Переполох

Наша прогулка привела нас к небольшому выступу на скале. Внизу мерцал ручей, его воды бушевали, разбиваясь о камни и создавая белую пену на порогах. Шум воды сливался с ночными звуками леса, создавая странное, но умиротворяющее ощущение. Луна уже показалась на небе, хотя солнечный свет ещё не угас полностью. Из-за этого вода красиво переливалась, играя бликами, словно живое серебро. Я села на край выступа, свесив ноги вниз. Ветер, дувший от реки, был прохладным и пробирал до костей, вызывая мурашки на коже. Но мне это нравилось. В таком месте чувствовалась настоящая жизнь. В большом городе такого не ощутишь. Сатору стоял рядом, запрокинув голову вверх. Ветер ласково играл его волосами, и при свете луны они отливали серебром, создавая иллюзию, что он сам часть этой ночи. Вдруг он нарушил тишину. — Я давно не чувствовал себя так свободно… Я мысленно согласилась с ним. Хотелось остаться здесь до глубокой ночи. Не думать ни о чём. Просто спрыгнуть со скалы в этот ручей и медленно погрузиться на дно, где никто не сможет достать тебя… — Кажется, я сто лет не была в подобных местах… — задумчиво произнесла я, откидываясь назад и упираясь руками в камень. — Надо будет выбраться так ещё раз на каникулах… — Да, ты прав. Он присел на корточки рядом, глядя на меня с лёгкой улыбкой. А затем, неожиданно для меня, его рука нежно коснулась моих волос, убирая выбившуюся прядь за ухо. — Я был бы рад, если бы ты захотела составить мне компанию, — тихо произнёс он. В его голосе было что-то… естественное. Он не пытался шутить или издеваться. Это прозвучало так же просто и спокойно, как шум леса, как течение реки. Но прежде чем я успела что-то ответить, он убрал руку. Я сглотнула и, стараясь перевести разговор, сказала: — Думаю, всем преподавателям в колледже было бы неплохо выбраться в такой поход. — Вообще-то, я говорил именно о нас, — его голос стал чуть ниже, а сам он слегка наклонился ближе. При лунном свете его глаза, скрытые за очками, казались ещё ярче, неестественнее. Я открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент тишины разорвал чей-то громкий крик, донёсшийся со стороны домика. Сатору тут же вскочил. Его лицо моментально изменилось: улыбка исчезла, уступив место сосредоточенности. — Я не чувствую сторонней проклятой энергии… — медленно сказал он, явно насторожившись. — Что-то здесь не так. Пойдём, нужно скорее проверить. Я поднялась следом, и мы быстрым шагом направились обратно. Жаль было покидать это место. Но проверять, что случилось, нужно было в первую очередь. Солнце уже совсем скрылось за горизонтом, и единственным источником света теперь была луна. Мы почти бежали, насколько позволяла местность. Корни деревьев вырастали из-под земли неожиданными преградами, кусты цеплялись за одежду, но адреналин гнал нас вперёд. — Стой, — вдруг сказал Сатору, остановив меня за локоть. Я резко притормозила, глядя на него вопросительно. — Нам лучше подойти незаметно. Посмотрим, что происходит, прежде чем вмешиваться. Я молча кивнула и, пригнувшись, стала аккуратно пробираться через деревья. Когда мы наконец вышли на опушку, перед нами предстала неожиданная картина. Что-то огромное, покрытое грязью, ветками и листьями, носилось по двору, издавая злобное рычание. За ним метались студенты, пытаясь атаковать. На секунду я замерла, мои инстинкты сработали, и рука потянулась к вороту футболки, чтобы активировать свою метку и напасть. Но Сатору остановил меня, ухватив за запястье. — Подожди. Посмотри хорошенько, — проговорил он с хитрой улыбкой. Я нахмурилась, но присмотрелась. Лунный свет сделал картину чуть чётче. Я моргнула. А потом едва сдержала смешок. Весь этот хаос… создавал Панда. Он, обмазанный грязью, с торчащими из меха листьями, не гнался за ребятами, а наоборот — убегал от них! Студенты с серьёзными лицами бросали в него свои техники, но ни одна не попадала в цель. — Ребята, это же я, Панда! — отчаянно пытался докричаться он, но его никто не слушал. Мы с Сатору переглянулись. А потом разразились таким громким смехом, что наконец привлекли внимание остальных. Ребята резко остановились. Нобара, тяжело дыша, уперлась руками в колени и раздражённо выкрикнула: — Чего вы ржёте?! Нет бы помочь нам! Сами же нас тут бросили! Но это только подлило масла в огонь. Мы с Сатору буквально согнулись от смеха, держась за животы. — А вы бы хоть присмотрелись, на кого нападаете! — сквозь смех произнёс он. Я вытерла слезу с уголка глаза и, наконец, немного успокоившись, спросила: — Панда, что с тобой случилось?! Тот обречённо вздохнул. — Суюки-семпай… — он выглядел настолько несчастным, что это снова чуть не вызвало у меня смех. — Я просто хотел приехать раньше, сделать вам сюрприз по прибытию… Но я совсем не разбираюсь в этой местности, так что заплутал. Я прикрыла лицо рукой. — Ходил-ходил… потом провалился в какую-то яму… и просидел в ней до сумерек, пока не смог выбраться. Я уже предчувствовала, к чему это ведёт. — А когда нашёл дорогу, увидел ребят, которые мирно спали на земле. Сатору уже усмехался, но пока молчал. — Я попытался их разбудить… но они почему-то напали на меня! Повисла тишина. Я посмотрела на студентов. Они посмотрели на Панду. Затем снова перевели взгляд на нас. А потом мы все снова засмеялись. Панда тяжело вздохнул, явно смирившись со своей участью. — Это будут долгие три дня… — пробормотал он. Ночь постепенно накрывала лагерь. После всей этой суматохи мысль о горячих источниках казалась спасением. — Ну что ж, если всё хорошо и никакой опасности нет, предлагаю всем хорошенько отмокнуть в горячих источниках! — заявила я, потягиваясь. — Девочки, составите мне компанию? — Я с удовольствием! — первой откликнулась Нобара, явно обрадовавшись идее. Маки лишь коротко кивнула, но по её виду было понятно, что она тоже не против. — Тогда мы тоже пойдём, — подметил Сатору, почесав подбородок. — Ребята, нам нужно хорошенько отмыть Панду, иначе директор Яги нам этого не простит. — Хотя… — вдруг тихо добавил он, приблизившись ко мне настолько, что его дыхание коснулось моего уха. — Я был бы не против понежиться в источниках с тобой… Я вздрогнула. Какого черта?! От его нахальства и бестактности во мне вспыхнул гнев. Хотелось швырнуть в него что-нибудь тяжёлое. О, как удачно, что прямо под ногой оказался небольшой камень. Я быстро подняла его и, не раздумывая, запустила прямо в его голову. Но, конечно, камень даже не приблизился к нему, а просто отскочил, не коснувшись ни волоска. Чёртова бесконечность. Сатору, не оборачиваясь, весело вякнул: — Мимо. И довольно зашагал дальше, явно наслаждаясь ситуацией. Мне казалось, что на моей голове можно было вскипятить чайник. — Да что ж ты за…! — пробормотала я сквозь зубы, но тут меня окликнула Нобара. Она подошла сбоку и дружески ткнула меня локтем. — Не обращайте на него внимания, — с улыбкой сказала она. — Может, ему надоест, и он перестанет вас задевать. — Сомневаюсь… — пробурчала я, сердито сжимая кулаки. — А что он вам сказал-то? Моё лицо вспыхнуло, будто кто-то резко включил на нём красный свет. Плечи приподнялись, руки напряглись. Я попыталась придумать правдоподобный ответ, но в итоге смогла лишь пробормотать: — Г-глупость ещё одну… Давай скорее пойдём в источники. Хочу смыть его слова с себя. Нобара удивлённо посмотрела мне вслед, но не стала расспрашивать дальше. Вместо этого она направилась к Маки, и девушки ушли в свою комнату за вещами. Я, в свою очередь, старалась как можно быстрее добраться до своей комнаты. Главное — не пересечься с Сатору ещё раз. Лучше всего будет незаметно пробраться к источникам, словно тень, словно призрак. Кажется, он уже ушёл в источники. Ну и хорошо. Я облегчённо выдохнула.Быстро собрав полотенце и ванные принадлежности, я замоталась в халат и вышла. Нобара и Маки уже ждали меня у выхода на задний двор, после чего мы вместе отправились к источникам. Здание, где находились источники, было отделено от основного корпуса небольшим забором. Древесина старого строения пропиталась влагой, а от дверей исходил пар, наполняя воздух приятным ароматом минералов и сосен. Место было разделено на две части, и со стороны мужской зоны уже доносился шум. — Сюда, давай-давай, хорошенько протри! — голос Годжо был громче всех. —Учитель Годжо, вы может сами приняли бы в этом участие? – прокричал Мегуми.  Мы с девочками переглянулись. — Они там убивают друг друга? — сдержанно спросила Маки. — Нет, кажется, они просто моют Панду… — осторожно ответила я. — Очень… эмоционально, — добавила Нобара, хихикая. И действительно, из-за забора то и дело слышался плеск воды, топот ног и брызги, летящие во все стороны. — Ребята, это же я, Панда! — попытался донести до них свою мысль несчастный зверь. — Мы знаем! — дружно ответили ему, и в тот же момент послышался очередной всплеск воды. Я прикрыла рот рукой, сдерживая смех. — Бедный… — прошептала я. — Он сам виноват, нечего было блуждать по лесу и выглядеть как чудище из болота. — Маки пожала плечами. — Пойдём, пока нас не втянули в этот хаос, — сказала Нобара, толкнув дверь. Тёплый пар окутал нас, как только мы вошли внутрь. Большой горячий бассейн наполнял помещение влажным паром, создавая уютную, почти сонную атмосферу. Воздух был пропитан минеральным запахом воды, смешанным с лёгкими древесными нотами. Тепло мгновенно охватило меня, словно смывая весь накопленный за день груз усталости. Я глубоко вдохнула, ощущая, как напряжение покидает тело. Кожа приятно покалывала от жара, словно омолаживаясь с каждой секундой. Но прежде чем полностью погрузиться в воду, я остановилась. Нобара и Маки уже спустились в бассейн, позволяя воде окутать их расслабляющей пеленой. Я колебалась всего миг, но потом, наконец, заговорила: — Могу я попросить вас не говорить никому о том, что изображено у меня на спине? Нобара сразу заинтересовалась. — А это что, тайна какая-то? — игриво спросила она, но быстро заметила, что мне не до шуток. Я смотрела на неё серьёзно, и её улыбка медленно сошла на нет. — Нет, конечно, не тайна. Но для меня это очень важно. Я вздохнула, подбирая слова. — Я знаю, что в колледже уже шепчутся об этом, но я не хочу, чтобы они знали, что там на самом деле. Маки, молча наблюдавшая за нами, первой кивнула. — Хорошо. Мы никому не скажем. — Да, да, учитель Кано, ваша тайна в безопасности, — весело добавила Нобара, но затем посмотрела на Маки. — Верно? Маки лишь чуть заметно кивнула. В её взгляде не было насмешки, но было что-то ещё — то ли сомнение, то ли задумчивость. Я не стала вдаваться в подробности. Сняв халат, я медленно опустилась в воду. И тут я почувствовала их взгляды. Нобара и Маки внимательно изучали мою татуировку, пока я спускалась в бассейн. Судя по их лицам, они были удивлены. — Вот это да… — выдохнула Нобара. Маки молчала, но удивлённо вскинула бровь. — Мы не думали, что она настолько… большая, — добавила Нобара, с нескрываемым восхищением разглядывая рисунок. Я лишь покачала головой. — Пожалуйста, оставим это между нами. — Да, конечно, — почти одновременно ответили девушки. Я расслабленно откинулась назад, позволяя воде полностью окутать меня. Нобара последовала моему примеру, раскинув руки по краям бассейна и довольно вздохнув: — Вот это жизнь. Маки, напротив, держалась чуть дальше, молча наблюдая за нами. Через какое-то время, когда мы полностью расслабились, разговор стал непринуждённым. Мы обсуждали всякую ерунду: кто как провёл последнее время, кто из парней самый бестолковый (единогласно решили, что Итодори), и у кого самый ужасный почерк (тут победил Годжо). — Слушайте, а как вы вообще относитесь к отдыху? — вдруг спросила я. — Обожаю! — тут же заявила Нобара. — Но только если это цивилизованный отдых. Кафе, магазины, массаж, а не лазание по горам и ночёвка в деревянных домиках! — Ну ты и принцесса. — Да, не спорю. Мы рассмеялись. — А ты, Маки? Она чуть задумалась. — Не люблю бездельничать. — Ох, вот это честный ответ! — подколола её Нобара, вставая. — Ладно, девочки, мне пора. — Так быстро? — У меня целый ритуал ухода за кожей. Если я хочу выглядеть так же потрясающе завтра, то мне нужно успеть выспаться. Мы с Маки переглянулись. — Хоть бы поделилась секретами. — Нет, красота — это работа, а не волшебство. — с этими словами Нобара вышла, оставив нас наедине. Между нами повисла тишина. Маки, казалось, не спешила говорить. Я не знала, как наладить с ней контакт. Она всегда была закрытой, и, если честно, я не могла понять, как она ко мне относится. Вода приятно грела кожу, а на улице тихо шумел ветер. Я собрала волосы в пучок, чтобы хоть как-то отвлечь себя от неловкости. — Ты не устаёшь от всего этого? — спросила я, просто чтобы сказать что-то. Она взглянула на меня. — От чего именно? — От… всего. От колледжа, от людей. От того, что нужно всё время доказывать свою силу. Она задумалась. — Нет. Мне нечего доказывать. Я усмехнулась. — А мне вот кажется, что я всю жизнь только этим и занимаюсь. Опять тишина. Я выдохнула и, наконец, задала вопрос, который давно крутился у меня в голове: — Ты презираешь меня? Она подняла на меня взгляд. — Я… Пауза. Я ждала. — Я выросла с мыслью, что ваша семья — предатели, которым нельзя доверять. Внутри что-то сжалось. Я ожидала услышать что-то подобное, но всё равно это задело. Маки продолжила: — Но я не вижу в Вас ненависти или опасности. И честно? Я не понимаю, как к Вам относиться. Я медленно кивнула. — Это честно. Она чуть отвела взгляд, как будто боролась с собственными мыслями. — Моя семья… — тихо сказала она. — Они рассказывали мне о преступлениях вашего рода. Эти рассказы… они просто застряли в моей голове. Я сглотнула. — И ты не можешь их забыть. — Да. — Что ж, я постараюсь сделать всё, чтобы переубедить тебя. Только дай мне шанс, пожалуйста. Маки не ответила сразу. Но спустя пару секунд едва заметно кивнула. Я поймала этот кивок, словно хрупкую надежду, и вдруг мне стало немного легче. А потом я заметила ещё кое-что. Совсем лёгкую, почти невидимую улыбку на её лице. Меня согрела мысль, что, может быть, однажды мы сможем стать друзьями. Горячая вода расслабляла, тишина источника окутывала, словно мягкое одеяло. Через пару минут Маки тоже вышла из бассейна, оставив меня одну. За стеной тоже стало тихо — видимо, ребята уже разошлись. Казалось, весь мир замер, оставив мне время просто побыть с самой собой. Я глубже погрузилась в воду, оставив снаружи только нос. А затем игриво пустила пару пузырьков, наблюдая, как они поднимаются на поверхность и лопаются. Я ещё немного задержалась в бассейне, наслаждаясь теплом воды, но усталость постепенно брала верх. Выбравшись, я укрылась полотенцем, позволив каплям стекать с кожи, прежде чем накинуть халат. Влажная ткань приятно холодила разогретое тело, контрастируя с паром, всё ещё витавшим в воздухе. Выйдя наружу, я вдохнула свежий ночной воздух. Он был прохладным и чистым, напоминая о том, что где-то далеко от шума и обязательств есть мир, где можно просто быть. Я собиралась направиться в свою комнату, но вдруг услышала шорох в кустах неподалёку. Мгновенно напрягшись, я рефлекторно отодвинула ворот халата и провела металлическим когтем по шраму на груди. Лёгкое нажатие — и капля крови медленно скатилась вниз. Жаль портить белоснежную ткань, но, как бы расслабляющей ни была эта обстановка, я отвечаю за студентов. Из пальцев моей руки кровь собралась в небольшой кинжал, который я резко метнула в сторону шума. Лезвие впилось во что-то твёрдое. — Почти попала. Если бы я отключил свою силу, ты бы, возможно, даже задела меня. Я вздрогнула. Из-за дерева, держа руки в карманах такого же белого халата, как у меня, вышел Сатору. Довольный, как всегда. Я лишь закатила глаза, растворяя оружие обратно в кровь. Тонкая струйка стекала по коре дерева, оставляя тёмный след. Он приблизился, его шаги были лёгкими, расслабленными. — Чего прятался? — спросила я, внимательно наблюдая за ним. — Обстановку разведывал, — коротко ответил он, встав рядом. Я взглянула на него мельком и невольно задержала взгляд. Без очков. Без маски. Его влажные волосы были небрежно растрёпаны, несколько прядей налипли на лоб. Глаза неприкрытые, ясные, глубокие, почти нереальные. В темноте они сверкали ледяным синим светом, и мне почему-то стало не по себе. Я заставила себя отвернуться. — Жаль, халат испачкала, — пробормотал он, небрежно протягивая руку и касаясь ворота моего халата. Его пальцы слегка коснулись моей кожи, и у меня перехватило дыхание. В груди что-то завязалось узлом. Я поспешно отступила, сбивая его руку. — Не критично, могу попробовать исправить, — сказала я, пытаясь вернуть себе уверенный тон. Опустив взгляд на пятно, я провела по нему пальцами, ощущая, как кровь возвращается ко мне. Из капли крови я создала маленький шарик, размером с пулю. Сложив пальцы в форму пистолета, я выстрелила. Красная капля вонзилась в дерево, пробив кору, а затем, как и раньше, растворилась. Я посмотрела вниз. Халат снова был белоснежным. Я самодовольно усмехнулась. — Не была уверена, что получится так хорошо, — заметила я, скрестив руки. Годжо, слегка склонив голову, наблюдал за деревом, потом снова перевёл взгляд на меня. — И всё же не стоило так расточительно использовать свою кровь, — проговорил он, в его голосе звучала неприкрытая серьёзность. Я нахмурилась. — Ты так говоришь, как будто тебе есть до этого дело. Он снова улыбнулся — лёгко, почти насмешливо. — Может, и есть. Мне очень хотелось дать ему щелбан. Звонко, хлёстко, так, чтобы он вписался в ближайшую сосну. Я сузила глаза, собирая в себе последние капли терпения. — Дать бы тебе щелбан, Годжо, — не выдержав, процедила я сквозь зубы. Он засмеялся. — Можешь попробовать, если так уж хочется, — почти промурчал он, глядя на меня с вызовом. Я прищурилась. Неужели? Я подняла руку, медленно поднося её к его лбу, внимательно следя за его реакцией. И в этот момент заметила — он отключил бесконечность. О, идиот! Не теряя ни секунды, я вмазала ему щелбан. Громкий щелчок разорвал тишину ночи. Годжо рефлекторно откинул голову назад, явно не ожидая такой силы удара. Он схватился за лоб одной рукой и театрально застонал: — Это уж слишком, знаешь ли… Я скрестила руки на груди, довольная собой. — Могла бы и полегче! — продолжал он, притворно жалобным голосом. — Не заслужил. Он медленно поднял голову, потирая лоб, а потом хитро ухмыльнулся. — За это будешь должна. Я фыркнула. — Чего? — Ну, ты же меня “травмировала”. Теперь я жду компенсацию. — Какую ещё компенсацию, Годжо?! — Хм… — он сделал вид, что задумался.  Я закатила глаза. Это был его план с самого начала, да? Прекрасно. Но если он думает, что я просто так соглашусь на его “компенсацию”, то он глубоко заблуждается. Я развернулась и быстрым шагом направилась в сторону домика, мечтая поскорее упасть в мягкую кровать. День выдался слишком длинным, а этот человек, кажется, слишком упорным. Но похоже, Годжо не закончил. Едва я сделала пару шагов, его пальцы аккуратно коснулись ворота моего халата. Я замерла. Он притянул меня обратно — мягко, но настойчиво. Я чувствовала его тепло за спиной, каждое движение было предельно осознанным. Прежде чем я успела что-то сказать, его рука легла на мои глаза, закрывая мне обзор. А затем… Губы едва коснулись кожи. На задней части шеи. Там, где начинается моя татуировка. Я оцепенела. Всё тело обожгло жаром. Каждый нерв натянулся, дыхание застряло в горле. Это длилось мгновение, но мне показалось, что вечность. А затем он отпустил меня. Тихий шёпот скользнул по воздуху: — Моя компенсация. И всё. Он отступил. Я почти вылетела из его рук и торопливо зашагала к своей комнате, даже не оглядываясь. Я не хотела, чтобы он увидел, насколько раскраснелось моё лицо. Как сильно застучало сердце. Как по-настоящему неожиданным для меня это было. Лёжа в кровати, я долго не могла заснуть. А его голос всё ещё звучал у меня в голове.