Глава 3 — Сакаянаги

Рассказав вам 2-ую главу этой истории, я вспомнил о ещё одном актёре этих страниц. О отце, что не теряет надежды на чудо, который готов отдать многое, лишь бы он смог победить в своей борьбе с суровой реальностью… Не буду тратить ваше время и приступлю к чтению… Пасмурный день, деловой мужчина средних лет одиноко сидел у кафешки, делая неспешные глотки своего кофе. Он наблюдал за случайными прохожими, которые идут по своим делам. «У каждого из них своя история, цели, личные переживания и в конце концов — своя жизнь…» – Эти мысли пришли к нему в голову спонтанно. Он сам не понимал, почему, но очень быстро выбросил их из головы, вернувшись к своему кофе. К его столу подошёл молодой парень, на вид которому было чуть больше 20 лет. Его лёгкая улыбка была словно глотком в этот пасмурный день. В руках парень сжимал листовки и уже через секунду он протягивал 1 из листков мужчине. — Прошу, возьмите. – В уважительном тоне произнёс парень, ожидая действий мужчины. Тот в свою очередь приветливо ему улыбнулся и взял листовку. Глаза мужчины пробежались по тексту листовки и от приветливой улыбки осталось только название. Недовольно вздохнув, мужчина поднял взгляд вверх, желая кое-что сказать парню, но того уже и след простыл. — Опять эти «культисты» вербуют людей в свою «религию»… «Церковь нового рассвета», ну и название у них… Мужчина смял листок и выбросил его в рядом стоящую урну. Это был уже не первый раз, когда ему дают подобную листовку. И каждый раз тот ведётся в надежде, что там будет что-то другое. К примеру: «скидка на сардельки 20%». Мужчина было хотел вернуться к своему кофе, но тут ему помешали. К его столу подошло двое мужчин в чёрных деловых костюмах и очках. Вид у них был суровый, что заставило героя этой главы насторожиться. — Простите… Я могу вам чем-то помочь? — Сакаянаги-сан, с вами желает встретиться Аянокоджи-сама. Это новость поставила Сакаянаги в небольшой ступор. Для чего он понадобился этому человеку? — Хех… И для чего я нужен ему? — Нам ничего не объясняли. У нас приказ доставить вас к нему, не более. – Мужчина говорил ровным голосом, хотя Сакаянаги улавливал нотки волнения в его голосе. Немного подумав, Сакаянаги решил согласиться. И нет, он не хотел видеться с Аянокоджи, он скорее переживал за этих 2-х мужчин. Он прекрасно понимает, что если они не выполнят порученное им задание, их ждёт суровое наказание. Уже вмести 3-е мужчин дошли до припаркованного автомобиля и вскоре, они начали поезду. Сакаянаги всю дорогу смотрел на улицу через стекло, мысленно гадая, что Аянокоджи хочет от него. Он возможно и догадывается, но прекрасно понимает, что всё он узнает лишь тогда, когда встретит своего старого знакомого. Автомобиль остановился у дорогого ресторана. Когда Сакаянаги собирался открыть дверь, ему любезно открыли её. — Хм? Спасибо… – Сакаянаги немного растерялся, но вскоре пришёл в норму. В конце концов, он уже и забыл, какого это, когда за тебя делают такие простые вещи. Сакаянаги сопровождали по всему ресторану, пока они не дошли до VIP зоны. Впереди них располагался стол, на котором были разложены различные вкусности: мясо вагю, грибы мацутакэ, оторо и очень дорогое саке. Сакаянаги на секунду подумал, что его привели не туда, но увидел Аянокоджи, который со скучающим видом сидел за этим столом. — Давно не виделись, Сакаянаги-сан. – Его голос был как всегда серьёзным. Уголки его губ слегка приподнялись, выдавая намёк на улыбку. – Прошу, присаживайся за стол. Сакаянаги поправил свои очки, морально подготовившись к предстоящему разговору. Присев за стол, Ацуоми продолжил: — Последний раз мы виделись около 8 лет назад… Утекло так много воды… – Ацуоми погрузился в свои мысли, с ностальгией вспоминая былые воспоминания. — Действительно, произошло достаточно много, но сейчас не это главное — с какой целью я тебе понадобился? — К чему такая спешка, Сакаянаги-сан? Неужели я не имею права пригласить своего… «Старого друга» в ресторан и угостить его роскошными блюдами? Сакаянаги не верил ни единому слову Ацуоми, поскольку он прекрасно знает этого человека. «Лживый лицемерный кусок говна» – Так выглядит Ацуоми в глазах Сакаянаги. — Я уже вижу по тебе, что ты не веришь моим словам. Что ж… Весьма досадно. – Сказал Ацуоми, отправляя к себе в рот кусочек мяса вагю. Прожевав и проглотив кусочек, Ацуоми продолжил: — Ладно, моя шутка затянулась… Перейду сразу к делу: ты помнишь изначальные планы «белой комнаты»? Сакаянаги вздохнул. Из-за слов Ацуоми в его голову стали лезть воспоминая из прошлого, а старые грехи терзали его душу. — Этот ужас невозможно забыть… – Голос Сакаянаги слегка дрожал. Ацуоми приподнял бровь, делая пару глотков саке. Он знал, что его «старый друг» и бывший коллега мог измениться за эти 6 лет, но чтобы именно так... Уголки его губ приподнялись ещё выше и улыбка Ацуоми стала более заметное. — Знаешь, я ещё помню те дни, когда ты с огнём в глазах представлял каких искусственных эсперов и гениев сможет создать и вырастить «белая комната»… Эх, славные были дни. – Ацуоми снова погрузился в свои ностальгические воспоминая. — Ладно, заодно мне ничего не придётся напоминать… Спешу сообщить тебе радостную новость, мой «старый друг»… – Ацуоми поднял вверх каори и сделал ещё 1 глоток саке. – Я наконец-то смог породить свой первый «шедевр». Сакаянаги уже от этих слов стало не по себе. Но после его слов, у него появился вопрос: — Первый «шедевр»? Но разве Фанни не бы… — Даже не смей напоминать мне этого мудака! Этот опасный ублюдок смел насмехаться надо мной… Если мне подвернётся возможность, я вырву этому сукиному сыну его яйца! – Невооружённым глазом можно было заметить, как глаза Ацуоми горели ярость и ненавистью. — Что…? Сакаянаги понимал, почему Ацуоми так ненавидит Фанни. И хотя у него появился вопрос, Сакаянаги решил тут же воздержаться. Всё таки, он списал всё на то, что Ацуоми немного был пьян. — Ладно, забыли о нём… Так вот, мой первый «шедевр»! – Его ярость как ветром сдуло и Ацуоми начал рассказывать всё о Киётаке. Он говорил это так, словно он маленький ребёнок, который рассказывал своим родителям что-то, что очень удивило его. Выслушивая подобное, Сакаянаги в очередной раз убедился в том, какой монстр напротив него сейчас сидит. Этот человек одержим своими планами и амбициями и он не остановится, пока не реализует их в жизнь. — И знаешь Сакаянаги… В какой-то степени, Киётака является моим сыном. При его создании я вложил немного своего ДНК в надежде, что родится нечто, что будет способно на всё. Конечно, у Киётаки есть свои недостатки, но они меркнут по сравнению с его будущим потенциалом! — [Он твой сын значит… И что ты к нему испытываешь, горе отец?] — Аянокоджи-сан… Скажи мне… Какого это быть отцом? Испытывать любовь к своему ребёнку? Когда Сакаянаги говорил эти слова, он просто хотел верить, что в Ацуоми есть что-то человечное. Но увы и ах, он ошибся… — Я не испытываю к нему любви. Он всего лишь мой инструмент для достижения и реализаций всех моих амбиций и желаний. Я могу просто сделать вид, что он для меня что-то значит, но это мой максимум, не более. Да и к чему ты задаёшь этот вопрос? – На лице Ацуоми промелькнуло осознание. Выражение его лица в ту же секунду стало более серьёзным. – Приношу свои извинения Сакаянаги-сан. Не хотел задевать тебя за живое.

[ Сакаянаги покинул пост директора Кодо Икусей 8 лет назад по причине рождения дочери, но сейчас не об этом. 3 года назад его жена и дочь стали жертвами террористической группировки эсперов. ]

— Проехали… Повисла неловкая пауза. За всё это время Сакаянаги не притрагивался к еде. Мысленно он желал как можно скорее покинуть этого человека и больше никогда не видеть его. — Сакаянаги-сан, ты помнишь те дни, когда ты был директором Кодо Икусей? Во взгляде Сакаянаги появилось волнение. Не успел он что-либо сказать, как Ацуоми продолжил: — Значит всё помнишь… Это просто превосходно. Сакаянаги-сан, «друг» мой, как ты рассматриваешь идею вернуться на эту самую должность? Работать во благо всего мира, как в старые добрые времена? — Вынужден тебе отказать Аянокоджи-сан. Я уже не тот человек, который был раньше. Стал более мягкотелым, хехе… – Сухо усмехнулся Сакаянаги, неловко потирая свой затылок. — Вот оно что… Ну, с моей стороны будет грубо заставлять тебя вернуться к истокам… Но скажи мне, существует ли вероятность того, что ты захочешь вернуться? Сакаянаги немного напрягся. Ацуоми заметил это, делая ещё 1 глоток саке. — Ты прекрасно знаешь мой ответ Аянокоджи-сан. – Более сердитым тоном сказал Сакаянаги. — Хорошо… Вижу, ты уже хочешь покинуть своего «старого друга»… Я не держу тебя. Ты свободен Сакаянаги-сан. – В приказном тоне сказал Ацуоми своё последнее предложение и сосредоточил всё своё внимание на еде. – Ты всегда знаешь мой номер. С нетерпением буду ожидать твоего звонка, Сакаянаги-сан. Сакаянаги молча встал и, попрощавшись с Ацуоми, пошёл к выходу. Вскоре Ацуоми посетил 1 из его сотрудников. — Аянокоджи-сама, я уже направил пару людей проследить за Сакаянаги-сан. — Рад слышать. Ты свободен. Сотрудник в спешке удалился, оставив Ацуоми наедине с самим собой. Того уже терзали собственные мысли и некоторые подозрения по поводу его «старого друга». — [Что-то мне подсказывает, что ты скрываешь от меня нечто интересное Сакаянаги-сан… И вечно ты не сможешь это скрывать от меня…] В небе уже был слышен гром и первые капли начали падать на дорогу. Сакаянаги был не в своей тарелке от разговора с Ацуоми. Он прекрасно понимал, что тот так просто не отпустит его и пошлёт слежку за ним. Сакаянаги лишь оставалось гадать, зачем он именно сейчас понадобился для Ацуоми… Когда он вернулся к себе домой, то первый же делом пошёл к своему подвалу. Вставив ключ в замочную скважину и открыв дверь, он не спеша начал спускаться по лестнице. — Фуфуфу, видимо ты закончил говорить с тем придурком, папа. – Весёлый детский девичий голос раздался в подвале. Когда Сакаянаги спустился, его глаза тут же нашли маленькую девочку в белом платье, с белой шляпкой на голове. Её сиреневые глаза встретились с глазами мужчины. Девочка сидела на ковре, рядом со столом, на котором располагалась шахматная доска. Рядом же с девочкой лежала трость для ходьбы. Ой, какой же я дурачок, упустил пару слов о подвале Сакаянаги (шутка про детей в подвале всё ещё актуальна?). Подвал Сакаянаги был обустроен следующим образом: стены были обклеены серебристыми обоями, где на свету можно было увидеть блёстки, по углам были расставлены книжные полки, где преимущественно из книг были книги о шахматах. В одном из углов располагалась небольшая кровать, а рядом с кроватью стоял мини-холодильник. По середине комнаты стоял стол, а уже рядом со столом сидит девочка на ковре. — Тебе уже всё известно… Ожидаемо Арису. Сакаянаги подошёл к девочке и сел рядом с ней на ковре. Она сняла свою шляпку и её отец погладил её по голове. Щёки Арису украсил ели заметный румянец, но глазу Сакаянаги он был чётко виден. — Не скучала Арису? – С улыбкой на лице спросил Сакаянаги. Всю его усталость от разговора с Ацуоми словно рукой сняло, когда он был рядом со своей дочерью. — Скучала. Здесь одной так скучно, ты даже не представляешь. – Довольная ухмылка украшала лицо Арису. Сакаянаги всё понимает, но с этим он ничего поделать не может. — Тогда… Хочешь сыграть со мной в шахматы? — С удовольствием.~☆ Дочь Сакаянаги — эспер. Узнал он эту горькую правду для себя только 4 года назад. Уже после… А давайте начнём с самого начала! Сакаянаги покинул пост директора Кодо Икусей не только по причине рождения Арису. Была и другая причина – его грехи стали терзать его душу. С каждым убитым эспером в стенах Кодо Икусей он чувствовал себя всё хуже и хуже. Он решил бежать от проблем и полностью отдать себя на мирную жизнь со своей семьёй, но не долго он радовался своей мирной жизнью. В 1 из дней 4 года назад Арису рассказала ему, что способна покадрово видеть будущее. Сначала Сакаянаги отмахнулся от этого, считая, что его дочь решила пошутить над ним, но уже когда она рассказала ему, что его ожидает в течении всего дня и после это произошло, Сакаянаги настиг страх. Он считал это карой за его грехи. Но Сакаянаги отказался принимать тот факт, что в будущем его дочь превратится в кровожадного монстра и он поставил себе цель найти лекарство от неизбежной монстрофикации. Он понимал, что в одиночку у него ничего не выйдет и в тайне Сакаянаги стал искать себе союзников в правительстве, которые были не согласны с идеей по устранению эсперов. У Сакаянаги ушло несколько лет, но он смог выполнить эту задачу. Со своими союзниками Сакаянаги начал работать над планом: им нужно раскрыть правду простым людям о «белой комнате», планах мирового правительства и о печальной судьбе каждого эспера. Надежда была на то, что простая общественность начнёт массовый бунт, начиная с правительства Японии, заканчивая всем миром. Конечно, всех эсперов придётся отгородить от всего мира на каком-нибудь необитаемом острове, а уже следом начинать создавать для них лекарство. Союзники Сакаянаги придерживаются мнения, что эсперы слишком полезны обществу, когда они послушны. «Было бы глупо избавляться от столь удобных существ. После спасения эсперов, их можно будет использовать также, как и было в самом начале их появления в мире.» – Такой идеи придерживаются союзники Сакаянаги. Сакаянаги думает в основном о спасении своей дочери. Ему плевать, что ему придётся совершить. Главное, чтобы Арису улыбалась. По идеи Сакаянаги должен был бы вернуться на пост директора «Кодо Икусей» и достать все доказательства оттуда, но проблема в том, что Сакаянаги вряд ли дадут возможность связи с внешним миром. Велика вероятность того, что к Сакаянаги подставят смотрящего, чтобы тот следит за каждым его шагом. По этой причине идея с возвращением на пост директора «Кодо Икусей» была сразу же отменена. В 1 из поздних вечеров, когда Сакаянаги сидел у себя дома, в его дверь раздался звонок. Он немного удивился, поскольку никого не ожидал. Подходя к двери, он заглянул в глазок и увидел фигуру в сером пиджаке и серой шляпе. Тень от шляпы закрывала лицо незнакомца, поэтому Сакаянаги не понимает, кто это такой. Немного подумав, он решил открыть дверь. Открыв её, фигура сняла шляпу и прижала её к своей груди. Зрачки Сакаянаги сузились, а к горлу подкатил комок. — Давно не виделись, Сакаянаги-сан. – Сказал Цукиширо, поправляя свои седые волосы. – Можно мне войти? Ничего не сказав, Сакаянаги отошёл в сторону, пропуская Цукиширо в свой дом. Тот сразу понял, что ему не рады его внезапному приходу, но Цукиширо было абсолютно плевать на это. Пройдя через порог, он оставил свою шляпу на вешалке и прошёл вглубь дома. — А у тебя уютно, Сакаянаги-сан. — Если бы я тебя не впустил, ты бы всё равно зашёл в мой дом, верно Цукиширо-сан? – У Сакаянаги было немало вопросов к Цукиширо, но он решил начать с этого вопроса. — Неужели ты такого мнения обо мне, Сакаянаги-сан? Что ж, ты хорошо меня знаешь. – Цукиширо начал смеяться, а Сакаянаги стоял с недоумевающим видом. Когда он перестал смеяться, то осознал неловкость ситуации. — Плохая шутка, да? — Это была шутка? — … — … — Ладно, перейду сразу к делу… – Цукиширо потянул руку во внутренний карман своего пиджака и достал оттуда пачку сигарет. — Давай ты не будешь делать это в МОЁМ доме. Если хочешь покурить, то я попрошу тебя уйти отсюда. – Взгляд и голос Сакаянаги стали более грозными. Цукиширо усмехнулся, убирая сигареты обратно во внутренний карман. Почему-то его немного забавляло видеть, как Сакаянаги нервничает и злится на него. Это была не ностальгия, а что-то иное. То, что он недавно приобрёл. — Ладно, ладно, приношу свои извинения. Кхм… Так вот, Директор Ган… Аянокоджи желает видеть тебя на посту директора «Кодо Икусей». Сакаянаги-сан, может ты всё таки уступить нашему «уважаемому» начальнику? – И хотя Цукиширо знал грядущий ответ Сакаянаги, он всё равно задал этот вопрос. — Цукиширо-сан… Мой ответ нет. И если это всё, то я попрошу тебя покинуть мой дом. — Ожидаемо… Что ж, в таком случае я уйду, но только при одном условии… Наглость Цукиширо удивила Сакаянаги. Сколько он себя помнил, старый Цукиширо всегда был серьёзен, никогда не шутил и так явно не наглел. Что-то было не так… — Какие условия?! Просто покинь мой дом! – Голос Сакаянаги стал более грозным, приказным. Цукиширо подошёл ближе к Сакаянаги. От его следующих слов у Сакаянаги снова сузились зрачки, а ко лбу подступило пара капель холодного пота. — Мне известно, что ты укрываешь свою дочурку у себя в подвале. В добавок ко всему, она эспер… Сакаянаги растерялся. Его реакция уже говорила Цукиширо о том, что тот не ошибается. Молча, Цукиширо прошёл мимо Сакаянаги и пошёл к его подвалу. Он пару раз дёрнул за ручку, но дверь ему не поддалась. — Ох, Сакаянаги-сан, ты видимо закрыл дверь. Будь любезен, отк… Цукиширо отскочил в сторону от Сакаянаги, который собирался воткнуть ему в спину в кухонный нож. Взгляд Сакаянаги был растерянным и отчаянным. Он уже осознал свою глупую ошибку, но пути назад уже не было. — Сакаянаги-сан, не безумствуй. Давай поговорим. – Цукиширо был любезен. Он реагировал так, будто его каждый день пытаются проткнуть ножом в спину. Его слова никак не подействовали на Сакаянаги и тот снова бросился на него, прижав нож к себе. Когда он был на достаточно близком расстоянии от Цукиширо, то сразу же выставил нож вперёд, пытаясь попасть ему в грудь. Но Цукиширо увернулся влево от удара Сакаянаги и нанёс ему быстрый и чёткий удар по печени, заставляя его выронить нож и упасть на колено. Бинком, Цукиширо отшвырнул нож в сторону. — Сакаянаги-сан, мне очень не нравится, как у нас всё разворачивается. Наверное, я сам виноват, что дал тебе повод убить меня. Что ж, как видишь, не всё так просто. Сакаянаги не слушал его. Он смотрел на пол и все его мысли были только об Арису. Он понимает свою слабость, своё ничтожество. Ему не одолеть Цукиширо, как бы он не старался. — [Я проиграл…] – Депрессивные мысли мигом начали заполнять голову Сакаянаги. Цукиширо упал на одно колено и положил руку на плечо Сакаянаги. Улыбка исчезла с его лица и теперь там было лишь серьёзное выражение лица. Губы были ровной линией, как и брови. Его веки слегка приподнялись, желая наладить с Сакаянаги зрительный контакт. — Сакаянаги-сан, ты же как и я ненавидишь Аянокоджи, верно? Сакаянаги ничего не ответил, продолжая смотреть на пол пустыми глазами. Это немного разозлило Цукиширо и тот ему отвесил пощёчину, которая оживила Сакаянаги. — Своей депрессией ты только делаешь хуже самому себе. Возьми всё своё мужество в кулак и немедленно ответь на мой вопрос. Сейчас по сути решается судьба твоей драгоценной дочери… — Допустим я ненавижу Аянокоджи-сан, какое тебе до этого дело? — Я хочу предложить тебе сотрудничество. — Что…? О чём ты мать его вообще говоришь?! – Сакаянаги снова почувствовал гнев в сторону Цукиширо. Его слова кажутся ему жестокой шуткой, с целью ещё сильнее раздавить его. Цукиширо проигнорировал его вопрос. Он понимает, что Сакаянаги в ближайшее время не успокоится, поэтому на всякий случай отвесил ему ещё одну пощёчину. — Меня проинформировали о твоих тайных планах о раскрытии всей правды о эсперах и идеи по созданию лекарства для них. Также мне известно о твоих союзниках в правительстве, поэтому ты в ещё более печальном положении, Сакаянаги-сан. — [Откуда… Среди моих союзниках был предатель…? Если так… То всё ещё более ужасно…] — Кто именно слил тебе всё это…? На лице Цукиширо появилась улыбка. Он убрал руку с его плеча, сказав: — Скажем так… У меня есть свой источник информации. Можешь не переживать, это не кто-то из твоих «сотрудников». — Ты думаешь, я так просто тебе поверю…? — Верить мне или нет — это уже твоё дело. Так вот… Ты должен будешь вернуться на пост директора «Кодо Икусей». Сразу скажу, там ты будешь ограничен во многом и тут в свою очередь буду выступать я, как главный смотрящий за тобою надзиратель. Я смогу предоставить тебе доступ к внешнему мире и возможность собирать весь компромат на «Кодо Икусей» и его сотрудников. — И в чём же тебе здесь выгода? — Мне бы хотелось создать как можно больше проблем для Аянокоджи [Гандона штопаного] и в будущем избавиться от него. Для Сакаянаги всё звучит очень красиво и удобно. Тут 3 варианта: 1 — Цукиширо действительно собирается протянуть ему руку помощи и помочь ему с раскрытием всей правды. 2 — Цукиширо пытается разрушить последнюю надежду Сакаянаги и по итогу всё закончится очень печаль для Сакаянаги. 3 — Цукиширо что-то недоговаривает. Намерено утаивает что-то, из-за чего Сакаянаги может отказаться от сотрудничества с ним. А если серьёзно… То есть ли вообще выбор у Сакаянаги? Как по мне, его ситуация крайне плачевна. — Ты же понимаешь то, насколько сладки твои слова? — Рад, что ты это подметил Сакаянаги-сан. В нашем сотрудничестве большую роль сыграет твоя дорогая дочка Арису. Мысли Сакаянаги взорвались. Его зрачки уже в третий раз сузились, а руки начали трястись. Желание придушить Цукиширо на месте появилось в его голове, но он сдержал себя от необдуманных действий. — Видишь ли Сакаянаги-сан, моему Информатору любопытно узнать весь потенциал твоей дочери. А в особенности справится ли твоя дочь с убийцами. — Ты! Руки Сакаянаги крепко начали сжимать горло Цукиширо. Взгляд Сакаянаги был безумен и полон ярости и даже ненависти к Цукиширо. — Моя дочь тебе не игрушка! Цукиширо даже бровью не повёл. Вместо этого его улыбка стала только шире. — Сакаянаги-сан… Есть лекарство… Для твоей… Дочери… Сакаянаги тут же перестал душить Цукиширо. Его взгляд не изменился, к нему лишь прибавилось недоверие. — Мой Информатор знает лекарство от превращения… Если твоя дочь сможет победить, то Арису непременно будет спасена, хех… — Гарантии… — Их нет. Цукиширо поднялся с пола. Он подошёл к вешалке и взял свою шляпу. — Сакаянаги-сан, у тебя нет других альтернатив. Я навещу тебя через неделю и уже тогда я ожидаю услышать от тебя окончательный ответ. До скорой встречи, Сакаянаги-сан. Цукиширо покинул дом Сакаянаги. Тот в свою очередь был разбит. Он хотел верить, что Цукиширо не врёт, что лекарство на самом деле есть. Но велика вероятность того, что он ему соврал и нет никакого лекарства. Так бы наверное всю ночь и просидел бы Сакаянаги на полу, если бы не стуки с обратной стороны двери в подвал. — Арису…? Ох, я наверное тебя разбудил… Сакаянаги открыл дверь подвала и его дочь смотрела на него с серьезным выражением лица, которое не было ей свойственным. Обычно она всегда ходила с самодовольным выражением лица и с такой же самодовольной ухмылкой. Но тут она впервые на его памяти стоит с таким серьёзным лицом. — Папа, нам придётся поверить ему. Сакаянаги стоял в оцепенении. И снова его зрачки сузились. Весь день они у него сужаются. — Арису… Что ты такое говоришь…? Нет… Нет, нет, нет, нет… Он наверняка врёт, я в этом уверен. Не волнуйся, я… — А если он не врёт? Если его Информатор действительно знает лекарство? — Арису… — Я готова рискнуть. Готова поставить на кон свою жизнь. — Ты не понимаешь, насколько ужасными могут быть учащиеся «Кодо Икусей», Арису… Трость Арису начала надавливать на ногу Сакаянаги и у того лицо поморщилось от дискомфорта. Конечно, Арису быстро убрала трость с ноги отца, поскольку начала терять баланс, а падать ей не сильно хотелось. — Папа, не забывай, что я способна видеть будущее. Да и тем более, я гений от рождения, поэтому я не проиграю. — … Я подумаю… Арису скорчила недовольное выражение лица. Давить на отца она больше не хотела. Она понимает, что он боится потерять её, но тут выпал шанс получить то самое лекарство. По крайне мере, Арису готова рискнуть. … … … … … «Город: Япония. Лето 2013 года. Район Гиндза: Ресторанный квартал Юракучо Гадо-шита.» Сакаянаги вместе со своей женой и пятилетней Арису находились в ресторанном квартале. В то время Арису ещё слабо могла использовать свои способность, но тут ей внезапно в голову начали лесть картинки и она тут же побледнела от ужаса. — Папа, мама, нам нужно быстро уходить отсюда! Беда! – Пропитанным всевозможным ужасом прокричала Арису. Где-то в глубине ресторанного квартала из ниоткуда появился высокий, накаченный мужчина с татуировками на спине и груди. У него была арабская внешность, а также на лице у него роста чёрная, густая борода. Он начинал набирать как можно больше воздуха в лёгкие и, запрокидывая руки за говору, он крикнул: — ЗЕ!!! Прошло пару секунд и мужчина продолжил: — ОООООООООО!!! – Во всё горло закричал мужчина. Лицо мужчины начала морщиться, словно у него одновременно понос и запор. Люди смотрели на него, как на психически больного человека, пока всё его тело не начало светиться ярким белым светом и по итогу, произошёл огромный взрыв, уничтоживший половину ресторанного квартала. Взрыв поглощал собою многих людей. Те, что были рядом с этим мужчиной ещё повезло, поскольку они умерли безболезненно и мгновенно, но тем, кто были дальше ощутили весь всевозможный спектр. Одежда мгновенно разрывалась и слетала с тела, такая же судьба постигла и волосы на голове. Кожа начинала отрываться, оголяя мышцы тела. Глаза вытекали из глазниц, превращаясь в своего рода желе. Далее тело начинало сгорать, превращаясь в ничто. У некоторых людей начинали отлетать конечности и их тела постигало то, что было выше описано. Сокрушительная волна прошлась по всему кварталу, разрушив огромное количество зданий. Некоторых людей придавило обломками, кто-то находился в то время в одном из ресторанов и его снесло ударной волной, а кто-то просто прогуливался по улице. Из числа тех, кто был в это время на улице была и семья Сакаянаги. Он успел крепко прижать к себе Арису и также собирался сделать и с женой, но ударная волна настигла их быстрее. Сакаянаги с Арису отбросило в сторону обломков. При приземлении Сакаянаги ударился головой и его сознание держалось на добром слове. Арису же отделалась намного лучше и почти никаких ушибов на ней не было. Но жене Сакаянаги повезло намного меньше. При приземлении на землю она упала головой и свернула себе шею. Запрокинув голову к небу, Сакаянаги увидел чёрное пятно, которое парило в воздухе. Рядом с этим пятном зависли в воздухе машины, которые он движением руки отправлял на землю и, судя по крикам, в людей. Сознание Сакаянаги медленно угасало, ему казалось, что он умирает. Арису потеряла сознание и она тихо лежала у него на груди. Сакаянаги был рад тому, что хотя бы его дочь жива. — Раз шажок, два шажок…~☆ – Чей-то нежный голос был неподалёку от Сакаянаги. Чей-то нежный девчачий голос. Он не мог подняться на ноги и убежать. Лишь лежать и тихо терять сознание мог только Сакаянаги. Он услышал, как эта фигура уже стояла рядом с ним. — Божечки кошечки, какая печальная картинка! – Говорит девочка, обходя тело Сакаянаги вокруг него. Веки Сакаянаги уже закрывались сами собою. Мысленно, он уже попрощался со всеми, с кем только возможно, а дальше наступила тьма… Пришёл он в сознание, когда его осматривали люди, в одежде врачей. Он резко поднялся, от чего у него потемнело в глазах. Он начал крутить головой в разные стороны, пытаясь найти Арису. — Папа… – Сказала Арису, положив ему свою маленькую ладошку на его руку. — Арису… Слёзы навернулись на его глазах и он тут же обнял свою дочь. Врачи было хотели остановить его, поскольку они ещё не закончили осматривать его, но они решили не портить момент. В тот день погибло очень много людей. Но благодаря этой террористической атаке Сакаянаги смог подстроить смерть своей дочери. Он боялся, что люди из «белой комнаты» или из какой-другой организации захотят забрать его дочь, если они узнать о том, что она эспер. С того самого дня Сакаянаги раз и навсегда забыл о тихой мирной жизни…