Часть 233

Глава 233

Разработка ниндзюцу — это непрерывный процесс практики и экспериментов. Взять, к примеру, Стихию Ветра: Расенсюрикен. В этом бесконечном цикле проб и ошибок ключевую роль играют не затраты на тренировки и не приложенные усилия, а верное направление и правильный ход мыслей. Выбор важнее усилий. Если направление выбрано неверно, то чем больше стараешься, тем дальше уходишь в неверную сторону. Рёто задал Рен и Шигуре направление и поделился идеями, остальное зависело уже от них самих. Как говорится, учитель лишь открывает дверь, а дальнейший путь ученик проходит сам. Тем временем Рёто, расположившись в стороне, приступил к собственной тренировке. Он замер в позе полного лотоса, сложив на каждой руке по одной печати, и, закрыв глаза, погрузился в медитацию. Когда ветер трепал кончики его волос, в этом была особая, естественная и безмятежная прелесть. Рен, нахмурившись, размышляла о развитии своей Стихии Ян, но, не находя никаких зацепок, её внимание привлекли действия Рёто, и она стала внимательно за ним наблюдать. Вот уже несколько дней, как Рёто, едва у него появлялось свободное время, принимал эту позу. Выглядело это так, будто он выполнял какую-то особую тренировку. Но мог ли ниндзя, специализирующийся на тайдзюцу, действительно тренировать своё тело, оставаясь совершенно неподвижным? Рен не понимала. Этот метод тренировки был слишком нов для неё, и ей всё время казалось, что Рёто просто-напросто ленится и спит. В лесу на склонах окружающих долину гор, прячась в укрытиях, несколько человек наблюдали за медитирующим Рёто. Целью их прихода был сбор информации, но не все из них готовились к экзамену. Особенно это касалось Какаши. Несмотря на то, что они много лет были товарищами по команде, честно говоря, он не слишком хорошо знал Рёто. — Эта поза?.. — прищурился Какаши. Он никогда не видел, чтобы Рёто делал нечто подобное. Обычно его тренировки сводились к простым и грубым высокоинтенсивным физическим упражнениям. Это действие казалось Какаши одновременно и незнакомым, и странным. Так значит, это новая техника, которую он разрабатывает? В этот самый момент Рёто, сидевший, скрестив ноги, оторвался от земли и завис в воздухе. Полы его одежды взметнулись, подгоняемые закружившимся вокруг него сильным ветром. — А, он взлетел, — заметила Рен, глядя на Рёто. Шигуре прекратила работать над своей Стихией Тени и бросила взгляд на него. Это Стихия Ветра... Какаши с первого взгляда понял суть этого необычного явления. Это была техника, подобная Гацуге, использующая чакру Стихии Ветра, высвобождаемую из всех точек тела, чтобы заставить его парить. На вид — ничего особенного. Понаблюдав некоторое время и не заметив ничего примечательного, Шигуре вернулась к разработке своей техники. Рен же продолжала неотрывно смотреть, пытаясь разглядеть что-то особенное. Прошло ещё какое-то время, но никаких других аномалий в поведении Рёто не проявилось. Постепенно все перестали на него смотреть, но терпеливо продолжали выжидать в засаде. Так он просидел три часа, пока солнце не начало клониться к закату, окрашивая небо в тускло-жёлтые тона. Рёто завершил тренировку, выпрямил ноги и как ни в чём не бывало встал на землю. Когда он потянулся, все его кости издали серию громких щелчков, смутно напоминающих низкий рык тигра или леопарда. — На сегодня, пожалуй, всё, — сказал Рёто. — Сегодня вы тоже хорошо потрудились, капитан, — по-деловому ответила Шигуре и, схватив Рен, собралась уходить. — Эй... — произнёс Рёто лишь одно слово. Услышав его, Шигуре остановилась и посмотрела на Рёто, ожидая продолжения. — Работа окончена, может, пойдём выпьем? — Рёто сделал жест, изображающий выпивку. «Он не мог пригласить меня», — мозг Шигуре заработал на полной скорости. Почему? Он пытается использовать меня, чтобы от кого-то спрятаться? От Рин или от Май? Поразмыслив лишь мгновение, Шигуре ответила: — В такое время лучше не стоит. У нас ещё будет возможность, капитан. Рен согласно кивнула. — Я угощаю якинику, — сказал Рёто, глядя на Шигуре. «Как босс, я ведь могу иногда угостить подчинённых, чтобы поднять боевой дух? Это же обычное дело для укрепления товарищеских отношений. Даже если мама узнает, у неё не будет причин ворчать. В общем, запишем на счёт клана Инузука». Рен с надеждой посмотрела на Шигуре. Шигуре улыбнулась. «Я не хочу ввязываться в войну между Рин и Май. Если не обладать определёнными навыками, там можно и погибнуть». Она решительно покачала головой. — Если больше ничего, то я пойду. Пойдём, Рен. Рёто смотрел, как они уходят, и вздохнул. Остался один. Какое совпадение, ведь сейчас в долине его поджидает целая толпа. Прямо как малолетние хулиганы, поджидающие после школы в переулке, чтобы набить морду. Этот хочет меня подкараулить, и тот тоже. Что ж, становитесь в очередь, по одному. Ужин ещё не предвидится, что-то захотелось рамена. Надеюсь, у них с собой достаточно денег. Рёто, засунув руки в карманы, неторопливо пошёл прочь. Проведя несколько дней в больнице и залечив раны, Какаши и Обито начали усиленные тренировки. Тренируясь, они заговорили о Рёто. Чтобы тренироваться специально против него, нужно было знать его конкретные возможности. Посовещавшись, братья пришли к выводу, что оба не имеют ни малейшего понятия о реальной силе Рёто. Они не знали, какие козыри он прячет в рукаве, но были уверены, что он непременно их использует. Это их озадачило. Именно поэтому они и пришли шпионить, чтобы посмотреть, какой ерундой Рёто обычно занимается на тренировках. Этот парень, Какаши, был ещё молод и слишком стеснителен. Он ещё не стал тем прожжённым и бесстыдным ниндзя, каким станет в будущем. Будь здесь девушки, он бы точно не осмелился вытворять всякие глупости. Так уж совпало, что его мысли сошлись с мыслями других. Теруми Мей в основном присматривала за Ринго, экзамен её уже не волновал. Забота о Ринго стала её главной задачей. Только когда состояние Ринго заметно улучшилось, у неё появилось время заняться чем-то другим. И чем же она хотела заняться? Миссией деревни? Разве она похожа на ниндзя, для которого миссия превыше всего? Рёто было трудно судить, он знал лишь, что у неё были счёты с Рин и Май, и они не ладили. Прежде чем прийти к Рёто, Теруми Мей два дня следила за Рин и три дня — за Май. Мелочная натура. В отличие от них, ниндзя из Ивагакуре вели себя на удивление тихо, не предпринимая никаких действий. В последние дни Ооноки постепенно отозвал приведённые с собой отряды, создавая видимость, что не собирается тайно замышлять что-либо. Что до этого парня, Сасори, то он действовал по собственной инициативе, похоже, всерьёз зацепившись с Рёто. А затем... Он посмотрел в одну точку в лесу. На дереве, призрачно и скрытно, за ним наблюдала Юи. «Если ты будешь так прятаться, мне будет очень неудобно». Достойна клана Абураме, в ней так и чувствуется эта скрытность и нелюдимость. Неужели нельзя было просто подойти и открыто поговорить? Идя по тропинке через лесистый холм, Рёто остановился. Первым, кто преградил ему путь, был Какаши. Всё-таки слишком молод, не хватает выдержки. В лучах заходящего солнца, стоя против света, Какаши сидел на корточках на ветке дерева и смотрел сверху вниз на прогуливающегося Рёто. Какое-то время он молчал. Рёто поднял взгляд на Какаши. У этого парня точно нет денег. Он молча ждал, когда Какаши заговорит. — Рёто, раньше было много людей, и я сохранил тебе лицо, ничего не сказав, — произнёс Какаши низким голосом. — На этот раз тебе не уйти. — Что такое? — спросил Рёто. — Бросаешь мне вызов? — Конечно! — ответил Какаши. — Ты ведь не забыл о нашем уговоре? — О каком уговоре? — сказал Рёто. — Я никогда официально ни о чём не договаривался. У тебя есть это в письменном виде? Я ставил свою подпись? Какаши замер. Кажется, так оно и было. С тех пор как Рёто попал в мир ниндзя, он давал официальное обещание только Рин. Никогда не давать легкомысленных обещаний и не заключать уговоров — это зрелый подход взрослого человека. Но у детей свои методы. Какаши почувствовал, как кровь бросилась ему в голову. Глядя на Рёто, он сказал: — Меня это не волнует! И лучше тебе не забывать о нашем уговоре выяснить, кто из нас сильнее. — Погоди, — усмехнулся Рёто. — Ты же постоянно проигрываешь. Исход давно ясен. — Будь серьёзнее!!! — взревел Какаши. — Я настроен серьёзно! Рёто посмотрел на Какаши и развёл руками. — Да-да-да... Как же это бесит... Это покровительственное отношение взрослого к ребёнку. «Ну и что, что ты немного выше! Тебе ведь тоже всего двенадцать, ублюдок!» — Как же это бесит, — холодно произнёс Какаши. — На предстоящем экзамене наш бой будет первым. Похоже, это предначертано судьбой. «Нет, это всё подстроено Конохой». — На этот раз, на глазах у всех, я точно не проиграю! — заявил Какаши. — Чего бы мне это ни стоило, я добьюсь своей цели. Рёто молча смотрел на Какаши. — Если ты и дальше будешь вести себя так же расслабленно, с твоим нынешним уровнем... — холодно сказал Какаши. — Ты проиграешь очень позорно. «Он призывает меня отнестись к экзамену серьёзнее». — Если не хочешь проиграть, то лучше выкладывайся на полную и относись к тренировкам серьёзно, — сказал Какаши. — Понял я, понял, — махнул рукой Рёто и, повернувшись, пошёл дальше. Какаши смотрел на удаляющуюся фигуру Рёто. «Ты проиграешь, Разящий Клык, потому что моя цель — вовсе не выяснить, кто из нас сильнее! Я хочу заставить тебя говорить и узнать правду!» Не успел Рёто далеко уйти, как его снова остановили. На этот раз это была Юи. Одетая в плащ с капюшоном, Юи стояла в конце звериной тропы, преграждая ему путь. От волнения она не могла вымолвить ни слова. При виде этой девочки, появившейся словно призрак, у всех, кто прятался, волосы на теле встали дыбом от ужаса. Когда она успела там появиться?! Рёто слышал, как бешено колотится сердце Юи. Он остановился и как можно мягче спросил: — Что-то случилось, Юи? — Простите... — начала она с извинений и, торопливо поклонившись, робко добавила: — Я не хотела подслушивать. — А, это... — сказал Рёто. — Меня это не особо волнует. Юи подошла ближе, протягивая Рёто стеклянную коробку, которую держала в руках. — Это... тебе... — тихо пробормотала она. Рёто взял её. Было видно, что она очень старалась. Это был сосуд для насекомых, внутри даже был создан миниатюрный пейзаж — пышный и изящный. Хорошая новость: я получил подарок от девушки. Плохая новость: это куча жуков. — Эм... — произнёс Рёто. — Мне очень нравится, но в следующий раз не стоит. А? Юи подняла голову. Под капюшоном и тёмными очками её глаза наполнились слезами. Так ему нравится или не нравится? Она с таким трудом набралась смелости, чтобы впервые в жизни подарить что-то парню... — В любом случае, спасибо, — сказал Рёто. — Если у тебя есть какое-то дело, говори прямо. — Эм... — вокруг никого не было, а до самых дальних наблюдателей было приличное расстояние, так что они точно не могли услышать. Юи набралась храбрости и с надеждой спросила: — Ты ведь что-то сделал с моими насекомыми, да? — Правда? — ответил Рёто. — Что-то я об этом не знаю. Семя Чакры. Хоть о нём и знало довольно много людей, это был секрет. Ни Рин, ни Цунаде с Мито не хотели, чтобы об этом узнал кто-то ещё. Рёто развёл руками и сказал: — Не знаю, что ты там себе надумала, но что я мог сделать с насекомыми? Разве что поджарить, наверное, было бы ароматно. — Не смей есть моих насекомых! — Юи выхватила стеклянный сосуд из его рук. Глядя на Рёто, её глаза покраснели. Она была на грани слёз. Её характер совсем не изменился с детства. — Прости, — опомнившись, Юи тут же извинилась во второй раз и поклонилась. Отдавать насекомых она, похоже, уже не собиралась. — Наверное, я что-то не так поняла, прости! — с горечью в голосе произнесла она. Резко развернувшись, она собралась бежать. — Подожди, — окликнул её Рёто. — Хоть ты и специалист по насекомым, но если у тебя возникнут какие-то непонятные вопросы, можешь спросить у меня. Юи с подозрением посмотрела на Рёто, окончательно запутавшись. — Почему ты тогда... — Юи опустила голову. — Почему ты вымогал у меня насекомых?.. Вымогал?.. Веко Рёто дёрнулось. — Просто было любопытно, — ответил он. — Любопытно? — продолжала спрашивать Юи. — Тебе не было противно? — С чего бы? Разве ты не находишь, что насекомые тоже довольно милые? — сказал Рёто. «Точно, мама говорила, что те, кому нравятся насекомые, — добрые люди». Юи ошеломлённо смотрела на Рёто. «Он сказал, что я милая...» — Правда? — робко спросила она, сияя от радости. — Правда, — кивнул Рёто и вкрадчиво добавил: — Можешь дать мне насекомых? Мне они очень нравятся. Юи опустила голову и без колебаний протянула Рёто стеклянный сосуд. — Жареные они не очень вкусные, — с беспокойством и робостью добавила она. — Лучше их не есть... Рёто вздохнул с облегчением. Слава богу, утка, которая уже была в руках, не улетела. Приняв сосуд, он спросил: — В этих насекомых есть что-то особенное? Это Кикайчу? Если не жарить, то как их готовить? Суп варить? «Проблема в супе?» Юи посмотрела на Рёто, её глаза слегка ошарашенно расширились. Она протянула руку, подсознательно пытаясь выхватить сосуд обратно. «Что ты собираешься сделать с моими насекомыми?!» Рёто высоко поднял стеклянный сосуд, уворачиваясь от её руки. Юи подпрыгнула несколько раз, но по разным причинам её движения были скованными, и она не решалась подойти к Рёто слишком близко, поэтому не дотянулась. — Лучше так не делать... — сказала Юи. — Мне будет больно... Услышав это, выражение лица Рёто изменилось. Он серьёзно посмотрел на Юи и спросил: — Что это значит? Почему тебе будет больно? — Просто будет больно, — взволнованно ответила Юи. — Больше я ничего не знаю. «Связь между кланом Абураме и Кикайчу оказалась теснее, чем я предполагал». Совместное восприятие? — Другие члены клана Абураме могут так же? В такой же ситуации, как ты, — спросил Рёто. Юи покачала головой. Видя, что Юи молчит, Рёто сказал: — Я позабочусь об этих малышах. — Угу, — кивнула Юи. В воздухе повисла тишина. На какое-то время темы для разговора иссякли. Спустя мгновение... — Ты так и не сказала мне, что в этих насекомых особенного, — нарушил молчание Рёто. — Мама говорила мне, что каждый жучок — особенный, — ответила Юи. — Даже такой неприметный жучок, как я, — уникальное и особенное существо. — Этого я не отрицаю, — сказал Рёто. — Но твои насекомые ведь ещё более особенные, верно? «Я особенная?» Юи опустила голову и, смущённо перебирая пальцами, носком ботинка ковыряла землю. Рёто посмотрел на её смущённое состояние и приподнял бровь. «Да говори же ты яснее! У меня терпения не хватает!» — Эм, это всего лишь яйца примитивных Кикайчу, — сказала Юи. — Но после тщательного взращивания, через несколько поколений, они могут стать такими, какими ты захочешь. Сверхбыстрая адаптация к окружающей среде и эволюция! Можно сказать, бесконечное развитие. Это была фундаментальная способность Кикайчу, и именно она больше всего привлекала Рёто. Осознав, что в Кикайчу Юи есть его Семя Чакры, Рёто начал работать над развитием этого таланта. А насекомые в его руках были лучшим эталоном для сравнения. Юи подняла голову и с надеждой спросила: — Хочешь, я научу тебя управлять Кикайчу? Конечно, хочу! — Тогда договорились, — сказал Рёто. — Как-нибудь загляну к тебе домой. Такие вещи нужно делать открыто, чтобы не казалось, будто у тебя нечиста совесть. — Нельзя! — тут же отказалась Юи и тихо добавила: — Я сама буду тайно тебя находить... можно? Рёто с чувством бессилия прикрыл лицо рукой. Что же делать? — Не волнуйся, я не доставлю тебе хлопот, — продолжала Юи. — Я сделаю так, чтобы Рин и Май ничего не узнали. Она была так уверена в себе... А вот я нет... — Ладно, — с трудом кивнул Рёто. Юи радостно подпрыгнула на носочках, но, посмотрев на Рёто, сдержалась и не стала прыгать выше.