Глава 20

16 год 3 месяц 9 день от провозглашения Галактической Империи

32:7:31 от Великой ресинхронизации

997:7:31 от Руусанской реформации

Облачный город, Беспин

Выхватив бластер из кобуры, Рианна первая выскользнула из переговорного зала. Это был второй случай, когда она вступает в бой: первый раз это было слишком уж экзотично, а противник как оказывается был псевдо-бессмертен и не мог навредить ей прямо, а только внушал страх. Однако в этот раз противники были гораздо серьёзнее и необычнее, однако к чему-то такому её и готовила Ша’ала Донита и её инструкторы в ходе долгих и выматывающих тренировок. Асока Тано уверенно теснила магнастража, однако тот явно не вчера был активирован и эффективно оборонялся своим посохом сразу против двух световых мечей тогруты. Изначально Сарен хотела направиться на помощь НК-47, раз уж Люк пообещал, что этот дроид станет её спутником в будущем, однако похоже стоило задержаться тут. Магнастраж был полностью сосредоточен на своей противнице и поэтому тви’лекка смогла проскользнуть мимо сражающихся и зайти с фланга к дроиду. Тот похоже и не успел понять, что перед ним новый противник, а не просто помеха, а Рианна уже вскинула бластер и метким выстрелом выбила один из сервоприводов, что заменял дроиду колено. IG-100 покачнулся и начал оседать, чем мгновенно воспользовалась Асока. Несколько едва заметных для Рианны движений и отрубленная голова дроида уже катится по полу. — Спасибо за помощь, — сказала тогрута, пиная обезглавленный корпус магнастража, проверяя, чтобы он точно не встал. Рианна улыбнулась, скрывая гордость за то, что на равных с джедаем может участвовать в бою, одновременно думаю о дальнейших действиях. Впереди на коридору было видно на Люк успешно гоняет Некрозиса, одна из отрубленных рук которого лежала прямо перед входом в холл из коридора, в котором произошла первая часть схватки и на первый взгляд в помощи не нуждался. НК-47 в свою очередь не спешил сообщать, как у него обстоят дела с погоней за организатором покушения, и было бы логичнее отправиться на помощь ему, однако стоило понять, куда именно отправляться. Черноволосый наёмник и дроид-убийца скрылись в номере, что принадлежал альдераанской делегации, но, судя по удаляющимся звукам бластерных выстрелов, не могли находиться внутри. Сарен нахмурилась, не понимая, куда они делись, и поспешила достать с пояса миниатюрный тепловизор, что стоил как небольшой корабль и был довольно дорогим подарком от Люка, что снаряжал её самым надежным из имеющегося в продаже или доступе. — Не могу понять, где НК-47 и черноволосый, — ответила Рианна на, как ей казалось, молчаливый вопрос старшей подруги. Она не увидела никаких следов никого живого в номере, куда только что зашли человек и дроид, хотя если бы НК-47 успешно убил свою цель, то его теплый труп ещё был бы видим. — Они проникли сверху или снизу, проверь по вертикали, — навела её на мысль Тано, одновременно сосредоточившись в Силе, чтобы найти пытавшегося скрыться одаренного. Было не так уж и легко, но к счастью сверху и снизу к ним примыкали этажи, которые должны были быть пусты от разумных. Пытаясь угадать, куда именно делись беглец и преследующий его дроид, Рианна случайно повернула голову, чтобы увидеть, как лифт несёт четырёх разумных как раз в сторону этажа, на котором они располагаются и уже начал замедляться. — Четверо разумных в лифте, должно быть охрана, — бросила тви’лекка, не в силах найти свою изначальную цель, — скоро окажутся прямо перед Люком. Что-то с ними было не так и она девушка подумала о том, что прибор может барахлить, потому что он показывал, словно по руке одного из поднимающихся ползёт нечто похожее на змею. Из-за спин девушек послышались звуки того, что кто-то уже осторожно покидает зал совещания. — Нет, там никакого нет, точно нет разумных, — открыла глаза Тано, что ещё секунду назад искала цель при помощи Силы, однако лифт уже остановился на этаже. Люк увлеченно добивал Некрозиса, который неуверенно держал двуручный клинок единственной оставшейся рукой и не замечал приближение лифта, так же не ощущая в нём разумных. Перейдя в атаку, он смог неожиданно мощным ударом выбить меч из оставшейся руки дроида, и вонзить меч в ему грудь. Некрозис замер и закачался, неудачно попытавшись дотянуть до Скайуокера обрубком руки, прежде чем желтый меч добрался и до его головы, отделив и её от тела прямо в момент, когда лифт начал открываться. Однако Скайуокер казалось бы не замечал этого, слишком привыкший доверяться своему чутью в Силе. — Лифт! — обеспокоенно закричала Рианна, единственная чьё чувство опасности не было завязано на Силу и интуиция которой говорила о том, что это было неправильно. Она вскинула бластер, целясь в открывающиеся двери, а за ними уже показалась крайне странная четверка. Внешне они были похожи на людей, но что-то в них было нечеловеческое, неправильная пластика движения, неправильное для людей распределение массы собственного тела, они даже стояли не совсем как люди. Ша’ала Донита готовила свою ученицу определять оборотней и та быстро поняла, что в неожиданных гостях что-то не так. Они же не стали ничего говорить, молча переходя в атаку. Трость, на которую опирался самый высокий из четверки неожиданно превратилась в длинный кнут, устремившийся к ещё только начавшему поворачивать голову Скайуокеру, что не полностью понял новую угрозу, а ещё двое из нападавших бросились на джедая и Рианна поняла, что видит как из их костяшек появляются когти жуткой формы, что явно не было свойственно человеку. Тви’лекка вскинула бластер, стреляя в одного из них, однако прямо сейчас Люк оказался в меньшинстве и не ожидал атаки, несмотря на то, что уже пытался уходить в сторону от нападавших. Хлыст неестественно изогнулся и обойдя блокирующий его меч достал по касательной спину джедая, раздирая закрывающую того куртку и рубашку под ней и оставляя неглубокую, но сразу начавшую кровоточить рану. Для успешного противодействию хлысту джедаю требовалось два меча, знала даже Сарен, однако Люк как назло оставил второй меч каамаси, который совсем не спешил на помощь молодому татуинцу. Казалось, что время замедлилось. Краем глаза тви’лекка увидела первого показавшегося из зала совещаний за ней капитана Соло, а ещё через мгновение её выстрелы достигли одного из двух костистых, попадая в него и отбрасывая назад в лифт. Однако на этом их возможность вмешаться в неравный бой заканчивалась — бросившаяся на помощь Асока не только не успевала сама, но и закрывала своим телом возможность эффективно продолжать стрелять с нынешнего местоположения для Рианны и Хана. Люк казалось бы проигнорировал боль в спине, уворачиваясь от бросившегося на него в атаку выжившего обладателя когтей. Его меч встретился с одним из когтей нападающего, но лишь отбил его в сторону, а не перерезал. Это не удивило самого джедая, в отличие от его спутниц, однако поднимало уровень угрозы, исходящей от этих оборотней. Впрочем, это не сильно помогло нападавшему, вошедший в око бури Скайуокер был быстрее его и следующим движением смог отрубить костистому обе руки чуть выше локтей, которые не оказались защищены. Одновременно отброшенный в сторону меч Некрозиса незаметно для нападавших взлетел в воздух и включив оба клинка влетел в спину нападавшего, что ранее ударил Люка хлыстом, рассекая его пополам, прежде чем оказаться в руке Скайуокера, теперь вооруженного двумя мечами и оставшегося против всего одного врага, в чьей руке тоже появился меняющий жёсткость и форму жезл, словно бывший живым существом. К нему попытался отползти потерявший руки и когти убийца, однако Рианна смогла найти возможность и метким выстрелом попала ему в ногу, мешая встать. — Надеюсь я убил не Ном Анора? — бросил Люк, сменивший защитную позу на атакующую и быстро разозлившийся. Двери лифта за спиной последнего из неудавшихся убийц под воздействием Силы превратились в множество острых металлических осколков, устремившись в спину оборотня, вонзаясь и застревая в ней, в то время как сам джедай перешел в атаку. Двуручный меч хоть и не был привычен, смог выступить в качестве шото, помогая отбить удар хлыстом перед тем, как тот вернулся к хозяину и принял форму жезла. Асока преодолела коридор, составляя пару Люку, явно надеющегося взять живого пленника. Однако никто не них не ожидал, что правый глаз противника неожиданно плюнет из мощной струей яда, попадая на лицо и шею Люка, чьё лицо оскалилось гримасой боли. Ставший хлыстом жезл вновь устремился к пошатнувшемуся Люку, однако ему хватило концентрации принять мощный удар и отбить его сразу двумя мечами. Этого времени тогруте было достаточно для того, чтобы преодолеть расстояние до нападавшего и пронзить его сразу двумя мечами, после чего доводящим движением отсечь голову. — Взять языка живым, — кивнул шатающийся Люк, перед тем как упасть на колени и начать трястись в судорогах, — яд… Подбежавшая Рианна прострелила последнюю целую ногу последнему из выживших оборотней, прежде чем броситься к Люку. Первым, на удивление, оказался спешащий за ней капитан Соло, ловящий потерявшего сознание Скайукоера и перекладывающий его голову так, чтобы язык не запал, а крохотные капли яда не лились дальше. Через секунду в бурный ураган превратились тогрута с тви’леккой, понявшие серьезность происходящего.

* * *

Адская боль, охватившая всё тело, отступала, несмотря на всё сопротивление, а вместе с ней и ощущение тела, в голове была лишь мысль о том, как это всё глупо вышло. Кто вообще мог ожидать нападение скрытых юужань-вонгов в это время? То, что это были именно они, было понятно. Умирать совсем не хотелось, однако вспомнить какую-нибудь из техник сохранения сознания после физической смерти не удавалось. Только если импровизировать… Злые доктора ещё не успели завершить проект по созданию подходящих для переселения тел на Дантуине, да и генетического материала я туда пока не сдал. Моего нет, но есть Энакина Скайуокера и если дать им понять и сохранить сознание до этого момента, то возможно вселиться в него… — Ещё ничего не кончено, борись за своё тело, я учил тебя не этому, — как обухом по голове огрел меня посторонний голос и я понял, что ощущаю себя в новом пространстве, — если ты сдохнешь от простого неизвестного яда, я буду разочарован. И похоже на то, что этим пространством была Бездна, потому что со мной говорил призрак Карнесса Муура, такой же как и был в талисмане. Вот и злой дух Рождества пришёл. В прошлый раз был Квай-Гон и была хотя бы надежда. — Это Бездна и ты пришёл за мной, отомстить напоследок? — как в таком положение это возможно было категорически не понятно. Тело посылало последние болевые сигналы, однако сознание продолжало цепляться и оставалось только сосредоточиться на своей боли. — Это ещё не Бездна, лишь полпути туда и отсюда ещё есть возврат для тебя и возможность не раствориться в Силе для меня, — сефи явно был зол, — а теперь соберись, вспомни всё, чему я тебя учил и выжги из себя яд! Потеря чувствительности это ещё не приговор и не потеря контроля над телом для одаренного твоего уровня. Или это всё иллюзия и мозг уже вошел в ту последнюю предсмертную стадию, что посылает галлюцинации? Хотя возможно эти галлюцинации действительно являются голосом разума, не важно как они выглядят и поэтому оставалось сосредоточиться и действительно вспомнить один из уроков, преподанных Карнессом Мууром, сосредоточившись на собственной Живой Силе, не просто пытаясь выжечь из себя яд, который к тому же было сложно ощутить, но и запустить восстановление клеток собственного тела и ускорить выработку и эволюцию клеток-охотников. Как оказывается в ситхской алхимии ничего магического, кроме манипуляций при помощи Силы, а вот внутри вполне себе научный метод. Действовать впрочем приходилось фактически вслепую. — Не хочешь отомстить мне за то, что я предал и отправил тебя сюда вместо обещанного воскрешения? — бросил я Мууру, чей призрак и не думал пропадать или растворяться. Боль усилилась и сдерживать её становилось всё сложнее, однако похоже процесс шёл. Тело теперь горело так же сильно, как сразу после рокового укуса, но теперь боль растекалась по всему телу, поэтому приходилось концентрировать всю свою ненависть, злость и обиду и направлять их на операцию по восстановлению себя. Зрение и слух не возвращались, однако что-то казалось вторгалось в сознание. Меня несут? Кажется чья то холодная рука касается лба. Прогресс или усиление галлюцинаций? — Отомстить? Предательство путь ситхов, раз уж я породил эту традицию, то мне с её последствиями и считаться, — сефи казалось был скорее заинтересован, увлекая за собой по становящемуся смутно ясным пути, однако злость из его слов не исчезала, — если для ситхов убийство учителя учеником это экзамен зрелости, то тогда ты однозначно мой лучший из учеников, самый способный и перспективный. Ты победил достойно и предоставил мне бессмертие совсем другого типа. Тем меньше я хочу, чтобы единственное мое наследие бесславно подохло от плевка. Это было неожиданно, но тут Сила словно закричала в предчувствии, и мне пришлось довериться ей, полностью погружаясь в своё выживание, фактически вслепую выжигая из себя загадочный юужань-вонгский яд. — Только освободившись от талисмана я понял, что он ограничивал меня и сводил с ума, хоть и позволял продолжать существование, — продолжал Муур, за которым я машинально шёл по пустоте, в которой сефи кажется хорошо ориентировался, — у меня нашлись последователи, что раскрыли и даже усовершенствовали тот же секрет, попав в ту же ловушку, застряв между материальным миром и Бездной. Проклятый Марка Рагнос тоже тут застрял, справа по течению его звезда. Отвлёкшись на секунду от своей борьбы за жизнь, я действительно увидел, неожиданно чётко, в неопределенной дали блуждающую рогатую фигуру, действительно похожую на этого древнего ситха, который похоже не замечал нас. А мне похоже удалось достигнуть результата в технике, о которой я раньше только слышал, разделив своё сознание на два потока, один из которых продолжал выжигать из себя яд и ощущать прорывающиеся тактильные ощущения от тела, а второй идти вслед за призраком Карнесса Муура и слушать его слова. — Он слишком занят соблазнением через свой скипетр и слишком далеко от твоего физического тела, а вот она нет, она совсем рядом и слышит нас, — словно повинуясь приказу сефи, моё внимание резко переместилось на другую призрачную фигуру, похожую на человеческую девушку, смутно кого-то мне напоминающую, — но она не посмеет приблизиться ко мне, боится и правильно делает. Их тут больше чем я ожидал, пускай от большинства и остались лишь блеклые отблески былого величия, но те, кто осознают себя, уже поняли, что случилось после твоего маленького трюка. Призрак женщины действительно поспешил отдалиться, однако на мгновение мне удалось пересечься с ним взглядом. С очень странным взглядом. — Они боятся… тебя? Значит благодаря Тёмной Стороне всё же можно поглощать чужие сущности? — происходящее было слишком сюрреалистично, — где мы находимся? Муур довольно ухмыльнулся, кажется получая удовольствие от каждого мгновения этого странного разговора. Тело тем временем напомнило о себе ещё двумя видами боли, напитывая худшее во мне. — Опасаются. Знают своё место и не хотят быть оправлены дальше без возможности вернуться, туда откуда не возвращаются, — сефи довольно оскалился, — Сила вокруг нас и мы в ней. Раньше этот её оттенок…слой был слишком тонок и незаметен, но я и мои последователи использовали его как якорь, но твой трюк с джедайскими призраками утолщил его и теперь тут нашлось место и мне, а не только тем, кто привязал себя к якорям. Если знать, как всё устроено, то всё в твоих руках, не позволять задержаться лишнему и войти тому, кому не нужно. Это место… здесь сумрачно и никто не отбрасывает теней, но это ещё не последняя остановка. Он переквалифицировался в отсутствовавшего в этой вселенной Сатану что ли или пока только стремиться? Но если это Вне теней, тот тут действительно можно встретить разное. Ветерок подул, похоже мое агонизирующее тело вынесли на улицу. — И в таком положение ты всё ещё не хочешь мне отомстить? — в это было сложно поверить, но сил думать о планах Муура почти не было. Мы продолжали «идти» куда-то в абстрактное вперёд и я совершенно не мог контролировать свои ноги. Словно невидимый поток нёс нас вперёд. Похоже именно так все и работает в этом пространстве, контролируемом призраком древнего сефи. — Это было бы неразумно, но мы ещё сочтемся. Здесь есть стимулы сильнее обстоятельств собственной второй смерти. Можешь продолжать отправлять сюда в качестве праздничных открыток других одаренных, что ты ещё убьешь, — Карнесс наконец развернулся и приблизился к моему лицу, как он делал будучи привязанным к талисману, — Яд ты выжег, но организму нанесён существенный урон, для восстановления тела нужна не только Темная Сторона. Нужно не просто восстановить, но и перестроить заново множество внутренних систем поврежденных этим крайне интересным ядом, это займет больше времени. Алхимия не имеет любимой Стороны, а применяет обе. Самое время передать тебя коллеге. И не забудь забрать свой приз, без тебя она всё равно не сможет восстановить разум, а я не могу терпеть её и сразу выброшу в Бездну, если ты решишь, что она тебе не нужна. Твой знакомый тебя проводит. Неожиданно Карнесс Муур исчез и меня закрутило вокруг себя, словно в водовороте, стирая все отдаленные точки, что были заметны раньше, пока неожиданно не остановило перед узнаваемым зданием Храма джедаев. Здесь я уже бывал в прошлом путешествие по глюкам и кажется он стал менее призрачным и более ярким. — Мы тоже заметили, что чем больше джедаев узнают о существование призраков и начинают верить в нас, то тем нам легче, — послышался голос из-за спины, заставивший обернуться. Это был не Квай-Гон, не Оппо Ранцизис и даже не Белдарион, выступавший моим проводником в прошлый раз. Передо мной улыбаясь стоял Призрак Силы бита, не такой уж и прозрачно-призрачный как раньше Белдарион и Квай-Гон, уперев руки в боки. Один из одаренных, что был втянут в большую войну мной же и умер, потому что я не отправился по древнему следу лично, а доверился команде джедаев, подвергнув их жизни риску. Для бита всё закончилось крайне печально, он пожертвовал собой, чтобы победить вселившегося в его тело Дарта Тенебриуса. — Проззен… Мне так жаль, что ты умер по моей вине, — несмотря на кажущуюся улыбку, различать эмоции битов без Силы было почти невозможно. Вот и второй призрак, напоминающий о моих грехах и смертях всех, кто не должен был ввязываться в эту историю и гибнуть за то, что я не способен решить всё самостоятельно, как оригинальный Люк Скайуокер. — Поэтому ты и снова здесь, вновь бездумно кидаешься в бой сам, без подготовки, должной разведки и даже броню не натянув, вместо того, чтобы доверять тем, кто добровольно идёт за тобой, — покачал своей большой головой бит и мы снова двинулись без моей воли, но не в сторону Храма, а вокруг него, — я сам принял решение присоединиться к делу возрождения Ордена и ни за что не отказался бы от иного исхода, если бы у меня был другой выбор. Как принимает и каждый из повстанцев, которых ты не хочешь бросать в бой, боясь потерь. Ответить было нечего, потому что с масштабированием войны я тянул как мог. Казалось, что Альянс ещё не готов, что Галактика ещё недостаточно ненавидит Палпатина для того, чтобы поддержать Восстание, а Империя ещё слишком сильна. — Сочувствие и желание сберечь жизни это светлое чувство, не забудь направить его на сбережение своей, тело надо восстанавливать, несмотря на то, что твои друзья ввели тебя в стазис и убили чувствительность, телу требуется восстановление, — мы начали удаляться от Храма, а Фоски совсем не показывал сожаление по поводу своей смерти, — будущее не предопределено, но твои действия уже создали чуть лучшую его версию. Однако ты явно не всевидящий, поэтому излишняя нерешительность лишь подтолкнет тебя к состоянию подобному уже случившемуся с тобой сейчас. Реагируя на слова Проззена, я действительно сосредоточился на себе, доставая из памяти все знания о восстановление собственного тела и пытаясь применить их. Было сложно, в условиях когда любые чувства пропали, яд хотя бы приносил боль, пробивавшуюся даже после отключения чувств. Оставалось только довериться Силе и начинать лечение, ориентируясь исключительно на себя. — К тому же, твои действия помогли возникнуть этому прибежищу для нас, и ты бы знал, как сложно бывает остановить одного из обитателей Храма от навязчивой идеи преследовать во снах выживших джедаев, заставляя их вернуться на службу, — продолжал Фоски, — и кажется он замучил беднягу К’Крука, но ты успел как раз, чтобы переломить самую тяжелую фазу, несмотря на то, что в ближайшее время станет только хуже. У нас тут необычная компания собралась, незнакомый мне гранд-мастер Йода вряд ли обрадовался нам. Кажется удалось восстановить ощущение тела исключительно при помощи Силы. Оно действительно сильно пострадало изнутри, однако опираясь на уроки как Квай-Гона Джина, так и Карнесса Муура удавалось запустить восстановление, опираясь исключительно на собственную Живую Силу, которой благо было как у дурака махорки. Подходящая аналогия по сравнению со всем, что я устроил. — Многим нужно излечение не только тела, но и духа, кому как не мне знать о том, сколько проблем разумных лежит именно в поврежденном разуме, — продолжал бит, — не только тебе. Бездействие из-за лишней осторожности не добро, а держать джедая посвятившего свою жизнь борьбе с ситхами в состояние безумия это плохо не только с моральной точки зрения. Интересно, а где сейчас моё тело? Если в стазисе, то значит меня дотащили до медицинской капсулы на «Бриллианте Татуина», вопрос только того, куда теперь везут, с крайнего юга галактики то. Логичным казался бы бросок до Татуина, где в Лаборатории Жизни и Смерти можно было бы действительно попробовать буквально возродить человека. Не хотелось бы оказываться в руках Корнелиуса Эвазана, несмотря на то, что тот утверждал, что вот-вот точно изобретёт свою таблетку от смерти. — Ты о Селесте Морн? — получил я в ответ молчаливый кивок бита о том, — Это очень сложный случай и я боюсь, что сейчас не смогу вывести её из этого состояния или сделаю только хуже. Возможно больше, когда появится больше опыта. Фоски остановился, покачав своей большой головой. Храм остался далеко позади, превращаясь в тускнеющую звезду, а Сила подавала сигналы о том, что восстановление собственного тела удалось стабилизировать и запустить, контролируя только пассивно. — Не помню, чтобы ты боялся себя раньше, Люк Скайуокер, и не помню, чтобы ты осторожничал, когда просил меня регулярно лазить в головы другим разумным, — Проззен был серьезен в этот раз, — Осторожность похвальна и говорит о том, что ты многому научился, но ещё не значит, что обучение закончено. Он проводит тебя в то пространство, куда мне хода без привлечения лишнего внимания нет, иди и закончи работу. Стоило Проззену закончить свои слова, как рядом возник другой Призрак Силы бита, однако от этого веяло совсем другой стороной Силы. — Ты теперь на побегушках у джедаев? — в очередной раз удивился я, увидев Дарта Тенебриуса, который начал вести меня за собой. Теперь мы направлялись к очередной мигающей звезде, что казалось металась из стороны в сторону не находя себе места. — Существование лучше чем отсутствие, — медленно ответил призрак ситха безжизненным голосом, — и ещё лучше, чем она. Общаться с Тенебриусом желания не было, поэтому я сосредоточился на своем теле, стараясь не думать в этом пространстве о том, кого боится ситх. Не упоминая имени так же, как это делал и Дарт Марр. Надо особенно беречь станцию «Балансир», чтобы её случайно кто-нибудь не раздолбал раньше времени. Чувствительность не вернулась, однако опираясь исключительно на ощущения в Силе было похоже на то, что восстановление шло по плану.

* * *

Разум Селесты Морн пребывал в горячке. Расплывчатые образы вновь оборачивались ужасами, которые вскоре распадались на безликие тени, что устраивали свой безумный танец лишь для того, чтобы продолжить сводить джедая-тень с ума и толкнуть её в следующий этап бесконечной пытки, повторяя худшие из её воспоминаний. Терзавший джедайку на протяжение долгих лет дух Карнесса Муура исчез, однако стало только хуже и сама она уже совсем не понимала, что из этого было реальностью, а что вымыслом. Был ли тот невероятно одаренный в Силе юноша, на которого она напала под влиянием Муура, видением или порождением её сломанного разума или же был настоящим? Селеста так сильно пыталась умереть, так старалась заставить его убить себя, однако вместо этого он лишь обезоружил её, а Муур смог сбежать. Блондин… Этот блондин был пугающе похож на одного из людей из видения мастеров К’Анилии, Ксамара и Фелна, дополняя Зейна Керрика и ситха в черной броне, с которым она сражалась раньше. Разум Морн отказывался понимать, сколько именно прошло времени, спасаясь от сумасшествия, однако все её провалы казалось делали это бесполезным. Она не выполнила даже эту свою миссию, окончательно потерявшись во времени и пытаясь сохранить хотя бы остатки своей личности. Селесте вновь казалось, что она оказалась на родном Оссусе в последние часы перед его опустошением. Поспешная и плохо организованная эвакуация, которая объективно не могла пройти в такой короткий срок, была сопряжена с атакой армии ситхов и мандалорцев во главе с Экзаром Куном и Уликом Кель-Дромой, которых пытались остановить джедаи во главе с мастером Тоном, Номи Санрайдер и погибшим в той битве Кеем Кель-Дромой, что не смог остановить своего брата. Однако тогда маленькую Селесту, едва достигшую пяти стандартных лет, это совсем не волновало. Ужасное воспоминание вновь возвращало её в самый страшный момент жизни, когда она выбралась из подбитого огнём мандалорцев корабля, в котором остались бездыханные тела её семьи и всех, кого она знала раньше. Только она, не иначе как по воле Силы, пережила падение, выбравшись из начавшего гореть металлического корпуса, и побежала прочь прямо под продолжающимся обстрелом. Это были самые страшные сто метров в её жизни, пока её фигуру не увидел один из помогавших джедаям в эвакуации ополченцев из числа гражданских жителей Оссуса. Селеста не помнила его лицо или даже расу, передав её в улетающий корабль забитый беженцами он вернулся помогать оставшимся и кажется так и остался на планете во время взрыва сверхновой, не успев эвакуироваться. Потом её спасло только то, что её подобрала, вырастила и дала смысл в жизни мастер-джедай Кринда Дрей, основательница Завета джедаев. Сам Завет был тайной организацией Ордена джедаев, созданной после Великой войны ситхов, целью которой было не допустить возвращение ситхов в галактику. Кринда стала воспитывать Морн, пока не отправила её в Завет. Там юная Селета начала своё обучение в тайной организации агентов Завета «Тени завета», возглавляемой сыном Кринды Люсьеном Дреем, одним из лиц, ответственных за безопасность Завета и агентов «Тени». Позже её личность стёрли из реестра Ордена джедаев, чтобы она могла посвятить себя исключительно Завету. Её роль в качестве агента-тени Завета заключалась в выполнении миссий, связанных с нахождением или хранением артефактов ситхов прежде, чем они смогут представить большую опасность для Галактики. Среди её достижений, связанных с Заветом, были уничтожение последней копии послания Марки Рагноса, возвращение амулета Джори Дарагон, Ока Хорак-Мула, и двухклинкового светового меча Экзара Куна. Сводящие её с ума видения вновь возвращали её в самые страшные сто метров в её жизни, однако в отличие от реальности они не заканчивались и чем дальше Селеста шла, тем ей становилось хуже, тем больше видений вторгались на эту тропу, сводя с ума, тем сильнее завывал в голове бесконечный хохот Карнесса Муура, требующий от неё отдаться Темной Стороне. Однако Селеста не могла не идти и не могла подчиниться, даже если бы захотела, полностью лишённая возможности управлять собой. В долгие годы заточения на безымянной луне наедине с духом древнего ситха она смогла удерживать свой разум от того, чтобы быть сломленным им, однако сейчас, лишившись ощущения реальности она падала в настоящее безумие, которое вело её к мысли, что о том, что она сама не может справиться со своим потерявшим смысл существованием, и что с жизнью надо расстаться. На краю сознания она была согласна отдать себя в руки ситха, если бы он прекратил это мучение и подчиниться, но тут же отгоняла эту мысль и два сталкивающихся потока мыслей требующих самоубийства или подчинения ситху сталкивались в её голове ещё раз, только сильнее усиливая безумие и истощая хрупкие остатки воли, на которых продолжала держаться Морн. Джедайке казалось, что она находится здесь уже вечность, совсем потеряв ощущение времени. — Селеста, — услышала она позвавший её голос. Она постоянно слышала голоса в своем безумие, поэтому не сразу обратила внимание на нового участника раздиравшей её какофонии. Голос повторил свой призыв, ещё раз и после этого ещё, становясь немного строже и требовательнее, но при этом привлекая внимание Селесты. В отличие от завываний Муура, новый голос был спокоен и мягок, даже в третьем призыве, и Морн поняла, что в нём есть что-то узнаваемое, а главное что-то связанное с почти забытой ей в этом безумие Светлой стороной Силы. — Селеста, я хочу тебе помочь, — повторил голос из-за её спину, и тень, прилагая огромные усилия, проигнорировала неожиданное желание вырвать себе сердце и впервые за всё время на печальной тропе страданий смогла заставить себя обернуться. На мгновение она ослепла, увидев фигуру молодого человека казалось бы полностью состоящую из огня из света, в которой она почти сразу узнала одного из блондинов из пророчества, того джедая с которым она сражалась перед тем, как потерять талисман и свалиться в нынешнюю волну безумия. — Т-ты… Муу-ур? — попятилась Селеста, не понимая как ней действовать и ощущая даже в этом состояние исходящую от него Силу. Глаза молодого джедая горели как два ярких солнца, а он сам приглашающе раскрыл руки, дела осторожный шаг в её сторону. — Меня зовут Люк Скайуокер и я помогу тебе, позволь мне это сделать, — продолжил человек, — Карнесс Муур изгнан из мира живых, а его талисман уничтожен мной. Нам с тобой пора возвращаться в мир живых, Селеста. Он сделал движение рукой и голоса в голове Морн неожиданно пропали, впервые за долгое время обеспечивая ей спасительное одиночество. Никто не кричал о смерти и прекращение существования, однако последний импульс кричащий о необходимости посторонней помощи остался с Селестой. Возможно это было и не безумие, а её собственные мысли? — Ты один из пророчества? — спросила Селеста, невольно сделав шаг на встречу фигуре из света, который совсем не обжигал, — это может закончиться? Свет стал согревающим теплом и, впервые за долгое время, джедайка почувствовала Светлую сторону Силы. — Хотел бы я знать побольше о вашем пророчестве, Селеста Морн, — улыбнулся тот, кто назвался Люком, делая ещё шаг, прежде чем притянуть к себе женщину и крепко обнять её, — я могу помочь тебе преодолеть душевную травму, приглушить самое тяжелое, но без изменений не обойтись. Он, наверное, на целую тьму лет младше её, невольно подумала джедайка, однако не стала сопротивляться, быстро обнаружив, что ей комфортно стоять в объятиях и положив голову на грудь фигуре из света, пускай для этого и пришлось зажмуриться. Скайуокер же положил свою правую ладонь ей прямо на голову, дважды погладив по макушке. — Ты согласна на вмешательство и новую жизнь, Селеста Морн? — спросил молодой джедай голосом, неожиданно ставшим строже, когда уставшая Селеста уже была готова стоять так хоть целую вечность, растворяясь в неге. — Сделай то, что можешь, — согласилась тень, испугавшись в случае отказа вновь оказаться одна и вернуться в безумие. Мужчина едва заметно кивнул, а после этого Селесту захлестнула волна исходящего от него света, окончательно заглушая боль и подавляя сомнения, превращая последние пятнадцать лет наедине с Карнессом Мууром в смутный сон и стирая из памяти их подробности, залечивая раны души и выжигая на миг ставший обжигающим светом из головы Селесты казалось бы непреодолимое желание убить себя. На мгновение всё стало так просто и понятно, и пропала вся огромная ответственность, которую Селеста всегда чувствовала на своих плечах. — Пора просыпаться, Селеста, у галактики столько же проблем, сколько и четыре тысячи лет назад, — вырвал её из этой неги голос Скайуокера, — у меня тут ситхи правящие галактикой, незаконченное спасение остатков почти истребленного Ордена и ожидаемое вторжение из-за её пределов на повестке дня. Без дополнительных слов джедай-тень поняла, что человеку которому она в этот момент ещё абсолютно доверяла требуется помощь в этих делах, очень быстро вспоминая о всей своей компетенции и опыте охоты на ситхов. Четыре тысячи лет… Восстановился ли её родной Оссус за это время? Именно на этой мысли её разум закружило в водовороте света и джедайка почувствовала, как её выталкивает вовне. В следующее мгновение она обнаружила, что вновь ощущает свое тело, заключенное в начавшей реагировать на её пробуждение писком медицинской капсуле. Однако Селеста Морн не спешила бросаться в бой или поторапливать незнакомое ей медицинское оборудование. Впервые за долгие годы джедайка чувствовала спокойствие и свободу от нежелательного влияния.