Эймонд Таргариен/Фем Люцерис Веларион

Когда Джослин вошла в свои покои, она никак не ожидала увидеть там Эймонда. Дядя должен был быть сейчас в Штормовом Пределе на переговорах по приказу дедушки Визериса. Но вместо этого он был здесь — испачканный спереди в крови и держал в обеих руках за волосы головы её кузена Веларион и одного из людей Старков. Её любовники… Семеро спаси и сохрани! Тошнота подкатила к горлу при виде этого зрелища, и она едва удержала в себе съеденный недавно ужин. Девушка дрожащей рукой медленно потянулись к кинжалу висевшему у нее на бедре. Отчим велел ей всегда держать его при себе и видимо не ошибся. — Я бы не советовал тебе, племянница, этого делать. Или лишишься руки. — Угрожаешь, дядя Эймонд? — Предупреждаю. Эймонд ухмыльнулся ещё шире. И Джослин ему поверила. Он никогда не шутил, особенно когда вел с ней беседу. Поэтому она убрала руку от кинжала. — Что такое, племянница? Неужели не рада видеть своих любовников? А зря, они вот скучали. Вот, храни при себе платочки, с твоим именем. —… — Ну же племянница, скажи что нибудь. А то твои любовники очень расстроятся. Она продолжила молчать. У нее не было никого желания с ним обсуждать не личную жизнь. — Нечего сказать? Что ж, хорошо, тогда скажу я. Он отшвырнул головы мужчин в сторону и двинулся вперёд на племянницу, отчего та начала медленно отступать назад, пока не спина не упёрлась в стену. — Стронг, ты когда то дала мне клятву. Помнишь? Ты обещала, что выйдешь за меня. — Э-это было в детстве! — Да, но это не отменяет данную тобой клятву. Мы оба это сделали. И ты не убежишь от этого. — Ты псих Эймонд! Эймонд наклонился к ней и обхватил её лицо ладонями. Мурашки побежали по ее спине. Она чувствовала запах металла. Кровь тех с кем она делала постель, свои секреты. — Слушай и запоминай. Я не мой идиот-братец, который трахает шлюх совершенно забыв о своих словах. Я помню клятву. А ещё то как ты лишила меня глаза, Стронг. Так что это не вопрос. Ты станешь моей женой, а о других даже не думай. И своей матери -шлюхе передай: никто, кроме меня, не будет твоим мужем. А если она вдруг станет подыскивать тебе кандидатов, то те лишаться своих голов. Это я тебе обещаю. — Ты не посмеешь! — Джослин дернулась, с негодованием уставившись на него. Но Эймонду было все равно на её слова. Он уже не был тем тихим мальчиком, который поглядывал на игравшую с его братом племянницу, не тем, кто приносил ей цветы сорванные из сада. О нет, он вырос. И пришло ему время осуществить свое второе желание из списка — сделать Джослин Веларион своей женой. Даже если мать будет против и кричать что он совершает грех. Даже если дедушка посмотрит на него с отвращением. Даже если Рейнира будет на него кричать. Он Таргариен, а Таргариены всегда получают своё. Эймонд притянул ее лицо к своему, полностью сократив расстояние между ними. Но она поджала губы, отказываясь его впускать. Тогда ему пришлось прокусить ее губу, отчего Веларион ахнула от боли, и он воспользовался этим мгновением, чтобы поцеловать ее глубоко с языком. — Ммм! — Джослин недовольство замычала и застучала ладонями ему в грудь, но этого ничего не изменило. Он сильнее.