13. Геройствование. «Когда узнаёшь ошеломляющее, ещё и не всё»

Где обнаружил только закрытую дверь. Ушли… Куда? Доверившись своему чутью и полностью положившись на него, двинулся в неизвестном направлении. Раньше никогда не ходил в эту сторону… оказывается, здесь находились помещения медицинского назначения, а ещё военизированная охрана. Мимо пробежали какие-то люди в одинаковой форме, совершенно непохожей на робы техников. Ещё из отличий у них имелось оружие. С виду – обычное огнестрельное вроде пистолетов, но кто его знает, что там в кобуре, всё же другой мир. И технологии не чета привычным. Может, там бластеры из научной фантастики прячутся… Если бы не острый слух, Шиничи так и прошёл бы мимо этой двери вообще без опознавательных знаков, а так… успел застать разгорающуюся ссору между элементами. Открыв дверь, увидел Рейку, пытающуюся разнять не пойми из-за чего сцепившихся Пьера и Сириуса. Парни решили применить свою силу, а она влезла между ними. И выстояла! Сведя на нет оба залпа – и знакомый огненный пинок Пьера и льдисто-голубой выпад Сириуса, похожий на клинок – стала что-то говорить обоим… в этот миг она выглядела совсем как раньше, до всего произошедшего сегодня. После они вместе подошли посмотреть сквозь остекление комнаты. Шиничи тихонько – и откуда только взялось такое желание? – прошёл следом, никем не замеченный и тоже заглянул. Оказалось, что окна выходят на этаж ниже, где находится настоящий медотсек. По крайней мере медицинским казалось назначение этих нескольких капсул, которые походили на космические ложементы для гибернации, как их изображают в научной фантастике. Эти, очевидно, осуществляли функции поддержания жизнедеятельности, ведь в одной из них лежал с виду целый Глен. Только истощённый почти до скелетного состояния. Что же с ним всё-таки случилось? А может такой отклик на вопль пранозверя вовсе и не странен? В конце концов, может же у некоторых людей оказаться непереносимость, как аллергия на какую-то пищу или воздействие? Не исключено… Глену просто не повезло. Тем не менее, он оставил Рейку, снова. Так что это не она приносит неудачу – как когда-то говорила – а он, Глен! До его возвращения всё было хорошо. Лучше бы вообще не возвращался, чем так… – Отойди от моего брата, ты, шинигами! – вырвал из размышлений возмущённый вопль Сильвии. Шинигами, ангел смерти – не те слова, которыми стоило разбрасываться… и уж точно не те обвинения. Не все внушения Сириуса пошли впрок его вздорной сестрице, ой не все. Мысли и действия будто разделились. С одной стороны, Шиничи отстранённо думал о том, что подобное может плохо сказаться на Рейке, которая наверняка и так винит себя за провал, приведший к такому исходу, а с другой… ощущал накатывающую изнутри жгучую злость на эту малолетнюю дуру, вообще не думающую прежде, чем говорить. И о последствиях – тоже. Видите ли, тоже попала под удар, а потом ещё и обожаемый братец послал в комнату! Решила отыграться на самой безобидной и безответной! По старой памяти, да?! Кажется, аристократ что-то прочёл на его лице или в намерениях – мало ли какие силы дают перья потомкам Аполониуса – но шагнул навстречу, прикрывая собой сестру. Разум задался вопросом, неужели он так страшно выглядит, а тело… кажется, сделало ещё шаг вперёд, уже не первый. К той, что посмела обижать его подругу, которая к тому же и так в отвратном состоянии. Как шагнул до этого – Шиничи не помнил. Странно. Но узнать, чем бы всё кончилось, не удалось. Снова, второй раз за день, взвыла сирена тревоги. Распоряжения по пилотам звучали предельно однозначно: Сириус, Сильвия, Рейка. Нет, не может быть, это какая-то ошибка! Голос Фудо повторил… Но не может же он не понимать?!. Или намеренно?.. Пьер высказался в том же ключе, что девушку, и так подвергшуюся ментальной атаке, нельзя снова в бой, даже Сириус выглядел сомневающимся в разумности такого решения. Сильвия тоже выражала недовольство, но по другой причине, ей явно не хотелось, чтобы её обожаемый брат соединялся с Рейкой. Ох уж эти подростки и их комплексы! Тем не менее, все они здесь солдаты и делают то, что приказано. Они шли, почти бежали, все вместе по коридорам до определённого мига, когда пришло время разделяться: пилоты свернули в боковой ход, а остальные продолжали путь к операционному залу. Всё это время Шиничи пытался переубедить подругу, уговорить, остановить, или хотя бы разуверить в том, что она уже прочно вбила себе в голову: «Ты ни в чём не виновата, слышишь?» – но та злилась лишь больше: «Не надо меня успокаивать!». В общем, осталась при своём мнении. То ли столь сильно желала отомстить за Глена, то ли так верила в гений и непогрешимость главнокомандующего… Наверное, и то и другое вместе. На очередную попытку поговорить, Рейка рявкнула, что в порядке – только усугубляя уверенность в обратном – и первой повернула за угол, спеша на задание. Не стал останавливать, да и не остановилась бы она. Только Сириус задержался на миг, одарив на первый взгляд непонятным взглядом. С некоторым трудом за ним читалось обещание присмотреть. Что ещё мог? Рассказать подруге о своих так до конца и не оформившихся подозрениях? Это ничего бы не решило и только настроило подругу против него… Потому отпустил. Нужно давать людям делать свой выбор. Даже если ты убережёшь их от ужасной участи, потом всё равно можешь получиться крайним, и они могут оказаться совсем не рады спасению. Если не сразу, то по прошествии некоторого времени. Понять, как такое возможно, оказалось сложно, но подсознание Кида на пару с его же интуицией твердило именно это: «Отпусти. Позволь». Хороший друг – не тот, кто делает за тебя правильный выбор, а тот, кто поддерживает и помогает справиться с последствиями неудачного выбора и радуется вместе с тобой удачному. Потому да, именно так. Оставалось надеяться только на то, что Фудо знает, что делает и приложить все силы, чтобы спасти подругу. Нет, конечно, всё может обойтись и пройти гладко, но вероятность этого слишком мала. Да и интуиция твердила обратное. Поэтому, оставшись без неспешно бегущих аристократов, они с Пьером ускорились насколько возможно. В операционный зал парни влетели последними – медицинские помещения располагались дальше комнат элементов и прочих знакомых мест. Пьер во всеуслышание заявил, что лучше бы он отправился на задание вместо Рейки, но его не удостоили даже взглядом. Следуя примеру командования, остальные ничего не ответили. Хотел бы Шиничи тоже сказать что-то такое, но увы. Не пилот, не элемент, даже возможно, не человек по местной классификации. Нет нужных органов… Единственное, что он мог – помогать отсюда, на расстоянии тысяч и тысяч километров. Векторы всё ещё летели, а это значило, что бой предполагался где-то на другой стороне планеты. Вот он и занялся тем, с чем справлялся лучше всех – сходу включился в работу, предоставляя значения для суперкомпьютера ИИ, когда тот в них нуждался. Всё, что мог сделать – именно это, по возможности повышая защиту и боеспособность пилотов и механизмов… Со вздохом обвёл взглядом помещение и не увидел Рену. Точно, она же собиралась посетить этого новенького, показавшего невероятные способности… Тем временем троица векторов добралась до места назначения и вступила в бой. Почему-то только в этот миг парень заметил, что подруга находится в векторе солнце. А ведь раньше летала на луне… По всей видимости её предрасположенность позволяла такие пересадки. Но даже если так, чего добивался командующий от такого набора элементов? Самого малого индекса взаимодействия из возможных? Похоже, это тоже часть большого и важного плана. Остаётся надеяться, что пилотами он жертвовать не станет. Как и ожидалось, соединиться в акварион у этой троицы не вышло. Как бы громко Рейка не кричала: «Я в порядке!», она всё же пострадала от той звуковой волны и сильнее, чем сама думала и старалась показать. Зачем-то её снова собиралась поставить во главе… В миг объединения она снова испугалась. И не просто испуг, её окатило такой волной чистого концентрированного ужаса, что не передать словами. Приборы фиксировали. Резонанс, в который входили элементы перед соединением прервался и, естественно, акварион не случился. Шиничи даже понимал почему и как так вышло. То, что они все только что наблюдали, то, что Мария назвала навязчивыми воспоминаниями, на самом деле являлось банальной защитной реакцией организма. В прошлом объединении она увидела и услышала нечто ужасное и сейчас на неё нахлынул страх, вызванный её же собственным мозгом, чтобы воспрепятствовать соединению, в котором она это и увидела. Её сверхчувствительное восприятие не желало повторения и всеми силами противилось вхождению в то состояние, в котором это возможно. Вот и вся разгадка причин. Но куда важнее сейчас результат. Соединение распалось, так и не случившись. А Рейка… у них всех тут странные возможности, даже у людей, потому парень даже почти не удивился, когда ужас подруги начал пить из неё же жизненные силы. Падение жизненных показателей отметила и Мария, умоляюще-требовательно глядя на Фудо, но тот продолжал смотреть на экран. Молча. Пьер вскочил и снова предложил себя на замену готовой отключиться девушке, но его так же не удостоили даже взглядом. Солдат-херувим – такой же, как и предыдущий: с зелёной сферой в животе, отдалённо похожей на глаз – как раз собирался хорошенько наподдать почти беззащитным в обычном своём состоянии векторам, как в операционном зале раздался властный голос. Незнакомый, вернее, почти – вживую его никто ещё не слышал, кроме, разве что, командования. К местам техников подходил тот самый невысокий рыжик, но говорил так, будто являлся не меньше, чем генералом. Распекал некую «Селиан» за неумение сражаться. Вместо того, чтобы как все уставиться на того, кто должен сейчас находиться в изоляторе, Шиничи бросил на того лишь один взгляд, всё внимание сосредоточив на Фудо. Только потому и заметил, как тот усмехнулся. Одними уголками губ и всего на миг, но усмехнулся! Значит, всё же его план! И Рейка!.. Несостоявшейся потасовке между Пьером и рыжиком он не уделил не малейшего внимания, сосредоточившись на ускорении подготовки телепорт-замены подруги. Благодаря его стараниям, это получилось сделать действительно быстро. Не то, чтобы ему всё равно кто именно из этих двоих её заменит, но главное как можно скорее доставить девушку сюда, под присмотр Марии! Сделал, справился. Подавил порыв рвануть к техникам, вытаскивающим ту с места, откуда в вектор солнце перенёсся рыжик – там всё сделают и без него, а Рейке потом будет неудобно, что он видел её без одежды… странная причуда техники, при телепорт-замене тот, кого возвращали на базу оказывался обнажён и, как правило, без сознания… Прикрыл глаза, давая им отдых, из замеченного боковым зрением восстанавливая картину произошедшего. Пьер заступил дорогу рыжему, а тот просто смёл его в сторону какой-то волной, похожей на телекинез, как его описывала научная и не очень фантастика родного мира Шиничи. Потом Джером попытался запретить перенос своей властью, но его слово так и оставалось ничем в сравнении со словом Фудо, который этот самый перенос разрешил. Та ещё история… срежиссированная одним кукловодом. Которого всё ещё не за что взять! Пока что – успокаивал себя парень. Любое расследование при должном тщании находит свой конец. Вздрогнул от того, как мрачно это прозвучало и снова обратил внимание на экран. А там три вектора уже объединились в акварион. Акварион солнце. Наскоро перемотав запись на своём экране – у техников имелась и такая возможность, но о ней мало кто знал – увидел, что рыжик снова сделал это. По собственному желанию объединил остальных в акварион с собой во главе. Просто приказал. Не пилотам, которые точно не давали согласия, а скорее векторам… эту мысль определённо стоило как следует обдумать. Однако, сначала требовалось закончить бой. А вот с этим имелись некоторые проблемы. Даже со всеми своими возможностями нынешнее трио не могло победить солдата, который им противостоял. Вернее, всё вроде бы шло гладко, но почему-то после уничтожения головы херувим не уничтожился, как обычно, а как бы переродился. Вместо головы у него выросло нечто, больше всего похожее на цветок. И это дало такой пророст силы, что просто страшно представить. А ещё он тоже начал двигаться как бы более осмысленно. Присмотревшись, парень чуть не ахнул вслух. Мощность этого существа на порядок превышала показатели предыдущего, но не это стало причиной его удивления. Он видел в этом существе… другое существо. Как бы стоящее за ним и в то же время находящееся внутри. Очень, очень странное существо! Восприятие сходило с ума, пытаясь осознать, понять, как-то объяснить это нечто, на которое он смотрел. Вписать в рамки знакомых определений и данных. Старалось – и не могло. Как-то само собой пришло осознание, что это то самое. Теневой ангел. Ощутив, вернее, предположив, что увиденное оказывает мощное воздействие на разум, Шиничи закрыл глаза и попытался вернуть зрение к обычному. Сам не понял каким образом увидел то, что увидел, но лучше перестать на это смотреть – глаза и мозги целее будут. Как он мог раньше не заметить этого, вот такого? По всей видимости, слишком переживал за подругу. Возможно, знаки, которые подавала интуиция, просто не смогли пробиться. Только этим и оставалось объяснять свою слепоту. Ведь это существо уже находилось вот так, почти внутри херувима, с самого начала. Но, по всей видимости, до уничтожения головы, просто управляло издалека, как… джойстик в видеоиграх. А потом захотело глянуть поближе и… вроде как, подключилось напрямую? Как игры с полным погружением, о которых столько всего написано и снято в его родном мире. Вот как-то так это и воспринималось. Интуиция подтверждала, что это ближайший аналог с тем, что удалось углядеть. Напомнив себе, что он тут сидит не просто так, а делает кое-какую работу и в случае невыполнения её можно запросто лишиться, осторожно открыл глаза. Благо, больше странных видений не возникало, осталось только ощущение этого существа, что оно всё ещё там, в херувиме. Если так подумать, то в прошлый раз, когда акварион сражался с таким же солдатом, имеющим зелёную сферу в животе, им так же кто-то управлял? Получается, что да, но только «джойстиком», не в «погружении». Сейчас это тот же самый теневой ангел или другой? Интуиция подсказывала, что другой. Этот… сильнее и умелее. Но даже так… вряд ли они могут переносить таким образом много своей силы. А это значит, что сейчас они видят лишь малую толику подлинных возможностей этих существ. Страшно подумать, но даже этой малости, даже «джойстика» хватило, чтобы в прошлый раз едва не покончить с командой элементов в полном составе. Вот и получается, что всё это сопротивление, ДИВА и прочее – только до того дня, как за человечество возьмутся всерьёз. Десятка… да что там, и троих таких как этот с головой хватит, чтобы покончить со всеми здесь! Неприятное осознание. Даже закрадываются мысли, что Рейка могла испугаться не прошлого, а будущего. Вот этого, происходящего сейчас. Но этот… это существо… оно будто не желало убивать и уничтожать. Оно уворачивалось, уклонялось, а если и било, то не сильно. По показателям на экранах хватило бы и пары ударов в полную силу, но изменённый херувим их не делал. Ждал чего-то? Или… добивался? Осознав, что смотрит не туда, Шиничи обернулся. Всё вглядывались в экраны, увлечённые происходящим за многие тысячи километров отсюда, тем же занимался и главнокомандующий. На его губах играла жестокая усмешка. Только видит он там что-то совершенно другие, понятное лишь ему одному… а может и нет. Приложив самому себе непонятное усилие, Шиничи снова увидел за и в солдате теневого ангела, но на этот раз как-то сумел ограничить своё восприятие и теперь взирал лишь на внешнюю оболочку, которая оказалась почти человеческой. А ещё в нём имелась какая-то странность… Разглядеть поточнее не получилось. В этот миг теневой ангел начал что-то говорить, но разобрать что именно получилось не сразу. Впрочем, он продолжал и понять дальнейшее всё же удалось. Никто не начинает с самого важного, так что, считай, ничего не потерял. В противном случае интуиция предупредила бы. Изменённый солдат схватил акварион и с лёгкостью вынес его за пределы атмосферы. Если эти существа так запросто плюют на законы физики, то… додумать снова на вышло. Акварион швырнули на планету и обратный путь огромный механический ангел проделал как нормальное физическое тело, на которое действует сила земного притяжения. Стоило ли удивляться, что даже огромные температуры при прохождении атмосферного щита планеты не повредили векторы и даже не разбили соединение? Обрушение аквариона практически уничтожило город. Умудриться с такого расстояния прицелиться так, чтобы точно попасть обратно сюда, в этот обезлюдевший город – удивительно, с какой стороны ни посмотри. Наверное, следовало злиться, но у Шиничи не получалось воспринимать этих людей как своих, за которых следовало беспокоиться. Те, кого он успел узнать в этом мире – да, а вот остальные его жители… как-то не цепляли. Потому его восхищала точность прицела, а не какие-то там возвышенные материи. По всей видимости, теневой ангел произвёл ещё какое-то воздействие на элементов в акварионе, которого не зафиксировали приборы – помним про сверхчувствительное восприятие, которое почти сгубило Рейку – иных причин тому, что эта троица едва не сдалась не наблюдалось. Акварион, отражающий состояние элементов, почернел и едва не распался. Воздействие чувств пилотов оказалось столь сильно, что чернеть начало и окружающее пространство. Теневой ангел, которого, как оказалось, звали Тома, продолжал обращаться к Аполониусу, по всей видимости имея в виду мелкого рыжика. По крайней мере, именно тот его узнал и назвал по имени. Всё это, а в особенности слова Томы, требовало более тщательного обдумывания – и снова не сейчас. А сейчас невесть как оказавшаяся здесь Рена сказала, что видит крылья, точнее, «Свет крыльев зверя», а Фудо добавил, что свет рождается из тьмы. И акварион вспыхнул. И уничтожил всё вокруг себя. Включая херувима, но перед тем, как это произошло, Шиничи увидел, как сущность теневого ангела, сидящая внутри, улыбается, явно радуясь произошедшему. А потом его будто выдернуло или вытолкнуло из разрушаемого солдата. Шиничи сидел под впечатлением от произошедшего, увиденного и осознанного. Поначалу даже не знал, как реагировать на подобное. А в особенности – как воспринимать собственные чувства, вспыхнувшие так резко и сильно, что помутился рассудок и закружилась голова. Исходя из того, как он совмещал наблюдение и работу техника – это не от чувств. Кажется, подсознание снова хлебнуло данных больше допустимого и завтра будет очень плохо… но то завтра. Сегодня ему ещё нужно сделать несколько дел. Во-первых, заглянуть к Рейке или хотя бы к Марии. Во-вторых, переговорить с Реной, слишком много вопросов к ней накопилось. В-третьих – сказать кое-что командующему… вон, тот и сам смотрит, как-то слишком уж многозначительно. Вздрогнул, очнувшись от дум. Как раз из-за этого самого взгляда. Похоже, последнее подлежит выполнению первым. Выражение лица главнокомандующего выглядело совсем как приглашение на разговор… кивок, адресованный явно Шиничи – и тот поднимается со своего трона, направляясь к выходу. Во втором приглашении нет необходимости, тем более что остальные вдруг как будто совсем перестали замечать их двоих – более, чем очевидный призыв. Оказывается, этот в высшей степени загадочный товарищ и такое умеет… стоит запомнить. – Командующий, вы не выглядели удивлённым. – со значением произнёс парень, когда они вошли в кабинет и остались совсем одни. Начал так, чтобы прощупать отклик. Очень сложно, какое-то сверхъестественное психологическое чутье Кида распознавало его, но… с большим трудом, по большей части оказываясь не в силах определить почти ничего. – Знаете что-то? Этот Тома… – Теневой ангел, как и остальные враги человечества. – отрезал тот, впрочем, без особого возмущения сутью вопроса. Вот сейчас определилось только лёгкое раздражение и больше ничего. Ни предпосылок, обычно понятных, ни каких бы то ни было намёков на глубинные чувства. Интуиция утверждала, что собеседник просто намного… мощнее и поэтому так сложно разгадать его мотивы. Мощнее разумом, волей, возможно, чем-то ещё. Как будто на совсем другом уровне. Не самое приятное чувство. – Он выглядел и говорил такие вещи… – ещё раз попытался мягко и без уточнений. В надежде, что тот даст хоть какую-то подсказку. – Ты видел? – впился взглядом Фудо. Неприятное ощущение, будто у тебя в голове копаются как в шкатулке в поисках одной-единственной драгоценности. Едва ощутимое, кто-то менее внимательный и не заметил бы. А то и вовсе не почувствовал. Вот теперь паранормальные способности, приписываемые ему, стали более, чем очевидны. – Не делайте так, пожалуйста. – попросил и удивлённый командующий откинулся на спинку своего кресла, как и сидел раньше, до того, как подался вперёд, вглядываясь. Ощущение копошения в голове исчезло. – Спасибо. Я и сам могу сказать, что видел и слышал достаточно, чтобы понять, что этот Тома… сильно страдает от предательства Аполониуса. – Тебе лишь кажется. Теневые ангелы не чувствуют так, как люди и уж точно не способны любить. – этими словами он подтвердил, что тоже слышал и видел. – Либо это неправда, либо испытываемое им очень похоже на то, что чувствует обманутый и преданный возлюбленным человек. Я умею видеть такие вещи… – продолжал настаивать, упорно стоя на своём. Иносказательно требуя объяснений. – Ему нет никакого дела до чувств людей, так какое тебе дело до него?! – от чего-то разозлился командующий. Самая настоящая злость, яркая и ясная, в отличии от её причин. Нет, как бы понятно, что сочувствие врагу и всё такое, но нет, дело в другом. Это чувствовалось. – Как так можно с живым человеком?! – ответил тем же Шиничи. Совсем немного дать волю своей собственной злости на такое обращение в живым… пусть и не человеком. Разумным существом, в общем. – Тома не человек, он – теневой ангел. Тот, кто убивал людей десятками тысяч… – резко приняв облик умудрённого жизнью наставника, Фудо… попытался вразумить, да. Смешно, учитывая сталь резкую перемену настроения. Вот это вот, нынешнее, ни разу не правда. И Шиничи решил идти во-банк. Если подсознание Кида и его же обострённая этим миром интуиция правы – так удастся узнать и понять больше. Если же нет… придётся думать, как выходить из создавшегося положения. Но оснований сомневаться в подсказках кидовских «запчастей» не имелось, так что… – Прости уж, но не буду делать вид, будто ты не знаешь, что я из другого мира, – да, начал именно так. Всё говорило о том, что командующий знает об этом факте. А нарочитая фамильярность – чтобы вывести из себя и заставить сказать больше, чем тот изначально собирался. – Поэтому мне глубоко… почти, – исправился. – Почти безразличны ваши местные разборки и люди, которых я не знал. И вот сейчас я узнаю, что где-то страдает живое существо, страдает страшно, так, как и врагу не пожелаешь… – Он такой же как все они, зря ты думаешь… никто из них не умеет любить, у них нет чувств!.. – снова по-настоящему взъярился Фудо. И ожидаемо сказал больше, чем хотел. – Откуда ты это знаешь? – прицепился Шиничи. Работа детектива – замечать нестыковки и подозрительные места в рассказах, как и оговорки, вроде только что прозвучавшей. Отринув собственное возмущение, обуздал чувства и сразу увидел странность. Уж больно уверенно тот говорил. Собеседник осёкся. По всей видимости, тоже поддался эмоциям и разболтал что-то важное. Теперь нужно только понять что! И состроенное им сейчас каменное лицо уже ничего не меняло. – С такой уверенностью о подобном мог бы говорить только кто-то, кто был лично знаком с теневыми ангелами. И самим Томой… Фудо не спешил отвечать, только пристально смотрел в ответ. Гадал, догадается ли необычный парень-иномирец? Шиничи занялся тем же, выжидательно уставившись в ответ. Предпочтя разглядывание дальнейшим словам, собирался выиграть время на собственные размышления. К тому же ещё оставалась вероятность того, что Фудо поддастся давлению и расколется сам. Маловероятно, с учётом догадки, которая упорно не шла из головы, но вдруг? Этот самый ответ, который напрашивался сам собой, выглядел совсем уж невероятным, зато объяснял всё. – Ты правдив в отношении того, что тебе безразличны все эти дела, да и уже догадался. – вторя догадкам со вздохом стал отвечать главнокомандующий. Похоже, всё-таки поддался давлению! Или просто устал скрывать и воспользовался возможностью открыться тому, кто, вроде как, уже знает. Только вот… мысли он читает, что ли? – Иногда. – подтвердил! – Это, знаешь ли, затратно. – да уж, вот это новости. Но удивление вышло совсем небольшим, как будто где-то внутри себя и раньше догадывался о чём-то таком. Но тогда ведь это значит!.. – Верно, это я. – Аполониус! Вот это да! – И я не люблю это имя. Оно связано… с неприятными воспоминаниями. – Как? И… где крылья? – почему-то в этот миг больше всего из вопросов волновало именно это. – Чтобы ты знал, крылья не всегда напоказ. Те, кто может их прятать, как правило, так и делают. – с каким-то умиротворённым спокойствием отозвался собеседник. Только тут Шиничи заметил, что даже в мыслях ни разу не назвал его человеком. И по той же причине он настораживал всё это время. Что-то внутри чуяло чужака, не такого как все здесь. Куда более опасного. Похоже, интуиция и прочие подсознательные ощущения работают как положено, предупреждая от заблуждений. – Я же своих лишился и пришлось выкручиваться… – вздох, такой человеческий. Он будто расслабился, когда рассказал. Возможно, так и есть. – Скажешь Рене, что знаешь, она тебе расскажет эту историю… она единственная, кто может читать книгу пророчеств без последствий для себя. – Но ведь это ты создал эту книгу. И акварион. И это место. – бил наугад, но угадал. Тот смотрел без отрицания во взгляде и на первое, и на второе, и на третье. Значит, верно. И что это даёт? Нет, лучше подумать об этом завтра. Или ещё позже, если «завтра» окажется на уровне пережитого после первого наблюдения с места техника. – Мог бы и сам рассказать. – Как уже говорил, не люблю это вспоминать. Неприятные воспоминания. – покачал головой Фудо. Как-то не походил он на ангела из легенд, чтобы звать Аполониусом даже мысленно. К тому же не стоит привыкать, ведь, очевидно же, что не он один может читать мысли. Пусть это и затратно. Тот же Тома, о котором не получалось перестать думать… – Однако, ты должен помнить, что она единственная, с кем ты можешь делиться мыслями по поводу всего происходящего. – Я умею хранить тайны. – поспешно пообещал Шиничи, ведь его как раз снова придавило тяжёлым ощущением угрозы, исходящим от этого существа. Всё и так понятно: заикнись он хоть словом – и на одного иномирца-попаданца станет меньше. Какова вероятность, что Фудо умеет править память? Определённо ненулевая, а значит те, кому он сболтнёт лишнего, вне опасности. Все они ещё нужны как элементы-пилоты векторов аквариона, от них не станут избавляться… но если у него нет таких способностей, то всё возможно. Нет, парень и так не собирался подвергать друзей опасности, просто… – Зачем это всё? Зачем вы убеждаете всех, что этот рыжий зверёныш и есть Солнцекрылый? – Так нужно. Для блага всего человечества. Большего тебе знать не нужно. – отрезал командующий. – Свободен! – добавил уже своим обычным начальственным тоном. Понятно, аудиенция окончена. Договорённость достигнута, теперь выметайся, так сказать. Шиничи такое положение дел более, чем устраивало. Следующая на очереди – Рейка! Посетить подругу не вышло. Мария сказала, что та без сознания и ей в любом случае нужен покой. Смотрела неодобрительно, будто это он виноват в случившемся. Хотя, конечно, виноват. Мог не допустить, остановить, вырубить в конце концов психически нестабильную подругу, остановив её от такого самоубийственного поступка. Может, придя в себя, та ещё и благодарила бы. Мог. Но не стал. Предпочёл дать ей выбрать самой. Даже понимая, что всё это часть огромной игры одного главнокомандующего. Похоже, будет о чём подумать в духе обвинений себя за всё подряд, если завтра накроет тем же, чем кончилось первое посещение места техника. Дальше – Рена. Вот кому хотелось задать вагон и маленькую тележку вопросов. Теперь, когда Фудо, можно сказать, снял с неё слово о неразглашении одному конкретному парню, она наверняка расскажет всё, раз пыталась дать больше сведений даже когда он ещё не знал главного и не входил в список «доверенных лиц». По пути в библиотеку – вероятность застать её там значительно больше, чем в других местах – Шиничи задался вопросом: как много она знает. Вряд ли всё, не похож Фудо на того, кто станет посвящать кого бы то ни было в свои дела целиком и полностью без особой на то нужды… – Вы вовремя. – по своему обыкновению тихо проговорила девушка, беззвучно подкравшись на своём летающем кресле. – В каком смысле? – даже чуть растерялся Шиничи. Только и успел, что войти и взглянуть на снова пустующее место библиотекаря. Даже задуматься, где искать девушку, не успел. – После встречи с Аполо, этим забавным крылатым зверьком, у меня достаточно сил, чтобы сгладить ваши шрамы. – смотрела сквозь него, но это как раз привычно. – Как это будет? – почувствовал какое-то отличие от прежнего. – Мне потребуется коснуться вас обоих. Не руками. Возможно, будет неприятно. – честно предупредила. – Если станет лучше – я согласен. – решивший подать голос Кид попытался заверить, что в этом нет необходимости, но благоразумно замолк, ощутив решимость хозяина тела. – Тогда я начинаю. Оказалось, что нужно в прямом смысле слова встать на колени, чтобы позволить коснуться своей головы так, как требовалось Рене. Шиничи сделал, не видя в этом ничего зазорного. Во-первых, их никто не видит, а во-вторых, за то, что она уже сделала для них и продолжает делать, эта маленькая женщина, неизмеримо человечная особенно для того, кто человеком не является, вполне заслуживала преклонения. Встал, как требовалось, ощутил касание прохладных маленьких ладоней к вискам и… Собственно, это оказалось последним, что он запомнил. «Неприятно» оказалось преуменьшением. Ощущение больше походило на предельное натяжение и вместе с этим втыкание иголок как раз в то место, где и так едва не рвалось. То есть, Шиничи думал, что именно так должно ощущаться подобное, на себе не испытывал. И как-то понял, что нужно сопротивляться этому, разрыву и натяжению. И старался удержать себя целым, на время забыв, что на самом деле состоит из двух разных частей. Когда всё закончилось, первым, что ощутил парень, стала боль. Такая, дёргающая, ни на что не похожая, в всём теле разом. А спустя миг понял, что это боль не тела а души. Душ, если точнее. Ощущать это оказалось странным, но почти приятным. Боль быстро сходила на нет, а по её исчезновению проявились и другие ощущения. В частности, недоумение с долей радости. И так же быстро, как и с сутью боли, он пришёл к выводу, что и это ощущается по-другому. Потому, что чувство принадлежало не ему. – Кид, как ты? – поинтересовался первым делом, ещё даже толком не осознавая состояния тела. Не ощущалось оно, пока что. – Шиничи, помнишь, я просил звать по имени? – раздался весёлый, даже насмешливый голос. Связь как будто подправили и теперь звук стал лучше: чётче и понятнее. Стало возможно разобрать более тонкие оттенки речи и голоса, похожего и одновременно непохожего на его собственный. – Ладно, понимаю тебя. Ошарашен, как и я. Не удивляйся так, я теперь слышу все твои чувства и разделяю ощущения. Помнишь, как ты этого хотел? – Помню. – ошарашенно отозвался парень. Благо, про себя, а не вслух, как привык. – Постой, а откуда ты знаешь, что я этого хотел? – Это… – чуть замялся сосед по голове, но всё же ответил: – Я знаю ещё и о том, что ты хотел, чтобы мне стала доступна твоя память... – дальше он мог не договаривать. Собственно, и не стал. Значит, полное знание прошлого и всецело разделяемые чувства? Сейчас, получив желаемое, Шиничи на миг испугался, что Кид о нём подумает, но это длилось всего мгновение. После рациональная сторона детектива взяла верх над переживающей и сомневающейся, и он улыбнулся, передав соседу тёплую волну испытанного чувства, которому не знал названия. – Рена? – вопросил вслух, не уверенный, что ему уже можно двигаться. – Кажется, на тебя это подействовало сильнее, чем должно было на людей этого мира. – прошептала та где-то совсем рядом. Повернув голову на звук, парень обнаружил, что у него затекли все мышцы. А ещё голова отозвалась знакомой волной боли, как от «переедания книг». – Уже утро. Мы в твоей комнате. Я доставила тебя сюда, когда поняла, что это затянется… – несколько секунд тишины и: – Прости, мне не стоило лезть. Всё могло закончиться очень плохо для вас обоих… – А закончилось очень хорошо! – поспешил развеять мрачное настроение девушки, выбив основу и сразу опровергнув повод её терзаний. – Не знаю как тебя и благодарить! Мы оба в порядке, уверяю! И стало куда лучше, чем было. – Попытался шевельнуться ещё раз и узнал, что лежит на кровати. В той же позе, как и стоял перед тем, как отключиться. С некоторым трудом удалось расслабить и распрямить тело. Только почему вокруг так темно? Шторы? Нет, они не давали такой абсолютной темноты. Глаза слиплись что ли? И тут он осознал, что глаза всё это время были открыты. Моргнул раз, другой – ничего не менялось. Вообще. Сплошная чернота. – Я что, ослеп? – старался говорить ровно и даже получилось, спасали всё те же навыки Кида, умеющего делать вид, что всё отлично, даже если это и близко не так. Поступил так, поддавшись не своим рефлексам, сознанием понимая, что подобным эту маленькую женщину не обмануть, но вот так получалось. – Надеюсь, это временно. – А если бы насовсем? Всё равно благодарил бы меня? – прозвучал вопрос с подвохом. – Разумеется. – кивнул, хоть и не видя, только развернувшись на звук её голоса. – За старание, за стремление и за то, что действительно помогла. Как не смог бы никто. Спасибо, Рена. – судя по звуку кто-то чем-то подавился. «Вероятно, заготовленной отповедью», – пошутил Кид. Нет, Кайто, он же просил по имени. Теперь точно можно, раз они теперь всё друг о друге знают от начала и до конца. – Это пройдёт через пару дней. – каким-то задушенным, но при этом ещё и смущённым голосом отозвалась та. Значит, в порядке, просто не ожидала. Послышался звук закрываемой двери и едва слышное: – Поправляйся. Путём обсуждения с Кидом – оказалось, очень приятно общаться вот так, когда тебя понимают с полуслова и полумысли – они пришли к выводу, что в «осложнении» виновата нагрузка на мозг, произошедшая сегодня ещё до вмешательства Рены. Просто очень уж характерные ощущения, не спутаешь. Одно наложилось на другое… не исключено, что и суть иномирца, лишённого местных обязательных для человека органов, тоже повлияла… в общем, хорошо, что всё хорошо кончается. Дальше, снова вдвоём, думали о другом. Вероятно, это всё, чем им могла помочь девушка-вампир. Интуиция утверждала именно так, а поводов не верить ей по-прежнему не имелось. Кайто, наконец получив доступ ко всем ощущениям Шиничи, удивлялся всему подряд, в частности этому вот чёткому ощущению. Рассказывал, что у него такого и близко не имелось. Какие-то зачатки предчувствия, но уж точно не это… почти настоящее предвидение. Поразмыслив, они пришли к выводу, что это влияние мира. Или перехода. Или их слияния. Потому, что Кайто признался ещё и в том, что не был настолько мощным психологом, как о нём сейчас думают. Как и с «прокачавшейся» до невиданных высот интуицией, эта способность тоже не имела и половины от нынешнего уровня. Теперь уже детектив задумался. И тоже заметил, что его возможности выросли в этом мире. Да, и раньше мог «поглощать книги», но здесь этот навык вышел на новый уровень качества. В поглощённых знаниях стало куда легче ориентироваться, плюс чёткость запоминания… да, и правда. Всё так. То, что получилось в итоге из двух их душ, изрядно «ободранных» при прохождении завесы между мирами, как выразился Кайто, получило некую компенсацию в виде усиления того, что имел каждый из них до, так сказать, следующего уровня. Такое себе возмещение утраченного. То ли особенности мира, то ли именно их перехода… А может и какая-то сущность, занимавшаяся этим – есть же вероятность, что оно не само так получилось? – таким образом позаботилась. Или это возмещение за потерю второго тела? Так или иначе, они имеют то, что имеют. И, стоит признать, могло быть хуже. Намного хуже. Значит, нужно поблагодарить судьбу, мир или неведомую сущность за то, что всё так, а не иначе. Внутренний диалог – если можно так выразиться относительно общения с другим человеком – здорово помогал коротать время, ещё и отвлекал от слепоты. Чтобы перестать думать о том, в каком уязвимом положении оказался, Шиничи сразу закрыл глаза. Так организму казалось, что всё в порядке. Веки закрыты – темно. Всё верно.