Часть 244

Глава 244

В одном лишь тайдзюцу с Разящим Клыком было не совладать. Какаши попытался пошевелить руками и лишь тогда понял, что в них осталась некая сила, временно парализовавшая их, словно после удара «Мягкого кулака», но при этом циркуляция чакры не была заблокирована. Впрочем, в такой ситуации, даже если чакра и была доступна, от неё не было никакого толку, раз уж руки не слушались. Зрители на трибунах, видя неподвижность Какаши, тоже начали догадываться о его плачевном положении. — Эта скрытая сила... — низким голосом спросил Забуза с места, где сидели ниндзя Тумана. — Она остаётся в теле после удара и парализует руки Какаши? — Похоже, что так... — произнёс Мангецу. — Это действительно напоминает «Мягкий кулак» клана Хьюга. Последствия такого попадания для нас, ниндзя, могут быть фатальными. — Техника гидратации должна защитить от подобного, верно? — неуверенно предположила Теруми Мей. Все на мгновение замолчали. Не попробовав, не узнаешь. — Даже если и сможет защитить... — сказал Мангецу, — мне всё равно не справиться с Разящим Клыком... Услышав это, Теруми Мей вскинула бровь и сказала: — Он не твой противник, Хозуки. — Верно, — подтвердил Забуза. — Этого противника я присмотрел для себя. Эту скрытую силу я понял! Я ведь гений в искусстве меча, какая-то там скрытая сила, вернусь домой и разберусь в ней. Теруми Мей искоса взглянула на Забузу. Понял он? Откуда только берётся эта его наивная самоуверенность. На арене Разящий Клык не спешил атаковать, чтобы завершить поединок. Зрители недоумевали: исход боя уже предрешён, так чего же он ждёт? Рёто посмотрел на Какаши и с улыбкой сказал: — Если просто ждать, руки сами по себе чудесным образом не восстановятся. Под маской Какаши стиснул зубы. «Знаю! Но я не хочу сдаваться!» Он осторожно отступил на шаг назад, чтобы предотвратить возможную атаку Разящего Клыка. Глядя на его осмотрительность, Рёто усмехнулся. Раз уж это показательный бой, то нужно всё объяснить как следует. — Путь кулачного боя и тайдзюцу заключается в том, чтобы подчинить тело правилам, обрести силу, понять её и научиться ею пользоваться. Даже овладев скрытой силой, ты едва ли переступаешь порог, — начал Рёто. — Следующий шаг — научиться преобразовывать силу. Говорят, что тогда всё тело становится кулаком, а глаза — повсюду. Сила наполняет тело, и любая его часть может взорваться мощью, позволяя наносить удары по желанию. Это идеальное состояние. С этими словами Рёто приступил к демонстрации. — Смотри внимательно. Грудь Рёто вздымалась и опадала, и резкий свист раздался вокруг его тела. В одно мгновение все поры на его коже раскрылись, и сила вырвалась наружу, словно воздух, оставляя в пространстве отчётливо видимые глазу воздушные стрелы, которые медленно таяли. Члены клана Хьюга с их Бьякуганами сглотнули, безмолвно поражённые. Они прекрасно понимали, насколько сложно открывать и свободно контролировать все точки выхода чакры на теле. Не говоря уже о том, чтобы высвобождать не чакру, а преобразовывать физическую силу в воздушные потоки, выпускаемые через поры. Эта сцена казалась им чем-то из области фантастики, о чём они не смели даже помыслить. Братья Хиаши и Хизаши переглянулись, и в глазах друг друга увидели неподдельное изумление. Они не сомневались, что даже без секретных техник главной ветви клана, стоящий перед ними Разящий Клык мог бы на месте исполнить Кайтен. — В этом состоянии... — продолжил Рёто, — можно совершать вещи, которые в глазах новичков кажутся немыслимыми. Например, схватить себя за волосы и поднять в воздух. Услышав это, глаза многих ниндзя расширились от удивления. «Да ты хоть понимаешь, что за чушь несёшь?! Это же невозможно!!!» И в этот самый момент, без каких-либо особых движений, Рёто, лишь коснувшись носком одной ноги земли, плавно оторвался от неё и воспарил в воздухе. Он закинул правую ногу на левую, сложил на руках печати и застыл в позе полулотоса, неподвижно паря в пространстве. Серебристые ресницы на его полуприкрытых глазах мерцали в солнечном свете, серебряный хвост волос тихо развевался за спиной, а в золотистых глазах таинственно переливался свет. На его прекрасном до дьявольской красоты лице, украшенном экзотическими узорами, читалось божественное благородство и великолепие. Мощные мышцы его торса отливали нефритовым блеском. Весь его облик, не выражая гнева, внушал трепет, словно Великий Будда, излучая сдержанную властность, провозглашающую: «На небесах и на земле лишь я один достоин почитания». Какаши, подняв голову, ошеломлённо смотрел на Разящего Клыка в этом образе. Привычное весёлое выражение сменилось чем-то до того незнакомым, что он показался ему чужим. — Это же Будда... — прошептал кто-то. Если бы за его головой ещё и сиял ореол, сходство было бы полным. Поэтому некоторые ниндзя не удержались и пробормотали: — Почему-то от этого парня веет какой-то зловещей аурой... Выражения лиц у всех были разными, но любой ниндзя, обладавший хоть толикой здравого смысла, понимал, что взлететь в воздух без помощи ниндзюцу и чакры... это уже не просто странно. Холод пробежал по их спинам до самых костей, волосы встали дыбом от ужаса. «Этот парень вообще человек?!» На трибунах некоторые зрители-буддисты, застыв, смотрели на Разящего Клыка на арене, чувствуя, как трепещут их сердца. Глядя на Рёто с высоты, они задавались вопросом. «Это совпадение?» Земля, развороченная ранее, вздыбилась, образуя кольцо из камней и почвы, расходящееся лучами от центра. Сверху открывался полный вид: камни и земля напоминали распустившиеся лепестки, а вся арена — лотосовый трон. «Или это чудо?» Вспоминая знакомые легенды, некоторые уже в страхе падали на колени и начинали молиться. — Будда сошёл на землю! — Это Будда сошёл на землю! — громко выкрикивали они. «Чушь собачья!!!» Лицо ведущего монаха из Храма Огня потемнело от гнева при виде этой сцены. Как ни смешно, но он в Будду не верил. Однако ему оставалось лишь молча наблюдать. Конечно, были и здравомыслящие люди. В тысяче глаз — тысяча Гамлетов, но с красотой не поспоришь. Красота есть красота. Многие женщины на трибунах с горящими глазами и раскрасневшимися лицами не сводили взгляда с Разящего Клыка на арене. «Мама, какой он красивый! Кажется, я влюбилась в этого мужчину!» Рёто было всё равно, что они там думают. Он плавно опустился на землю и сказал: — Тренировать кулак — значит тренировать силу. Тренировать силу — значит закалять тело. В конечном счёте, всё сводится к контролю над собственным телом. «Контроль над телом?» Какаши показалось, что он что-то уловил. — Как бы ты ни пытался преодолеть предел, ты всё равно вращаешься в рамках человеческих возможностей, — сказал Рёто. — Даже если кулачный бой позволяет в какой-то степени превзойти этот предел, он всё равно не ломает ограничения человеческого тела. Какаши... Рёто поднял взгляд на всех присутствующих. — У человеческих способностей есть предел. За свою недолгую жизнь я усвоил одну вещь... Чем больше тренируешь тело... Тем яснее осознаёшь, что человеческие способности ограничены. Чтобы превзойти этот предел... Нужно перестать быть человеком. «Перестать?» Никто не понял, о чём он. На арене Орочимару смотрел на Рёто глубоким взглядом. «Дай же мне услышать твои соображения». — Минато, ты знаешь истинную силу этого парня, Рёто? — спросил Джирайя. — Простите, учитель, — Минато покачал головой. Дело было не в том, что он не хотел раскрывать секреты, — он и сам не знал. Он никогда не мог до конца понять силу Рёто, зная лишь, что тот очень, очень силён. И вот так, на глазах у всех, выкладывать информацию о себе и своей боевой мощи, словно при поносе, — разве это правильно? — Что ты имеешь в виду? — не удержался от вопроса Какаши. Рёто насмешливо хмыкнул и сказал: — Я имею в виду, что я перестаю быть человеком. «А? Как это — перестать быть человеком?» На трибунах Обито был немного озадачен и саркастически пробормотал: — Перестанешь быть человеком, чтобы стать кем? Собакой? Ты и так ведёшь себя по-собачьи... Рин бросила на Обито красноречивый взгляд. Тот тут же сник и пролепетал: — Прошу прощения! «Перестанет быть человеком?» Май посмотрела на Рёто. «Кем бы ты ни стал, пока ты остаёшься мужского пола, больших проблем нет». Рёто опустил глаза, посмотрел на свою ладонь, раскрыл её и снова сжал в кулак. — Практикующие тайдзюцу, доведя своё тело до моего уровня, так или иначе, способны коснуться той наглухо запертой двери. «Какой двери?» Глаза ниндзя загорелись, они навострили уши, но на их лицах читалось недоумение. — Клан Акимичи называет это «Стихия Ян: Техника увеличения тела». Эта способность передаётся из поколения в поколение по наследству. Но это название слишком однобоко, оно описывает лишь малую часть этой способности. Члены клана Акимичи были озадачены, а в глазах Рен промелькнуло задумчивое выражение. — Эта способность, на самом деле, — дверь, к которой может прикоснуться каждый ниндзя, усердно практикующий тайдзюцу. Чтобы использовать «Мягкий кулак», клан Хьюга должен научиться тонко контролировать открытие и закрытие тенкецу на теле, и это — другая сторона той же способности. «А?» На лицах членов клана Хьюга отразилось полное недоумение. «Так я это умею? Почему я не знал?» — Строго говоря, это телесный Кеккей Генкай, который ниндзя, специализирующиеся на тайдзюцу, развивают в процессе совершенствования своего искусства, приходя к этому независимо друг от друга. «Кеккей Генкай?» — Клан Инузука, основной упор которого делается на нин-тайдзюцу, также входит в их число. Техника Гацуга, как и «Мягкий кулак» клана Хьюга, является ниндзюцу без печатей, которое выполняется за счёт открытия и закрытия тенкецу по всему телу и быстрого, мощного высвобождения чакры через вращение тела. Она как минимум на девяносто девять процентов схожа с техникой Кайтен, их принципы в корне одинаковы. Эту способность я называю «Детальный контроль над телом». Рёто посмотрел на Какаши. — Твоё «Освобождение» — это тоже техника, разработанная на основе этой способности. Зрачки Какаши сузились. «Так вот в чём дело?» Цунаде, глядя на Рёто, слегка улыбнулась. «А этот парень умеет складно говорить, звучит вполне правдоподобно. Таким образом можно объяснить, почему у Какаши та же способность, что и у него». Смогут ли другие мастера тайдзюцу развить её? Цунаде задумалась, и в её глазах блеснул огонёк. «Смогут!» — Тайдзюцу... — сказал Рёто, — справедливо ко всем. Что посеешь, то и пожнёшь, усилия всегда вознаграждаются. Когда достигаешь определённого уровня, тайдзюцу становится сильнейшей из техник, порождая всевозможные чудесные способности. Майто Гай посмотрел на Рёто. «Именно так, брат!» Рёто поднял руку в сторону Какаши и сказал: — Теперь ты понял этапы пути тайдзюцу. Сначала нужно подчинить тело правилам, после явной силы обрести скрытую, а после скрытой — преобразующую. Когда сила наполнит тело и станет единым целым, тайдзюцу достигнет вершины мастерства, позволяя совершать невероятные для обычных людей вещи. Каждое движение становится чудом, и даже без чакры можно нанести ужасающий удар одной лишь физической мощью. Дойдя до этого этапа, ты оказываешься перед той самой дверью — Кеккей Генкай под названием «Детальный контроль над телом». Открой эту дверь, и с тех пор эта способность будет течь в крови твоих потомков. Рёто сначала обрёл способность «Детального контроля над телом», а уже потом, в обратном порядке, вывел эти три стадии. На арене зрачки всех ниндзя резко сузились. Многие из них загорелись идеей и задумались: «А я смогу так натренироваться?» Какаши словно озарило. «Так вот оно что. У клана Хатаке тоже есть Кеккей Генкай. Неудивительно, что отец был так чудовищно силён». — Твои глаза... — сказал Рёто, — обладают динамическим зрением, превосходящим обычное, не так ли? Его эффект сравним со сверхскоростным динамическим зрением Шарингана с тремя томоэ. Не знать, какую способность ты пробудил, было бы просто смешно. Услышав это, несколько Учиха искоса взглянули на Какаши. «Всего лишь динамическое зрение, а не Шаринган». Какаши попытался сжать кулак, но резкая боль в руке не позволила ему этого сделать. — Клан Инузука также обладает сверхчеловеческими пятью чувствами, — продолжил Рёто. — Сверхсильный слух, позволяющий чётко слышать любой звук в радиусе пяти километров. — Данные были ложными, Рёто не был настолько глуп, чтобы раскрывать свои настоящие способности. — Сверхсильное обоняние, от которого не скроется ни один, даже самый тонкий запах. Сверхсильное зрение, от которого не ускользнёт даже быстро движущийся кролик или белка на расстоянии километра. Члены клана Инузука замерли в недоумении. «Постойте, Генерал! Почему я так не могу?» Некоторые ниндзя из других кланов с вопросом посмотрели на своих товарищей из клана Инузука. Те лишь покачали головами: — Генерал может, а я нет. Наверное, это разница в уровне тренировок тайдзюцу. — Вот это да... — Эти телесные способности, — сказал Рёто, — ты должен понимать, что все они были разработаны предками клана Инузука и переданы потомкам. По своей сути они ничем не отличаются от красных глаз клана Учиха. Слова были верны, но сверхсильное зрение — это всё-таки не Шаринган. Учиха кивнули, чувствуя лёгкое раздражение. Этот Разящий Клык был слишком уж заносчив. Но это был тот самый Разящий Клык, который на глазах у всех вонзил меч в Третьего Хокаге, так что пусть себе заносится. — Другими словами, — заявил Рёто, — даже Шаринган можно развить с помощью тренировок тайдзюцу! — Хватит шутить!!! — Учиха вскочили на ноги и в один голос закричали. — Не неси чушь! Это невозможно!!! — Даже если ты Разящий Клык, не надо так заявлять! Рёто бросил на них ленивый взгляд и не стал обращать внимания. — Итак, как же превзойти предел человеческих способностей и перестать быть человеком? — сказал Рёто. — «Детальный контроль над телом» — вот ответ. Достигнув этого этапа, следующее, что нужно сделать, это... Рёто поднял руку, чтобы все её видели. Мышцы на его руке, словно ожив, начали бешено сокращаться, а под кожей вздулись вены, извиваясь, как большие драконы. Затем, на глазах у всех, его рука приняла иную форму. — Техника трансформации клана Инузука... Рука раздулась, став вдвое толще... — Превращение в зверочеловека... Всё это происходило на глазах у зрителей без малейшего участия чакры, а значит, это не было ниндзюцу. Рёто превращался в зверя, его тело покрывалось серебристой шерстью. — Это не техника перевоплощения!!! — закричал кто-то в ужасе. Рёто посмотрел на Какаши и спокойно произнёс: — Техника имитации человека и зверя... Трансформация распространялась: сначала кисть, затем плечо, грудь, и вот уже всё тело покрылось серебристой шерстью, пока на месте человека не появился прямоходящий серебряный зверь. По его серебристой шкуре вились таинственные чёрные узоры, и даже в зверином обличье он излучал дьявольскую и благородную красоту. Дикую и загадочную. Рин смотрела на этого красивого большого пса, и её дыхание участилось. Май искоса взглянула на покрасневшее лицо Рин и скривила губы. «Эта девчонка совершенно не может устоять перед пушистиками». Хотя и ей самой такой Рёто не был неприятен... Но Май надеялась, что во время поцелуев он хотя бы будет человеком. И ещё неизвестно, сильно ли он линяет. Если да, то это будет ужасно. — От крови до костей... Телесная трансформация... Преодоление физических пределов человека... Полное превращение в более сильную звериную форму. Глядя на Какаши золотыми звериными глазами, Рёто сказал: — Это не обычная техника перевоплощения, имитирующая зверя. В этот самый миг, от шерсти до клеток, я и есть зверь. Даже если я умру, — сказал Рёто, — мой облик уже не вернётся к человеческому. Глядя на этого человекоподобного хищника, полного звериной мощи, с разумным взглядом и подавляющей аурой, все ниндзя затаили дыхание. На арене воцарилась мёртвая тишина. — Это продвинутая стадия «Детального контроля над телом», эволюция и сублимация от Кеккей Генкай к Кеккей Тота. Я называю это... Глубинная модификация тела. А также... Эволюция!!! Я обрету силу медведя, скорость леопарда, зрение орла и все прочие способности, объединённые в одном теле. Вот мой способ сломать предел человеческого тела! По трибунам пронёсся вздох ужаса. «Этот парень — настоящее чудовище!» Какаши в шоке смотрел на Рёто. «Сломать предел человеческого тела, перестав быть человеком?»