Ладан

Я видел сны, я помню все их имена. Я слышал трав прерывистые речи. Вдыхал я дым священного огня И зажигал мистические свечи.

Фирс удивлённо вскинул бровь, завидев не внушительного ангела-хранителя, апостола или, на худой конец, святого, а обычную, с виду хрупкую девушку. Без преувеличения, небесной красоты и воистину ангельской внешности. Среднего роста, бледная кожа, золотые волосы и яркие голубые глаза придавали его напарнице вид непорочного, чистого и добродетельного создания. Если предположить, что Бог может шутить, то чувство юмора у него скверное. По-хорошему, этот ангел никогда не должна екшаться с такими как он. Это неправльно. Но, увы, Небесной канцелярии и Бюро Преисподней, казалось, плевать что правильно, а что нет. - Ангел, я так и не узнал Вашего имени. - Ария. А ваше, демон? - Фирс. Вопреки всем законам мироздания Фирс и Ария стали чем-то на подобие партнёров по несчастью с противоположными взглядами на всё и вся. Если девушка видела в людях только светлые качества, как и полагается идеальным, чопорным и до безумия непогрешимым занудным чистюлям сверху, то мужчина нисколько не возвышал человечество. Наоборот, в его понимании люди были отнюдь не самым лучшим творением Создателя. Все они лишь бледные копии. Вдобавок с таким количеством грехов, что даже его так называемые "коллеги" порой вскидывали руки к небу и с бесовским задором восклицали "Какая ирония!" А вся ирония заключалась в непомерной жестокости, всеобъемлющей жадности и людской самоуверенности. - Имей немного веры, - осаждала мужчину Ария, - они проделали долгий путь со дня изгнания из Эдема. - Их бы не изгнали, если бы Ева была капельку умнее, - парировал демон, - они сами обрекли себя на смертное существование. - Забавно слышать это от чёрта, - девушка фыркнула. - Думаешь, если у тебя над головой нимб, то ты всё знаешь? В тот день они больше не разговаривали. На мгновение, Фирсу даже показалось, что в девичьих очах заполыхал адский костёр, но он быстро отогнал эту мысль. Ангелы не способны разжечь пламя Преисподней. "Ты так в этом уверен?" - пропел ему внутренний голос. Мужчина не знал что и думать. - Давай заключим пари? - выдал демон, наблюдая за реакцией своей спутницы. - Ты с ума сошёл? Собрался спорить на смертных?! - возмущению ангела не было предела. - Не говори, что тебе неинтересно чем эта "дружеская" перепалка закончится, - подстёгивал Фирс, кивая в сторону спорящих Отто Фридриха Дельвига, императора магической Германии, Александра Николаевича Романова, императора магической Российской империи и императрицы магического Китая Яо Ли Цинь. Причина столь оживлённой беседы была до абсурда тривиальной - безопасность границ от двух других особ благородных кровей. Вот только немец ни в какою не хотел предоставлять своим "друзьям" артефакт, способный объединить три страны в "Бранденбургское кольцо" - триединый уровень магической защиты, центром которого был Бранденбург. То, что гарантировало их спокойный сон. - Герр Дельвиг не согласится, - спокойно сказала Ария, - пари бессмысленно. - Ты так в этом уверена, свет очей моих? - Прекрати меня так называть, демон, - смущённо проговорила ангел. Была бы её воля - убила, ей Богу! - Ну так что, ангел? - не унимался бес, - если выиграешь, то я избавлю тебя от ненужных комплиментов... - А если нет? - Будешь терпеть меня ещё пару сотен лет. Пари Ария всё-таки проиграла. Как ни прискорбно, но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Так случилось и у неразлучного дуэта. Как только их инстанции узнали о согласованном и, самое главное, добровольном пари между ангелом и чёртом, Небесная канцелярия и Бюро Преисподней вынесли два наказания: для Арии - быть прислугой самой дотошной императрицы во всём магическом мире, а для Фирса - стать демоном-хранителем православной царской семьи. Что ни говори, а выговоры ангелы и демоны могут лепить "божественные". - И как тебе у императрицы? - Самая заносчивая и скверная особа на свете, - Ария тяжело вздохнула, - и теперь я не небесная сотрудница Ария, а фрейлина её Величества императрицы магической Франции, Генриетты Валуа, Ариана Готье. Фирс присвистнул. - Неплохой статус в человеческом мире. - Но и не то чтобы сильно хороший, - беззлобно усмехнулась ангел. Этот краткий, но волнующий звук стал первым звоночком для полупрогнившего сердца беса. Первым звоночком, что он пропал. Спустя столетия с их знакомства, Фирс впервые обратил внимание на извечный аромат своей подруги: горьковатый, полуцветочный-полутровяной с примесью дыма. Он начал преследовать его повсюду. Мужчина прекрасно знал что это, ведь слишком часто шастал за ангелом к католическим церквям. Увы, запах благовоний настолько сильно впитался в Арию, что если его убрать, то она перестанет быть самой собой. Второй звоночек. Фирс мотает головой, сглатывая неприятный ком в горле. "Плевать на ладан" - думает он, в очередной раз скрываясь в тенях полупустых улиц французской столицы, - "но в церковь мне дорога заказана".