Часть 195

Глава 195

Битва подходила к своему завершению. Цель Конохи — продемонстрировать мощь отряда нинкенов Кровавого Героя четырём великим деревням — была достигнута. Начнётся ли Третья мировая война шиноби, теперь зависело только от них, и Конохе больше не о чем было беспокоиться. Во всяком случае, бессонные ночи теперь ждали кого угодно, но точно не Деревню Скрытого Листа. Когда рассвело, трио Яхико, закончив беседу с Джирайей, направилось к центральной башне. Там они сразу же заметили Инузуку Рёто, который, широко расставив ноги, сидел у входа, словно страж. Рёто, видя их радостные лица, вопросительно изогнул бровь. Похоже, их разговор прошёл весьма приятно. Ему было не особо интересно, о чём именно они говорили, но и ежу понятно, что три четверти беседы были посвящены миру в мире шиноби. В этом вопросе, в нежелании воевать, цели Конохи и Акацуки совпадали. — Йо! — с улыбкой поприветствовал его Яхико, подняв руку. Рёто в ответ тоже махнул рукой и усмехнулся: — Привет, братишка! «Я ему теперь братишка?» — Яхико указал на себя пальцем и беспомощно улыбнулся. — Я пришёл. — Проходите скорее, — сказал Рёто. Яхико подошёл к нему и серьёзно произнёс: — Когда этот экзамен закончится, я хочу с тобой поговорить. — Говорить со мной не так уж и полезно, тебе нужно говорить с Хокаге, — фыркнул Рёто и взглядом указал на пятерых Каге, стоявших наверху. Яхико бросил взгляд на Каге и ответил: — Я и с ними поговорю. — Тогда тебе понадобится достойный статус, чтобы вести с ними переговоры, — заметил Рёто. — Лидер организации Акацуки — это не то. Ты должен быть лидером Деревни Скрытого Дождя. Яхико уставился на Рёто. «И до чего же сильно он хочет прикончить Ханзо Саламандру, — подумал он. — Неужели у них такая глубокая вражда?» — В вашей деревне прячется старая крыса из сточной канавы по имени Шимура Данзо, — добавил Рёто. — Когда придёт время, не забудь передать его Конохе. Цунаде окажет тебе за это должное уважение. — Данзо? — удивлённо переспросил Яхико. — Ты не знаешь? — Рёто вскинул бровь. — В общем, будь с ним осторожен. Он мастер устраивать неприятности. — Спасибо за предупреждение, — кивнул Яхико. Видя его реакцию, Рёто понял, что тот не принял его слова близко к сердцу, и не стал ничего добавлять. Как говорится, кто не слушает советов старших, тот сам себе роет яму, но если бы он послушал, то не был бы молодым и горячим. Заметив, что Рёто хотел что-то сказать, но промолчал с выражением досады на лице, Яхико улыбнулся: — С нетерпением жду нашего поединка. — Главное, чтобы ты не расплакался, когда я тебя побью, — усмехнулся Рёто. — Ах ты, паршивец... — Яхико легонько стукнул его кулаком. — Ещё посмотрим, кто будет плакать. — Ладно, потом выпьем вместе. За столом и выясним, кто сильнее, и решим вопросы жизни и смерти. Выпивка?! Яхико резко обернулся и выпалил: — Это... я, пожалуй, пойду. Потом поговорим. И он, схватив Нагато и Конан, бросился бежать. Рёто лишь тихо рассмеялся. Яхико — ключевая фигура в будущем развитии Акацуки. Пока он жив, Нагато не обратится во тьму. На самом деле, даже если Яхико умрёт, Нагато всё ещё будет способен к диалогу. В любом случае, эту карту нужно было держать в руках. Рёто посмотрел в сторону леса. Мгновение спустя из-за деревьев, хромая, вышла женская фигура, вся покрытая ранами. «Этот Асума, оказывается, тот ещё джентльмен, не стал слишком жестоко с ней обходиться», — подумал Рёто. В противном случае, для него не составило бы труда справиться с Пакурой, которая была на последнем издыхании и едва ли сохранила десятую часть своей боевой мощи. Он пытался измотать её, но воля Пакуры оказалась слишком сильна. Выйдя из леса, Пакура остановилась и посмотрела на Рёто. Она уже избавилась от чужеродной чакры в своём теле, но после целой ночи непрерывных и напряжённых боёв её тело достигло предела. Более того, отряд кукловодов был полностью уничтожен, а остальные товарищи по команде пропали без вести. Пакура понимала, что из всех шиноби Песка осталась только она одна. Если никто из их деревни не пройдёт этот экзамен, это будет огромный позор. Даже если у неё остался всего один вздох, она должна умереть в центральной башне. На вершине башни Чиё, наблюдая за Пакурой внизу, тихо сказала Казекаге: — Третий, она очень хороша. Третий Казекаге кивнул: — Намного сильнее Расы. — Он посмотрел на Чиё. — Вот только не знаю, как там Сасори... Чиё покачала головой и тихо ответила: — Этот ребёнок не подходит на роль Казекаге. К тому же, Чиё прищурилась. Хоть она и не знала, что именно сделала Пакура, но этот парень, Сасори, на самом деле беспокоился о ней и даже заставил Расу спасти её. «Узы...» — подумала она. Пакура, полагаясь лишь на свой Кеккей Генкай, могла не только подавить Стихию Магнетизма Расы, но и сдерживать самого Сасори, в то время как Раса не мог одолеть ни одного из них. И ещё... Пакура была девушкой. И очень красивой. Чиё, прищурившись, посмотрела на Рёто внизу и спросила: — Третий, как думаешь, есть ли вероятность союза с Конохой? Третий Казекаге сузил глаза: — Говорить об этом ещё слишком рано. Мы ещё не проиграли. — Тогда пока просто понаблюдаем, — молча кивнула Чиё. В этот момент она слегка приподняла бровь, внимательно глядя на Пакуру и Рёто. Что-то не так! Женская интуиция! Май и Рин, прищурившись, уставились на Пакуру. Её взгляд был неправильным, очень сложным. — Влечение к силе... — тихо проговорила Май. Именно по этой причине маленькие девочки в Академии влюбляются в гениальных мальчиков с отличными оценками. Сколько бы лет ни прошло, суть этой логики не меняется. Сильные женщины-ниндзя обычно не обращают особого внимания на мужчин-ниндзя слабее себя. Май прекрасно понимала, почему Цунаде никогда не воспринимала Джирайю всерьёз: она могла играючи избить его, одним ударом сломав шесть рёбер. Какую нормальную женщину заинтересует слабак? Услышав это, Рин посмотрела на Май и кивнула: — Железно. Влюблена. Миёко высунула голову, оказавшись между ними, и, глядя на Пакуру, сказала: — Какая красивая старшая сестричка. Она ведь уже совершеннолетняя? Рин и Май сузили глаза. У Рёто от взглядов этих женщин волосы на затылке встали дыбом, особенно от взгляда Пакуры. «Я же её не провоцировал, верно? Почему?» Спустя мгновение Пакура шагнула вперёд. С решимостью во взгляде она встала перед Рёто и холодно произнесла: — Давай! Насмерть! Разящий Клык! Рядом с ней с трудом сформировался и завис огненный шар. Это была её последняя чакра. После этой битвы всё будет кончено. На победу Пакура не питала никаких надежд. Но пасть в бою — значит, с честью исполнить свой долг перед деревней, которая её вырастила, и выполнить миссию ниндзя. Она так упорно старалась, надежда была уже так близко, но именно в этот момент ей встретился тот, с кем она меньше всего хотела столкнуться. На лице Пакуры появилась горькая, решительная улыбка, а в её взгляде читалась обида. Этот взгляд... Цунаде потёрла подбородок и перевела взгляд на Рёто. «Просто невероятно... Парень, ты что, бросил её? Да не может быть». Третий Казекаге, наблюдая за этой сценой, одобрительно кивнул. «Достойна быть лучшим ниндзя нашей деревни. Стойкий характер, никогда не сдаётся, борется до последнего. Дойти до этого этапа — уже большое достижение. Не то что некоторые из других деревень, которые при виде этого Разящего Клыка и пикнуть боятся. Верно, господин Третий Райкаге?» Эта девушка, Пакура, не опозорила свою деревню. — Ниндзя вашей деревни действительно хороши, господин Третий Казекаге. Не то что некоторые, кто ни на ниндзя, ни на мужчину не похож, — сказал Ооноки. Услышав это, у Райкаге на лице вздулись вены. Он мрачно произнёс: — Да, с самого начала экзамена эта девушка проявила себя как настоящий герой. Её будущее нельзя недооценивать. Третий Мизукаге, услышав это, добавил: — Сила Стихии Жара весьма неплоха, но по сравнению с другими ей ещё многого не хватает. — Ниндзя становятся сильнее. Кто может предсказать будущее? — ответил Третий Казекаге. — Не только в вашей Деревне Скрытого Тумана могут овладеть двумя редкими Кеккей Генкай. В Песке есть полная система наследования Стихии Магнетизма. К тому же, она ещё молода, ей всего восемнадцать, даже не достигла законного возраста для употребления алкоголя. Не то что в некоторых деревнях, где люди в тридцать с лишним, почти сорок лет, всё ещё остаются какими-то там генинами. Чиё удивлённо посмотрела на Казекаге, а затем кивнула. Коноха была слишком сильна. Чтобы не отставать, их деревня должна была найти способ стать сильнее, и Каге не был исключением. По сравнению с этим, Стихия Магнетизма не была чем-то, что стоило скрывать. Райкаге с силой сжал каменные перила, и они разлетелись на куски. Цунаде бросила на него косой взгляд и сказала: — Господин Третий Райкаге, пожалуйста, не волнуйтесь так сильно. Если вы ещё раз повредите имущество Конохи, мне придётся заставить вас заплатить. Отношение пяти Каге изменилось. Раньше, на закрытом совещании, под предводительством Райкаге, четверо Каге сообща давили на Коноху, создавая видимость совместного нападения и угрожая войной. А теперь... Райкаге посмотрел на Третьего Цучикаге, Третьего Казекаге и Третьего Мизукаге. Эти трое начали пытаться сгладить напряжённые отношения с Конохой. Веко Райкаге дёрнулось. Он не знал, считать их глупыми или умными. — Хмф! — холодно фыркнул Райкаге. Внизу, у башни, Пакура, так и не дождавшись ответа от Рёто, с недоумением смотрела на него. «Так ты будешь драться или нет?» — Хочешь пройти — проходи. Зачем так на меня смотреть? — сказал Рёто, приподняв веки. — А? — Пакура замерла, а когда поняла смысл его слов, слегка прикусила губу и со сложным чувством посмотрела на Рёто. «Меня снова пощадили...» Пакура опустила руки, сложенные для печати, и парящий рядом огненный шар исчез. Поколебавшись мгновение, она спросила: — Почему ты меня отпустил? У Рёто разболелась голова. «Я хочу использовать тебя» — разве такое можно сказать? Но и сказать: «Потому что ты красивая» — тоже было нельзя. Подумав, Рёто решил ничего не говорить, опустил веки и проигнорировал её вопрос. Пакура со сложным выражением лица смотрела на Рёто, кусая губы, и прошла мимо него. Рёто с облегчением выдохнул. Деревня Скрытого Дождя — трое прошедших: Конан, Яхико, Нагато. Деревня Скрытого Облака — трое прошедших: Эй, Киллер Би, Югито Нии. Деревня Скрытого Тумана — один прошедший: Теруми Мей. Деревня Скрытого Песка... Двое... Рёто поднял глаза и увидел вышедшего из-за деревьев Сасори, всего покрытого кровавыми ранами. Этот парень ещё не начал создавать человеческих марионеток и не имел марионетки Третьего Казекаге, поэтому его сила была ограничена и находилась в пределах обычного джонина. Даже если он мог управлять десятью марионетками одновременно, против стаи собак-ниндзя он был бессилен. С огромным трудом, в последний момент, он вырвался из окружения отряда нинкенов Кровавого Героя, но почти все его марионетки были уничтожены, и рядом с ним осталась лишь одна. — Разящий Клык!!! С яростным рёвом марионетка рядом с Сасори взмыла в воздух и стремительно понеслась вперёд. Во время быстрого полёта все её деревянные суставы издавали громкий, трескучий звук. Но... скорость была слишком медленной. В мгновение ока перед ним мелькнула тень. Под сверкание клинка нити чакры были перерезаны, и марионетка, словно воздушный змей с оборванной нитью, рухнула на землю, разлетевшись на кучу обломков и механизмов. Учиха Шисуи, держа в руке меч ниндзя, присел на корточки перед Рёто и посмотрел на Сасори своим алым Мангекё. Увидев эти алые глаза, Сасори успокоился. Когда он начал прорываться, с ним было трое человек, но все они были повержены этим парнем одним лишь взглядом. Гендзюцу Шарингана!!! — Так вот он, знаменитый Мангекё, о котором ходят слухи, — сказал Ооноки, глядя на Шисуи с мрачным выражением лица, вспоминая не самые приятные моменты своей юности. Шисуи встал, направил меч на Сасори и холодно произнёс: — Шисуи Телесного Мерцания. Твой противник — я. Услышав это, лицо Сасори слегка исказилось. Он посмотрел на Разящего Клыка за спиной Шисуи. «Я даже не достоин быть его противником? Проклятье!!!» В следующую секунду, со свистом ветра, Шисуи мгновенно оказался за спиной Сасори, приставил короткий меч к его шее и тихо сказал: — Куда ты смотришь? Умереть захотел? — Какое прекрасное телесное мерцание, — четверо Каге вскинули брови. Техника этого молодого Учихи была до странности быстрой. Чиё, наблюдая за этой сценой, тихо вздохнула. Сасори был ещё слишком слаб. Как раз когда она собиралась попросить Цунаде о пощаде, Рёто сказал: — Шисуи, опусти меч. Шисуи убрал меч и, отпрыгнув, приземлился в стороне. Рёто встал, подошёл к Сасори и, засунув руки в карманы, сказал: — Честно говоря, ты слишком слаб, парень. Услышав это, у Сасори дёрнулся уголок глаза. «Я... слишком слаб?» — Если твоё искусство кукловода ограничивается этим уровнем, — усмехнулся Рёто, — то на этом твоя жизнь и закончится. Ты, кто общается лишь с бездушными, мёртвыми вещами, вряд ли сможешь понять мою силу. Моя сила — это не только моя собственная сила. Это сила всех нас. С этими словами из леса одна за другой стали выбегать собаки-ниндзя. Они стремительно появлялись из-за деревьев, приземлялись на землю, виляя хвостами, и выстраивались в плотные, ровные ряды за спиной Рёто. Все смотрели на эту стаю нинкенов Кровавого Героя. Собаки всё прибывали и прибывали, и вскоре вся площадь перед башней была заполнена ими. На глаз их было больше тысячи. Это море свирепых псов, осознающих свою мощь, было поистине устрашающим зрелищем. Собаки-ниндзя тихо лежали на земле, не сводя глаз с Сасори. — Даже если ты настолько силён, что можешь управлять сотней марионеток... — Рёто подошёл ближе и, наклонившись, обнял Сасори за плечи. Хотя Сасори был на четыре года старше Рёто, он был на голову ниже его, ростом около метра шестидесяти четырёх сантиметров. Рёто указал на стаю нинкенов Кровавого Героя перед ними и сказал: — Посмотри на них. Чтобы чего-то добиться в этом мире, нужно иметь влияние, поддержку и деньги. Просто уметь драться — какой в этом толк? — прошептал он Сасори на ухо с усмешкой. Цунаде, глядя на Рёто, который кичился мощью своих собак, не могла на это смотреть и отвернулась. Этот парень был слишком похож на хулигана и бандита. Но, видя его таким, она почему-то чувствовала странное спокойствие. В мире шиноби нужно быть именно таким. Она посмотрела вдаль... В лесу девяносто команд, двести семьдесят ниндзя из Деревни Скрытого Камня, быстро приближались к центральной башне. После ночи боёв и долгих колебаний, Ивагакуре наконец решила отказаться от первоначального плана прорыть туннель, чтобы обойти зону со взрывными печатями, и выбрала быстрый прорыв по земле. Лицо Ооноки было мрачным. Ивагакуре не знала, с чем ей предстоит столкнуться, но Ооноки прекрасно это понимал. Этот раунд будет сражением крупной группы ниндзя против крупной группы собак-ниндзя. — Ты, ублюдок... — Сасори бросил косой взгляд на Рёто и уже собирался что-то сделать, но Рёто прижал его, схватив за запястье. — Совсем не учишься на ошибках, — сказал Рёто. — На таком близком расстоянии, что может сделать твоё хрупкое тельце кукловода? В этот момент из леса вышла Шигуре, а за ней — Сенку и Рен. Она холодно сказала: — Они идут, Разящий Клык. Рёто кивнул: — Все в сборе? С этими словами одна за другой стали появляться фигуры. Ниндзя Конохи приземлялись перед Рёто. Рёто оглядел всех: Хатаке Какаши, Учиха Обито, Сарутоби Асума, Хьюга Киёши, Майто Гай, Митараши Анко, Като Шизуне, Юхи Куренай, Абураме Юи, Учиха Шисуи, Сенджу Ямато, Нара Шигуре, Акимичи Рен, Яманака Сенку. Всего пятнадцать человек. Пять команд, плюс команда Рин и сам Рёто — итого шесть команд, восемнадцать человек. «Я что, собираю Восемнадцать архатов Конохи...» — подумал он. Все восемнадцать были настоящими генинами Конохи, и все они хотели повышения и прибавки к жалованью. Что касается остальных ниндзя Конохи, похоже, они не собирались участвовать в следующем этапе экзамена. Рёто повернул голову и посмотрел на Орочимару, прячущегося в лесу. — Значит, вы все хотите участвовать в следующем этапе? — усмехнулся Рёто. — Конечно, — холодно кивнул Какаши, скрестив руки на груди и глядя на Рёто. — Я не хочу! — поднял руку Яманака Сенку. Шигуре, стоявшая рядом, бросила на него ледяной взгляд, и Сенку испуганно опустил руку. Рёто улыбнулся: — Людей слишком много. Господа, есть желающие добровольно отказаться? Конечно, всё на добровольной основе. — Собачий Клык! Ты поменьше бол... — не успел договорить Обито, как Киёши, стоявший рядом, пнул его под зад и холодно сказал: — Идиот, на людях зови его "брат Разящий Клык". «Что? Ты, парень?!» — Обито пошатнулся и с недоумением посмотрел на Киёши. С чего это он вдруг стал таким подхалимом? Остальные же с насмешкой смотрели на Сасори, которого удерживал Рёто. Сасори молча смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. «Эти ребята... все очень сильны...» Четверо Каге смотрели на этих восемнадцать архатов Конохи, на их молодые, незрелые лица, и их щёки слегка подёргивались. Когда они были поодиночке, это не казалось такой уж проблемой, но теперь, когда они собрались вместе, проблема стала очевидной. В Конохе было слишком много гениев... Слишком много!!! Четверо Каге смотрели на этих юношей и девушек и втайне стискивали зубы. «Чёрт, как же завидно!!!» — Что ж... — сказал Рёто, — тогда пусть каждый покажет, на что способен. — Есть! — хором ответили все. Четверо Каге, видя это, устремили свои взгляды на Разящего Клыка. На вершине башни, кандидаты из четырёх деревень, уже вошедшие в экзаменационную зону, смотрели из окон на Разящего Клыка внизу. Лица троицы из Облака были мрачными. Пакура с беспокойством смотрела на Сасори, которого держал Рёто. Раса мёртв, Сасори не должен умереть. А Теруми Мей с мрачным видом смотрела на многочисленную и сильную группу из Конохи и невольно повернулась к своим товарищам. Если так пойдёт и дальше, будущее Тумана будет под угрозой... Яхико сидел у окна и с некоторой завистью улыбался: — У них такие хорошие отношения. Но завидовал он не отношениям. Нагато и Конан стояли рядом с ним. — У нас тоже много единомышленников, — сказала Конан. — Это правда, — улыбнулся Яхико. Но эти товарищи были слишком слабы, в некотором смысле, они были обузой. Рёто повернул голову и посмотрел на дальний лес. Внутри леса двести семьдесят ниндзя из Ивагакуре присели, положив ладони на землю. Комбинированное ниндзюцу. Стихия Земли: Каменный поток! В мгновение ока земля затряслась и раскололась. Сто-метровая волна из грязи и камней с рёвом взметнулась вверх и яростно устремилась к центральной башне. Это и было комбинированное ниндзюцу. Абсолютное оружие на поле боя ниндзя. Всего один удар, и масштаб и разрушительная сила этого дзюцу были сравнимы с силой Каге, а то и превосходили её. Зрелище было грандиозным, словно стихийное бедствие. Рёто, глядя на приближающуюся гигантскую волну грязи и камней, под которой деревья в лесу ломались, как сорняки, усмехнулся, оттолкнул Сасори и сказал: — Отойди. Затем он поднял руку. За его спиной стая собак-ниндзя одновременно поднялась с земли, их глаза горели, устремлённые на спину Рёто. — Приготовиться! Стихия земли: Великая стена земляного потока! С этими словами собаки-ниндзя взревели в унисон. Чакра хлынула из их тел и через лапы устремилась в землю. В тот же миг земля задрожала. Под непрерывный грохот перед центральной башней из земли стали подниматься огромные каменные глыбы, образуя в лесу сплошную, высокую, как до небес, прочную стену. Она остановила несущуюся волну грязи, и глухие удары камней разнеслись по округе. Испуганные стаи птиц взмыли в небо, с криками кружа под синим небом. Сердце, полное надежды, наконец, замерло. Увидев это, Ооноки опустил глаза. Глядя на стену, остановившую селевой поток, Разящий Клык махнул рукой и крикнул: — Вся армия, в атаку! Сокрушить их! Под лай и рёв собак один за другим с земли взмыли вращающиеся торнадо-буры. Они взлетели в небо, наклонно устремляясь вперёд. Бесчисленные торнадо-буры, словно затмевая солнце, заполнили всё небо и с ужасающей мощью устремились вперёд. Стремительно вращающиеся буры перелетели через высокую стену и врезались в разорённый лес. Глухой и пронзительный свист ветра разнёсся по округе. Битва началась. Но она же и закончилась. Среди ниндзя Ивагакуре не было особенно сильных противников. Поэтому им не было суждено пройти дальше. Рёто повернулся спиной к лесу, где разгоралась битва, посмотрел на своих товарищей, кивнул и сказал: — Мы идём. Он первым направился к центральной башне, а молодые таланты Конохи последовали за ним. Он ударом ноги распахнул тяжёлые ворота. Трёхметровая дверь из цельного дерева с грохотом отлетела и ударилась о стену. Разящий Клык, засунув руки в карманы, неторопливо вошёл внутрь башни и оглядел трибуны по обе стороны от большого экрана на центральной арене. Ниндзя из разных деревень, инструкторы и кандидаты уже заняли свои места. — Пойдём и мы, — сказала Май, и вместе с Рин и Миёко они мгновенно оказались за спиной Рёто. На трибунах все, кто имел отношение к деревням ниндзя, смотрели на группу Разящего Клыка. Они выглядели угрожающе, как банда злодеев. Рёто обвёл всех взглядом и с тёплой улыбкой сказал: — Господа, добро пожаловать в Коноху. Стоя в VIP-ложе наверху, четверо Каге неотрывно смотрели на Разящего Клыка. — Надеюсь, вы хорошо проведёте время. Теруми Мей чуть не скрипнула зубами от злости. Эй с мрачным лицом сверлил Разящего Клыка взглядом. Пакура посмотрела на него, а затем с беспокойством на Сасори, который вошёл и встал в углу. Сасори, потерянный и сломленный, стоял в углу, как какой-то статист, и смотрел на фигуру Разящего Клыка в центре арены. Чиё с болью в сердце смотрела на своего внука. Да что там Сасори, она посмотрела на людей из других деревень, на Расу, который сидел в центре арены с лицом, побагровевшим от ярости. Вокруг Расы было много ниндзя с перевязанными ранами. Они были в нормальном состоянии духа, но уже выбыли из экзамена. В глубине их взглядов, устремлённых на Разящего Клыка и его группу, читался глубоко запрятанный страх. У некоторых даже неконтролируемо дрожали руки и ноги. — Перед Разящим Клыком все они — просто мелюзга... — сказала Чиё. — Молодое поколение лидеров мира шиноби в будущем будет жить в тени Разящего Клыка из Конохи. Четверо Каге посмотрели на Чиё. Она была права. Если они не могли понять даже этого, то не были достойны звания Каге. Цунаде усмехнулась: — Когда был жив Бог Шиноби Сенджу Хаширама, в пяти великих деревнях царил самый мирный период. Я часто вспоминаю те спокойные времена своего детства. Четверо Каге посмотрели на Цунаде. «Что Коноха имеет в виду? Она не хочет править миром шиноби?» — К сожалению, Разящий Клык — не Хаширама, — сказала Цунаде.