяния. Пробить его кунаем было абсолютно невозможно. Без достаточно мощных атакующих техник встреча с ним не сулила ничего хорошего. Однако у Кушины в арсенале имелись мощные наступательные дзюцу. Расенган. Это ниндзюцу без печатей было специально разработано для неё Минато, который взял за основу Биджудаму. Оно подходило для шиноби с огромным запасом чакры. Особенность этой техники заключалась в том, что после овладения совершенным контролем над формой её мощь полностью зависела от воли пользователя: она могла быть настолько слабой, что не убьёт и мухи, а могла стать настолько разрушительной, что сносила целые здания. Чем больше чакры вкладывалось, тем больше становилась её мощь. Иными словами, Кушина не солгала, когда сказала, что у неё есть техники и посильнее. — Впечатляет... — не скупясь на похвалу, произнесла Кушина. — Но я всё равно сильнее... — при этом она отступила на несколько шагов, увеличивая дистанцию. Услышав это, Май, находясь внутри своего Мяусаноо, поправила волосы, а затем, подняв руку к груди, сказала: — Капитан, мои стихии — Ветер, Огонь и Инь. — Какое совпадение, а мои — Ветер, Вода и Инь, — ответила Кушина. Заметив любопытный взгляд Кушины, Рин добавила: — А у меня — Земля, Огонь, Вода и Ян. — У меня — Инь, — коротко бросила Миёко. — В таком случае... — предложила Май, — давайте устроим простую битву ниндзюцу. Если сможете разрушить моё Бедствие Зверя, я признаю поражение. «Плохо дело...» — подумала Кушина, чувствуя, как уверенность её покидает. Эта штука, на первый взгляд, казалась несокрушимой. — Тогда я начинаю, — объявила Май, намеренно медленно складывая печати одной рукой, чтобы Кушина могла всё разглядеть. Обычный шиноби не мог позволить себе такую медлительность — летящий кунай стал бы смертным приговором, но с таким щитом всё было иначе. Последней печатью была «Тигр». «Стихия Огня?» — Стихия Пламени... — тихо произнесла Май. — Техника мифического феникса. С этими словами гигантский кот на её теле резко выгнулся. Его грудь и живот раздулись, и в прозрачной грудной клетке из красной чакры скопился багровый сгусток. Затем кот наклонился вперёд, открыл пасть и выпустил семь огненных шаров один за другим. Среди всех стихийных техник у Стихии Огня было не так много дзюцу высокого ранга, но их мощь зависела не от уровня техники, а от способностей пользователя. Кушина смотрела на семь огромных огненных шаров, летевших прямо на неё. Каждый из них был размером четыре-пять метров, даже больше обычного огненного шара. Это совершенно не походило на ту Технику мифического феникса, которую помнила Кушина, где огненные шары были размером с кулак. И к тому же... «Какая невероятная скорость!» Быстро и жарко! Поднималась волна невыносимого зноя, и казалось, что даже воздух искажается от жара. Увидев летящие на неё огненные шары, Кушина подпрыгнула, уворачиваясь. Огненные шары один за другим врезались в землю, вызывая взрывные потоки воздуха. Огонь мгновенно распространился, охватив всё травяное поле и цветочный луг. В одно мгновение образовалось пылающее поле битвы. В огне с треском горели ветви, и в воздух взмывали бесчисленные искры. Проще говоря, скорость распространения пламени зависит от скорости ветра, но в реальности условия гораздо сложнее. Видя, как огонь подбирается к ней, Рин сложила руки в печать и применила Технику четырехколонной тюрьмы. Возникший барьер защитил её, преградив путь огненной волне. Но от жара по её лицу всё равно струился пот. Подпрыгнувшая в воздух Кушина, глядя на бушующее пламя, нахмурилась. Это была не обычная Стихия Огня — пламя распространялось слишком быстро. Конечно, это была не обычная Стихия Огня. Ветер раздувал пламя. Проведя полжизни в совершенствовании гендзюцу, Май, достигнув в нём предела, решила сменить свой боевой стиль. Честный поединок с использованием ниндзюцу лицом к лицу тоже доставлял ей особое удовольствие. Поэтому последние три года она занималась разработкой Кеккей Генкая, объединяющего Стихию Ветра и Стихию Огня. В воздухе Кушина начала опускаться, но на земле уже не было места для приземления. В этот момент из-за её спины вырвались Адамантовые запечатывающие цепи, которые, стремительно вытянувшись, вонзились в огненное поле. Цепи поддержали тело Кушины, позволив ей зависнуть в воздухе. Но всё равно было невыносимо... Кушина сморщила лицо, пот градом катился с неё. Она чувствовала себя куском мяса, который жарят на огне, и ей казалось, что она вот-вот будет готова. Так продолжаться не могло. Стихия Воды противостоит Стихии Огня, но использовать её там, где нет воды... Пришлось, стиснув зубы, попробовать. Кушина подняла руки. Она не очень хорошо владела Стихией Воды и с ходу не могла вспомнить подходящую технику. В этот момент Рин, не говоря ни слова, сложила руки в печать. Глубоко под землёй ветви начали быстро расти и двигаться, находя подземный водный поток. Хотя под деревней и были водопроводные трубы, их нельзя было повреждать. Вскоре земля треснула, и из неё одно за другим выросли огромные деревья. На вершинах этих гигантов высотой в десятки метров начали вращаться странные бутоны. Из бесчисленных отверстий в них, словно из зонтиков, равномерно брызнула вода. Казалось, будто из ниоткуда хлынул сильный дождь. Май повернула голову и посмотрела на Рин, стоящую позади. Рин мило улыбнулась. Миёко, лениво парящая в небе, лишь закатила глаза. Увидев это, Кушина поспешно приземлилась. Земля всё ещё была горячей. Стоило ей ступить, как подошвы её сандалий шиноби начали плавиться и отклеиваться от остаточной температуры. Кушина быстро покрыла ноги слоем чакры, чтобы изолировать жар. Она подняла взгляд на Май внутри Мяусаноо. «Сейчас! Нужно покончить с ней!» Она рванулась вперёд, и пять Адамантовых запечатывающих цепей за её спиной закачались, словно хвосты. — Капитан... — Май повернулась обратно. — Вы знаете, в чём заключается изменение природы Стихии Огня? Май неторопливо сложила печати и закрыла глаза. — Стихия Пламени... В пасти Мяусаноо вспыхнул ослепительно-белый сгусток огня. — Аматэрасу. Тут же вспыхнул ярчайший свет, и волна белого сияния накрыла всё вокруг на триста шестьдесят градусов без единого слепого пятна. — Глаза!!! — от ослепительного света Кушина вскинула руку, чтобы заслониться, но было слишком поздно. Глаза пронзила острая боль, и слёзы хлынули сами собой. Она остановилась. Вслепую бросаться вперёд было самоубийством. Поэтому — сгруппироваться и защищаться! Вся её чакра закипела и вырвалась наружу, готовясь отразить любую возможную атаку. — Изменение природы номер один: свет, — с лёгкой усмешкой произнесла Май, глядя на происходящее своими тёмными глазами. Позади неё Рин, прикрывая глаза, прикусила губу. Сухие слёзы хлынули из её глаз. В небе Миёко, лёжа на спине рыбы, отчаянно дрыгала ногами и, закрыв лицо руками, громко закричала: — А-а-а-а-а-а! Её тело было слабым. Если Рин могла выдержать, то она — нет. «Я же так далеко спряталась, и всё равно меня задело! Какое отвратительное чувство!»