Кто бродит по улицам?

- У меня клиническая депрессия, и чтобы вылезти из неё, я завёл кота. - Вы же понимаете, что одним котом это не лечится? Тут надо два.

***

Ночь. Погода пасмурная, и улицы Стокгольма спят под дождём. Блекло горят и поддрагивают единстаенные источники света - фонари на фонарных столбах. В вышине многоэтажек воет холодный ветер, прячутся среди свинцевых туч погасшие звёзды. Он бродил здесь без смысла, теряясь среди переулков и не обходя луж. Ему казалось, он может идти бесконечно, до тех пор, пока не онемеют ноги. Прошло время, прежде чем он понял, что даже прогулки на свежем воздухе больше не помогают: он всё так же продолжает бояться монстров. Изуродованные лица, запах гнили, чужие голоса теперь преследовали не только во снах - Саймону казалось, что они прячутся среди теней. Это сумасшествие давило на голову, не давая и намёков на то, что реально, а что выдумано его больной головой. Он озирается по сторонам, как только слышит единый шорох, и от бесконечного страха хотелось кричать. Кричать до тех пор, пока не станет хоть немного легче. Иногда всё доходило до того, что он не мог спать по ночам - потому и шлялся допоздна по городу, дожидаясь рассвета и первых лучей солнца. Существовать среди вменяемых людей и вести привычный дневной режим теперь стоило большого труда. Саймон расплёскивал воду в лужах и шоркал подошвами по неровному асфальту. Ботинки окончательно промокли, и под ногами слышалось хлюпание, будто он наступал на грязь. Парня заломило от холода. На момент ему померещилось, что он оставил кровавый след. Ошарашенный, он остановился ненадолго - глубоко вдохнул и помотал головой, чтобы галлюцинация прошла. На месте, где он проходил, ничего не было, кроме воды. Теперь он не верил и в то, что на дороге действительно ничего не осталось. Замёрзли руки. Он поправил сумку на плече и спрятал их в карманы. Это мало чем могло помочь, но выбора не было. Дождь не прекращался, и пасмурное небо объясняло, почему улицы остались пустынными. Тело съёжилось от холода и покрылось дрожью, а Саймон бубнил что-то ворчаливое из-под капюшона. " Может быть, я просто заболею и умру ... " Прожужжал телефон - смс от мамы. Точно от мамы, потому что никому другому сейчас Саймон не был нужен. Он пролистал контакты и нашёл сообщение, дошедшее в двенадцать ночи. Родитель волновался и звал сына домой: передавали ливень. Он вздыхает, глядя на маленький экран мобильника. Текст размыло водой. Мама беспокоилась о том, что он всё ещё не дома, а Саймон беспокоился о том, что мама всё ещё не спит. Нужно идти, но ему кажется, он остался бы в городе ещё ненадолго - послушать музыку на ступеньках подъезда, закурить или, на крайний случай, просто пошляться средь улиц. Это было единственное, чем здесь можно было заняться. Но если парень вернётся, то будет ещё неделю пересиливать себя, чтобы выйти из четырёх стен. Саймон пробегается взглядом по двору и натыкается на один из многих серых домов. Спрятавшись от непогоды под крышей и облокотившись о дверь, он протирает телефон рукавом кофты. Дрожащими пальцами нажимает на кнопки, печатая смс. Руки не слушались, путаясь в клавиатуре. Парень бесился, пытаясь заставить себя собраться. Ещё и под ноги что-то попало ... Саймон вздрогнул, опустив голову, и впав в ступор. Резкий испуг перешёл в негодование: рядом с его стопой сидел чёрный кот, тёрся об его брюки. Тихое мурчание, похожее на маленький мотор, долетало до его ушей. - Откуда ты тут..? - парень шоркнул ногой, - Брысь! Кот дёрнулся и отпрыгнул на другой край крыльца. Кошачий хвост встал дыбом, и он обиженно смотрел на человека, даже не обращающего сейчас на него внимания. Саймон принялся дописывать смс - тёмный комок повернулся спиной к нему под недовольное фырканье Хенрикссона. " Скоро буду. " Он постоял под козырьком ещё какое-то время - ждал, когда отправится сообщение, и слушал, как барабанят дождевые капли над его головой. Лениво переведя взгляд, он заметил, что тот кот всё ещё сидел на крыльце, старательно вылизывал лапы. Следя за котом, он невольно нашёл в нём что-то, напоминающее его самого: они оба уставшие, мокрые и промёрзшие до костей. Этот кот был всего лишь маленьким созданием, бродящим по злым улицам и ищущим дом. На мнгновенье проснулась необъяснимая жалость, и даже показалось, что он обиделся за то, что его спугнули. Саймон почувствовал себя неловко, но отогнал эти мысли - ему нужно спешить. Он положил телефон в сумку и торопливо сбежал по сырым ступенькам. Саймон направился к главной улице, поднимая плеск в лужах, и вскоре силует парня постепенно стемнел, сливаясь с серым пейзажем старых многоэтажек. Кот тоскливо посмотрел в его сторону - потом поднялся с холодного бетона и соскочил на землю, следуя за ним.

***

Он обогнул полгорода, то и дело прячась под деревьями. Наконец он облокотился об одно, восстанавливая дыхание. Горячие выдохи вырывались паром наружу, холодный воздух резал лёгкие, словно лезвием. Память сильно подводила его в последнее время, потому на поиски метро потребовалось больше времени. Он оббегал улицы из раза в раз, будто попал в этот город впервые. Угрожающе гремел гром, разражаясь в небе и глушась где-то вдалеке, за горизонтом. Саймон поднял голову наверх, когда прогремело прямо над ним. Позже сорвался с места, и ноги понесли его по знакомому кварталу. Бежать в потяжелевшей от воды одежде было трудно, словно к телу подвесили пятикилограммовые гири. Он и заметил, как стал быстро уставать в последнее время. Сил ни на что не хватало: ни на то, чтобы подняться с кровати, ни на то, чтобы сделать повседневные дела или выйти на улицу. Они появлялись во время прогулок, но ненадолго. Ноги порой не слушались, и от хронической усталости парень часто спотыкался, хотя никто и не ставил подножки. Из-за собственной нелепости хотелось вывернуться наизнанку ... До следующего поезда оставалось пятнадцать минут или около того. Саймону казалось, у него было намного меньше времени - он часто спешил, сам не зная, почему. Широкий шаг вошёл ему в привычку, и он постоянно торопился, даже когда не знал, куда именно. Но, наверное, ночевать на скамейках холодного метрополитена, не самая лучшая идея ... Он успел до станции. Перед Саймоном на небольшом здании засветилась вывеска "Saxon Avenue", и парень поспешил внутрь. Облегчение длилось не долго - что-то чёрное промелькнуло рядом с дверьми ... Шуршание ливня неожиданно прерывается приглушённым криком. Саймон спотыкается и падает, но в этот раз не из-за того, что у него заплетались ноги. Он в ужасе ползёт назад, бестолку хватаясь руками за воздух и пялясь на что-то впереди себя. Как можно скорее он поднимается с земли, не отрывая взгляда от того, что видел. Он встречал много нелюдей, но спутать это с живым человеком сейчас было трудно. Перед ним стояла девушка в пыльных лохмотьях, со спутанными волосами и ужасным лицом, какие часто встречаются в кошмарах. Было ощущение, словно её пытали или творили какие-то страшные вещи с её лбом и щеками. Саймона наполовину парализовывает, но руки инстинктивно тянутся в сумку за оружием. Крики в затылке умоляли поторопиться, сделать хоть что-нибудь, чтобы избавиться от этой то ли твари, то ли очередной бредни поломанного здоровья, но страх сковывал движения. Наконец, на дне почтальонки его пальцы подцепляют пистолет, и он осторожно достаёт его. Его голова взвылась вперёд, и даже на большом расстоянии друг от друга он слышал, как девушка что-то нежно шептала ему о смерти. Её голос, хриплый и совсем не похожий на человеческий, обещал добиться того, чего он хотел всю жизнь. Он почти болезненно въедался в уши, а затем проходил в голову, переворачивая тёмные воспоминания. От этих слов тело непривычно клонило к земле. Из транса помог вывести раскат грома над тёмно-синими тучами, громкий и протяжный. В панике Саймон пытался помотать головой, покашлять или зажмуться, но вместо этого его рука неожиданно прислонила ствол к виску. Сталь холодом защекотала кожу, и капля пота побежала по лицу. Трудно думать, и, кажется, ноги стали подкашиваться. Он никогда не хотел вспоминать что-то особо ранящее, но кадры этих событий всплыли прямо перед его глазами. Каждое из них било по груди и раскалывало сердце на осколки. Мама ругает его за порезы на запястье, держит его за руки и расстроенно говорит о том, как сильно любит его. Софи плачет, рассказывая о том, что её обидел какой-то парень из колледжа и ударил по лицу. - Нет ... Саймон закидывает в рот два десятка каких-то таблеток из аптечки, еле держась за край стола и уже теряя сознание. Лежит предсмертная записка, но он никак не решается провести ножом вдоль предплечья. Парень дрожит всем телом. С обветренных губ срывается отчаянный всхлип, бегут слёзы, но рука его не слушается. Указательный палец ложиться на курок. Он тяжело дышит, всё ещё не в состоянии помочь. В глазах начало темнеть. Он изо всех сил рвался вперёд, пытаясь схватиться за последний конец надежды. Он ощущает на себе металл ещё раз, и это мотивирует тело сопротивляться давлению. В конце концов он пересиливает неизвестное, и из его горла вырываются отчаянные вопли: - Не тебе ли знать, чего я на самом деле хочу..?! Его рука вырывается из оцепенения резким движением. Нога делает шаг и, не теряя времени, Саймон нажимает на курок. В ту же секунду звучит оглушающий выстрел, а затем громкий крик, заполняющий улицу. Всё вокруг замирает на мгновение, и Саймон слышит, как возбуждённо бьётся в груди сердце. Нечисть свалилась замертво на землю. Со лба потекла кровь, размываясь с водой и слякотью. Шум утих, и Саймону стало так спокойно, как никогда раньше. Он стоял в напряжённой позе, не выпуская Глок 19 ни на мнгновение. Не опуская ствола и дальше, он осторожно подошёл к трупу. Саймон наступил на его спину, сделал ещё один выстрел и точно попал в затылок - чёрные волосы девушки склеились в сгустках красного и прилипли к скальпу. Он с отвращением поморщился, чувствуя знакомый запах свежей крови в ноздрях, пока дождь смывал следы смерти под его ногами. Теперь он точно уверен, что тварь мертва. Хенрикссон вновь убил нечисть, но именно она среди сотни остальных и заставила его жить, будто давая новый толчок. Он удивился этому. Даже если весь этот случай - галлюцинация, может быть, Саймон идёт на поправку? Чёрт его знает ... Он просто хочет домой. Неожиданно позади послышался тихий писк. Сначала его не было заметно, но постепенно тихие звуки перерастали в более громкие, будто подкрадываясь из-за спины. Поняв, что это может быть потенциальный монстр, Саймон резко обернулся и безориентировочно навёл пистолет в темноту. Из неё тут же показались два ярко-жёлтых глаза с узкими зрачками. Хенрикссон, пошатываясь, медленно отступил назад, убирая ногу с поверженного противника. Он уже предполагал, может ли эта сволочь сейчас вырасти в несколько раз и пойти на него, и есть ли у неё клешни вместо рук ... Он вглядывается внимательнее, но позже осознаёт - тем монстром, как он мог подумать, оказался тот же чёрный кот, которого он встретил у подъезда. Такой же напуганный, как и Саймон, он медленно выходит из тени на свет вывески над головой. Недоверчиво прихрамывает к человеку. - О боже ... Это ты кричал? - на выдохе сказал Саймон, тут же опуская пушку. " Я ... Испугался кота ... " Чёрный мяукнул, подходя ближе. Саймон смотрел на него в недоумении, внутренне сожалея о том, что не может ничем его согреть от холода на улице. Бродягу можно было сразу узнать по тому шраму на морде, который остался у него после драки или ещё какой-то перепалки. Весь потрёпанный, он остановился возле парня и, даже несмотря на то, что тот его прогнал в первый раз, прижался к ноге. Саймон стоял столбом. Он обернулся на станцию, затем снова на кота, не зная, что делать. Пожав плечами, он присел на корточки - его свободная рука легла на мокрую шерсть, приглаживая одинокое создание по голове и почёсывая за ухом. Кот блаженствовал даже от такого простого жеста. Хотел бы Саймон оказаться сейчас на его месте - чтобы хоть кто-то приложил руку к нему на макушку и позаботился. Стало спокойней. Хенрикссон почти забыл, что он тут делает и что ему нужно. Лаская кота, он забыл и о том, что сам промок до нитки. Этот маленький друг оказывал непонятное влияние на него, будто с его появлением всё враждебное вокруг стало мирным, пока он рядом. Все эти приметы про чёрных котов и неудачу были просто смешны. Саймон на минуту задумался о том, что застрял в Стокгольме не один, и от этого стало легче. - Подожди ... Это что..? Парень сел на асфальт - какая разница, он и так уже был похож на невыжатую тряпку. Руки спрятали пистолет в кармане и взяли кота под мышки, притянув к себе. Он ожидал, что будет царапаться, но тот, на удивление, уселся на чужих коленях. Взгляд Саймона зацепило блеклое сияние на задней лапе - осколок от какой-то бутылки, которым было ранено животное. Наверное из-за него чёрный кот и хромал. - Чёртовы люди.., - прошипел от злости Саймон, сочувствуя бедолаге. От кота послышался жалобный скулёж, когда парень пытался помочь. Он старался вытащить стекло из лапы настолько безболезненно, насколько мог, учитывая свою неуклюжесть. Когти вцепились ему в перчатку, но он уже закончил - окровавленный предмет был зажат между его большим и указательным пальцами. - Да, вот так. Молодец ... Кот тут же спрыгнул с колен, всё ещё прихрамывая. Он дёрнул хвостом и оглянулся на человека, сидящего на земле. Тот глупо улыбался простому уличному коту, каких в мире тысячи. Никогда не догадывался о том, что будет рад хоть кому-то в этой безлюдной дыре. Подумать только, он мог испугаться такого безобидного существа ... Стало даже стыдно за то, что он спугнул его в первый раз. Но ливень, кажется, стал только сильнее, обрушиваясь стеной на спину и капюшон. Саймон быстро поднял себя на ноги, отряхивая зад от воды. Он снова обернулся на Saxon Avenue и вход со стеклянными дверьми, через которые лился свет. Оставить раненого кота на улице казалось аморально, и от этого появилось ещё большее желание защитить это создание. Он вздохнул. Вспомнив о том, что до поезда оставалось пять минут, он принялся копаться в своей сумке. Когда убедился, что места в ней достаточно, то сделал пару шагов навстречу чёрному коту. - Садись. Может быть, мама будет не против ...

***

Механические двери разъехались в разные стороны, когда он перешагнул порог, и тут же закрылись за его спиной. Протяжный ветер завыл где-то за стеклом. Ступеньки и эскалатор вели на минусовой этаж. Рука проскользила по облапанным железным перилам, скатываясь вниз и уже ничем не брезгуя. С помощью карточки он прошёл через турникет. Тихие шаги волновали тишину, отскакивая по кафелю. Звук затихал где-то в тёмных углах, словно в вакууме. Саймон шёл среди холодных стен метрополитена, изредка поглядывая на свою сумку, в которой послушно сидел его новый друг. Кот высовывался из почтальонки время от времени, разглядывая тусклые корридоры, по которым они путешествовали. Паренёк остановился возле одного столба и вздохнул, потому что на рельсах до сих пор не было поезда. Призрачная пустошь дорожных путей напрягли его плечи, и у него уже успела промелькнуть мысль, что он опоздал. Тревога стиснула его грудь, но тут же отпрянула - в глубине тоннеля послышался тяжёлый стук колёсных пар, и уже через минуту перед Саймоном промчался синий поезд с длинными пассажирскими вагонами. Вместе со скрежетом тормозов он шагнул в одну из последних открывающихся дверей, следя за своей сумкой. В вагоне он оказался один. Парня это обрадовало, ведь теперь ему не придётся искать свободное место и прятаться от людей за капюшоном среди набитой толпы. Он прошёл вглубь и приземлился на последнее сиденье, откидывая затылок на окно. Саймон молча ждал, когда закроются двери и тронется метро, параллельно размышляя о том, что делать с котом. Чтобы не мучила совесть, он бы мог просто подлатать его лапу и отпустить обратно, на улицу. Шпритц с морфином навряд ли помог бы его ране. Саймон даже не знал, куда вкалывать иглу, да и чёрный скорее всего начал бы пугаться. Хотя, Саймона он, кажется, не боится ... Но ухудшать ситуацию ни к чему. Его рука снова легла на голову пушистого, почёсывая затылок и проводя ладонью вдоль спины. Взял ли он его с собой только потому, что испытывал вину? В последнее время он чувствовал её за всё, что происходило и за то, что даже не зависело от него. Вскоре он устал от этого настолько, что стал безразличным и холодным, забивающим как на свою жизнь, так и на жизнь, бурлящую вокруг него. Может быть, ему одиноко? Он не может назвать себя страстным любителем питомцев, но и не отказался бы иметь хоть кого-то живого рядом. Парень не думал, что сможет позаботиться о ком-то, ведь не может и самого себя заставить принять душ или поесть хоть раз в день. Это ответственность, к которой он, видимо, не до конца готов из-за собственного же состояния. Саймон боится о том, что может просто забыть о коте во время очередного депрессивного эпизода, не выходя из комнаты. В какой-то степени это пугало, и ему самому не верилось, что такое может произойти. Но этот парень ему нравится - с мягкой чёрной шерстью и умными на вид глазами, светящимися в темноте. Саймон постарается сделать хоть что-то. - Тебе нужно имя.., - подметил он. Закрылись дверцы, и за окнами замелькал пустой белый корридор с бетонными колоннами, сменяясь через мгновение мраком тоннеля. Саймон потерял самого себя из виду, замечая лишь эти яркие глазки ушастого друга. Он почувствовал себя нелепо за то, что даже не обдумывая взял с собой уличного кота, но сейчас что-то менять уже поздно. Внезапно он вспомнил то, что говорила та сумасшедшая девушка - Саймон задумался о том, чего он действительно хочет от этой жизни. В голову так и ничего не пришло до самого конца поездки ... За окном показался загадочный лесной пейзаж, и спустя три часа стука колёс и тёмных мыслей он нашёл себя уже в другом городе.

***

Тлел рассвет, и на потемневшем небе клубились облака. Ветер гнал их в даль, и тучи послушно уплывали к линии горизонта, где поднималось солнце. Тёплыми цветами растекался восход, согревая небосклон. В Кирквилле спокойно: живёт город, поют скворцы и листвой шуршат фруктовые деревья за низенькими оградами. Где-то гудят машины, припарковываясь возле домиков. Постройки в родном поселении казались совсем не такими высокими и огромными, как в других городах - от этого здесь и было уютно. Но улицы ещё пусты. Саймон неуверенно шагает по дороге, придерживаясь рукой за ремешок сумки. Он всё такой же мокрый и уставший - голову пожирают сомнения насчёт того, стоит ли ему оставить кота у себя или выпустить его возле близжайшего гаража, где могут бродить собаки ...