Часть 9: Не убьют тебя - убьешь сам себя

Осталась неделя до 31 октября, и Такемичи знал, что время на исходе. Каждый день тянулся, как вечность, и тревога нарастала в его сердце. Он знал, что его задание — это не просто прогулка по парку. Если ему не удастся спасти Баджи, и в том числе Юмиру, то все их будущее уничтожится без единого шанса на спасение. — Мне нужно встретиться с Баджи и уговорить его! — подумал Такемичи, вспоминая недавний инцидент, когда Баджи ушел из Тосвы и примкнул к Валлхале. Он добрался до места, где собралась эта банда. Заходя внутрь, его сразу же охватило ощущение хаоса — было шумно и многолюдно. Люди в куртках выглядели как настоящие бандиты, а не как подростки играющие в хулиганов, - и Такемичи заметно выделялся на их фоне. Сердце колотилось от волнения, но он знал, что не может сдаваться. Ему нужно было пробраться к Баджи. Толпа явно собралась вокруг какого-то шоу, поэтому Такемичи начал расталкивать людей, стараясь пробраться ближе. Каждый, кто его замечал, раздвигал шеренгу, словно предвкушая, что сейчас произойдет что-то интересное. Наконец, он добрался до центра и увидел, как Баджи яростно избивал кого-то, лежащего на земле. Рядом стояли Ханма и Кадзутора, наблюдая за этим с ухмылками, а двое других парней выглядели так, будто впервые наслаждались зрелищем. — Баджи, что ты делаешь? — закричал Такемичи, но тот, казалось, не слышал его. Он продолжал беспощадно колотить человека, который не мог даже сдвинуться с места. Такемичи попытался пробраться ближе, но его схватили за шкирку и вернули в толпу. — Ну-ну, Такемичи, не мешай смотреть на ритуал, который проходит Баджи, — сказал Ханма с улыбкой. — Он вступает к нам, в отличие от вашего клуба малышей по имени Тосва! — смех толпы раздался вокруг. — Не делай этого, прекрати! — чуть ли не в слезах закричал Такемичи, отчаянно пытаясь достучаться до друга. Наконец, Баджи остановился, смахивая кровь с кулаков и медленно переводя взгляд на «героя». И тут он догадался кто лежал под Баджи. Его лучший друг Чуфию… — Опять ты. Как же ты меня задрал! — произнес он с досадой. — Баджи, я хочу тебя спасти! Ты не понимаешь, во что ты связываешься, что будет в будущем! Вспомни своих лучших друзей и Тосву! Ты не можешь их предать! Баджи оскалился, и в его глазах мелькнуло недовольство. — Как же, мог, Такемичи. Временами люди меняются. Кто-то уходит, кто-то приходит. Я, как первый командир первого отряда, увидел, что вы отбросы, и решил присоединиться к настоящим бойцам. Такемичи почувствовал, как его сердце опустилось. — Но ты не понимаешь, Баджи! Это не просто новая банда! Здесь тебя только и ждут, чтобы использовать и бросить. Тосва всегда была твоей семьёй! — Семьёй? — хмуро уточнил Баджи. — Не смеши меня. Эта "семья" показала своё истинное лицо. Здесь я чувствую себя живым. — Вот вот, видишь Такемичи? Даже Юмира с Баджи это уже поняли, может скоро и до вас это дойдет, когда мы вас выиграем в бою! — явно насмехаясь произнес Кадзутора, и только Такемичи не было понятно что он блефует. Толпа снова расхохоталась, и «герой» ощутил всю безнадёжность ситуации. Он не знал, как достучаться до Баджи, как вернуть его назад. Баджи явно раздражался, он хотел наконец вернуться домой. Вместо этого подлетел Такемичи, и, не теряя ни секунды, попытался поднять Чуфую, который выглядел как мертвец. — Как ты вообще мог так опуститься? — произнес Такемичи, с трудом удерживая Чуфую на ногах. Он понимал, что состояние парня оставляет желать лучшего, но что-то надо было делать, чтобы выбраться из этого места. — Ты что, совсем недоумок? — вырвалось у Баджи. Его голос звучал раздраженно, а взгляды окружающих только усиливали напряжение. Такемичи пытался вести Чуфую в сторону, проклиная себя за то, что вообще пришёл сюда. — Это место — не для тебя, Баджи! — продолжал Такемичи, старательно отталкивая смех и насмешки толпы. Ему казалось, что каждый шаг уводит их всё дальше от того времени, когда они были настоящими друзьями. С трудом вывезя Чуфую в сторону, Такемичи обернулся к Баджи: — Я знаю что ты этого не хотел делать! Такемичи не мог поверить, что всё катится в бездну, и что каждый из них воспринимает это как смешной ритуал. Он стиснул кулаки, бросив вызов кладущей на их будущее тени. — Баджи, если ты уйдёшь с ними, никто не сможет тебя спасти. Ты потеряешь всё! Тосва всегда была твоей настоящей семьёй! Баджи вскинул голову, и его глаза встретились с глазами Такемичи. Они были полны гнева, в то время как внутри уже начинала зреет непонимание и задумчивость. То ли вновь вспомнить старые времена, то ли продолжить этот путь — не очевидно. — Ты что, следящий за мной, пытаешься перекраивать мою жизнь? — произнес он, но в голосе уже слышалось нечто большее, чем отторжение. — Я просто хочу, чтобы ты вернулся, — тихо произнёс Такемичи, уже теряя надежду. Схватившись крепче за Чуфую, Такемичи потащил его к выходу, прочь от этого места. Каждый метр, который они преодолевали, чувствовался как спасение, но напряжение все еще витало в воздухе. Смех и насмешки позади превращались в неясный шум, который постепенно затихал по мере удаления от центра банды.

***

Лежа на мягкой кровати, я пыталась заснуть, но мысли не покидали меня. А все из за того что, меня разбудил звук вибрации — это был телефон. Мне писал Такемичи и спрашивал, что я буду делать 31 октября. — Странный вопрос, — подумала я. — Почему именно этот день? Ну и зачем ему вообще нужно знать? Я начала прокручивать варианты в голове: может, он хочет встретиться? Но почему именно тогда? Соскучился по мне? Или же у него есть какой-то план, который касается нас обоих? Я подняла телефон, чтобы еще раз прочитать его сообщения. Каждое слово приобретало особый смысл, и ты почувствовала, как внутреннее волнение нарастает. — Стоит ответить, — решила я и склонилась над экраном, пытаясь сформулировать свой ответ. Интересно, что может скрываться за этой просьбой? На минуту задумавшись, я решила написать: «— 31 октября... У меня пока нет никаких планов. А что ты задумал?» После отправки сообщения я отложила телефон и снова размышляла о том, какой смысл стоит за его вопросом. Явно что-то важное. Буквально через пару часов пришел ответ, и я не ожидала, что ответ Такемичи может меня озадачить так сильно. — Не выходи, пожалуйста, в этот день из дома, — написал он. — Почему? Что случилось? — я не могла удержаться от вопросов. — Не важно, главное, доверься мне, пожалуйста. Я потом всё расскажу, — его ответ был уклончивым, и это лишь разжигало любопытство. — Нет, Такемичи! Я тебе что, псина, чтобы команды отдавать? Я специально выйду с утра и целый день буду находиться на улице в людных местах! — я ощущала, как азарт начинает перехлестывать через край. — 31 октября будет бойня между Тосвой и Валлхаллой. Никто не знает, что может случиться в тот день, и я прошу, не рискуй, — объяснил он. Я задумалась и в ответе мысленно уже перебирала свои доводы: «Да бред! Что со мной могут сделать? Во-первых, никто почти не знает про меня, а во-вторых, ты забыл, что я намного сильнее их взятых!» Как только я представила картину, где толпу двухметровых бойцов отдаляет хрупкая девочка, не смогла сдержать усмешку. Но вместе с этим возникло и трепетное беспокойство о том, что происходит. Это уже не было простой игрой, и волнение за Такемичи накрыло меня с головой. — Ты ведь не знаешь, как всё обернется, — снова написала я, пытаясь донести до него серьезность ситуации и показать, что ты не намерена сидеть на месте. Но на самом деле я понимала, что он переживает не зря, однако игнорировать его предостережения тоже было нельзя. Но теперь я знала, в какой день произойдет это событие, хотя точного времени не знала, да и не было особого смысла в этом. Я была уверена, что всё будет происходить днём, и именно поэтому я решила что прийду туда как зритель. Мне было интересно увидеть, насколько выросла их группа. Я мысленно представляла, как окажусь среди толпы, окружённой гопаками, и даже увижу Такемичи. Очень интересно посмотреть как он «сражается». Если Такемичи не хотел, чтобы я там была, это лишь подстегивало мой интерес. Да, возможно, это было опрометчиво, но оставить меня в неведении было бы ещё хуже. Хотя меня это и не должно касаться, но все же. Я решила действовать по своему плану и попытаться всецело вникнуть в то, что происходило.

***

Утро, 31 октября. Я и не знала, что моя тетя так любит праздновать Хеллоуин. Утром она уже успела сходить в магазин и купить пять тыкв, которые теперь лежали на столе. Я сидела и пыталась как-то почистить внутри них и вырезать страшные морды. Делать мне было нечего, но, честно говоря, это занятие не вызывало у меня отвращения — просто было скучновато. Конечно, я бы сама предпочла заняться чем-то другим , но, видимо, сегодня утром мне суждено было немного поработать на кухне. Смотрела на часы, отсчитывая время до момента, когда мне нужно выходить, я хотела прийти немного раньше, чтобы найти хорошее место для наблюдений. В конце концов, мне было важно понять, что на самом деле произойдет в этой драке, и как выглядят те, с кем я была знакома. Я уже была одета в черный костюм с капюшоном, который меня немного скрывал. Хотя, надо признать, вряд ли кто-то на меня обратит внимание во время драки. Но тем не менее, мне было важно не выделяться, я не заботилась о том, чтобы быть на виду. Вырезая очередное выражение на тыкве, я думала о том, как выйду на улицу. Я закончила с тыковками и взглянула на часы — время вышло. Выйдя на улицу, я сразу осознала, что совершенно не знаю, куда мне идти. «—Вот дура,» — подумала я про себя, пытаясь в голове сложить маршрут до места, о котором не говорили Такемичи. Но тут я заметила что мимо меня проходили два парня в черной одежде, и их разговор сразу привлек мое внимание. — Мы точно наваляем им на этой битве, — один из них громко сказал, чуть ли не крича. Моё сердце забилось быстрее. Может они говорили про ту драку, куда я и направляюсь? Да я и уверена. Я решила, что это мой шанс. Возможно, они знают, где проходит это событие, и если я пойду за ними, смогу добраться до цели. Я не раздумывая сделала шаг в их сторону, стараясь двигаться незаметно. Следуя за ними, я прислушивалась к разговору и старалась понять, что именно планируют ребята. Их голос слышался всё громче, и я понимала, что мне нужно быть осторожной. Я хотела быть незаметной, ведь моя цель — просто наблюдать, а не вмешиваться. Наконец прийдя на место, я чуть не споткнулась об камень от удивления. Это была свалка старых машин, нечто вроде забытого уголка города, который никто не навещал. Вокруг уже собралось немало «бандитов», и я не ожидала, что здесь будет столько зрителей как я. Спешно огляделась, я заметила несколько машин, стоящих рядом. Моя внимательность привлекла одна из них — старая, покосившаяся иномарка с открытой крышей. Это место мне отлично подходило, чтобы устроиться поудобнее и быть незаметной среди всех этих мужчин, которые выглядели угрожающе. Подойдя к машине, я осмотрелась, рядом, на другой машине сидели два парня, которые не обращали на меня особого внимания. Я осторожно запрыгнула на крышу автомобиля, стараясь не шуметь, и устроилась поудобнее. Облокотившись на край машины, я могла находиться в тени, но в то же время видеть всё, что происходило вокруг. Толпа вокруг раскалывалась на группы, обсуждая предстоящие схватки и предвкушая напряжение, которое витало в воздухе. Я чувствовала, как во мне поднимается волнение — сейчас начнётся что-то поистине впечатляющее. Несколько раз я посматривала на парней, сидящих рядом, но они были поглощены своими разговорами. Я старалась не думать о том, что мне, возможно, вовсе не нужно было приходить сюда, но всё же ощущение независимости затмевали любые сомнения. Я наблюдала за окружающими, за тем, как они дразнили друг друга, шутя и разминая мышцы, готовясь к драке. Буквально через пять минут я заметила, как вокруг собирается всё больше гопаков. Мой взгляд сосредоточился на банде Тосвы. Они приходили, казалось, с целью покорить это место, и я не могла отвести от них глаз. — Ахуеть, — вырвалось у меня, не удержавшись от восхищения, и на моем лице появилась улыбка. Я была рада видеть своих бывших друзей, которые, без сомнения, осуществили свою мечту и собрали вокруг себя людей, готовых встать рядом с ними. Тосва выглядела впечатляюще — их было много, дружные и уверенные. Я помнила, как всё начиналось, когда нас было всего семеро, и теперь их число возросло до такой степени. Это тоже было частью их магии: они словно притягивали к себе людей, собирали их вместе, создавая мощную силу. Я наблюдала за ними, ловя каждое движение, каждую реакцию. Ребята из Тосвы уверенно шагали вперед, олицетворяя дух сообщества, и я почувствовала, как меня охватывает ностальгия. Это были те самые моменты, когда ты знаешь, что принадлежишь чему-то большему, чему-то сильному. Внутри меня прокладывалась волна волнения, волнение от того, что я наблюдала за преобразованием своих друзей и того, какой мощной силой они стали. Это давало надежду и вдохновение, и я понимала, что стать частью этого мира — значит испытать все эти эмоции заново. Все нарастало вокруг, и я не могла дождаться, когда начнётся бой. Это обещало быть нечто захватывающее. «Битва» между Тосвой и Вальхаллой началась. Но для меня всё это уже не имело значения. Я сосредоточилась только на одном человеке — на Манджиро. Он был тем, кто когда-то значил для меня больше, чем просто друг. Я заметила, как он изменился. Стал более мужественным. Его уверенная осанка и решительный взгляд сразу же привлекли моё внимание. Я не могла не усмехнуться, когда подумала о том, что всё ещё могла увидеть в нём части прежнего себя, но этот новый образ был поразительным. От него исходила аура главаря, готового возглавить любой бой. Никакие его недостатки, такие как рост, не могли скрыть ту силу, которую он излучал. Я видела, как другие ребята из Тосвы с уважением держатся рядом, а они смотрели на него с восхищением. Мой интерес к нему рос с каждой минутой; я ощущала, как сердце стучит в унисон с приближающейся битвой. Это было странное чувство — смесь восхищения и ностальгии, которая охватывала меня, когда я смотрела на человека, который когда-то был мне так близок. Мой взгляд не отрывался от него, и я вдруг поняла, что хочу узнать, как он изменился, что сейчас у него на уме и насколько сильно он все ещё помнит о прошлом. Эти чувства заполняли меня ещё больше, когда я приглядывалась к нему в окружении всей этой толпы, готовящейся к столкновениям. Я понимала, что, возможно, это будет сложным, но в то же время захватывающим моментом — увидеть, как он дерет зад врагов, и возможно, почувствовать его энергетику в этом диком месте. Я не могла отвести от драки глаз. Подростки с невероятной яростью бросались друг на друга, как будто в них просыпалась дикая энергия, жаждущая выплеснуться наружу. Ноги их скользили по земле, поднимая облака пыли, а лица были закрашены со смешанными эмоциями: страхом, весельем, ненавистью и азартом. Я наблюдала, как две группы врагов, буквально извергая свою злость, сбились в кучу, их тела сталкивались с такой силой, что на мгновение казалось, будто это столкновение может разнести их на куски. Один из них вдруг ударил другого в челюсть, и я почувствовала, как у многих в толпе зажали дыхание, когда тот, выдавая яростный крик, пал на землю, будто у него подрезали ноги. Толпа взревела от восторга. Я чувствовала, как в воздухе витает напряжение — оно накалялось, как пружина, готовая выстрелить. Еще один боец, высокий, с длинными волосами, взбесился, его кулаки сжались в крепкие камни, и он размахнулся, чтобы нанести удар по своему сопернику. Я была поражена тем, как они искали слабые места друг друга, каждый раз меняя тактику — кто-то работал на скорость, а кто-то рассчитывал на силу. И вот, когда Манджиро вышел в центр схватки, я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Он увёртливо двигался, избегая ранений, словно танцевал в этом хаосе. Его энергия заполнила пространство, и я знала, что он был достойным лидером. Я наблюдала, как он наносил свой фирменный удар — быстро, точно, и каждый его шаг вызывал восторг. Толпа охала и радовалась, когда кто-то падал, поднимался или выталкивал соперника с кулаками, готовыми разорвать. Это была сцена истинной жестокости, но вместе с тем и ярости — самого чистого и энергичного проявления. Я осознавала, что за этой жестокостью стоит больше, чем просто драка, это был бой за уважение, за свою идентичность, за то, чтобы заслужить место в этом ненормальном, но таком захватывающем мире. Мой взгляд не покидал Манджиро. Но вот что-то пошло не так. Я всегда знала, что подростки способны на жестокие поступки, но то, что я увидела, повергло меня в шок. Я наблюдала за тем, как Манджиро схватил удар арматурой от одного из соперников. Его тело немедленно стукнулось о капот старой машины, и я почувствовала, как у меня в сердце застыло. Я была уверена, что он снова поднимется и продолжит бой, как и всегда, но в тот момент, когда он встал, я ощутила, что происходящее изменилось. В его глазах мелькал гнев, но также я заметила и какую-то тень сомнения. Это был не просто бой. Это переход на другую сторону. Рядом со мной, внизу, я заметила пару парней, из которых я узнала— Такемичи и Баджи. — Вот я и увидела тебя, — усмехнулась я, пытаясь разрядить нарастающую напряженность. В их глазах виднелись страх и решимость, и я поняла, что они тоже осознали, что ситуация стала слишком опасной. Но затем я заметила незнакомого мне парня, стоящего за углом. Его капюшон скрывал лицо, но в руках он держал что-то, что блестело под тусклым светом. И я поняла — это был нож. Секунда замерла, и я почувствовала, как по спине пробежал холод. Моя настороженность нарастала, в голове зашумели тревожные мысли. Невозможно было просто игнорировать то, что я увидела. Я кинула взгляд на Манджиро, он продолжал сражаться, не подозревая об угрозе, и меня охватила паника. Я знала, что это может перерасти в настоящую катастрофу. Но он не направлялся к Манджиро, а стремительно кинулся в сторону Баджи. В тот момент мне стало страшно, как будто время остановилось. Я не могла оставаться в стороне, это было совершенно невозможно. — Баджиии!! — вырвался крик у меня из горла. Я вскочила и устремилась в его сторону, но уже было слишком поздно. Я увидела, как нож провалился в тело моего бывшего друга, его лицо исказилось от боли, и в тот же миг мой мир перевернулся. Вокруг воцарилась гробовая тишина. Все замерли, и я чувствовала, как их взгляды пронзали меня, пока я мчалась к Баджи, не обращая внимания на хмурые обсуждения и перешептывания. Это не имело значения — ведь я была только в одном месте и в одном времени, там, где находился мой друг. Когда я добежала до него, я смогла разглядеть лицо человека, стоящего рядом с Баджи. Это был Кадзутора. Его глаза сверкали, когда он смотрел на свою жертву, и в них читалось какое-то безумие. Я не могла поверить, что именно он стал этим человеком — убийцей. Второй раз. — Юмира, — кто-то произнес моё имя из-за спины, но я не обратила на это внимание. Все мысли у меня были сосредоточены на Баджи. Я шокировано смотрела на него, не веря своим глазам. Несмотря на рану, он встал и бросился в бой. Глубоко внутри меня прокрался ужас. — Баджи, нет! — хотела закричать я, но слова застряли в горле. Я не могла понять, как он мог продолжать сражаться, когда его жизнь висела на волоске. Я в ужасе замерла, пока он стремительно двинулся к Кадзуторе. Всё происходило как в замедленной съемке. Словно мир остановился, и я наблюдала за тем, как он пытается нанести удар, но понимая, что он не сможет. И вдруг я увидела его руку, держащую нож. Мой разум не успел за его действиями, когда Баджи, выпрыгнув вперёд с невероятной решимостью, вонзил его в себя. — Тебе меня не убить, Кадзутора. Лучше я это сделаю, — произнес он с горькой усмешкой, и эти слова пронзили меня, как острое лезвие. В этот момент всё вокруг меня разрушилось. Время снова взорвалось в хаос, и я не могла поверить в то, что произошло. Баджи пал на колени, его глаза застыло, и я почувствовала, как сердце моё сжалось от боли и оцепенения. — Баджи! — пронзительно закричала я. Мой крик разнесся по толпе, но никто не реагировал. Это было похоже на плохой сон, из которого не было выхода. Я бросилась к нему, не замечая, что Кадзутора исчез в толпе, оставив за собой пелену смерти и шока. Я опустилась рядом с ним, и слёзы хлынули из глаз. Я не знала, как ему помочь, и каждая секунда ощущалась как целая вечность. В его глазах я искала надежды, но там был лишь страх и понимание того, что всё, возможно, закончилось. — Баджи, держись, пожалуйста! — всхлипывала я, сжимая его руку. — Мы найдем помощь. Всё будет хорошо. Но в глубине души я уже понимала, что ему было не спастись. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, и, несмотря на гул вокруг, в голове у меня звучали только его слова. Я знала, что всё изменилось. Это не просто драка; это настоящая война. Война, которую никто не хотел начинать, но которой не было конца.