Часть 8

      Утро началось с раздражающего звона будильника прямо у моего уха. - Подъём! У тебя сегодня важный день, вставай! – спасибо, конечно, Сутулому за такую заботу, но пошёл бы он далеко и на долго. - Да встаю я! Угомони этот адский аппарат. – с трудом переместила тело в положение сидя и потёрла глаза, которые ну уж совсем не хотели открываться. Илья посмеялся, но будильник выключил. - Иди умывайся, я пока завтрак нам сварганю. – и ушёл. - Ага. – пока вставала успела запутаться в одеяле и грохнулась на пол. Парень появился в дверях. - Так спать любишь, что решила на полу прилечь? Увы, не получится. Вставай и постарайся не травмироваться ещё сильнее. Зима и так с нас спрашивать будет за каждый твой синяк. - Да он тут причём вообще? Я с ним ничего общего не имею. - А он об этом знает? В общем, сами потом переговорите. Подымайся и шуруй собираться. - Бегу и, как видишь, падаю. Мне во что переодеваться? Или предлагаешь в пижаме идти? – кажется, я его сломала. Сутулый остановился и замер. Это мотальщиков так мыслительные процессы затормаживают? Интересно. - Так, ну, ща у матери чё-нить подберём. – и удалился из комнаты. Мне бы встать, а то как дура на полу сижу. Начала вставать и снова запуталась, упала. Что ж такое. – Перестань громить мне комнату! - Да оно само! – с третьего раза получилось встать, хоть и пошатнулась пару раз. Нужно собраться. Пока парень ищет одежду, схожу умоюсь. В связи с тем, что у меня нет ни записей, ни тетрадей, да в принципе никаких вещей, схожу только на зачёт сегодня, а потом подумаю, что делать. Завтра со смены придёт Сутулина старшая, значит, надо куда-то уходить. Но во всяком случае, мне понадобятся мои вещи, получается, надо идти домой. От воспоминаний минувшего дня бросило в холод. Так не пойдёт. Группировщик прав, сейчас мне там опасно находиться. И как тогда мне продолжать жить? Или вчерашняя ситуация как показатель, что как раньше никогда не будет? Судьба давала мне шанс разорвать все пути с Зимой и остальными, поэтому они исчезли? Вчера пошёл отсчёт. Только вот не понятно, идёт он к моей смерти или наоборот чему-то новому? - Ты там утонула? Стучусь-стучусь, ни привета, ни ответа. Выходи, одежду посмотришь, выберешь, что больше нравится. – надо бы ещё с Вахитом пересечься, не понятно, откуда слухи про то, что я с ним «хожу» появились. Зашла в комнату, на диване лежат четыре платья. Ну да, только в платьях в середине осени и ходить. Выбрала более закрытое – тёмно-зелёное, вельветовое, приталенное, с рукавами-фонариками. Это скорей сарафан, чем платье. В той же ванной переоделась. Жаль, колготок нет. Совсем холодно будет. Пришла на кухню, сутулый присвистнул. – Какую фифу Зима урвал. Сразу видно – московская. - Никого он не урвал ещё. Я ни на что не соглашалась. И вообще, с вами дела иметь – себе хуже делать. Напомнить, что вчера было? - Маркел не по понятиям поступил. У нас в Универсаме нормальные пацаны, не путай. Нам можно доверять. - Чем докажешь? Вы, мотальщики, ничем не отличаетесь друг от друга. Всё к одному идёт. Просто в каких-то канторах быстрее, а в каких-то медленнее. - О чём ты говоришь? - Все вы в итоге или сядете, или умрёте. Разве не так? – парень подошёл ближе. Из-за разницы в росте, он стал даже как-то угрожающе нависать надо мной. - Не так. Нечего всех под одну гребёнку грести. У нас свои правила, и каждый из наших пацанов их соблюдает, остальных мы отшиваем. - А как вы правила эти устанавливаете? Их же старшие придумывают. А если вдруг Кащей этот ваш белку поймает в запое и новый «закон» придумает? Например, девушек прямо на улице насиловать? Что тогда делать будете? Думаешь, не найдётся ни одного, кто воспользуется этим? - Не найдётся. – рычит уже прямо, а руки в кулаки сжал, вены проступили. - Найдётся. И, поверь мне, не один. Давай закроем тему. – я прошла мимо Ильи, а он вышел из кухни, хлопнув дверью. Разве я не права? Всё идёт к одному – полная разруха. Или, если взять в пример жертву насилия, разве она виновата? Ей теперь каждый встречный воспользоваться может? А если это по любви было, но после пара рассталась? Девушка местная гувернантка для всей группировки? Это как минимум не человечно, а как максимум глупо. После такого разговора кусок в горло не лезет, только чай выпила, да пошла искать хозяина квартиры. И нашла, вон, стоит у открытого окна в своей комнате, курит. Знаю, что слышал меня, но не повернулся. Обиделся? И что теперь делать? – Может представим, будто этого диалога не было? Давай просто забудем и всё? – затянулся в последний раз, выкинул бычок и повернулся. Я в ответ неловко улыбнулась. Ну не сдержалась я, наговорила, что думаю. - Снежан, ты девка не глупая, не лезь в это дело. На улице тем более молчи, скажешь такое кому-нибудь не тому и всё, не было никакой Снежаны в Казани. Поняла? – если так подумать, то и правда глупо было говорить такое группировщику у него же дома. Кивнула. – Хорошо. Поела? Пошли, а то опоздаешь ещё. Во сколько сегодня заканчиваешь? - Начало зачёта у нас в восемь, а я иду только на него сегодня, получается, около десяти свободна буду. - Понял. К десяти как штык буду у ворот. - Тебе разве на сбор не надо? И почему именно ты? - Он сегодня в одиннадцать. Кстати, тебя бы с собой взять надо, Кащею рассказать про Борисковских. Ты что-то имеешь против моей компании? Если так, то признаю, ты тронула меня до глубины души своей дерзостью. - Снова разборки будут? Вы же недавно с Новотатарскими всё уладили. – да и не очень хочется привлекать внимание милиции к Универсаму. Вдруг снова упекут, так и до статьи дойти можно. - Предлагаешь оставить эту ситуацию? Боишься, что слухи про тебя поползут? Можешь не волноваться, мы подтвердим, что ничего не было. Не было же? - Не было. - Ну вот и всё. Не ссы, разберёмся. Зима так точно, - и подмигнул мне. Я уже устала от этих намёков. – Куртку мою наденешь пока. Пошли. – наконец вышли из квартиры. - Слушай, а с чего вы взяли, что это не Новотатарские вас милиции сдали? - Они при суперах с Кащеем говорили, что предъявлять не будут ничего. Честно проиграли. Им можно верить. Лучше не забивай этим свою голову, сосредоточься на экзамене. Мы разберёмся со всем. По-хорошему, тебе бы ещё с Зимой переговорить. - Зачем? - Будет лучше, если он узнает о вчерашнем от тебя, не думаешь? - Почему его вообще должно волновать то, что случилось? - Сама понимаешь, что говоришь? Головой своей подумай, уверен, она не только красивая, но и умная. – я понимаю, что Вахит не просто так за мной ухаживает, но всё же. Я не давала ответного признания, если так можно сказать, тогда почему его должно это как-то задеть что ли? Он же не на столько поддаётся эмоциям, как тот же Турбо, верно? Значит, не должен как идиот, узнав обо всём, бежать сломя голову разбираться с другой группировкой. Или это так работает вся «дворовая романтика», что даже если тебе не отвечают взаимностью, ты продолжаешь бегать за человеком и ведёшь себя так, будто предмет твоего обожания «ходит» с тобой? В таком случае, у меня проблемы. - Ладно, надо будет найти его перед сбором тогда. - Найдём. Мы пришли. Удачи на экзамене. - Спасибо, до встречи. – ухожу в здание, а в душе зарождается волнение. Вроде всё знаю, но всё равно страшно. По пути встретила Наташу, решила ничего не рассказывать про случившееся. Тогда точно в милицию потащит. Думала, может попроситься пожить пока у неё в общежитии, но раз Марат этот смог найти мою квартиру, то и общагу ему отыскать не составит труда. И, если, в моём случае, за меня может вступиться тот же Зима, то подруга будет подвержена опасности больше. Остаётся надеяться, что мать Сутулого не будет против моего проживания на их жил площади. Стоя перед закрытой дверью, ведущей в кабинет, где будет проходить зачёт, в голову попала мысль просто взять, развернуться прямо сейчас, прибежать домой, собрать вещи и уехать. И катись к чёрту эта Казань, этот Универсам и все эти люди. Тут же в противовес задумалась, что этот путь был бы самым лёгким. После двух месяцев просто взять и уехать, встретившись с первыми трудностями? Разве я приехала, чтобы так быстро сдаться? Уверена, дальше встреч с мотальщиками будет ещё больше, но за моей спиной целая группировка, в которой с многими я успела подружиться. Ну уж нет, так просто я от сюда не уеду. Не убегу поджав хвост. Топнув ногой, открыла дверь и пошла на встречу новым трудностям, как бы это не звучало.       Трудности и правда были. Мало того, что меня вызвали самой последней, когда никого в аудитории не осталось, так ещё и этот козёл задавал практически на каждую мою фразу не меньше, чем три вопроса. Я рассказала ему всё, что мы успели пройти и даже больше, ссылаясь на темы, которые должны проходиться в следующем полугодии. Не зря готовилась эти две недели – слова прямо лились из меня, будто я копила их несколько лет, чтобы сейчас сесть и поведать этому недоумку практически весь первый курс Университета. Так я собой ещё никогда не гордилась, пока рассказывала, видела, практически осязала, как он судорожно придумывает следующий вопрос, только бы завалить меня. Видела, что каждый раз без запинок отвечая, он начинает паниковать, что не может придумать что-то стоящее. От этой картины хочется смеяться. Нагло и громко. Прямо ему в лицо. У него нет и шанса поставить мне ниже пятёрки. Однако, он задал последний вопрос. Вопрос из программы следующего курса. Я читала что-то такое, но лишь мельком, поэтому ответ вышел склоченным. - Да уж. А я уже хотел поставить вам отлично, но вижу, что не подготовились до конца. - Но мы этого не проходили! Так не честно. - Ну, знаете ли, Снежана, в Москве это проходят уже в первом полугодии, стыдно не знать. Просто признайтесь, что посредственно подготовились. К сожалению, выше тройки поставить не смогу. Будет вам уроком, что вместо того, чтобы перед мальчиками крутиться, лучше бы книжки почитали. Хотя, какие это мальчики. Мотальщики! Не стыдно? Ещё и в платье до сих пор ходите. Но что-то вашего «Ромео» давно не наблюдаю у входа, а сегодня вы с другим пришли. Завтра третий придёт? – от его наглости, у меня сейчас глаза выпадут. Он смеет меня обвинять в том, что я романы здесь кручу? - Да что вы себе позволяете?! Я из этих книг две недели не вылезала, а вы меня завалить решили! И какая вам вообще разница, кто меня забирает?! - Снежана! Не забывайте, с кем вы говорите! А то сейчас пулей у меня вылетите не то, что на пересдачу, а из Университета! – он даже встал, думаешь, так запугаешь меня? А хрен тебе! - Знаете что? Идите вы нахуй! Всего доброго! – и выбежала из класса. Будет ещё старый хныч обвинять меня в проституции! Не позволю такого обращения со мной. Завтра же в администрацию пойду. Надела куртку и быстрым шагом прошла к выходу, игнорируя крики Наташи. В глубине души понимаю, что зря на провокации начала реагировать, но гнев перекрыл все возможные сожаления по этому поводу. Только вышла как меня окликнули, обернулась. - Эй, куда так торопишься, куколка? – ну конечно, сегодня все решили испортить мне настроение, поэтому прямо сейчас на меня идёт племянник соседней группировки. Ну вот он идёт весь побитый и помятый, он вчера не понял, что я не хочу с ним даже рядом находиться? – Нам вчера друзья твои пообщаться не дали. А теперь, как погляжу, ты одна тут. - Нам не о чем разговаривать. – где Сутулый? Спиной прошла чуть дальше от «прекрасного» собеседника, который начал подходить ближе, и оглядываюсь. Ну не может быть такого, что меня кинули. - Кого ищешь? Дружка своего, с которым вчера убегала? Тогда можешь не беспокоиться, он вон там, за углом того здания с моими приятелями. – и вот он уже оказывается на расстоянии вытянутой руки от меня. – Чё ты ломаешься? Уверен, ты в курсе, кто я такой, так чего боишься? Я не последний человек у Борисковских, со мной ходить будешь, и никто не тронет. Кроме меня, конечно. - Ты чего ко мне приципился вообще? Может, я занята уже, не боишься, что по твою душу придут? – лучшая защита – это нападение, верно? Я всё ещё очень злая, так что посмотрим, на сколько у меня получится отбиться от этого ненормального, может, Илья всё же выживет и придёт? Или убегу. Вопрос только куда? - И с кем же ты ходишь? Ни за что не поверю, что с одним из твоих вчерашних рыцарей. - А это тебя уже касаться не должно. - Какая грозная. Ну ничего, усмирим. – стоит, ухмыляется. А вот Зима по-доброму всегда ухмылялся. Странно, что я подумала о Вахите. – Пойдём, прокатимся, у меня машина тут недалеко. – не верю, что это его машина. Ни одному его слову не верю. - Нет, мне пора. – повернулась к нему спиной и только побежала, как Маркел схватил мою руку и дёрнул обратно. От этого я полетела на него и врезалась лбом о его плечо. – Ай! - Куда собралась? Мы не договорили. – парень сильнее сжал кисть. – Я же по-хорошему хочу, ну. - Да отстань от меня! Я кричать буду! – выдернуть руку не получилось. Ну вот блин, синяк будет. - И кто тебе поможет? Не артачься, пошли со мной и всё нормально будет. – и всё тянет к себе ближе, уже чуть ли не носом ему в грудь утыкаюсь. Понарожают уродов, а мне убегай. - Знаешь, а пошли! – даже не удивился. – Ты такой красивый. – хлопай глазками, Снежана, просто хлопай. И улыбку натяну приторно-сладкую. Все мотальщики тупы как пробки. - Ну вот. А ты противилась. Сразу так нельзя было? – он отпустил мою руку и приобнял меня за плечи. Вспомнила, как стояла в таком же положении с Вахитом. С ним было приятнее и теплее. Лучше бы на месте этого нахала был супер Универсама. Кажется, покраснела. Я не должна о таком думать. – Да не смущайся ты так, ща прокатимся с ветерком, ко мне заедем. – как это противно слушать. Мы ушли к музыкальной школе. Здесь достаточно места, чтобы убежать, но не понятно, где стоят его «друзья». Остаётся действовать наугад. - Подожди. Можешь закрыть глаза? Хочу кое-что сделать, надеюсь, ты будешь не против. - А ты шустрая, - снова неприятная, похабная улыбка, - сначала противишься, а потом вот так. - Тогда, может, наклонишься? А то ты такой высокий, - и пальчиком так аккуратно по груди его провожу, а самой тошно от этого. Парень хмыкнул, но чуть сгорбился, и поддался вперёд, собираясь поцеловать. Только вот, кто ему позволит? За долю секунды я успела врезать ему коленкой промеж ног и, попытавшись сбросить чужую руку, помчалась. Под чужие ругательства, проклятия и грохот собственного сердца. Почему попытавшись? Потому что этот придурок вцепился в куртку и отпускать не собирался. Пришлось снять предмет гардероба и оставить на растерзание. Прости, Сутулый. Долго бежать не получилось, потому что я конечно же врезалась в кого-то. Проронив «извините», хотела было нестись дальше, но меня схватили за запястья. Успела пережить инсульт, но додумалась вместо криков поднять голову и посмотреть, кто меня держит. Вахит. Услышала шаги позади и юркнула ему за спину. Спасена. Зима кинул вопросительный взгляд на меня, не проронив и слова, но, предполагаю, все вопросы отпали, как только к нам приблизился Борисковский. - Выходи, сука, отвечать будешь. - Слышь, ты чё к ней прикапался? – не зря его Зимой назвали, от голоса парня пошли мурашки. А может это потому, что я без верхней одежды в одном сарафане на улице в последний день октября? - Ты вообще кто? - Зима, Универсам. А ты у нас Борисковский, верно? Чего от девушки хочешь? - А ты мне что-то предъявить хочешь? Она со мной ходит. – чтоб я и с ним?! Да я скорей с Турбо встречаться начну, чем с ним. Всеми фибрами души почувствовала, как Вахит напрягся. Ой как всё плохо сейчас будет. - Пиздишь. - Сам у неё спросить можешь. – Марат кивнул на меня, - Сегодня её муха какая-то укусила, вот и поссорились, да, Снежанка? – универсамовский тоже слегка повернулся и посмотрел на меня. Я отрицательно покачала головой, аккуратно, чтобы «третий лишний» не увидел, показала наливающийся синяк на кисти, и посмотрела ему в глаза. - Не ходит она с тобой. – в тот же момент племянник соседней группировки оказался на земле. Жмурится от боли, пытается встать, но на него лишь сыпятся новые удары. Зима не жалел силы, кажется даже с каждым замахом эта сила удваивалась. Он переступил через Марата, поднял того за шкирку и буквально впечатал свой кулак ему в лицо. От такого я поёжилась. Не очень приятное зрелище. Возможно, меня бы стошнило, если бы с утра я всё же что-то поела. Вахит тем временем не переставал превращать лицо «собеседника» в кровавую кашу. Борисковский только хрипел, а после так вообще перестал издавать звуков. Надо бы останавливать сие действие, убьёт ведь. Ехидный голос внутри сказал, что быть ждулей мне ещё рано. Как его запереть? - Зима, стой, хватит, - на что я рассчитывала? Парень даже не взглянул в мою сторону. Схватила его за рукав, начала оттягивать, - Вахит, прекрати! Пойдём от сюда, пожалуйста! Я замёрзла. – и спустя пару ударов меня услышали. Парень выпрямился и повернулся ко мне. Оглядел с ног до головы. - Цела? Он ничего тебе не сделал? -Цела. Не смог, я убежала. – так давно его не видела. Вроде прошло всего две недели, но такое ощущение, что не меньше года прошло с нашей прошлой встречи. – Может, пойдём, пока никто нас не увидел? Будет не очень хорошо, если ты снова попадёшься милиции. - Хах, в что? Волновалась? – вот по этой улыбке я скучала. Без всяких злых умыслов и подтекстов. Мотальщик снял спортивку и натянул на меня. – Ты чего легко так оделась? - Да тут вчера произошло кое-что, - я покосилась на лежавшее позади тело, - но давай я тебе чуть позже расскажу? Тут где-то за углом Сутулый лежать должен. Нам бы найти его, вдруг что серьёзное. - Причём тут Сутулый? - Боюсь, если начну рассказывать, то тебя посадят за убийство. - Снеж, ты просто расскажи и всё. – супер взял мою руку, - Он?.. – продолжить не смог. Ну да, для них такие девушки – табу. Смотрит с таким беспокойством, будто в жёны меня брать собрался. Серьёзно настроен на отношения? На лице у парня оказалась пара капель крови, протянула руку. Пальцами бережно провела по его щеке, там и оставила ладонь. Что за будоражащее чувство в животе? Словно мурашки, но внутри. - Нет, Вахит, ничего не было. – выдохнул и чуть прикрыл глаза. Интересно, он всем своё волнение показывает? Ни разу не замечала, чтобы при других кто-то из группировщиков выдавал свою грусть, тревогу или что-то похожее. Или я слишком обесцениваю его отношение ко мне? Почему-то мне и в голову не приходило, что Зима хочет не просто какую-то интрижку, а что-то серьёзное. Может, стоит дать ему шанс? От этого вопроса в животе вновь что-то зашевелилось. Будь что будет. Я поддалась вперёд и уткнулась носом ему куда-то в основание шеи, обнимая. – Знаешь, я скучала. Думала, где ты, куда пропал, не предупредив. - Я пришёл, как только смог. В тот же день. Но ты не открыла. Подумал, обиделась. Всю ночь у твоей двери провёл. – ещё немного и я расплачусь. Сама не знаю почему. - Мне пришлось ещё с утра уйти из квартиры. Вахит, пойдём от сюда, прошу тебя. Я тебе всё расскажу, как только мы найдём Илью, честное слово. – мне так не хотелось отходить от него, что сначала напугало. Целую вечность бы стояла так в ощущении полной безопасности и тепле. Но пришлось выпутаться из рук парня и отправиться искать его товарища. Очень манило желание вновь спрятаться от холодного ветра в объятиях, только я не решилась. Не то, чтобы мне было стыдно, скорей неловко. Впервые в моей голове поселился червячок сомнения в своих действиях. Обязательно переосмыслю все наши взаимоотношения. У меня были отношения в подростковом возрасте, но провстречались мы меньше года, да и это сложно назвать полноценной любовью. Например, в его объятиях, я никогда не чувствовала себя в безопасности, как сегодня. А может, это просто-напросто моё воображение? Кто бы не чувствовал себя хорошо, находясь в руках одного из старших группировки? Позвоню Наташе. Мне жизненно необходимо поговорить с ней и выяснить, что со мной происходит.       Сутулого мы и правда нашли за углом одного из зданий, окружающих Университет. Сидит, опёрся о стену, кровь остановить пытается. Хоть живой, и на том спасибо. Хотела помочь ему встать, но меня остановил Зима, сказав, что не хватало, чтобы я в крови испачкалась, да и он сам прекрасно может помочь другу. Вот и идём такой делегацией, только куда не понятно. Выдвинула предложение пойти ко мне, но Илья сразу протестующе замычал. Ну и зря, у меня там аптечка хорошая. По дороге «в никуда» не решилась рассказать о случившемся. Вместо этого витала в рассуждениях о том, что вообще такое любовь и как она выражается, игнорируя вопросительные взгляды Вахита. Если так подумать, я и не любила никого по-настоящему. Как тогда понять, что я чувствую? Мне точно нужна Рудакова.       Шли долго, но дошли-таки. Поначалу не поняла, куда вообще дошли. Оказалось в подвал. А внизу ещё и качалка. Великолепно, замкнутое пространство без окон, которое кишмя кишит потными пацанами всех возрастов. На входе никого не было. И что, сюда любой человек зайти может? Не продуманно. - Аптечку сюда несите! – Зима сразу решил взять всё в свои руки. – Снеж, обработаешь его пока? - А ты куда? – меньше желания прерывать объятия с Вахитом, было только желание остаться в подвале, где собрались, по ощущениям, только старшие. У меня отношения пока налажены только со скорлупой и средним возрастом, а к новым знакомствам я не готова. - Я к Кащею. Он в той каморке. – кивнул на дверь в метре от нас. – Ничё не будет, здесь все свои. - Хорошо. – мотальщик скрылся в другом помещении, а все вокруг уставились на меня. Я им зверушка какая? Принесли аптечку, только вот несла её какая-то девочка лет четырнадцати. Ещё и смотрит на меня так, будто я враг народа. – Отдай. - Ты кто вообще такая? Первый раз тебя здесь вижу. - Давай я сначала помогу человеку, а уже потом ты будешь устраивать допросы. - Нет, я сама всё сделаю. – только она хотела подойти ближе к Илье, как я преградила ей дорогу. Нахалка. – Отойди. - Я сказала, отдай мне аптечку, мне нужно обработать ему раны. Это моя работа. Нельзя доверить такую работу маленькой девочке. - Нет, это сделаю я. У кого хочешь спроси, я здесь всех латаю. С чего мне вообще тебе верить? – если эта мелкая зазноба не отдаст мне лекарства, мне придётся их отобрать. А народу вокруг нас тем временем собирается всё больше и больше. - Меня не волнует, что ты там делала. Я – мед сестра, так что не мешай. – девочка подошла ближе, одним движением руки поправив свой красный свитер. - Нет. – Снежана, ну ты же не глупая, чтобы драться, верно? Хватит на сегодня драк. - Хорошо, проходи, - я отодвинулась в сторону. Она прошла мимо, вздёрнув нос. Довольная. Но до тех пор, пока я не выхватила из её рук бедную аптечку. – Не стоит стоять ко мне спиной. Будь внимательней и уйди с дороги. – нет, мне не стыдно. - А ну отдай сюда! – как хорошо быть выше других. Вытянула руку вверх, ей придётся попрыгать, если хочет достать. – Да ты совсем с ума сошла?! Прямо сейчас верни! - А что такое? Не получается достать? Какая жалость. – девочка выглядит ну слишком беспомощно. Где-то сзади хлопнула дверь. Обернулась, не опуская руки, смотрю, а там Турбо идёт. Ну как же без него. – Привет. - Здоров. Чё происходит? - Эта больная не даёт мне обработать раны! Валерочка, скажи ей! - Как-как? «Валерочка»?! Хахаха! Турбо, мне тебя тоже «Валерочкой» звать можно? Хахахаха! - Угомонись. А тебе я уже говорил всё по этому поводу. - Но, Валера… - Всё, хватит, отойди и дай Снежане всё сделать. – от смеха живот заболел, - А ты хватит ржать. Где Зима и как вы тут оказались? - Хахах… Фух, насмешила ты меня, конечно. – я утёрла выступившие слёзы, как почувствовала, боль в руке. – Ай! Ты что больная?! Чего царапаешься? – девочку это не остановило, потому что та подошла ближе и хотела влепить пощёчину. Спасибо моей реакции, ничего не успело произойти. – Ты в себе вообще? – но она не остановилась. Наоборот, сбила меня с ног, от чего я ударилась затылком об пол, поплыло в глазах, начала выдирать волосы. – Да ты и правда сумасшедшая! – ну а я что? А я в ответ царапаться начала. Пару раз ей по лицу аптечкой заехала, чтоб жизнь малиной не казалась, пару клоков вырвала, чтобы патлы свои не распускала. И только потом гопота сообразила, что нас разнять надо. Жаль, я бы ей ещё по голове настучала. Девчонка-то и сама успокоиться никак не может. Вон как из Валериных рук вырывается. На шее сзади почувствовала что-то тёплое, еле высвободила руку у одного из группировщиков, потрогала. Кровь. Приплыли. - Да успокойся ты наконец! – Турбо грубо встряхнул её за плечи. - Отпусти меня! - Вроде головой я ударилась, а не ты, тогда почему нервная такая? - Снежана, ты тоже помалкивай. - А я-то что? Это была оборона с мной стороны. Это твоя психичка на меня накинулась исподтишка. Гляди, всю руку исцарапала. Зато я ей личико подукрасила. – именно на этих словах из коморки вышел Зима. Чересчур много событий на сегодня. Хорошо, хотя бы Кащей и его плебеи внутри остались. - Какого хрена здесь произошло? – сразу на меня посмотрел. – Турбо, блять, что случилось? - Да подрались они. - Какого хуя ты не следишь за ней? – он кивнул на девочку, - Уже не первый раз такое случается. - А ты мне предъявить что-то хочешь? – дальше я уже не слушала, да и парни меня держать перестали, вместо этого пошли разнимать двух суперов. Теперь можно заняться Сутулым. Шумиха прошла спустя десять минут, когда я уже успела закончить с Ильёй и с собой. Повезло, что серьёзных травм не было, помимо моей головы, но уже завтра всё пройдёт. Перед глазами до сих пор плывёт. Хорошо приложилась. - Снеж, ты как? – а вот и Вахит. С разбитой губой, костяшками и кровью на лице. - Всё в порядке, садись. – я встала, а парень наоборот сел на кресло. Какое-то время мы молчали. Отчего-то мне было неловко смотреть на его губы. И вновь это чувство в животе. Решила начать с рук, чтобы не пересекаться взглядами и не чувствовать себя странно. Но сделать хоть что-то мне не дали, чуть сжав кисти. – Что-то не так? - Посмотри на меня. – послушалась. Взглянула ему в лицо. – Всё же хорошо? Чего такая бледная? - Не знаю. Устала. – улыбнулся. Из губы пошла кровь. – Жизнь совсем ничему не учит, да? - С тобой всё, как в первый раз. – кажется, сердце остановилось. Чувствую, как начинаю краснеть. - Ну тебя. – с руками закончила быстро. Снежана, ты профессионал, правда будущий, но нельзя терять самообладание. Но почему так хочется коснуться его губ не только ваткой? Интересно, они мягкие или такие же обветренные и грубые, как и его руки? Появится ли у меня когда-нибудь возможность это проверить? - Ну вот, а теперь красная. Точно всё в нормально? - Да. - это «да» вышло так неуверенно, что я сама себе не поверила. Гнать надо такие мысли далеко и на долго. Вахит, видимо, тоже не поверил, поэтому положил свою ладонь мне на щёку, заставив посмотреть в глаза. Внутри взорвался фейерверк. Но мой взгляд упрямо опустился вниз, на эти проклятые губы. Парень хмыкнул и встал. Подошёл слишком близко. Так близко, что дышать будто стало труднее. Наклонился к моему лицу. Я сейчас в обморок упаду, ты чего творишь. - Слушай, а пошли в ДК?