Часть 4

Танос никогда так не был рад прежде, почувствовав мягкую кровать, а не жесткую крышку гроба под своей переколоченной тушей. Ребро болело так сильно, что хотелось просто упасть, кататься по полу и реветь навзрыд от боли как маленький ребенок. Но даже на это сил не было. Он чувствовал, как вместе с кровью из шеи его покидает энергия, головокружение с каждой минутой все усиливалось, а повязка уже полностью пропиталась темно-алой жидкостью. Плюс еще ко всему этому, Ки Хун крепко-накрепко перевязал Су Бонгу шею, так что кислорода тоже поступало недостаточно, из-за чего ему приходилось часто и жадно вдыхать. Ки Хун, убедившись в безопасности Таноса, поплелся к своей команде, так как более он ничего больше не смог сделать без аптечки первой помощи. Он даже не до конца не был уверен, что при его состоянии он сможет пережить следующую игру. Открыв глаза, Су Бонг снова увидел знакомое лицо с пирсингом брови. — Я, вообще-то, твою честь отстаивал, —произнес Танос, как обычно, с усмешкой, и медленно потянулся к кресту у себя на шее. — Это не стоило того, — серьезно ответила ему Джун Хи. Она впервые видела человека в таком состоянии и с ужасом понимала, что абсолютно ничем не может ему помочь. Су Бонг вытащил две таблетки из креста и тут же проглотил их, чтобы хоть немного ослабить боль. А что ему еще делать? Для него наркотики были единственным обезболивающим в данный момент. — Танос, а как ты вообще подсел на наркотики? — Су Бонг не сразу заметил, что слева от него на корточках сидит Нам Гю. — It’s очень скучная и неинтересная история, bro, — не желал рассказать добрую половину своей жизни, грубо говоря, незнакомым людям, как-нибудь потом расскажет. От превышения дозы вдвое эффект настиг его буквально сразу, сознание помутнело, а его мозг из здравых мыслей начал генерировать нечленораздельный бред. Он был рад тому, что боль медленно начала утихать и его начало клонить в сон. Джун Хи смотрела, как Танос медленно засыпает, смысла ей оставаться рядом не было и она оставила его наедине с Нам Гю. Она понимала, что с такими травмами у него мало шансов пережить завтрашний день и эта мысль вызывала у нее ужас. Эти безжалостные игры отобрали человечность у всех. Все игроки, которые находятся сейчас с ней в одном душном помещении и те, которые погибли - они не знали на что идут. Они все надеялись на лучшее будущее. Никто не планировал умирать. Плюсом ко всему этому, Джун Хи осознавала, что до рождение малыша совсем мало времени, потому что чувствовала нарастающую тянущуюся боль внизу живота. Только не здесь и не сейчас. Впервые боль появилась, когда она забежала в туалет и увидела Таноса, истекающим кровью. Сильно переволновалась. Но… за кого? Джун Хи удивилась собственному осознанию, что она переживала не за Мен Ги, а за него. Который спас ей жизнь, она бы хотела отплатить ему тем же, но хрупкая и беременная ничего не сможет сделать. Она даже имени его настоящего не знала. «Я, вообще-то, твою честь отстаивал» - прокручивала постоянно у себя в мыслях. Нет, все должно быть наоборот. Мен Ги должен это делать. И тут как удар ножом в спину. Все проигнорированные сообщения и звонки, кредиты, обман, принуждение к аборту - как гром среди ясного неба. Она отдала свое сердце не тому человеку, от этих мыслей у Джун Хи потекли из глаз слезы, а живот нахлынула новая волна боли, которая совсем скоро станет невыносимой. Тот, которому она хочет довериться, сейчас лежит и умирает от рук морального урода.

***

Пришло время голосования. Джун Хи время от времени поглядывала на Таноса, который все еще спал. Она специально заостряла внимание на поднимающейся грудной клетке, чтобы она внезапно не остановилась. К вечеру боль в животе только усилилась и Джун Хи встала с койки чтобы проголосовать только с помощью Ки Хуна. Надеясь на лучшее, она в очередной раз выбрала крест. — Игрок 230, — произнес солдат сразу, как только Джун Хи отошла в сторону. — Ему не здоровится, он не сможет проголосовать, — как можно громче произнесла Джун Хи, кое как стоя на ногах от боли и истощения. — Согласно правилам, все игроки, находящиеся в этой комнате, должны проголосовать. — Но… — Джун Хи повернула голову в сторону спящего Таноса, — У него серьезная травма. — Раз игрок 230 не сможет проголосовать, его ответ будет считаться как «воздержание», — наконец сдался солдат в красном костюме и начал объявлять номера других игроков, на которые Джун Хи уже не обращала внимания. — Ты хорошо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила старушка у Джун Хи, заметив, что Ки Хун постоянно поддерживает ее. Она подняла взгляд на бабулю, не зная как сказать им о своем состоянии. Джун Хи и так себя чувствовала обузой для всех, теперь еще это… как будто им проблем не хватает. — Госпожа Чан, я… — не успела девушка договорить, как ее отвлек голос охранника, назвав номер 333. Количество синих кружков увеличилось. Мен Ги перешел на другую сторону, виновато смотря Джун Хи в глаза. Она ждала, что он подойдет, хотя бы спросит про ее самочувствие, но он не подошел. Вдох. Резкая боль внизу живота, как будто ножом полоснули со всей дури. Джун Хи опустилась на колени, тихо мыча от боли. Она все еще пыталась держаться за Ки Хуна, который ни на секунду ее не оставлял. — Господи, милая, ты осознаешь что происходит с твоим телом? — спросила Гым Джа и нежно прикоснулась руками к плечам Джун Хи. Девушка в ответ лишь неуверенно покрутила головой вверх-вниз. — С тобой все будет хорошо, не беспокойся, ты всегда можешь положиться на нас, — с теплотой в голосе произнес Ки Хун и посмотрел ей прямо в глаза сверху вниз, девушка ответила ему искренней улыбкой. Джун Хи почти уже рефлекторно повернула голову в сторону койки Таноса, чего не мог заметить Ки Хун. Странно, что о ней заботятся незнакомые ей люди, а тот, кого она любила долгое время - предал и бросил беременную. — Мне очень неприятно это говорить, но скорее всего, сегодня ночью будет драка, — шепотом произнес Ки Хун так, чтобы слышали только Джун Хи и Гым Джа, затем кивнул в сторону Таноса и продолжил, — Он - самая уязвимая жертва, легкая добыча. — С чего вы взяли, что будет драка? — непонимающе спросила Джун Хи, все еще держась за живот, так как схватки немного усилились. — Я уже говорил, что бывал здесь, только в прошлый раз мне никто не поверил и решили, что я сумасшедший. Сегодня большинство из этих людей поняли, что за побои и убийство нет наказания, значит они начнут устранять самых слабых. Гым Джа посмотрела на Джун Хи тревожным взглядом, поняв, что легкая добыча не только Танос, но еще и они. — После голосования будем строить баррикаду для защиты.

***

После голосования большинство игроков начали повторять за Ки Хуном и строить свои собственные убежища из кроватей и матрасов. Такая себе защита, которая несла скорее психологическую функцию, нежели физическую. Танос все еще лежал «в отключке», не подозревая, что вокруг него происходит. То ли из-за перебора с таблетками, то ли от психологической перегрузки, Су Бонгу снилось его любимое место - большое цветочное поле, откуда вдалеке можно увидеть лошадей и холмы. Он часто там бывал в детстве, когда приезжал к бабушке на юг Кореи, которая уже давно находится в лучшем мире. Это было единственным местом, где он чувствовал спокойствие и умиротворение, ведь в последний раз он там был до того, как узнал о своем страшном диагнозе. Су Бонг медленным шагом спускался вниз по полю, щурясь от яркого летнего солнца. Подняв взгляд, он увидел много красных воздушных шариков, которые так легко поднимались в небо, стремясь к свободе. Когда он опустил голову, он увидел сидящую на земле черноволосую девушку в летнем белом платье в цветочек, а рядом с ней маленькую девочку лет пяти. Они смеялись, а их смех отдавал приятным эхом в ушах Су Бонга. Легким движением он присел к ней рядом и понял, что черноволосой нимфой является Джун Хи. — Надеюсь, я умер и это рай, — смеясь, в шутку произнес Су Бонг. — Твое время еще не пришло, — ответила ему Джун Хи и легла на спину. Парень последовал ее примеру. — Это же мое любимое место, как ты узнала? — с удивлением спросил он и его взгляд устремился в ее глубокие черные глаза, в которых можно было увидеть не только свое отражение, но и целый мир. Возможно, он сошел с ума, но в этот момент он готов был тихий океан осушить ради них. — Танос! — вдруг лицо Джун Хи со спокойного поменялось на испуганное, а голос громче, — Танос! — Танос! В этот момент его как холодной водой окатили. Он широко раскрыл глаза и увидел перед собой напуганную Джун Хи, со всех сторон были слышны крики, а освещением можно было вызвать приступ у эпилепсика. Не думая ни секунды, Джун Хи схватила его под руку и силой потащила на другой конец комнаты, где находилась команда Ки Хуна. От такой силы хрупкой и слабой девушки он очень удивился, но через мгновение оклемался и начал сам пытаться идти. Но после нескольких часов крепкого сна и от травм, которые до сих пор немного болели, это было очень проблематично. — What a hell is going on here? — Танос уже чуть ли не кричал от шока и стресса. — Поножовщина.

Пятью минутами ранее

Женский голос по громкоговорителю начал отсчитывать обратный отсчет до отбоя. — Sorry, дружище, — произнес Нам Гю спящему Таносу и спер из его креста на груди одну таблетку. Как и было предсказано Ки Хуном, началась бойня. Даже самодельные убежища не спасали некоторых. Естественно, охранники это предвидели и создали идеальную атмосферу для сего мероприятия. Можно ли было это назвать игрой - вряд ли, но вот испытанием перед играми на силу - вполне. Некий, естественный отбор в условиях выживания. Мен Ги сразу же заприметил Таноса и собирался закончить начатое. «Зуб за зуб» - думал про себя Мен Ги, уже представляя звук ломающейся трахеи под его руками. Даже если это будет нечестный бой, ему было все равно убивать в крысу или нет, он избавится от конкурента за его деньги и девушку раз и навсегда. Когда началось то, чего нельзя было избежать, Мен Ги первым делом услышал заразный смех Нам Гю, затем крики Сэ Ми. Тишина. Гробовая. Не успел Мен Ги очухаться, как тут же послышались женские крики из разных углов душной комнаты. Началось. В такой суете он сможет незаметно подкрасться к Таносу и… — Он все еще лежит там! Он в опасности! — кричала Джун Хи про Таноса, пытаясь вырваться из крепкой хватки Дэ Хо. — Ты должна думать только о своей безопасности, возможно, он уже мертв, — Ки Хун перешел на крик, ему казалось еще немного и он впервые ударит беременную девушку, чтобы она пришла в себя. В это мгновение глаза Джун Хи широко распахнулись и потекли слезы. Дэ Хо почувствовал, что она перестала вырываться и ослабил хватку. Девушка воспользовалась моментом, вырвала руку и быстро пролезла через маленькую щель в их «постройке», не сказав ни слова. По-любому, Ки Хун что-то ей кричал в след, но она уже не слышала и не видела никого вокруг. Только бы успеть. От прилива адреналина боль в животе почти не чувствовалась. Ноги несли ее так быстро (по крайней мере, ей так казалось), а руки попутно вытирали слезы. Боковым зрением она заметила, как на нее разъяренно несется какой-то игрок, но Джун Хи успела пробежать и на него набросился уже другой. Сзади послышались глухие стоны и звук удара. Она повернулась и увидела, что игроком, спасшей ее, был Мен Ги. — Беги! — крикнул Мен Ги, борясь с мужчиной лет 50. Она была в шоке, что он впервые спас ее от реальной опасности, но стоять столбом и просто наблюдать было глупо, поэтому она сразу рванула к своей цели. Наконец добравшись до Таноса, она заметила, что он все еще крепко спал, как будто даже ни разу не пошевелился во сне. Возможно, он уже мертв. — Нет-нет-нет, — в панике начала бормотать Джун Хи и пригнулась ухом к его носу, чтобы почувствовать дыхание. Дыхание присутствовало, но оно было очень слабым и еле заметным. Пару секунд она просто сидела и не знала что ей делать. Паника окончательно овладела ее сознанием, ведь если он не проснулся от всего происходящего вокруг, то от ее попыток его разбудить - тем более не проснется. «Лучше попытаться и не жалеть» - промелькнула мысль у нее в голове, как гром среди ясного неба. Джун Хи схватила Таноса за плечи и начала интенсивно трясти и звать его по имени. — Танос! Танос! — из раза в раз повторяла Джун Хи, продолжая трясти того за плечи. Когда силы были почти на исходе, в глазах начала умирать последняя надежда и она была готова уже расслабить руки и бежать обратно, он вдруг резко и широко открыл глаза.

***

Пару минут спустя, как Джун Хи прибежала с Таносом обратно, в помещение ворвались солдаты чтобы поставить конец безжалостной бойне и убрать трупы. Только тогда девушка узнала, что когда она побежала будить Таноса в потасовке за ней побежал Ин Хо, чтобы помочь ей и защитить, но "погиб". Когда ей об этом сказали, она дала полную волю эмоциям и начала рыдать навзрыд. Слишком устала. От стресса, убийств и постоянного страха за свою и чужие жизни. — Ты вообще в своем уме? Ты всех нас подвергла опасности! Из-за тебя погиб наш товарищ! — набросился Дэ Хо с обвинениями на Джун Хи, которая и так находилась в истерике. Ки Хун, тем временем, сидел отстраненно от всех и просто смотрел в стену. Ему было невероятно больно наблюдать за тем, как его нового друга кладут в черный деревянный ящик с розовым бантиком. Сегодня погибли абсолютно все. Джун Хи сидела в обнимку с Гым Джа и плакала ей в плечо, не желая, чтобы кто-нибудь увидел ее слабость. Хотя, это было бессмысленно. — А ну-ка вальни свой рот, он тебе для другого нужен, — Танос решил принять участие в перепалке, так как не переносил унижения женщин. Тем более Джун Хи, которая спасла его жопу во второй раз. — А что я не прав? Как плакаться так мы все первые, а как высказать правду человеку в лицо - сразу жим-жим? — Дэ Хо не планировал отступать. Нервы у всех на пределе. — Она единственная кто вспомнил обо мне! Пока вы все сидели здесь и тряслись от страха, она беременная побежала спасать других! — как же Су Бонг хотел ударить Дэ Хо, но не стал, слишком много насилия за один день, — А ты своей волшебной морской пехотой еще ни разу никому не помог, fucking bastard! — Заткнулись оба, — в диалог ворвался Ки Хун, — С этого момента будут установлены правила: морды друг другу тоже не бьем, — обращаясь именно к Таносу, произнес Ки Хун, затем посмотрел на Джун Хи, — Необдуманные действия не совершать, не посоветовавшись с командой. Эти гниды так и ждут, чтобы нас рассорить. — Hey mister, а че это ты раскомандовался? Ты типа здесь главный? — обратился Танос с недовольством, ведь правила должны быть согласованы всеми участниками. — Предложения? Нет? Тогда делай что сказано, если жить хочешь. Я и Джун Хи не сможем постоянно тебя с того света вытаскивать. Су Бонг, недовольно фыркнув, присел рядом с Джун Хи на матрас, признав поражение. Обстановка в команде только накалялась, дав трещину. Только сейчас он заметил, как она тяжело и поверхностно дышала, а ее стеклянный взгляд устремлен в никуда. — Hey bright sun, what’s wrong with you? — обеспокоено спросил Танос и потянулся за крестом одной рукой. — Похоже, скоро в нашей команде будет пополнение, — ответила Джун Хи и пустила легкий смешок. Су Бонг догадывался об этом, но все равно сильно удивился. Он не стал ее спрашивать о чем-то или, как обычно, отпускать шутки, которые всегда не к месту. Они просто сидели молча. Танос открыл свой «тайничок» и тихонько выругался. Он четко помнил, перед тем как отключиться, что в кресте было четыре таблетки, а сейчас их было три. — Нам Су, сукин сын! — он не удержался и агрессивно расстегнул кофту, начав кусать губы и щеки. Что ж, сегодня без снотворного, придется экономить. Все вокруг обратили на это внимание, но промолчали. Гым Джа положила один матрас рядом с Джун Хи и поудобнее улеглась. Хоть и обстановка выглядела безопасной после вмешательства солдат, все равно она лишь казалась таковой. Четыре дня, проведенные здесь, для всех оказались адом на Земле. Помещение полностью пропахло свежей кровью, потом и смертью, которая всегда ходит по пятам. Время идет слишком медленно. — Сегодня спать нельзя, может произойти второе нападение, нужно быть начеку, будем караулить всю ночь по очереди, — Ки Хун был настроен решительно, повторив слова Сан Ву. Он слишком сильно привязался к этим ребятам, — К сожалению, мы уже потеряли Ин Хо, я не могу потерять и вас тоже. — Я могу посидеть ночью, все равно не смогу уснуть, — предложила Джун Хи, все так же тяжело дыша. — Поодиночке опасно, нужно по двое, когда первые устанут - разбудят других, и так по кругу. В пару к Джун Хи вызвался Танос, аргументируя это тем, что выспался днем. Сейчас он в безопасности и единственное о чем он мог думать - Нам Гю. Жив ли он? Он бы хотел проверить, но в такой напряженной обстановке это было рискованно.

***

Ночь. Тишина. Все спокойно. Их «общежитие» освещало лишь тусклое свечение свиньи-копилки. Все, кто там находился, либо не спали, либо спали вечным сном. В числе первых был и Ки Хун: он лежал на полу, прибрав под затылок чью-то подушку, и без цели смотрел в потолок. На данный момент у него было две цели: отомстить за смерть невинных людей и наконец увидеться с Ка Ён. Они не виделись уже около трех лет, с тех пор, как они переехали в штаты. Судя по фотографиям, которые ему отправляла бывшая жена - с Ка Ён все в порядке, она растет не по дням, а по часам. Ки Хун звонил ей не часто, но каждый последующий звонок был все короче, а разговоры поверхностнее. Знала бы Ка Ён, как отец гордится ею и скучает. — Господин, вам тоже не спится? — спросила Джун Хи, обратив внимание на Ки Хуна. — Кажется, да, я просто задумался, — ответил Ки Хун, тихонько подошел к парочке, чтобы не разбудить Дэ Хо и Гым Джу и принял сидячее положение возле них. — Господин, вы говорили, что уже участвовали в играх ранее? — Ки Хун кивнул, — С какой целью вы сюда пришли в прошлый раз? Ки Хун поднял на Джун Хи глаза, полные боли. Каждый день на протяжении трех лет его преследовали флешбеки ужаса и он не хотел это вспоминать. Но, черт возьми, как же сильно ему не хватает этих разговоров. — Я был настоящим отбросом общества, как бы это грубо не звучало. Бывшая жена собиралась перевезти дочь в соединенные штаты навсегда, и чтобы восстановиться в отцовских правах и суд принял решение оставить Ка Ён со мной мне нужны были деньги, — Ки Хун рассказывал это, понимая, что скорее всего люди, сидящие перед ним, вскоре погибнут, поэтому стыдиться было нечего, — Но я не успел, и в итоге и дочь упустил, и жить мне больше не для чего. — Я вам очень сочувствую, — Джун Хи подбирала слова с аккуратностью, — А сколько человек выжило на последней игре? — Один, — после этого фразы глаза девушка и Таноса округлились в ужасе. — Как? То есть, из всех нас сможет выжить только один? — удивленно спросил Су Бонг. Ки Хун одобрительно кивнул. — Точно не могу сказать, но скорее всего - да. Мы бы могли уйти вместе с Се Бёк, но… — он замолчал, потому что вспоминать прошлое было неимоверно больно. Кан Се Бёк к нему часто приходила во снах. — …она не смогла выбраться, — Джун Хи договорила фразу за Ки Хуна. Сейчас надо поддерживать разговор любыми способами, чтобы хоть немного разрядить обстановку, накалившуюся за четыре дня, и отвлечься. — Кан Се Бёк - бежанка из Северной Кореи, очень сильная духом девушка, именно она спасла меня в последний момент от совершения греха. — Как она умерла? — А Танос, в отличие от Джун Хи, не церемонился и выражения не подбирал. — Её зарезали перед последней игрой, — тяжело произнес Ки Хун и поймал на себе испуганный взгляд Джун Хи, от чего мужчина слегка усмехнулся, хотя ничего веселого в этом не было, — Нет, это был не я, нас было трое финалистов. Именно она помогла мне не озвереть на этих кровожадных играх и сохранить свою человечность. Поступило неловкое молчание, от которого стало всем некомфортно. Сколько же ужаса повидали эти стены, сколько крови в себя впитал этот пол. — А что на счет вас? Вас сюда как занесло? — Я с детства занималась фигурным катанием, это было делом всей моей жизни, родители видели во мне будущую спортсменку и финалистку, — первым свой рассказ начала Джун Хи, — Но… мой отец был лудоманом и чаще всего ему не везло. И когда он проиграл все свои деньги, он начал переходить на мамины, она не могла ему отказать, так как сильно любила. Постепенно мои покатушки на льду сходили на нет, потому что они дорого стоили, а денег совсем не осталось. Затем папа связался с плохой компанией и ко всему прочему добавилась еще наркозависимость и огромные долги. Джун Хи между предложениями делала небольшие паузы, чтобы набрать в легкие побольше кислорода. — Он ушел из семьи, когда мне было двенадцать и я долгое время его не видела, но недавно он откуда-то узнал мой адрес, пришел ко мне на порог и слезно умолял ему помочь, но мне нечем, — на глазах появились слезы, — Я пообещала ему, что найду нужную сумму и помогу ему. Это так странно, из-за него рухнуло мое будущее, хобби и семья. Хотя это он был моим главным мотиватором заниматься фигурным катанием, он же все и разрушил. Но я все равно его люблю и хочу помочь ему. — Ты пошла на эти ужасные игры только ради своего папаши? — удивленно спросил Танос. Такую точку зрения он не мог принять, потому что ради своего горе-отца он бы никогда не пошел на что-то подобное. Потому что он не заслужил, а уж отец Джун Хи тем более, судя по ее рассказу. — Не только из-за него, он лишь стал последней каплей. Моей основной мотивацией был Мен Ги - он бросил меня с пузом и с долгами, — в ответ Танос посмеялся. Этот урод не только его отправил на добровольный суицид, но еще и свою «любимую» девушку, — И вообще, я же не знала что это будут за игры. Узнала раньше - не пошла бы. — Мда, этот клоун любит поиграть на чужих чувствах, — сказал Су Бонг, после того как просмеялся. — А что на счет тебя, “Legend Thanos”? — спросила Джун Хи и в шутку сделала американский акцент. Лицо Су Бонга в миг поменялось с веселого на серьезное. Не потому что от него ждут сердечного признания, а потому что его слишком долго не называли настоящим именем. По понятным причинам - здесь его никто не знал. Когда Нам Гю спросил у него каким образом он стал наркоманом, Су Бонг не хотел ему рассказывать, потому что не доверял и не тот был момент. — Я… — начал Танос, пытаясь найти подходящие слова, — Я болен лейкемией с детства, сколько себя помню - постоянно жил в больничной палате, химиотерапия и вся прочая хрень. Школу закончил с трудом, а на наркотики подсел в подростковом возрасте из-за того, что меня постоянно пичкали наркотическими обезболивающими. Ну а дальше по накатанной: популярность, разгульный образ жизни. — Мне тебя очень жаль, — посочувствовала Джун Хи собеседнику, но Танос отрицательно помотал головой, тем самым показывая - «не надо». — Это твоя истинная цель на играх? Вылечиться? — уже в полудреме спросил Ки Хун. Такая спокойная обстановка и разговоры по душам немного успокоили его. «Нет, чтобы мама мной гордилась» — про себя подумал Су Бонг, но не стал произносить. Вот ЭТО уже слишком личное. — Да, можно и так сказать. Я в этой медицинской херне не разбираюсь, но насколько я знаю, чтобы вылечиться, мне нужен донор красного костного мозга, а это очень дорогое удовольствие, — Танос тяжело вздохнул, — Выберусь, заберу деньги и сделаю себе операцию. Я здесь подыхать не планирую. — Никто не планирует, — тихо произнесла Джун Хи, поняв, к чему клонит Танос. Здесь каждый сам за себя. Вся их дружба лишь иллюзия, не можешь заранее знать кто всадит тебе завтра нож в спину. Во всех смыслах. Возможно, это будет Танос. — Hey, girl, мне обидно, я совсем не это имел в виду, — начал оправдывать Су Бонг и краснеть от стыда с собственных слов, — Я имел в виду, что я хочу выйти отсюда вместе с вами. Джун Хи недоверчиво подняла на него взгляд. Для нее они стали родными - Дэ Хо, Ки Хун, Гым Джа, Танос, но думает ли он так же? Не факт. Одного душевного разговора будет мало, чтобы подружиться, но Джун Хи быстро привязывается к людям, особенно к тем, кто искреннее ее защищает. Вот и к Таносу привязалась. Мягко говоря, будет обидно погибнуть именно от руки кого-то из них. Их «идиллию» разрушало только тихое сопение Ки Хуна, который не вытерпел и уснул, оперевшись головой о металлическую опору. — Давай я помогу тебе снять это, — не дожидаясь ответа, Джун Хи потянулась к окровавленной повязке на шее парня. Аккуратно развязав и размотав, она осмотрела рану, — Кровь остановилась, можно не перевязывать, да и нечем. Подняв свой взгляд она сразу встретилась с темно-карими глазами Таноса, от чего она смутилась и ей стало не по себе, что он пялился на ее макушку когда она снимала повязку. Жутко. Джун Хи поспешила отвернуться в сторону, но теплые ладони Су Бонга, оказавшись на ее шее, не дали ей этого сделать. Мгновение и мягкие губы парня накрыли ее немного шершавые - от стресса искусала. Пребывая в шоке и ступоре, Джун Хи не знала куда себя деть. Поцелуем это было трудно назвать, просто прикосновением губ, не более. Но даже этого ей было достаточно, чтобы появились бабочки в животе, а боль немного притупилась. Она давно такого не ощущала, с тех пор как Мен Ги ее бросил, так что теперь себе отказывать? Она очень соскучилась по теплу и ласкам. Мгновение спустя, она ответила на поцелуй, зарывшись тонкими пальцами в фиолетовые волосы. «Мы точно сошли с ума» — одновременно у них промелькнула одна и та же мысль. Другими словами это не назовешь. Су Бонг не ожидал положительной реакции от девушки и поэтому очень удивился, когда она ответила. Вдох. Танос легко кусает ее за нижнюю губу, от чего она пискнула и неосознанно открыла рот. Парень воспользовался моментом и проникнул языком в нее, поглаживая небо, а затем их языки сплелись в бурном танце. Руки Су Бонга спустились на ее талию и притянули Джун Хи ближе к себе. Выдох. Только сейчас к ней пришло осознание чем они здесь занимаются. Ладони спустились на его грудь и она медленно оттолкнула Таноса. — Что мы делаем? — все еще находясь в шоке от происходящего, спросила Джун Хи. — Целуемся, — без раздумий ответил Су Бонг и потянулся за второй порцией. Джун Хи позволила, ведь при всей напряженной обстановке это было ее единственным выпадением из реальности. Они ведь сейчас должны внимательно сидеть и прислушиваться никто ли не крадется к ним, но это все осталось позади. Вокруг больше не существовало ничего, разум полностью чист, остались только они вдвоем в их маленьком мире. Возможно, после этого они будут избегать друг друга и больше никогда не притронутся. Возможно, он это делает чтобы отомстить Мен Ги. Возможно, они завтра оба умрут. Сейчас это было не важно. «Вот бы это никогда не заканчивалось» — подумала про себя Джун Хи, покусывая губу Таноса. — My name is Су Бонг, — прошептал ей в губы парень, разорвав сладостный момент, — Я хочу, чтобы ты меня называла по имени, Джун Хи. Разгоряченная Джун Хи от его поцелуев и ласк лишь одобрительно кивнула, не сказав ни слова. Она подняла на него свой взгляд, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. Их лица все еще находились критически близко друг к другу, но Су Бонг исправил это, отпрянул от девушки и приобнял ее за плечи. — На трех играх я буду защищать тебя, обещаю, — шепотом произнес Су Бонг, чтобы не разбудить остальных. Чтобы услышала только она. — В данный момент, эти слова тебе крутости не добавляют, — ответила Джун Хи и тихо рассмеялась. Танос тоже в ответ улыбнулся. Больше они не разговаривали за эту ночь. Через пол часа после последнего их разговора Джун Хи, получив дозу дофамина от поцелуя, отчего боли в животе почти не давали о себе знать, заснула, оставив парня наедине со своими мыслями на всю ночь.