Госпожа смерть.

      Даша писала очередной отчёт для начальника по собранным душам и перебитым тварям, поданный неким Творожком Геннадием — молодым, не так давно призванным жнецом. Он всё время спрашивал у Тараса Петровича, сколько жить осталось его матери и можно ли поговорить со смертью и обменять часть своей жизни на жизнь мамы. Но больше всего Даше этот хлюпик не нравился тем, что постоянно оказывал знаки внимания, от которых нормальную девушку воротить будет. А уж Дарью воротило вдвойне, и дело было даже не в столь намеках Геннадия на ухаживания, сколько в том, что после случившегося с Владиславом её отстранили от полевой деятельности, пока не найдётся подходящий напарник и засадили за бумажки, и девушка день и ночь принимала и обрабатывала отчёты, не имея возможности помочь жнецу, что застрял по ту строну изнанки мира. Она мечтала вырваться из жалкой комнатушки и отправиться на поиски того самого таинственного старика, что смог вернутся с той стороны и знал, как это сделать… Он мог её провести, а уж цена не имела значения. Дарья отложила очередную бумажку в сторону и, встав из-за стола, направилась к тумбочке с кофе машиной. Сделав себе очередную чашку противного и едкого напитка, девушка подошла к окну и задумалась.       Цена. Скорее всего, здесь как и положено он может попросить нечто ценное… Даша хмыкнула, вспомнив как в юности зачитывалась Булгаковым «Мастер и Маргарита».       «Душа». Что может быть ценнее души человека в этом потустороннем мире? Скорее всего, он попросит взамен её душу, а способна ли Дарья лишится души ради своего напарника?       И пока её мысли крутились вокруг того как вырваться из комнатушки забитой бумажками и отчётами, она не заметила, как в комнату вошла высокая женщина — не слишком молодая, но не такая уж и старая, — и, подойдя к столу, где работала Дарья, стала всматриваться в отчеты, словно ища в них какую-то ошибки.       — Эй! — заметив её Даша нахмурилась и, подойдя к рабочему месту, вырвала из рук женщины очередной отчёт.       — Вы что-то хотели? И трогать отчёты вам не положено по инструкции. Тем более, копаться в них! — строго произнесла Дарья, а женщина только рассмеялась достала из кармана пиджака надетого поверх темного платья мундштук и пачку сигарет.       Щёлкнула пальцами и сигарета зажглась сама собой. Она затянулась и выпустила дым в лицо стажёра с ехидной улыбкой на лице.       — А мне нравится такой настрой, далеко пойдёшь, стажёр, — Инееса строго глянула на смущённую Дашу и улыбнулась шире. — Меня зовут Инесса, и я… — она не успела договорить, как в кабинет вошёл Петрович.       — О, вы здесь…- он помялся у дверей а затем, увидев раздражённый взгляд Инессы, стушевался под ним и как-то поник.       Даша не поняла странное поведение своего начальника, но, спрятав учёты, закрыла сейф и вышла из комнаты на обед. Как только дверь за ней закрылась, Инесса строго зыркнула на старика и тот ещё больше втянул шею, надеясь провалится сквозь землю.       — Простите, госпожа. Она пока только учится, не обращайте внимание на её… Вздорность.       — Не мешай ей, Петрович, девчонка хороша. Отчитать меня ещё никто не осмелился, а эта… Да, возможно, станет моей преемницей, — от слов смерти Петровичу стало не по себе.       — Возможно, она вытащит нашего непутевого Владислава из передряги, в которую он попал, — старик не знал, что ответить на слова госпожи смерти и потом молча кивнул, подождал, пока та покинет её кабинет провожая её очень напуганный и тревожным взглядом.       «Вот же дура, Дашка! Куда тебя черти несут. Ну что же, чему быть, того не миновать…» — с другой стороны подумал старик.       Если кто и способен вытащить одного жнеца, попавшего в серьёзную передрягу, так это только его напарник. А Дарья сблизилась с Владиславом за несколько недель так сильно, что он уже ворчал про себя называя её банным листом. Но не влюбилась ли девка в него? От этих мыслей стало не по себе Петровичу, и он поспешил выкинуть их из головы и забыть как страшный сон.