3. Наблюдение. «Когда всё странно, ещё и таинственно»

Пока поглощал свою порцию, вспоминал вчерашнюю девушку-инвалида. Один разговор – а сколько информации сразу! Пусть она и не могла разъединить их, но подарила новую надежду, что есть кто-то, кто сможет. Все верно, нельзя отчаиваться и опускать руки! Нужно искать знания, а ещё – спрашивать. Возможно, кто-то уже знает ответ на его вопрос, просто он ещё не спросил нужного человека. Замерев с ложкой у рта, проглотил то, что жевал и встал, оставив недоеденную порцию. Озарение пронзило внезапно, как вспышка. Фудо может знать! Пусть он неприятный и страшный, но если знает… если он знает!.. Добежав до кабинета главнокомандующего, не застал того на месте, что вылилось в разочарование такой силы, что хотелось ударить стену. Сдержался – в основном из-за мысли о Киде. Если у него сохранены способности их обоих, то эти руки могут очень и очень многое. Вполне вероятно, что с их возможностями что-то случиться, если так бездумно колотить стены. Точные инструменты всегда очень нежные и хрупкие. Поэтому не стал. Просто отправился обратно в столовую – доедать. Остальные как сидели, так и остались и, судя по любопытным взглядам – хотели знать, куда он убежал прямо посреди обеда. Вслух сказал, что забыл поставить книгу на полку и тут же мысленно себя проклял. Теперь все эти любопытствующие знают где его искать! «Если тебе настолько сложно, то заставлять не буду. Навёрстывай пропущенную программу сам, как знаешь!» – выручила Рейка. Видимо, пожалела, вспомнив как остро он реагирует на нарушение своего транса. Сказала и вышла. «Ох уж эта Рейка! Вечно ей больше всех надо», – высказалась сестра Сириуса Сильвия, «Сама чуть не живёт в этой библиотеке и хочет, чтобы туда все переселились». То, как она заискивающе заглянула в лицо брату, ища одобрения, показывало, насколько запущена ситуация. Синдром старшего брата – сам и слов-то таких не знал. Но что проблема есть – очевидно даже ему. «Рейка права, мне нужно навёрстывать. И спасибо ей, что посоветовала нужную литературу. Она же не виновата, что у меня сложности… с восприятием машинописного текста», – чуточку смущённо. Теперь уже парень прикрывал выручившую его девушку. Из более знакомых, чем остальные, у него остался только Сириус. И, исходя из его «благородности», тот должен ответить на вопрос хоть что-то. Дождавшись, когда остальные более-менее разойдутся, подошёл: «В книге написано «катастрофа», а что конкретно случилось?». Сириус смерил холодным взглядом и жестом заткнул собиравшуюся ляпнуть что-то возмущённое сестру: «В день, названный катастрофой, теневые ангелы впервые пришли в мир людей после двенадцати тысяч лет отсутствия. Люди считали их выдумкой, потому и не было никакого противодействия, чем они и воспользовались, разом ополовинив население планеты». Договорив, встал и, не прощаясь, ушёл. Было видно, что ему сложно говорить об этом. Странное ощущение, будто Сириус каким-то образом винил себя в произошедшем. Так работала та внутренняя база, но она ещё далека от завершения, потому результаты сомнительны. Тем не менее, выражение лица Сильвии говорило о том же самом. Вдобавок она ещё и злобно зыркнула на парня, заставившего её любимого брата вспоминать такое. Ответ есть, но понимания он не прибавил. Только ещё больше вопросов. В частности: двенадцать тысяч лет. Откуда такой чёткий временной промежуток? И чем занимались теневые ангелы всё это время, раз остались только в сказках? Одиннадцать лет назад… сколько было этим двоим? И почему они считают себя повинными в происшествии мирового масштаба? Мозг детектива разворачивался в полную мощь, заодно с интуицией утверждая, что здесь всё намного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Под внешним слоем кроется ещё один, а то и несколько слоёв правды, причин и предпосылок. А докопаться до истины – основная задача и главная цель детектива! Вот оно, то место, куда он может приложить свои умения! А знания… знания – дело наживное. И начнёт он «наживать» с малого. Думая так, дошёл до лаборатории той учёной, которая делала снимки элементов. Постучал – эта оказалась на месте. Так даже лучше. Осознав, что без труда, при помощи скрепки и шпильки – невесть где подобранных руками незаметно для сознания и припрятанных – может проникнуть в почти любое помещение с замком, Шиничи не удивился. Удобно и многое упростит, и он наверняка воспользуется противозаконными навыками Кида, но не сейчас. Тем более, нужная информация находилась где-то в другом месте, а перекапывать все ящики долго и заметно, слишком высок риск быть пойманным за этим делом. А ещё информация была у учёной и выглядела достаточно безобидной, чтобы её и не подумали скрывать: «Здравствуйте, а подскажите сколько лет элементам, которых я встретил в столовой? А то мне сложно, не всегда понимаю, как обращаться», – и просьба во взгляде. Кидовские штучки работали на отлично. Шиничи без сомнений показали личные дела – с фото, именами и возрастом. Не позволив голодному огню вспыхнуть во взгляде, попросил бумагу и карандаш, чтобы переписать имена, возраст и особые приметы под предлогом: «Я ещё не всех запомнил». Это дало возможность раз по пять бросить взгляд на каждый лист с характеристикой. Описание личностных качеств и пригодность к пилотированию каждого из трёх векторов. Характеристика предрасположенности выглядела странно, но он всё равно запомнил. Как и каждую строку, каждую буковку – как никогда радуясь своей безупречной памяти. Закончив переписывать на листок «полезные данные», поблагодарил и быстро передумал «случайно» ронять личные дела на пол, чтобы хоть беглым взглядом оценить, что на обороте. По виду лицевой стороны, на изнанке имелось ещё что-то, но парень сдержался. Ни к чему вызывать к себе подозрения. А вот в какой ящик сложили бумаги – запомнил. И спросил о человеке, на которого не имелось личного дела. «Ты столкнулся с Реной. Она не элемент, она… библиотекарь», – ответила учёная на его вопрос о девушке-инвалиде с белоснежными волосами. «Не видел её в библиотеке», – на это резонное замечание женщина помялась, в итоге выдавив, что ей часто нездоровится, поэтому… Так бездарно врать – ещё надо уметь. Итак, учёная знает больше, чем говорит. А кто может ей запретить? Верно… все дорожки ведут к Фудо. Вот только сразу же пойти искать оного не получилось – ему предложили пройти углублённое исследование. Под благовидным предлогом: «Раз уж ты тут». Разумеется, отказаться было нельзя. Ему ещё понадобится помощь и данные этой женщины, поэтому её никак нельзя настраивать против себя. Углублённое исследование предполагало использование большинства тех аппаратов, которые впечатлили парня в самом начале, когда впервые оказался здесь. Никакой боли или дискомфорта, даже никуда ничего прикладывать не пришлось. Только постоять-полежать-засунуть конечность или голову в специальное отверстие или посмотреть в него. Странное исследование – сказал бы Шиничи, если бы его спросили. Ещё и долгое такое. Перед тем как оставить женщину предаваться научным изысканиям – желание чего проступало крупным шрифтом на её лбу – парень спросил о Фудо. «Какой он человек?..» – повторила, обдумывая ответ учёная, причём думала слишком долго и тщательно, наводя на мысль, что о чём-то относительно командующего её просили молчать – «Он может показаться пугающим, но сделает всё для защиты человечества». Потрясающе обтекаемый ответ. Предполагающий возможность абсолютно любых мер ради цели. Какой, однако, любопытный тип… Тем не менее, идти к нему придётся. Поблагодарив, Шиничи направился знакомым коридором по известному адресу. Вечер, оставалось надеяться только на чудо. И немного сожалеть, что «здесь вам не там», он не имеет никакой славы и у посторонних людей нет никаких причин рассказывать ему всё как на духу. Никто не будет отвечать на вопросы, пока не докажешь своё право их задавать. Разве что по дружбе – но этот статус ещё нужно заработать. Может, Рейка что подскажет? Завтра, после того как они обсудят книгу. Сначала информация, потом встреча, может что-то корректировать придётся исходя из сведений. Но Шиничи увиделся со всеми раньше – за ужином, о котором напрочь забыл, отключившись вчера. Задав «в воздух» вопрос о командующем, получил ответ от каждого. Даже неприязненно косящийся Сириус обронил пару слов – всем своим видом возвращая к вопросу о том, как дети четырёх и шести лет могли что-то сделать для великого катаклизма. Именно столько им было когда произошла первая атака теневых ангелов. Возвращаясь к ответам: элементы сходились во мнении о загадочности Фудо и только Рейка назвала того настораживающим. Даже не пугающим, а только настораживающим. То есть даже её чувствительность уступает таковой у Кида? Или же пугали конкретно его? Даже порадовался, что отложил личный разговор с Фудо до того времени как больше о нём узнает. Может удастся найти что-то… какой-то компромат, который сделает командующего более сговорчивым? Может тот и сам может их разъединить, только не хочет, потому и не стал обозначать саму такую возможность? Всё может быть. Тот трюк со стрелой – это не фокусы, а настоящая магия. Про акварион уже знал, что технология – по крайней мере в физическом аспекте, остальное же… и до него черёд дойдёт. А сейчас самое время пойти наконец отдохнуть. Завтра, всё завтра! А когда это самое завтра наступило, Шиничи понял очень важную вещь – не все авторы книг умеют излагать свои мысли понятно для читателя. А ещё – не все пользуются собственными изысканиями и наработками. Похоже, в первый раз ему повезло наткнуться на нечто вроде первоисточника – того техника, который описывал физику соединения векторов. Потому, что все остальные прочитанные вчера книги с той же полки говорили то же самое, только другими словами. А ещё мало дружили с печатным словом – предложения получались громоздкими, порой и вовсе теряющими смысл из-за своей длины. Надо же, на дворе война и вселенская катастрофа, а плагиат по-прежнему процветает! Да, жажду нажиться на труде ближнего своего у людей ничто не отобьёт. Значит, нужно искать работы того же автора. И больше полагаться на интуицию, а не трезвый расчёт, как привык. Чтобы после не страдать, или хотя бы страдать меньше, до завтрака парень отправился в тренировочный зал. В такую рань здесь ещё никого не было – вот и замечательно. Дав скучающему по нагрузке телу полную свободу действий, сам продолжил обдумывать остальные книги. Если отбросить те пять, которые дублировали выкладки первого техника, то оставались ещё две. Одна из категории любовно-бесполезной литературы и не заслуживала даже стоять в одном зале с по-настоящему нужными вещами. А вот вторая… Вторая была в высшей мере странной. Тонкая, скорее брошюра, чем полноценная книга, она носила странное название: «Восстание кроликов». Если бы читал названия или хотя бы первые страницы, то не стал бы тратить время на столь странное произведение. А может и потратил бы – всё же десяток с небольшим страничек всего. В тексте описывалось как кролики задумали уничтожить человечество и даже начали нападать на людей, когда те приходили за ними, чтобы съесть. Странное ощущение оставила эта книга. Тем странное, что ключевое слово упоминалось только раз и в самом конце. «Кролики – это люди и акварион». Получается, эта такая попытка понять мотивы теневых ангелов? Ну, если они и правда едят людей и двенадцать тысяч лет отсутствовали… то вполне разумно «прореживание чрезмерно разросшегося поголовья скота». Это если думать отстранённо и со стороны. А если как один из этих людей, которых «прореживают», как всходы на грядке… и как этого автора, за попытку встать на место теневых ангелов, не уничтожили? А может, уже? Так или иначе, этак книга не дала ничего действительно полезного. Автор являлся человеком, поэтому априори не мог знать, что твориться в голове у существа отличной природы и образа мыслей. Закончив тренировку, сходил в душ – удобно, недалеко – и отправился на завтрак. Увидев Рейку, подсел к ней. Девушка была грустна и попыталась отодвинуться под предлогом: «Не хочу, чтобы тебя задели мои неудачи». Шиничи напомнил ей о книге, которую они собирались обсудить, и та сразу приободрилась. Закончив есть, отправились в библиотеку под взглядами остальных элементов. Та книга, которую хотела обсудить с ним девушка, была одной из «технических копий», поэтому Шиничи осторожно, чтобы не обидеть, сказал пару хороших слов об авторе и тактично намекнул, что более полную информацию по вопросу можно найти в другой книге – и протянул, достав с полки ту самую, которая «исходник». Рейка приняла, пообещав прочесть в кратчайшие сроки и обсудить уже её. Но, прежде чем она, сияющая от счастья, что смогла найти товарища по увлечению, убежала, прижимая к груди вручённый томик, он попросил подсказать что ещё почитать. Такого, чтобы полезное. Решил не афишировать свой интерес к теневым ангелам, просто в общем. Заодно понять какие книги нравятся этой девушке и её саму через эти книги. Стесняясь, Рейка ткнула пальчиком в три книжки на разных полках: «Не знаю, понравится ли тебе, но, если наши интересы совпали в технике…» – поблагодарив, он взял все три. Вот тут-то она и заметила. «Как быстро ты читаешь, Шиничи?» – вопрос, которого он ждал, только не думал, что зададут так скоро. «Очень. Уже завтра мы сможем обсудить их», – это не было особой тайной, но: «Только это секрет!». Согласно данным Кида, маленькие общие тайны укрепляют дружбу. Девушка понятливо кивнула. Вот и пришло время для вопросов: «Что ты думаешь о командующем Фудо? Что о нём вообще известно?» – перед ответом она чуть помялась, но явно из-за неуверенности и старания сформулировать, а не чьего-то запрета. «Он великий герой. Именно он одиннадцать лет назад нашёл и поднял со дна акварион», – в её голосе слышалось неприкрытое восхищение, «Он основал ДИВА, создав организацию как независимую от правительств мира единицу, вокруг векторов и их обеспечения. Без него человечеству было бы и вовсе нечего противопоставить теневым ангелам». Шиничи слушал, не перебивая – хоть какая-то новая информация, пусть и искажённая благоговением, чуть не преклонением перед объектом разговора. «Он же выбрал это место для ДИВА. Впоследствии оказалось, что оно наиболее защищено», – ещё кусочек крайне интересных данных, «Создал, настроил, наладил работу, научно обосновал критерии подбора элементов, привёл первых троих – и исчез, появившись снова около недели назад», – если бы не исчезновение, это звучало бы как ода. «И что, прекрасно работавшая без него система прогнулась под невесть где шатавшегося и внезапно объявившегося руководителя? Его же большая часть персонала и в глаза не видела?» – удивился парень. «Им приказали», – прозвучал лаконичный ответ, «Верхушке. А остальные… ты же видел командующего. С ним невозможно спорить». «Это да», – вынужден был согласиться Шиничи, «А кто может приказывать верхушке ДИВА? Вроде как независимая организация». «НОН. Новые Объединённые Нации. Пока Фудо отсутствовал, они назначили своего управляющего. Ему и был отдан приказ освободить временно занимаемую должность». О том, почему ДИВА не прибрали к рукам, воспользовавшись отсутствием Фудо, парень спрашивать не стал. Понимал, что имеет дело с человеком, полностью преданным командующему, а потому, чтобы не упасть в его глазах, не стоит сомневаться в кумире. Если и развенчивать этот культ личности, то очень осторожно, а может, и вообще не стоит. Бывает так, что вера в непогрешимость руководства – единственное, что держит солдата в здравом уме. Незавершённая база Кида вкупе с интуицией настаивали, что здесь мы имеем дело именно с таким случаем. Прежде чем выдернуть опору нужно дать другую. Продолжая думать о Сириусе и Сильвии, спросил о причинах возвращении теневых ангелов из небытия и всей этой войны. Мимолётно подумал, что война это только с одной стороны. Это люди воюют с теневыми ангелами, те же… просто пришли за своим… Об этом Рейка ничего сказать не могла. Зато о Фудо говорила без умолку. «Понимаешь, большинство считает его шарлатаном и обманщиком», – с таким пылом, как будто это её обвиняют в каких-то непотребствах. Более того, взглядом требовала разделить её возмущение. Парень кивал – по настоянию кидовского подсознания. Девушка же продолжала распаляться: «Поэтому его имя не внесено в учебники. Что, мол никакой он не волшебник и не герой. Что он заранее знал где находится акварион, но поднял, восстановил и наладил его работу только после первого удара теневых ангелов». Тогда понятно почему она так злится. Вопрос только в том, имеют ли эти обвинения под собой основания или нет. «Моё мнение, что до этого ему просто никто не верил, когда он говорил об угрозе. Может и знал, но никто не был готов тратить огромные средства на извлечение векторов со дна того озера. Тратить деньги и ресурсы на противостояние сказочным монстрам. А потом те, к кому он обращался, скрыли тот факт, что им было известно об угрозе. Иначе им бы пришлось отвечать за разрушения и потери размером в половину населения планеты. Свои бы линчевали. А чтобы Фудо не рассказал, назначили его командующим и дали полную свободу действий не территории ДИВА», – версия, определённо имеющая право на существование. Только не объясняет знания командующего о вторжении теневых ангелов. Точную дату, может, даже время. О том и спросил, получив в ответ: «Ну он же волшебник». Определение резануло болью. Волшебство – это что-то хорошее, что-то приносящее радость… это Кид – волшебник, а не этот… колдуном, что ли, обозвать? Использует свои возможности – которые, к слову, не являются ловкостью рук – чтобы запугивать людей и получать все необходимое для своей цели. Фудо мог убедить тех правителей, но почему-то этого не сделал. И сознательно пожертвовал половиной населения планеты, чтобы получить себе в должники предельно лояльных политиков. Если он знал о том, что будет – а интуиция твердила, что знал – то это именно жертва, а не случайное стечение обстоятельств. Знал когда придут теневые ангелы? Как они будут действовать? Или даже больше? И снова – откуда? Вопросы без ответов. И не спросишь ни у кого, он тут герой, за такие подозрения могут тихонько закопать в местных горах, чтобы не порочил светлый образ. Но читать-то не запретили? Значит, можно просвещаться по книгам. И отсутствие некоторой информации порой тоже очень важная информация, дающая понять, что именно пытаются скрыть. Хотя, о каком «скрыть» может идти речь после того трактата о восстании кроликов? Но, может, есть что-то поважнее и пострашнее? Куда более тайное, чем попытки человека понять мышление теневых ангелов. Напомнив себе, что нужно продолжать искать и больше полагаться на интуицию, Шиничи вернулся к действительности. Благо, память сохранила слова Рейки, обращённые к нему, пока сознание отвлекалось на размышления. Та почти ничего не говорила. Каким-то образом поняв, что собеседник «не здесь» – хотя никто из родного мира не замечал этого «выпадания» – она попросила найти себя, когда он закончит мысль и ушла читать куда-то наверх. Очнувшись, собрал все указанные девушкой книги и отыскал её среди стеллажей второго этажа. Увлечённой настолько, что пришлось похлопать по плечу, чтобы пришла в себя. Показав книги и смутив до яркого румянца – тем, что взял всё предложенное ею – парень спросил можно ли выносить эти тома из читального зала. Получив твёрдый положительный ответ, поблагодарил, напомнил имеющей свойство зачитываться девушке о скором начале занятий и совершил пробежку до своей комнаты. В учебное крыло успел как раз вовремя – спасибо памяти на все эти переходы и туннели, часто дублирующие друг друга. Явно военная разработка, кстати. В частности, дублирование систем. Несколько минут спустя, перед самым преподавателем, в класс вбежала запыхавшаяся Рейка. Судя по взглядам одноклассников – их двоих в чём-то заподозрили. Судя по ехидству в этих взглядах – считают парочкой. Есть отчего: ушли они вместе, вернулись с небольшим разрывом, запыхавшиеся… Ну и ладно. Ему нет дела до мнения остальных… Зря – отметило подсознание Кида. Потому, что в собственной голове таким мыслям взяться неоткуда. Всегда так делал. существовал только круг важных для него людей и «остальные», а тут, видимо, придётся по-другому. Тут у него нет никого, а значит связи придётся налаживать со всеми. На уроках давали интересное и уже отчасти известное Шиничи. Об аурах и эмоциональных полях. Про первое он уже знал: только человек с плотной аурой и квантовым барьером может пилотировать вектор, второе же стало открытием. От эмоционального, психологического состояния элементов зависит успешность соединения, некий индекс. Чем он выше, тем больше общая сила аквариона. Тройка, входящая в него, должна быть эмоционально стабильна и верить в победу. Как минимум. Ещё соединение зависело от совместимости, но не критично. Правильный настрой позволял нивелировать этот параметр, да и не сильно-то он сказывался. Главное, чтобы элементы не испытывали друг к другу враждебности, остальное не страшно. Парень впитывал знания как губка, на миг даже заподозрив, что это специально для него дают «основы основ», как выразился рослый крепкий юноша, со смуглой кожей, оказавшийся за партой по соседству. Все садились как хотели, не имелось никаких закреплённых за учениками мест. Но мысль про основы выбила из головы следующая. Тот же юноша вздохнул: «Лучше бы нашей физподготовкой занялись. Хочу погонять мячик с кем-нибудь!» – последнее он произнёс чересчур громко, обернулись все. «Что? Мне скучно и все это знают!» – ответил он этим взглядам. «Ты говоришь о футболе?» – осторожно уточнил Шиничи, когда все вернули внимание преподавателю. Спрашивал, не глядя на соседа, взгляд оставался прикован к фигуре за кафедрой. Если уши заняты, то глаза должны выполнять их функции. Тема урока весьма интересна. «Именно. А что, увлекаешься?» – настороженно спросил тот, благо уже шёпотом. «Не то слово», – парень сглотнул, гадая, как же мог забыть о своём втором главном увлечении после книг. «Тогда встречаемся после занятий на уличном стадионе. Посмотрим, что ты можешь», – отвечает сосед, «Я Пьер». «Шиничи, но, думаю, ты уже знаешь», – как же всё-таки хорошо, что у Кида имелся навык чтения по губам! У него самого – тоже, но не настолько развитый. «Тебя все знают», – усмехается Пьер, «Мутишь с Рейкой?». «Пока рано говорить об этом. У нас нашлись общие интересы», – ответил обтекаемо, продолжая разговор. База Кида выдавала, что новый знакомый из породы почти хулиганов и заполучить его расположение можно нарушением правил, даже мелким, вроде болтовни на уроке. Сам Шиничи ничего не терял, поэтому продолжал спокойно общаться. Увиденное глазами в голове превращалось в текст и откладывалось в памяти. «Какие общие интересы могу быть у нормального парня с этой унылой девицей?» – усомнился сосед. Но не успел «нормальный парень» ответить, вступившись за девушку, как их разговор прервал преподаватель: «А ну ка, Пьер, что я сейчас говорил?!» – резким тоном заставив того подпрыгнуть, вопросил мужчина. Шиничи быстро восстановил в памяти последние несколько фраз и не ошибся; когда сосед не смог ничего сказать, вопрос переадресовали ему. «Взаимоотношения между элементами очень важны. Поэтому здесь, в ДИВА, мы развиваем дух товарищества между всеми пилотами векторов», – проговорил совершенно спокойно, будто не его поймали за болтовнёй. «Верно», – недовольно отозвался преподаватель, не сумевший поставить на место новенького, «Но не отвлекайтесь на уроках! Или вы уже всё знаете?». Вопрос был риторическим, но парень предпочёл ответить: «Нет, я не знаю почти ничего. И поэтому прошу вас дать мне список дополнительной литературы для самостоятельной подготовки и навёрстывания учебной программы». Говорил, потому как подсознание Кида утверждало, что, даже если ты бунтарь только отчасти, найти контакт с другими учениками так всё равно легче. К тому же, так его лучше запомнят. «Подойдёшь после урока», – буркнул мужчина и вернулся к лекции. Шиничи не стал добавлять, что кое-кто мог бы рассказать больше, а не переливать из пустого в порожнее вот уже почти час. Несколько важных тезисов прозвучало в самом начале и больше полезного не попадалось. Нарываться на конфликт с преподавателем – уже лишнее. А значит, остаются только книги. Повернувшись к соседу, извинительно улыбнулся, снова позволяя не-своему подсознанию контролировать действия и движения. Тут как раз скользкий момент, хулигану могло не понравиться то, как он прогнулся под руководство. «Это было круто!» – но тот восхитился, «Джером так хотел нас уесть, а ты ему возьми, да и ответь! Молодчина, Шиничи!». Всё прошло хорошо, ещё и авторитета прибавилось в глазах нового знакомого. «Давай всё же не будем», – попросил и тут же объяснил, что это не предпочтение ему преподавателя, а: «Я тут новенький, не хотелось бы ссориться с учителями сразу, как только их увидел», – и ещё одна виноватая улыбка. Тот кивнул и замолк, оказавшись удивительно понимающим человеком, для хулигана. А парень сосредоточился на словах этого Джерома. Сделал себе пометку узнать, как зовут остальных преподавателей и прочее руководство. До конца занятия интересного и полезного больше не прозвучало и по окончании он подошёл за списком литературы. Пьер стоял у двери и терпеливо ждал его, чтобы показать, где здесь стадион и пообщаться по дороге. «Этот хулиган не лучшая компания для юноши, ищущего знаний», – негромко произнёс учитель, продолжая писать на листке список книг. Там красовался уже почти десяток пунктов и Шиничи мысленно облизывался на ту гору полезных сведений, которая скрывалась за сухими строчками. «Со всем уважением, учитель Джером, но друзей я себе сам выберу», – чуть показал характер Шиничи, как того требовало подсознание Кида, «И разве не вы говорили о товариществе между всеми элементами?». «Ты не элемент!», – почти прошипел оскорблённый в лучших намерениях мужчина, да ещё и будучи ткнут носом в противоречие со своими же словами. Есть отчего разозлиться. Но откуда у него такая информация? Впрочем, отступать нельзя: «Это решать командующему Фудо, а не вам», – предельно вежливо. «И откуда он только взялся на мою голову, этот Фудо?!» – тихо, но яростно проговорил Джером, вырывая лист, на котором писал, «Чтобы через неделю всё это у вас всё это от зубов отскакивало!». При невозможности уесть в словесном поединке, где уже потерял инициативу, учитель решил надавить на своё профильное занятие, где он имеет право требовать. «Будет сделано, учитель Джером», – а теперь показать покладистость, исполнительность и не заедаться, а ещё: «Извините мою резкость». С полупоклоном принять листок и быстро уйти. Этот человек может быть очень полезен, считай готовый союзник против Фудо. Злоба, почти ненависть, мелькнувшая в глазах – у кого-то большой зуб на командующего, этим можно воспользоваться. Но позже, когда он завоюет уважение этого человека своей прилежностью. Это будет несложно, в списке всего полтора десятка книг. «Ругал?» – оказался удивительно догадлив для юноши с такими мышцами Пьер. «Не совсем. Велел прочесть за неделю», – Шиничи показал список. «Ого. А есть и спать ты когда будешь?» – искренне обеспокоился тот. Но и на этот вопрос ответ имелся: «Вот, а ты ещё спрашивал, что интересного в общении с Рейкой. Теперь, благодаря ей, читать мне придётся меньше. Она-то наверняка что-то из этого уже прочла и не откажется поделиться выводами». Такой предлог должен выглядеть благовидным для собеседника. «А ты умный, Шиничи», – снова больше восхитился, чем что-либо ещё. «Это называется предусмотрительность», – и, вроде как спохватившись: «Но с Рейкой я общаюсь не поэтому!». Судя по лицу, Пьер не поверил – как и задумывалось. Теперь, если он расскажет кому-то, у парня останется железный аргумент: я говорил, что это неправда. И Пьер тоже подтвердит это. Наука общения с людьми оказалась сложнее раскрытия преступлений. Чтобы нравиться кому-то нужно соответствовать его требованиям. Но при этом не забывать себя. И других. Лавировать, иногда проходя по краю, умудряться удовлетворять желаниям всех… сложно. Но у него имелось лучшее из возможного, подсознание того, кто поднаторел в этом настолько, что можно просто и без затей довериться – и всё сложится само собой. Нет, усилия приложить придётся, но несравнимо с тем, как если бы проходил всё это в одиночку. И сейчас это замечательное подсознание требовало не просто гулять, а заняться делом. «Пьер, что ты думаешь о командующем Фудо?» – сбором информации и мнений, например. «Конкретный мужик», – с неподдельным уважением в голосе отозвался тот, «Умеет сказать так, что ничего непонятно, но в итоге ты становишься лучше». Да уж, нашёл у кого спрашивать. Но полезные сведения отыскались, Фудо использует Эн-Эл-Пи или что-то наподобие. И весьма грубо, раз даже этот заметил. «А женщина, отвечающая за медицинское оборудование?..» – намеренно не закончил. «Мария? Она вроде его правой руки. Медицина и контроль за состоянием элементов – всё на ней», – вот и имя узнал. Дальше стоит помолчать, вынуждая собеседника заполнять тишину словами с новой информацией. Долго ждать не пришлось: «Она первая стала на него работать, когда Фудо внезапно вернулся. А Джером бесился, конечно! Пусть ему и говорили, что он временный управляющий, но столько лет править – и вдруг появляется настоящий правитель! Представляешь?!» – а вот и истоки ненависти к командующему. Теперь понятно, кто был прежним командующим. «А кто его сюда назначил?» – вопрос лёгкий, невзначай. «НОН, конечно! Они же и велели потесниться, уступить место, когда вернулся Фудо. Представляю, какая у него была рожа!» – вот и подтверждение того, что большие начальники сильно должны Фудо. Можно даже счесть подтверждением теории в целом. Отдавать работающую военную машину в руки её же создателя, невесть где болтавшегося десяток лет, когда в нём уже нет нужды – это нужно иметь очень веские основания. Но для твёрдых выводов данных всё ещё мало и доказательств нет. А ведь это главное в работе детектива – доказать.