Глава XXIII

      Август ван дер Хольт просыпается в объятьях любимой жены только ближе к полудню. Всё пережитое остаётся лишь ярким воспоминанием, когда Август открывает глаза и плавно моргая смотрит в потолок.       Перед глазами скачут размытые пятнышки солнца, отражаемые на потолке от большой дорогой люстры. Хольт слегка морщится и тянется рукой к лицу, чтобы протереть глаза.       Дина мягко приземляется на расслабленные колени Хольта, заставляя того издать сдавленый звук. Она с нежностью смотрит на него сверху, протягивая руки к лицу мужчины и начиная бережно оглыживать скулы, не отрывая своего изумрудного взора от карих глаз.       — У беременных всегда столько энергии? — жалобным голосом спрашивает ван дер Хольт, пуская руки под алую сорочку Дины и огляживая её тело вдоль и поперёк.       — Не всегда, — хмыкает Дина и наклоняется, чтобы поцеловать своего супруга. — Но сегодня у меня её слишком много, — после короткого поцелуя в губы, на который Август с удовольствием отвечает, заявляет Дина.       — И я даже знаю куда мы её потратим... — Август одарил свою госпожу довольной улыбкой, сжимая её талию своими сильными ладонями, заставляя девушку даже вскрикнуть.       — А ну-ка? — ухмыльнулась девушка, щуря слегка сонные глаза.       — Это сюрприз, моя дорогая, — загадочно выговаривает мужчина, пробегая пальцами по коже и выпуская короткие удары тока.       — Ладно, — Дина уже намеревалась перекинуть ногу с Хольта и встать, однако была быстро остановлена.       — Погоди, — Август повалил девушку на её половину и накрыл её хрустальное тело своим. — Полежим ещё немного, — шепча, попросил Август и наклонил голову к животу супруги, продолжая нависать над её телом.       — Как тут поживает будущий наследник? — кивнул он на живот и, после нескольких секунд, всё же пал рядом с девушкой, ложась на бок и ставя под голову ладонь, поднял ткань шёлковой сорочки и оголил чуть выпирающий животик.       — Почему наследник? Может это наследница? — улыбнулась Дина, кладя руку на скулу Августа и начиная круговыми движениями выводить незамысловатые узоры на коже.       — Значит будет такой же красивой и умной, как её мама... И весь мир будет у её ног... — Август скользит свободной рукой по животику жены, поглаживая его.       И вот, когда Дина отвлекается на слова законного супруга, Август в один момент перехватывает её запястье и поднимает их над головой, а сам вновь накрывает женское тело. Губы его тянутся к губам девушки и сладко целуют, старательно проникая языком в аккуратный рот.       — Ты голодна? — когда дыхание уже сбивается, Август отстраняется и с искренностью смотрит в глаза Дины.       — Да, — кивает красноволосая, с интересом разглядывая нависающее лицо напротив.       — Я прикажу, чтобы нам накрыли завтракать, — Август перевернулся и спустил ноги с кровати, направляясь к двери.       — Не хочу, — слова, которые заставили мужчину замереть около двери, а затем медленно повернутся к кровати. — Пусть принесут его сюда или неси меня в зал на руках, — надула губы Дина, принимая сидящее положение на воздушной постели.       — А вот это уже крайняя наглость... — усмехнулся Хольт и покачал головой, тихо постукивая в дверь.       В щелке показалось хмурое лицо Шрайбера. Хольт отдал несколько приказов, а после прикрыл обратно дверь, хитро улыбаясь супруге, опираясь о дверь спиной.       — По-моему, кто-то обещал мне выполнение любого желания... Даже звезду с небо достать, — поспешила напомнить девушка, обувая на ноги тапочки и мерным шагом двигаясь к Августу. — Неужели это правило действовало с ограничениями? — Дина подошла впритык к своему мужчине и невинно улыбнулась.       — Для тебя, любовь моя, никаких ограничений, — Август в тот же миг поднял Дину на руки, отрывая её ноги от пола и поудобнее расположил её к своей груди.       — Скоро ты не будешь так легко меня поднимать, — заулыбалась Дина, ощущая тёплые руки у себя на теле.       — С чего такие выводы? Я смогу поднять тебя в любом случае, даже когда ты будешь на последнем месяце, — лёгкая улыбка коснулась губ мужчины перед тем, как он ногой пихнул дверь и та открылась перед его лицом.       — Посмотрим, мой дорогой, — с нотами азарта пустила усмешку красноволосая девушка, сильнее прижимаясь к накаченной груди и слегка поддаваясь к шее Хольта, кусая кожу в районе сонной артерии.       Август томно выдохнул, однако отвечать на данную прихоть не стал, лишь молча посмотрел на лицо супруги, а после, ещё через нескольких секунд, вынес её из спальни, направился по длинному коридору к лестнице.

***

      Всего одна машина плавно заезжает на территорию особняка ван дер Хольтов. Отто останавливает машину около главного входа и мерно выходит. Сэм следует за ним. Август открывает свою дверь и выходит из салона первым, грациозно обходит машину и открывает дверь Дины, помогая ей выйти.       — Ты помнишь это место? Это резиденция моего отца, — Август обводит глазами огромный особняк, с антикварными коллонами в виде могучих львов на главном входе.       — Где мы впервые встрелись... — закончила за Августа Дина, тепло улыбаясь сначала ему, а затем и вековому дому ван дер Хольтов. — Особняк пустует?       — Уже как несколько лет, — слегка дёргает плечами Август и кивает охране, чтобы оставались здесь, а сам подхватывает Дину на руки и несёт её по ступенькам к главной двери особняка.       В этих стенах когда-то цвела целая эпоха. Сколько тайн, сколько слов, сколько цепких совершенств было придумано здесь и сколько создано... Картины похожи на отдельную коллекцию искусства прошлого века.       Дина проходит вдоль коридора и с детским интересом разглядывает самое ценное искусство дома. Её изумрудные глаза охватывают всю площадь стен постепенно, по мере приближения.       — Эти стены хранят слишком много воспоминаний... Я помню некоторые из них очень чётко, будто это было вчера, — Дина удивлённо качает головой, приобнимая шею Августа чуть сильнее, и приближается носом к голому участку его кожи, что не закрыт строгой рубашкой, вдыхает цитрусовый аромат парфюма.       — Книги здесь определённо старше нас с тобой, — улыбается Хольт, ставя Дину на пол, и открывает перед ней мощные двери, пропуская супругу вперёд. — Я даже читал какую-то часть из них, хоть отец и злился, когда я брал их себе, — Август зашёл вслед за Диной, увлеченно излагая ей и так нескрытые факты о себе.       — В этом зале мы впервые встретились... Всё осталось таким же, — новоиспеченная ван дер Хольт прошла вдоль всего зала и застыла.       Перед ней стоял тот самый рояль. Старинный, повидавший множество великих людей рояль... Тот, за который впервые сел Август под её же собственным впечатлением, тот, на котором когда-то играла мать ван дер Хольта...       — Что такое? Тебе нехорошо? — Август заметил небольшое изменение в лице Дины, оттого насторожился и мёртвой хваткой вцепился в хрупкий локоть.       — Всё в порядке, — Дина беззаботно повернулась к супругу и обхватила обеими руками острые скулы. — Сыграем? — девушка оставила на губах мужчины короткий нежный поцелуй и выжидающе взглянула в тёмные глаза.       Приятная музыка начинает витать в воздухе стоит Августу и Дине сесть за рояль. Клавиши под их пальцами медленно опускаются вниз, давя на ноту и создавая приятную композицию.       Хольт поглядывает на супругу с нежностью, следит за каждым её и своим движением. А главное - мужчина душой растекается в мелодии, отпускает наконец тот контроль, который постоянно держит в руках, и свободно дышит.       Дина не отрывает рук от деревянных клавиш, поворачивает голову в сторону Августа и невесомо касается своими губами его. На что получает мгновенный ответ, а после начинает ощущать лёгкое покалывание на своих щеках и утихание нот.       Август отстраняет руки от инструмента и обхватывает лицо Дины руками, садясь вполоборота. Его острый нос ласково щекочет кожу щеки, пока губы требуют больше и больше, углубляя поцелуй.       Однако через пару секунд ван дер Хольт внезапно отстраняется из-за привкуса металла во рту. Он подносит руку к своему носу и едва проводит по коже пальцами, но ничего такого критичного не замечает.       Страх накрывает его с головой, когда он обращает внимание на Дину и видит, как кровь сильными струйками сочится из обоих ноздрей, падает на губы, на подбородок, а затем и на её одежду, оставляя алые пятна.       Не смея больше принимать роль наблюдателя, Август вытягивает платок из кармана пиджака и подносит его к аккуратному носу. Вторая его рука ложится на спину девушки, придерживая её сзади.       — Как ты? — обеспоконный негромкий тон касается девичьего слуха, и Дина коротко выдыхает ртом.       — Нормально, сейчас пройдёт, — почти неслышимым голосом проговаривает Дина и сжимает предплечье Августа, ластясь к нему ближе.       Желание девушки не исполняется. Август, как и Дина, до последнего ожидают, что всё пройдёт, что кровь сейчас остановится, что причина всего этого кроется в скачках давления и что это всего лишь временное явление.       Едва Августу стоит отстранить окровавленный белый платок от носа, как кровь начинает выходить ещё большим фонтаном, а Дина бледнеет у него на глазах.       — Это не нормально, душа моя, — Август тревожно наклоняет к блеклому лицу Дины, бегло оглядывая её почти белый кожный покров. — Нам стоит вернуться в особняк, тебя должны осмотреть врачи, — карие глаза хватаются за холодную каплю пота, медленно стекающую по лбу.       Вот только ответа уже не следует. Дина начинает терять сознание, видеть, как предметы теряют свои чёткие очертания, а самое главное - она перестаёт видеть лицо Хольта. Все расплывается стремительно быстро и девушка, окончательно теряя контроль над собственным телом, оседает в руках супруга, который мёртвой хваткой вцепился в её плечи, удерживая на месте...