12. Движение. «Когда всё только начинается, ещё и опасное»

Новости начались прямо со столовой. Пьер сидел и спокойно ел, Шиничи подсел к нему и тоже занялся завтраком. Не успели они съесть и половины, как забежала от чего-то очень радостная Рейка, прокричала: «Глен вернулся!» – удивив всех присутствующих, и убежала обратно. К этому времени в столовой уже сидели все. Ни у кого не имелось следов беспокойства или предвкушения на лицах из чего можно сделать вывод об отсутствии предчувствий. Элементы переглянулись и ускорились. Очевидно, все знали этого самого Глена и хотели увидеть. – Глен? – переспросил Шиничи в воздух, ни к кому не обращаясь. Рейка «обрадовала» своей новостью и скрылась, по всей видимости предпочтя завтраку общение с этим самым вернувшимся. Не забыть бы взять ей чего-нибудь перекусить, а то голодная останется… Это имя упоминалось лишь единожды причём в таком контексте, что он подумал, будто бы этот самый Глен погиб, а оно вон как оказалось. Интуиция относительно этого человека молчала наглухо. Значит, это недовольство, напряжение и враждебность – его собственные? Странно. Задав себе вопрос, чем же мог так не понравится парень, с которым он даже не знаком, сам над собой пошутил о ревности. Девушка так радовалась… Прислушавшись к себе и постаравшись, насколько это возможно, отстраниться от чувств и взглянуть на них со стороны, поставил сам себе диагноз. Точнее, подтвердил уже известный: не влюблён. Ни разу. Она – лишь друг. Тогда что же это? Глен… а, понятно. Опасения, что тот снова уйдёт и этим разочарует Рейку ещё сильнее. Злость на этот самый уход, так расстроивший девушку, что она говорила с интонацией, подобной скорби – вспомнив, понял, что видел тогда на её лице обиду. За это всё и относился сейчас так к этому неизвестному парню. Так… предвзято. Раз так радуется, значит, простила. И ей снова будет больно, если тот уйдёт. А он уйдёт, ведь оставивший раз оставит и снова, точно так же предпочтёт ей что-то другое, как уже однажды произошло, в тот самый прошлый раз. Вернулся… надолго ли? Сейчас она об этом не думает. Может, того, конечно и направили куда-то в приказном порядке – они ведь все здесь люди подневольные, хоть им и пытаются создать условия, убеждая, что это не так – но и приказы не абсолютны. Вот он сам, если бы приказали подобное, изо всех сил противился такому приказу, обращался к вышестоящим командирам и в конце концов убедил бы всех нужных людей в руководстве. Нет сомнений, как-то выкрутился бы, обязательно! А этот Глен… что тот ни разу не старался видно уже по тому упоминанию имени этого парня. Наверняка ничего и не сказал, исчезнув, или и того хуже – сказал, да не то. Поэтому она и выглядела такой огорчённой тогда, а не до конца прижившееся подсознание Кида определило это как скорбь. – Глен был лучшим пилотом вектора солнце. – неожиданно для всех ответил Сириус. Благо, размышления заняли совсем немного времени и Шиничи не пропустил ответ на свой вопрос. Все обернулись на аристократа, но, думается, удивление вызвал не сам факт его ответа, а то, что он назвал кого-то лучшим. Совершено не в его духе. Какой-то особенный сегодня день. Может и остальные это чувствуют, просто не так явно? – Некоторое время назад его… изъяли. Предположительно, для прохождения специального обучения в военных силах НОН. – Почему «предположительно»? – удивился Пьер. Очевидно, прозвучала официальная версия. – Потому, что нам так сказали, но как оно на самом деле никто из нас не видел и не знает. – сверкнул жёсткостью во взгляде Сириус. Понятно, что после вчерашнего стал верить местным властям ещё меньше, чем раньше. Но вот так открыто показывать своё отношение, ставя под сомнение… не лучшая мысль. Долгим взглядом попросив подельника по вчерашнему преступлению – звучит-то как! – быть сдержаннее, добился едва заметного кивка. Юноша явно одумался. Вот и хорошо. – Раз все идут, – на это полувопросительное высказывание все присутствующие покивали. – То и я, пожалуй, гляну на этого Глена. После этого все быстро доели свои порции – а кто-то просто сидел и ждал остальных, как закончившие завтрак раньше всех Курт и Хлоя – и собрались идти. Перед тем как покинуть столовую Шиничи, как и собирался, взял Рейке несколько булочек. Как-то незаметно для всех Сириус возглавил их небольшое шествие. Может, кто-то и не знал, где сейчас находятся Глен с Рейкой, но сам парень шёл за товарищем именно поэтому. Почему остальные позволили тому себя вести – вопрос отдельный. Может, тоже признавали, что он хорош. Встреча прошла… обычно. Как-то даже слишком обычно. Познакомились, Глен пожал руку каждому, кто захотел – аристократ сразу встал в сторонке, показывая, что не станет в этом участвовать, а вот Пьер, наоборот, с удовольствием стиснул ладонь вернувшегося. И вроде бы ничего такого, вполне приятный парень, хотя, скорее юноша, по возрасту ближе к Сириусу, а может даже старше него, но как-то, что-то… ощущалось не так. И, кстати, вопрос, почему этого человека продолжают держать в элементах, когда он уже вышел из подходящего возраста? С удовольствием поприветствовав всех и познакомившись с Шиничи – решил держаться нейтрально, как с любым незнакомцем – Глен предложил идти на занятия. В формулировке «эти ваши занятия», с интонацией говорившей о снисхождении. Если и правда проходил какие-то другие, углублённые, может, там, где находился до этого своего возвращения – то всё понятно. Но так показывать это… не стоило. И правда народ как-то притушил свою радость от встречи. Только Рейка продолжала сиять как начищенная монетка. Влюблена, что ли? Похоже на то. Несмотря на все… впрочем, что между ними – неизвестно. Ладно, подождёт. Занятия… Оказались скучны. Снова. Что может повторение основ дать тому, кто изучил технические аспекты аквариона от и до? Или это местное начальство так сомневается, что элементы помнят, что нужно делать в кресле техника? Вроде бы и оснований нет, чуть не каждый день этим занимаются… или они надеяться пробудить в народе понимание того, что они делают для увеличения отдачи? Так это должно делаться не так, так не получится… Скучные занятия прервал сигнал тревоги. Все кучно перешли в операционный зал. Снова эти экраны и места техников… только одно отличие: сегодня на вылет отправили вернувшегося Глена – как и говорил Сириус, в векторе солнце его показатели выглядели просто отлично – совершенно счастливую Рейку – как и всегда в векторе луна – и самого Сириуса третьим – разумеется, посадив в вектор марс. В данный момент они добирались до города, подвергшегося нападению – как помнил Шиничи, барьеры в разных местах имели разную прочность, этот, видимо, оказался слабым. Притихшую в последнее время Сильвию – кажется, брат всё же провёл с ней пару воспитательных бесед – не взяли. Та сидела на месте техника как на иголках и явно не хотела, чтобы обожаемый брат соединялся с другой девушкой. Судя по тому, с чем здесь ассоциируют соединение векторов… у кого-то запущенный комплекс старшего брата. Благо, сам юноша подобным в отношении сестры не страдает, и то хорошо. Этой девушке, по всей видимости, ещё просто не встретился парень, способный хотя бы поспорить с её братом, не говоря уж о превзойти. Интуиция шепнула, что всё измениться, причём очень скоро. Вот и о чём, спрашивается, это говорит? Ладно, всё потом. Троица векторов наконец добралась до цели. Видя безучастность Фудо, Джером попытался командовать, но Сириус неожиданно воспротивился приказу и отказался возглавлять акварион, предложив на место ведущего Рейку. Та просияла. Не получив никаких указаний от главнокомандующего, если не считать кивка, эти трое соединились в акварион луна. Показатели отличные, экраны не лгут. Засмотревшись на экраны, Шиничи только спустя время заметил ещё одно отличие от обычного положения дел в операционном зале. Здесь находилась Рена. К стыду своему – великий детектив называется! – узнал об этом, только когда та сказала, что видит крылья. Сильвия вздрогнула, но постаралась сохранить невозмутимость. Ей не удалось и только потому, что всё внимание обратилось на маленькую женщину-инвалида, ни у кого не возникло вопросов. Судя по всему, никто не привык видеть её здесь. Натыкаясь на взгляд слепых глаз цвета молодой травы все быстро отворачивались, возвращаясь к своим обычным делам. Тем временем открылся очередной радужный портал и из него выскользнул солдат, только какой-то необычный. Странная зеленоватая сфера в области живота – раньше таких не встречалось. Смотревшие на показатели, а не на самого солдата-херувима техники вслух объявили, что данное существо на порядок сильнее тех, с которыми прежде сталкивался акварион. Что-то произошло, что теневые ангелы изменили своих солдат… или это единичный случай? В любом случае Рейка не справлялась. Да и никто не смог бы справиться на её месте. Солдат двигался… осмысленно. Будто являлся не тупым биороботом, запрограммированным на определённые действия, а разумным существом. Или же управляемым кем-то напрямую. Возможно, эта зеленоватая сфера в животе является передатчиком… Шиничи задался вопросом, не об этом ли изменении в мире твердила интуиция, но ответа не получил. Стоит полагать, это «нет». От выстрелов аквариона луна херувим уклонялся играючи, а когда трое людей в векторах сформировали триединую стрелу, странно замер, не пытаясь увернуться. Что это ловушка парень понял слишком поздно. Только и успел, что открыть рот, чтобы крикнуть, попытаться остановить, но поздно. Солдат сделал крохотный шажок в сторону и стрела, предназначавшаяся ему, вошла в здание позади. Здание, оказавшееся и не строением вовсе, а замаскированным пранозверем. Не первый раз уже такое, нравится им там, но кто-то должен был понять и остановить, хотя бы Фудо, раз такой всезнающий! Взгляд на командующего дал понять, что того всё устраивает. Тот смотрел жадно, с предвкушением. Ждёт чего-то? Последняя спокойная мысль. Дальше всё завертелось как в слишком быстро прокручиваемом калейдоскопе, когда картины сливаются в неразличимое месиво. Раненный пранозверь, с которого осыпалась «корка» здания страшно заверещал – даже здесь, в операционном зале, звук, передаваемый динамиками камер заставил многих зажать уши, что уж говорить об элементах в акварионе. В этом крике явно присутствовало ещё что-то, кроме звуковой волны, иначе почему рейка замерла как вкопанная с ужасом на лице? Её интуиция, её чувствительность сейчас ещё и выведенная акварионом за пределы доступного человеку, сыграла против неё, обрушив на хозяйку что-то вроде ментальной атаки. И следующий удар странного солдата попал в цель. Векторы расшвыряло по одному, причём только один собрался обратно в летающий корабль, как они выглядели до преобразования в человекообразную фигуру аквариона. Сириус, его вектор марс легче всего перенёс воздействие, оба, начиная со звукового удара. Да, задело и его, но, очевидно, собственная природа помогла ему пережить произошедшее почти без потерь – повисев в воздухе лишь с десяток секунд, синяя машина принялась лавировать, отвлекая херувима от товарищей. В то же время юноша пытался вызвать их по связи, но те не отвечали. Показатели выдавали очень плохое состояние обоих: Рейка в шоке и диком ужасе, неспособна даже пошевелиться, Глен вообще при смерти. Вот тогда-то Фудо и начал раздавать указания. Сириус получил приказ продолжать делать то, что он делает, а остальных двоих велел заменить. Потерявшую боеспособность Рейку – на Сильвию. А почему бы и нет, у брата с сестрой всегда отличная синергия, плюс они оба не боятся таких вот ударов, судя по тому, что юноша спокойно пережил крик пранозверя. Плюс вектор луна, в который всегда сажали эту девушку, а значит, подходящий ей лучше всего. Умный выбор. А вот с заменой для вектора солнце командующий медлил. Кто-то сказал бы непозволительно долго, но у этого человека – что, кстати, не факт – явно имелся план. Он чего-то ждал. Дождался – как показали камеры, а после и данные, выведенные на столы техников. Сначала какой-то человек неведомым образом очнулся от гипнопесни и показался из тела пранозверя. А затем… вспыхнул каким-то невероятным ореолом силы и… позвал акварион. Звал и звал, раз за разом. Отвлекшегося Сириуса поймал херувим, то же самое произошло с Сильвией, бросившейся на помощь брату. А дальше… акварион ответил. Вернее, вектор солнце. С показателями на экранах стало происходить что-то совсем уж странное. Фудо вытянул руку в сторону пустого места техника и приказал непонятно кому произвести замену пилота вектора солнце. И спустя миг из частиц света собрался Глен, но настолько плохо выглядящий, что узнать в этом истощённом теле виденного несколько часов назад парня оказалось очень сложно. К стыду своему, Шиничи не видел как и куда увели Рейку, так тихо это произошло, но, судя по отсутствию Марии, за этими двумя есть кому присмотреть. А на экранах продолжало разворачиваться невозможное. Опустевший вектор солнце сам собой собрался из оторванной части аквариона в летательный аппарат и направился к пранозверю. Произведя ещё один выплеск странной силы, тот самый очнувшийся человек мягко упал или скорее спустился в пилотский отсек. Рена сказала, что видит его крылья. Так!.. Со всем этим требовалось разобраться, но для начала дождаться победы или поражения и отхода всех солдат-херувимов и возвращения элементов. Плюнув на осторожность, Шиничи принялся вводить очередные запрашиваемые камнем силы значения. Сейчас важна каждая капля помощи! А все, кому надо, всё равно уже знают, что он общался с техниками и читал их книги. Помнится, Фудо не показал никакого отрицательного отношения к его похождениям – значит, можно. Что не запрещено – то разрешено. Раз так!.. Пошло, наверное, с полминуты. Немного отсрочки перед тем, как марс и луну раздавит хватка солдата – вот и всё, что удалось выиграть. Но и этого хватило. Вектор солнце вдруг ожил и на всей скорости полетел к остальным двоим. Наконец удалось рассмотреть нового пилота: яростно рыжий мальчишка невысокого роста, глаза которого пылали подозрительно багровым пламенем. Он кричал о каком-то святом сотворении и продолжал призывать акварион. И на этот раз вектор снова подчинился – да не один, а все три! Притяжение, создаваемое этим мальцом, оказалось такой силы, что вырвало остальные два вектора из хватки необычного херувима и с размаху присоединило, собрав акварион солнце. Вот так запросто. Насилу оторвав взгляд от происходящего на экране, Шиничи взглянул на главнокомандующего. Тот стоял и смотрел на разворачивающуюся картину с непроницаемым выражением лица. Чтобы не показать ликования. Это… чувствовалось. Интуиция. Только что произошло что-то, чего Фудо желал всей душой. А ещё он очень хотел увидеть продолжение. Все увидели. Новый акварион под предводительством неизвестного мальчишки с лёгкостью уничтожил изменённого солдата, причём как! Распахнул крылья – вообще не похожие ни на какие крылья, если уж на то пошло – и под их светом херувим распался какой-то зеленоватой жижей, брызнувшей во все стороны. Взгляд, брошенный на экран техника, заставил изумиться: таких показателей даже в учебниках не упоминали! Какие-то совершенно невозможные числа, неудивительно, что так легко разделался с врагом, на голову превосходившим всех предыдущих. Просто нет слов. Зато победили. Когда акварион закончил бой и распался на отдельные векторы, солнце двигался как-то неуверенно, виляя из стороны в сторону, а потом камеры и вовсе отключились. Или их сигнал перестали подавать на экраны, такое тоже могло быть. Люди вставали и выходили с мест техников. Поднялись и руководители… Парень, снедаемый тревогой за подругу, уже почти дошёл до выхода, как послышался негромкий, но отчётливо слышимый голос Фудо: «Все свободны, Шиничи – задержись». Остался, куда деваться. Такие приказы не обсуждаются. – Мне бы хотелось поскорее узнать, как себя чувствуют пострадавшие элементы. – иносказательно попросил надолго не задерживать. – Жива твоя Рейка. И даже цела. – снисходительно усмехнулся Фудо, точно зная о ком он беспокоится. Разумеется, её тело в порядке, сам видел. Но «жива и цела» отнюдь не равносильно «в порядке». О психике-то речи не шло. – Я займу совсем немного твоего времени. – ещё одна ухмылка. И за что его все так превозносят? – Сегодня ты хорошо себя показал. – почему-то от его тона возникало ощущение, что скорее раскрыл. – Вводил значения для камня силы. Хорошие значения, правильные. – ещё пауза. – Раз настолько освоился, то этим теперь и будешь заниматься, понятно? – Была критическая ситуация, я помог насколько смог. – что командующий и так знает о его прогулках в сторону библиотеки техников, говорить не стал. Ни к чему нарываться. – Элементы ведь должны помогать друг другу. – что-то подсказывало, что подобной деланной наивностью Фудо не обмануть, но и не сказать этого глупо. В такой-то подходящий момент. – Если вы считаете, что у меня хорошо получается, то, разумеется, я согласен делать это и дальше! Так я могу идти? – Иди. – отпустил тот с задумчивым прищуром. Думать о том, какие мысли крутились в этот миг в голове главнокомандующего – бессмысленная затея. Всё равно ведь не угадаешь, а интуиция, как на зло, молчит. Почти бегом добравшись до кабинета Марии, застал ту сидящей рядом со сгорбившейся завёрнутой в одеяло Рейкой. В руках у девушки находилась большая чашка с каким-то горячим напитком, от которого шёл пар – очевидно, успокаивающий настой, уж больно характерный запах мяты и ромашки витал в воздухе. Та смотрела в чашку и казалось, не обращала внимание ни на что вокруг. Благо, зашёл тихо, не хватало ещё напугать и так пережившую страшное подругу. Увидевшая гостя, Мария прижала палец к губам и, погладив девушку по спине, тихонько вышла. На вопрос, что случилось, вздохнула и рассказала… Оказывается, акварион обладает незадокументированными на техническом уровне свойствами. Это всем известная информация, поэтому о ней и не говорят. Как бы само собой разумеется, что все знают о том, что пилоты векторов обретают дополнительные возможности при слиянии. Акварион обостряет и усиливает то, чем и так владеет человек. Так, у Рейки возрастала её интуиция, становясь не предвидением, а скорее расширенным восприятием, очень чутко улавливающим опасность за мгновение до удара и прочие подобные вещи. Причём ведущий, тот, чей вектор становился головой аквариона, получал даже больший прирост способностей, чем остальные. Вот в этот раз девушка ощутила появление необычного солдата ещё до того, как открылся портал и тот ступил в этот мир. Представить, какой силы удар обрушился на её сверхчувствительное восприятие, вдобавок ещё и расширенное акварионом, оказалось сложно. Наверняка, сильнее, чем он мог себе вообразить. Видимо, читая что-то такое на лице, Мария заторопилась уверять, что с Рейкой всё более-менее в порядке. Она не сошла с ума и даже на вопросы способна отвечать. Её нужно просто оставить в покое на какое-то время. Дать прийти в себя и успокоиться. После того, что она пережила… Что же такого рассказала? Поколебавшись всего пару секунд, женщина ответила. Тебе, мол, скажу, а остальные – обойдутся. Не то, чтобы такое уж тайное, скорее просто, чтобы не использовали против и так пострадавшей девушки. Приятно, когда о тебе думают так хорошо, а ещё приятнее – когда заслуженно. Из рассказа стало понятно, что Рейка познакомилась с тем, как пранозвери используют людей. Так сказать, воочию. Да, Фудо рассказывал и наверняка все представляли, но увидеть собственными глазами – это совсем другое дело. Можно разбираться в хирургии по учебникам и энциклопедиям, даже смотреть видео, но это не равносильно присутствию на настоящей операции. Никакие, даже самые лучшие и подробные справочники не заменят собственного опыта и присутствия. При любой подготовке, это всё равно шок, потрясение, если не сказать больше. Сейчас девушка как раз в таком вот шоке. Рассказ командующего наверняка не передавал и доли того, с чем столкнулась она. Все эти люди внутри пранозверя, приживлённые, ставшие его частью… Она именно что увидела, а может, ещё и услышала ужас их затухающих, но возможно ещё кое-что понимающих сознаний. Пережить удар такой мощи… Вот это называется крепкая психика! Но Мария права, после такого и правда требуется отдых и время на переваривание. Вот только ещё одно ей точно не даст покоя: Глен. Её обожаемый Глен пострадал, когда она выступала ведущей. Нет никаких сомнений, что кое-кто станет грызть себя за это. Причём, как бы не больше, чем за всё остальное. Вдобавок ещё эти видения, которыми её настолько мощно придавило… Нет, ну это же надо, придумать такое, чтобы при ранении пранозверь издавал крик, сопровождаемый ментальным ударом. Видения входящие в мозг, люди, заточённые в пранозвере, слитые с ним… Кто угодно испугался бы! И теперь Рейка сидит там с отсутствующим взглядом, устремлённым в чашку, под впечатлением от увиденного… И до конца неизвестно, что именно она там рассмотрела, но результат, как говорится, на лицо. Мария не хотела пускать, но Шиничи уговорил и посидел несколько минут рядом с подругой, приобнимая её за плечи. Та почувствовала рядом с собой кого-то другого и подняла взгляд. Всего несколько слов, что она молодец, что отлично справляется, что он очень рад видеть её живой. Та едва заметно улыбнулась перед тем как сделать глоток отвара и снова уткнуться в чашку. Всё, он сделал всё, что можно сделать сейчас. Людям необходимо слышать, что они кому-то нужны, особенно, когда им плохо. Поблагодарив Марию, отправился дальше. Рейка – не последний человек, которому сейчас требуется помощь и поддержка. Сильвия перенесла произошедшее как-то легче, а вот Сириус… То ли дело в возрасте, то ли в поле, а может в том, что юноша попал под удар дважды или в том, что увидел в мелком рыжике соперника? В общем, выглядел друг куда хуже сестры. Его глаза после разъединения… кому-то – а скорее всего, всем – это его выражение лица могло показаться просто ошарашенным и потрясённым, что немудрено в таких обстоятельствах. Даже скорее ожидаемо. Но Шиничи видел в его взгляде призыв о помощи. «Спасите меня кто-нибудь!» – что-то в том же духе. И воспринял этот зов как обращение к себе. Кто, если не он, позаботится о душевном состоянии друзей? Верно, больше некому. Мария старается, но она далеко, старше по званию и вообще женщина, не будут перед ней парни душу изливать. А Сириуса тоже стоило ободрить или просто выслушать – многим и этого хватает. Они уже как раз должны вернуться в ДИВА. Хуже то, что он наверняка будет с сестрой… – Сильвия, иди к себе. – вышедший из-за угла аристократ встретился взглядом с Шиничи и тут же велел оставить их одних. – Но брат… – попыталась состроить умоляющее выражение лица та. – Иди. – чуть жёстче произнёс тот. Девушка одарила злым и обиженным взглядом, но послушалась. Юноша жестом позвал за собой. Они расположились в очередном тупиковом отнорке коридоров-тоннелей, которых тот, похоже, знал великое множество. Затем прислушался к окружающему пространству, как он это умел, и наконец взглянул прямо. И правда нужна помощь, причём сильно. – Сириус, что произошло? – нужно же как-то помочь начать. Что произошло, где и когда уточнять не потребовалось, тот и так об этом думал. Конечно, об этом, иначе с чего бы ему выглядеть таким… пришибленным. – Это… я не знаю. Соединение.  – его передёрнуло. По всей видимости, от воспоминаний. – Я видел. Все видели. Этот пацан просто… Показатели аквариона на экранах техников зашкаливали. Но сейчас я хочу услышать, что ты пережил. Момент слияния. – говорил мягко, но настойчиво. Такие ощущения, которые написаны на лице юноши, просто-таки необходимо выпускать из себя. – Это было… будто душу из тела… – запинаясь, начал говорить тот. – Не вынули, а дёрнули и потащили, почти оторвав. – судорожный вздох. Ещё один прямой взгляд. – Шиничи, я не знаю что это и кто это. И как такое возможно в принципе. Мы ничем не управляли, он просто использовал нас. Взял и потащил… Сильвия… ей это далось как-то проще, а я… Не могу описать тебе свои ощущения. Я будто ощутил рядом что-то огромное, несоизмеримо больше меня и всего, что я могу представить. И оно на меня взглянуло, огромное, могучее, сильное. А потом прикоснулось. Поманило пальцем и моя душа чуть не выпрыгнула из тела, стремясь сделать то, что ей приказали. Ужасное ощущение, но вместе с тем… – восхищённое выражение лица сказало больше слов, которых гордый аристократ ни за что не договорил бы. Что хотел бы испытать это ещё раз. Но вместе с тем не желал ощущать себя букашкой рядом с великаном. И это противоречие терзало его. – Небывалой силы. – наконец подобрал определение. – Невообразимое, ненормальное, непостижимое. Нет таких слов, чтобы передать это. – Невероятно странно и совершенно ненормально, но определённо сильно и очень впечатляюще. – подсказал парень так, как как велела интуиция. – Да. – с удивлением и каким-то облегчением отозвался Сириус. Обрадовался, что его понимают? – Этот мелкий, он сам управлял акварионом. Человек не способен на это в одиночку. Не должен быть способен. – смотрел очень серьёзно. – Если только это человек. – Но всё же вы всё же были там, пусть вам и… приказали. – поспешил опровергнуть то, что мог и знал наверняка. А ещё… не хотелось, чтобы этот человек верил в то, что рыжая мелочь – кто-то великий. Вот не хотелось и всё. Интуитивное. – Нет, Шиничи, ты не понимаешь. Я чётко чувствовал, что он мог и сам это делать. И всё больше склоняюсь к мысли, что мы… столкнулись с настоящим теневым ангелом. – Но раз его привезли сюда, в ДИВА… – предположение, оказавшееся верным, судя по досадливому выражению лица собеседника. – Значит главнокомандующий не считает его угрозой… Как думаешь, у них может быть амнезия? – Не думаю… а почему ты так подумал? – спросил и не дав даже начать придумывать объяснение, ведь это знание взялось из ниоткуда, как и некоторые вещи в последнее время, продолжил: – Фудо и остальные считают его перерождением Солнцекрылого, вот и притащили сюда! Последняя надежда, ха! – распалялся всё больше. – Кто вообще такой этот Солнцекрылый? – решил уточнить, раз уж выпала возможность. Рена тоже говорила о крыльях… её тоже стоит расспросить. – Прозвище Аполониуса. – уже взял себя в руки аристократ. Железное самообладание! – Того самого теневого ангела, который предал сородичей и перешёл на сторону людей, создал акварион и запечатал Атландию… Прародитель нашего рода. – всё остальное кроме имени мог и не говорить, но, очевидно, хотел сказать. Зато теперь выглядел куда больше похожим на себя, того холёного отстранённого и всецело уверенного в своей величии неповторимого аристократа, которого Шиничи увидел в самую первую их встречу. Он явно гордился своим происхождением. – Мы, их потомки, несём в себе кровь Селиан и наследуем крылья Аполониуса… А это мелкое ничтожество никак не может быть им! – вспомнил о чём изначально шла речь. – С чего ты это взял? – любопытно ведь! Собственными глазами-то ещё не видел. – Я успел посмотреть на него поближе и… Никто из них в здравом уме стал бы себя так вести. – Ты о чём? – Он… похож на зверя больше, чем на человека. Я себе теневых ангелов по-другому представлял. – сейчас это больше походило на оправдания. – Эдакими утончёнными и могущественными красавцами, раз считают себя высшей расой… но уж точно не так. – помолчал и добавил: – Шиничи, держись от него подальше. Кто знает какими силами обладает это… существо. Если ты прав, и я прав, то неизвестно когда к нему вернётся память и что он сотворит в этот миг. – Разумеется, я буду осторожен. Спасибо за заботу, Сириус. – всё, вот теперь точно всё. Внутреннее равновесие друга восстановлено и можно смело идти дальше. – Не за что… смутился тот. Не привык заботиться о ком-то, кроме сестры. Но там понятно: долг, да и как иначе, а тут по собственному желанию. Выбор, а не обязанность. Чтобы не смущать друга, кивнул, улыбнулся на прощание и ушёл, напоследок велев тому, как следует отдохнуть и восстановиться. Это ему сейчас нужно. Пусть не говорил, но тоже пережил тот удар по всем чувствам, что поверг Рейку в состояние ступора, пусть оно для него и прошло куда легче. А потом ещё и соединение с тем рыжим пацаном, доставившее такие переживания, что по Сириусу стало видно это его ошарашенное удивление… А Шиничи предстоит выяснить кто же это всё-таки такой к ним попал. Думается, Фудо не допустил бы в ДИВА настоящего теневого ангела в полной силе. Значит, либо маскировка, либо амнезия, либо… так и задумано. Не зря же тогда казалось, что Фудо хотел, чтобы он оказался теневым ангелом. Ладно, разберёмся. По пути в библиотеку, где надеялся застать Рену – интуиция утверждала, что такая вероятность существует – продолжал думать о том, что обсуждали с Сириусом. Под управлением этого мелкого рыжика акварион выдавал какие-то невозможные, запредельные значения показателей. Никогда таких не видел, даже в учебниках. А Фудо… радовался. Очевидно, этого и ждал, предвкушая с самого утра, а может и дольше. Гораздо дольше… Так вот, значит, о чём говорило предчувствие! Этот, значит, пацан перевернёт мир и необратимо изменит его… Ещё и Рена со своими крыльями… В смысле, не своими, конечно… Благо, здесь и сейчас упоминание чьих-то крыльев восприняли положительно. Не как угрозу от соотнесения с теневыми ангелами, а как надежду. Ещё один вопрос: отчего так? Нет, Сириус уже частично ответил и стало понятно, что все ждут перерождённого Аполониуса, но… Второй вопрос: почему все подумали, будто Рена говорила о мелком рыжике и его крыльях? Разговоры после боя показали, что так считали решительно все. Как бы понятно, пацан сделал достаточно, чтобы приковать к себе внимание всех и каждого, но как насчёт другого варианта? Почему никто не задумался, что Рена могла увидеть – или указать – на другие крылья совсем другого ангела? Не какого-то там Солнцекрылого, а того теневого ангела, который управлял солдатом-херувимом. Можно ведь и так подумать? Но нет. Что-то во всём этом не так, причём очень сильно… не зря интуиция трезвонит не переставая. Нужно найти Рену и спросить. Узнать хоть что-то! Маленькая женщина обнаружилась в библиотеке, она как раз собиралась куда-то, но отложила это и, как всегда, с одного взгляда – если подобное определение применимо к слепой – поняла, что у него на уме. Но говорить ничего не стала, только прикрыла глаза, дожидаясь вопроса. Шиничи и спросил, что она делала в операционном зале сегодня, на что получил ответ в духе: «Меня попросили», – но тоном, подразумевающим совсем не просьбу. Явно просьба из тех, от которых не отказываются или от тех, кому не отказывают. Опережая следующий вопрос, сама сказала, что день для неё не опасен, просто неудобен, а солнце лишь неприятно. Хоть это хорошо. Ввиду её природы ожидал чего похуже. – Я стараюсь, но… есть то, что я должна сказать. И то, чего говорить не должна. – снова не дожидаясь вопрос начала отвечать его мысли. Почему-то это не напрягало, в отличии от общения с Фудо. Услышав это, Шиничи кивнул. Он не собирался продолжать этот разговор. И так понятно, что требуемые слова вложили в её уста со стороны, она может лишь озвучивать требуемое. И делает это. Пусть и со всей возможной иносказательностью. Может, кто-то догадается. Вот Шиничи догадался. И как бы теперь из-за этого у неё не добавилось неприятностей. Но ещё одно, пожалуй, спросить можно: – Так у него нет крыльев? У этого мелкого рыжика. И… не было? В прошлой жизни. – вся эта муть с перерождениями казалась именно, что мутью. Мутное дело, непонятное и никто ничего не знает наверняка. – Были и есть. – девушка одарила нечитаемым взглядом, но всё же ответила. Причём использовала достаточно красноречивый тон, чтобы всё сразу стало ясно. Ещё бы, так выделять голосом… Крылья, может и есть, но уж точно не те, которых все ждут. – Сегодня я навещу его в изоляторе и, возможно, смогу рассказать тебе больше. – добавила, пока он осознавал. – Ты же будешь в порядке? Пожалуйста, будь осторожна! – вслух говорили об одном, но оба понимали, о чём речь на самом деле. Вовсе не о странном пацане. Рена говорила – вернее, давала понять – слишком многое. Открывала такое, что казалось опасным. Опасным в первую очередь для неё самой, ведь тем, кто за ней стоит и отдаёт приказы, что говорить, а что нет, вряд ли понравится её самодеятельность. Обеспокоился, что та говорит слишком много и таким образом предупредил не делать столь опрометчивых заявлений. Как бы понятно, единственный более-менее близкий человек здесь, который знает её тайну, но такая откровенность вряд ли понравится тем, кто всё это придумал. – Меня не одолеют. – усмехнулась она и отправилась куда-то на своём левитирующем кресле, завершая разговор. И тоже понятно, о чём хотела сказать. Вроде как о всё том же мальчишке в изоляторе, но нет. Подлинный смысл крылся в намёке на её силу. Мол, с ней банально не удалось совладать до конца, потому и оставили в живых, придумав роль в плане. А если бы удалось, они бы сейчас не говорили. Может так, а может, это она так думает. Ей позволили так думать. Здесь, буквально на его глазах, происходило что-то большое и сложное. Причём происходило не само собой, а направляемое чьей-то твёрдой рукой. И, кажется, он даже знал, кому принадлежит эта самая рука. Большая игра началась! Сегодня. Сейчас! Похоже, о том и предупреждала интуиция. Ничто не останется прежним… Обратившись к своей интуиции и прислушавшись к её ответам, направился обратно к кабинету Марии.