Часть 239

Глава 239

За окном стояла пасмурная, дождливая погода, и мелкий дождь непрерывно моросил. Обняв арбуз, Инузука Рёто сидел под навесом во дворе, бездумно откусывая по кусочку и глядя, как капли дождя барабанят по заросшим мхом синим камням. Рядом на веранде, вытянувшись в ряд, лежали его собаки, с тоской поглядывая на арбуз в руках хозяина. Дело было не в том, что арбузы дороги и им не положено, а в том, что от них у собак могло случиться расстройство желудка. Арбузы, выведенные Рин с помощью Стихии дерева, давали поразительно большой урожай и стали доступным фруктом, вошедшим в тысячи домов простых людей. Иногда Рёто задумывался: какими бы ни были сверхспособности или магия, Стихия дерева в мире шиноби позволяла ускорять созревание растений, отбирать и улучшать сорта. Результаты, которых Рин добивалась, просто от нечего делать занимаясь этим в свободное время, могли сравниться с десятилетиями кропотливых исследований экспертов. Рёто даже не мог представить, насколько богатой стала бы материальная жизнь, если бы в его прошлом мире существовала такая магическая технология. Тогда, наверное, не пришлось бы каждый день бегать на работу, надрываясь до смерти. Поэтому использовать такую способность для сражений и убийств было настоящим кощунством. Ветер легонько колыхал ветряной колокольчик под карнизом, и его звонкий перезвон разносился по дому, сопровождаемый шлепаньем гэта. Белоснежная, изящная рука толкнула калитку во двор. Держа цветастый зонтик из промасленной бумаги, Рин вошла прямо в дом и, подойдя к Рёто, стоявшему под навесом, слегка приподняла зонт, одарив его свежей и милой улыбкой, словно яблочко. — Погода изменилась, пора одеться потеплее, Рёто. Рёто поднял голову и посмотрел на эту маленькую бодхисаттву, которая молча спасала бесчисленные жизни, выращивая еду с помощью своей Стихии дерева. — Ты чего пришла? — спросил он. — А мне нельзя приходить? — капризно надула губки Рин, изображая легкую обиду. — Мне здесь не рады? Она все так же была одета в простой и немного старомодный тренировочный костюм ниндзя, на ногах — гольфы выше колен с открытыми пальцами. И хотя она улыбалась по-детски наивно, в ней не было и намека на изнеженность. — Да, — безэмоционально кивнул Рёто. — Ты раздражаешь, — сказал он и откусил кусок арбуза. Будь Рин маленькой девочкой, Рёто, возможно, и пошел бы на уступки, приласкал бы и успокоил, но с девушкой ее возраста... Где хочет, там пусть и сидит. У него вот такой паршивый характер. Услышав это, Рин на мгновение почувствовала обиду. Ее дыхание сперло, но она тут же взяла себя в руки и, сделав вид, что ничего не слышала, сложила зонт. Придерживая фартук на поясе, она увидела, как Умка бросил на нее выразительный взгляд. Умка понимающе кивнула, поднялась и освободила место рядом с Рёто. Рин тут же села и подвинулась поближе к нему. Рёто, в свою очередь, отодвинулся, толкнув в бок Коганэ, которая сидела рядом, высунув язык и тяжело дыша. Коганэ недоуменно подвинулась, продолжая с надеждой смотреть на арбуз в руках Рёто. Расстояние между ними снова увеличилось. «Так что же я сделала не так?» Рин поджала губы и, пытаясь завязать разговор, с улыбкой спросила: — В последние дни совсем нет дел, может, сходим в кино? — Не пойду, — отрезал Рёто. — Там показывают какую-то чушь, от которой в сон клонит. — Это да, — мило улыбнулась Рин. — Мне тоже кажется, что сюжетам чего-то не хватает, будто все они сделаны по одному шаблону. Рёто молчал. В воздухе повисла тишина. Дождь постепенно прекратился. Рин прикусила губу и продолжила: — Тогда давай сходим куда-нибудь поесть? В последнее время открылось много новых ресторанов. — Не голоден, — сказал Рёто. — Если хочешь, иди со своими подружками, не нужно специально звать меня. — Я хочу пойти с тобой, — с милой и прямодушной улыбкой ответила Рин. — А я не пойду, — повторил Рёто. Между любовью и ее отсутствием есть четкая грань. Рёто прекрасно понимал, что не любит Рин, а держать девушку на крючке, играя в неопределенность, — это поведение подонка. — Тогда… — начала Рин. — Может, сходим в игровой зал? Я научилась играть в тот файтинг, в который ты играешь с Май. «Надо же, как ты постаралась, выкроила время на тренировки». — Рин… Любить кого-то всем сердцем… Такую хорошую девушку, как Рин, и вправду днем с огнем не сыщешь. Рёто прикинулся дурачком: — Я не играю с новичками. Ты уверена, что научилась? Есть шанс! Глаза Рин загорелись. — Правда научилась, и даже очень хорошо играю! — Ладно, тогда сначала победи Май, а потом поговорим, — сказал Рёто, лишь бы она отвязалась. Лицо Рин вытянулось, и она бессильно закрыла его руками. «Вот же он!!!» Злость кипела, но нужно было сдерживаться. Бабушка говорила, что после свадьбы роли поменяются. Убрав руки от лица, Рин мило улыбнулась и спросила: — Что хочешь на обед? Я приготовлю. — Посмотри сама в холодильнике, — ответил Рёто. — Что есть, то и готовь. — Тогда и меня посчитайте, — раздался ясный голос, когда дверь открылась. В комнату вошла Май в скромном, но изысканном белом платье и босоножках с ремешками. Она тут же с улыбкой посмотрела на Рёто. Опять пришла. Каждый раз, стоило Рин появиться, как эта тут же следовала за ней по пятам. Ни минуты не давала им побыть наедине. Рёто посмотрел на Рин. «Ну вот, ты опять ничего не добилась». Снаружи, на территории клана Инузука, Юи замерла. Долго и мучительно размышляя, она наблюдала за ними глазами своих насекомых, а затем испуганно развернулась и пошла обратно. Увидев, как уходит Юи, которая с таким трудом набралась смелости прийти, Рёто вздохнул. «Эти две занозы, вечно выбирают самый подходящий момент, чтобы испортить мне все дело». Рёто поднялся и, не дожидаясь, пока Юи вернется, побрел в дом, не желая видеть двух девчонок во дворе. Рин и Май обменялись взглядами. Спустя мгновение Май, ничуть не смущаясь, привычно разулась, вошла в дом, села, закинув ногу на ногу, и, посмотрев на Рёто, загадочно произнесла: — А ты в последнее время пользуешься популярностью. Рин подошла к холодильнику, сердито распахнула дверцу и, увидев, что он забит алкоголем и собачьим кормом, слегка нахмурилась. Ей никогда не нравился запах спиртного, она до сих пор не могла забыть винный перегар, исходивший от Цунаде. Заметив, что Май без всякой причины нападает, Рин сказала, чтобы сменить тему: — Рёто, продуктов маловато. Их было более чем достаточно. Рёто посмотрел на Май, затем на Рин и вяло произнес: — И что теперь делать? — Как раз дождь перестал… — сказала Рин. — Пойдем в лес за грибами. — Опять за грибами? В деревне уже несколько человек насмерть отравились… — сказал Рёто. — Уж лучше со мной на рыбалку сходите. — Нет!!! — одновременно воскликнули Май и Рин. — Никакой рыбалки! Проблема была в том, что во время рыбалки он запрещал им разговаривать, утверждая, что они распугают всю рыбу. Поэтому это было невыносимо. Вроде бы они вместе проводили время, но атмосфера была пугающе тихой. Нельзя было разговаривать с Рёто, и в этом не было никакого смысла. С таким же успехом можно было взять с собой на прогулку бревно. — Ладно, за грибами так за грибами, — согласился Рёто. — Что на этот раз будем собирать? — Давай «Красный зонтик», — улыбнулась Май. — Пора бы им уже появиться. Речь шла о сыроежке жгуче-едкой — съешь и молчишь, кто съест, тот и одуреет. Эти грибы были крайне редки, собирать их было трудно, да и росли они в труднодоступных местах. — Тогда пошли, — решительно поднялся Рёто. Эти двое были как духи-хранители, привязавшиеся к нему. Если не исполнить их желания, они никогда не обретут покой. Рин закрыла дверцу холодильника и с сомнением спросила: — Насмерть отравились? Почему я в больнице ничего об этом не слышала? Просто было несколько случаев отравления. Рин работала в больнице Конохи и была штатным ниндзя-медиком. Жители Конохи умели собирать грибы, и даже случаи отравления были редки. — А… — Рёто посмотрел на Рин и усмехнулся. — Это ты спроси у приезжих, о чем они думали. Ладно, ели так ели, но почему, отравившись, они не пошли в больницу? Вот о чем они думали? В это время года горцы привозили в деревню свои товары, и вполне логично, что среди них могли оказаться ядовитые грибы. Отравления случались не только у ниндзя из других деревень, но и у заезжих богатых торговцев и путешественников. Несколько смертей вызвали небольшой, но все же переполох. Один погибший был из Деревни Скрытого Камня, другой — из Деревни Скрытого Облака. Рёто не видел тел, но так было заявлено, и они не собирались предъявлять претензии Конохе. Это было довольно... — Странно, — улыбнулась Май. — Без вскрытия кто знает, от чего они на самом деле умерли. Рёто взглянул на Май и усмехнулся: — Если так рассуждать, то это могло быть и убийство с целью сокрытия улик. — Не исключено, — сказала Май. — Главное, что под носом у Конохи бесследно исчезает человек, это в любом случае кажется подозрительным. Рин посмотрела на Рёто и Май, которые внезапно заговорили об этом, и сказала: — Пойдемте уже, за грибами, а то не успеем к обеду. — Она привычно нашла в доме Рёто маленькую бамбуковую корзинку, повесила ее на спину и с улыбкой посмотрела на него. — Идем, идем, — сказал Рёто. Втроем они отправились в горы. Будучи ниндзя, они быстро преодолели горную тропу и, двигаясь по знакомому маршруту, вскоре оказались в лесу. После дождя в лесу пахло влажной землей и прелой листвой. Множество мелких зверьков и крупных диких животных, воспользовавшись затишьем, вышли из своих укрытий и нор в поисках пищи. Рин, как маленький зверек, втягивала носом сложный аромат воздуха, выискивая грибы. Рёто тоже принюхался. Грибов Белого Зецу здесь тоже не было. Он посмотрел на Май и спросил: — Ты что-нибудь чувствуешь? Май покачала головой и, кокетливо откинув волосы, спросила: — Что? — Особый грибной запах, — ответил Рёто. — Рёто… — помахала рукой Рин. — Сюда, здесь какой-то странный цветочный аромат. Странный цветочный аромат? Рёто принюхался. Действительно, он никогда раньше не чувствовал такого запаха. — Идем, посмотрим. Вскоре они оказались в бамбуковой роще и, подняв головы, увидели, что бамбук цветет. — Ого, бамбук зацвел? — удивленно сказала Рин. Она впервые видела цветущий бамбук. — Вот это да, — сказала Май. — Я тоже впервые вижу, как цветет бамбук. Бамбук цветет раз в пятьдесят-сто лет, это очень редкое явление, и многие люди за всю свою жизнь так и не увидят этого. А цветение и плодоношение означают, что его жизнь подошла к концу. — Нам крупно повезло, — сказал Рёто. — Вы ведь наверняка не ели бамбуковый рис? Это пища фениксов. Феникс не садится ни на какое дерево, кроме платана, и не ест ничего, кроме плодов бамбука. — Э? — удивилась Рин. — То есть он ест раз в пятьдесят-сто лет? Май же спросила: — А ты ел? Рёто кивнул, а затем покачал головой: — Наверное, не ел. Он смутно помнил, что в детстве, когда умерла его бабушка, бамбуковая роща за их домом вся покрылась цветами. Он помнил только, что та миска риса на поминках была очень ароматной. — Бамбук зацвел… — усмехнулся Рёто. — Скоро переезжать. И они действительно переехали. В тот же год река Янцзы затопила их маленький городок. — А это что за примета? — спросила Май, глядя на Рёто. Поскольку это явление было крайне редким, случавшимся раз в сто лет, с древних времен цветение бамбука считалось дурным предзнаменованием, означавшим, что в том году произойдут бедствия и несчастья. — Это все дремучие суеверия, — сказал Рёто. — Раз уж нам повезло наткнуться на это, давайте сначала наберем бамбукового риса. — А он вкусный? — с сомнением спросила Май. — Не волнуйся, он не ядовитый, не умрешь, — сказал Рёто. — Вперед, Рин! — О! — взмахнув кулачком, Рин последовала за Рёто вглубь цветущей бамбуковой рощи. Май последовала за ними, скривив губы. «С его уст "не умрешь" — это правда, но не факт, что будет вкусно». Если бы было вкусно, он бы так и сказал. Увидев эту бамбуковую рощу, Май вспомнила, как он обманом заставил ее съесть бамбуковых червей. Только повзрослев, она внезапно поняла, что это были личинки! — Рин! Поищи-ка, может, еще остались бамбуковые черви! — с энтузиазмом воскликнул Рёто. Он соскучился по вкусу детства. У Май дернулось веко. — Какие черви? — растерянно пробормотала Рин. — Е-е-есть червей? Мне? — Они не ядовитые, не умрешь! — сказал Рёто. — Попробуй, может, тебе понравится. Точно будет вкусно, они как сливочный крем. Как крем? — Х-хорошо, — сказала Рин. — Я поищу. Фу! Май остановилась, ее чуть не стошнило. — Стой! — закричала она. — Рин! Это же личинки! Личинки! — Э-э-э!!! … В перерыве между этапами объединенного экзамена на чунина дни тянулись мирно и спокойно, без каких-либо происшествий, лишь изредка моросил дождь, сменявшийся прояснениями. С приближением даты экзамена Коноха становилась все более оживленной, поток туристов, желающих посмотреть на состязания, не иссякал. Торговцы всегда ищут выгоду, и чем безопаснее и сильнее место, тем оно привлекательнее для инвестиций. В нынешнем мире шиноби, полном войн, все с нетерпением ждали, какую силу продемонстрирует Коноха, лидер пяти великих деревень. Учитывая нынешние темпы развития Конохи, многие умные люди видели в ней большие перспективы. Однако хватало и тех, у кого были свои, скрытые мотивы. Кандидатам же оставалось лишь спокойно готовиться, показать свой уровень и стиль, используя оставшееся время для интенсивных тренировок. — Вот, почти готово, — сказал Сасори, глядя на Пакуру. — Твоя марионетка из железного песка завершена. Пусть эти глупые и высокомерные выскочки увидят истинное искусство кукловодства. Слова были сказаны. Но Пакура лишь надеялась не оказаться на последнем месте и принести своей деревне хоть какой-то приемлемый результат. Она молилась лишь о том, чтобы не проиграть слишком позорно. Сражаться с теми монстрами, что были в Конохе, при ее нынешней силе — на это у Пакуры не хватало уверенности. Она серьезно кивнула. С другой стороны, Теруми Мей была совершенно не обременена такими мыслями. Она уже проиграла достаточно позорно, так что хуже быть не могло. Расслабившись, она ела и пила в свое удовольствие, рассматривая эту поездку как туристическую. За день до начала третьего этапа экзамена на чунина Теруми Мей, вся в масле, вытерла рот салфеткой и оглядела своих младших товарищей. «Неважно, как там дела у деревни, я-то в любом случае в выигрыше». Особенно Ринго Амеюри, этот гений Стихии молнии, на которую деревня с детства возлагала большие надежды и которая считалась редким специалистом, способным противостоять пользователям Стихии воды, уже поправилась благодаря лечению в Конохе. — Вы что тут, рыбу разводите?! Пейте! — Теруми Мей поднялась с бокалом. Ниндзя Скрытого Тумана переглянулись и, скрепя сердце, тоже поднялись с бокалами. Мангецу, Демон и другие посмотрели на Теруми Мей. Этот экзамен на чунина уже подтвердил, что Теруми Мей — сильнейшая в молодом поколении их деревни и самая вероятная преемница на пост Каге. Следовать за ней не было чем-то постыдным. Теруми Мей задумалась... Этот Инузука Рёто, как бы сказать… после одной попойки она обнаружила, что он довольно интересно разговаривает. Применяя полученные знания на практике, она сказала: — Много говорить не буду, все в этом вине. Ребята, до дна! — До дна… — неохотно отозвались братья Демон и Мангецу. Но что поделать, если они даже не прошли в отборочный тур экзамена на чунина? Это ставило их на ступень ниже Теруми Мей. … В приемной Резиденции Хокаге Цунаде смотрела на сидящего напротив Мизукаге. Мизукаге молчал, лишь покачивая бокал с вином в руке. Цунаде ждала, пока он все обдумает и начнет говорить. На этот раз он сам пришел к ней, видимо, с какой-то просьбой. — Госпожа Четвертая Хокаге, — начал Мизукаге. — Говорите прямо, что у вас на уме, — с улыбкой сказала Цунаде. — С вашими разведывательными возможностями, вы, должно быть, уже догадались, — сказал Мизукаге. — О чем догадалась? — не поняла Цунаде. — Учиха Мадара… — низким голосом произнес Мизукаге. — Скрывается у нас, в Деревне Скрытого Тумана. — Сказав это, он, казалось, почувствовал огромное облегчение. В его прищуренных глазах вспыхнул алый свет. Цунаде серьезно посмотрела на эти Красные глаза Мизукаге, способные противостоять Бьякугану, и, скрестив руки и подперев подбородок, молча ждала продолжения. — Как и ожидалось от Четвертой Хокаге, вы, похоже, не удивлены, — сказал Мизукаге. — У меня к вам одна просьба. После окончания объединенного экзамена на чунина, пожалуйста, помогите моей деревне уничтожить силы, которые Учиха Мадара взрастил в Тумане. — Для меня большая честь, благодарю Третьего Мизукаге за доверие к Конохе, — серьезным тоном ответила Цунаде. — Как союзники, мы, Коноха, безусловно, окажем вам всестороннюю поддержку. — Бесконечно благодарен.