Часть 1

На пороге поместья стоит Иклис. Высокий, широкоплечий, с гордо поднятой головой. Только с иными глазами. В них не мелькает прежняя покорность и нежность, не видно даже тени былой доброты. Его взгляд хищный. В нем отражается решительность, небывалая уверенность в том, что он заполучит свою награду, оставит своих врагов с носом. Это было неожиданно. Увидеть его вот так, утром, в таком состоянии.... Но больше волновал Феннель. Глаза дворецкого метались по фигурам хозяев. Они с беспокойством глядели на герцога, следом скользили по статным фигурам Рейнольда и Деррека. И наконец остановились на ней. Дворецкий вздрогнул, встретившись с вопросительным взглядом бирюзовых глаз. Мужчина мигом опустил седую голову, плотно, до белых костяшек, сцепив руки в замок. Это пугало... -Отец......Братья.....- нежный, тихий голосок, подобно ледяной воде, окатил Пенелопу волной небывалого ужаса. Она резко повернула голову: от увиденного хотелось закричать, свалиться на пол и вцепиться в волосы, убежать..... так далеко, чтобы никто и никогда не нашел. Но она, сделав просто чудовищное усилие над собой, заставила тело стоять на месте. Девушка не шелохнулась, не издала ни единого звука, замерла, подобно статуе, с каменным и равнодушным выражением лица. Это была она... Ивонна. Такая красивая и нежная, такая хрупкая и беспомощная. Она выглядывала из-за спины Иклиса, держала его за руку, нервно, словно воришка, оглядывала присутствующих своими большими печальными глазами. Мужчины Эккарт застыли на месте: герцог болезненно скривил лицо, будто в его сердце снова закровоточили старые, некогда глубокие, раны. Чопорный до своего имиджа Деррек ссутулился, словно на его плечи свалился тяжелый груз, а от лица отхлынули краски- оно побелело. Лишь Рейнольд на негнущихся ногах прошел метра 2 и остановился, опустив голову, сжав челюсть так, что заскрипели зубы. В гробовой тишине этот скрип был отчетливо слышен. Но Пенелопа не слышала. Для нее перестали существовать все: герцог, Рейнольд, Деррек, Ивонн, Феннель, прислуга.....был только он. Ее мир разрушался стремительно- стены падали и стирались в прах. И посреди всего этого хаоса стоял он. Тот на кого она поставила все- деньги, время, репутацию, собственную жизнь- предал. Безжалостно растоптал все мечты и надежды, лишив опоры под ногами. И сейчас он совершенно бесстыдно смотрел на нее. Анализировал. Прикидывал ее дальнейшие действия. Серые глаза неспеша обводили хрупкий силуэт. И в них все сильнее и сильнее загоралось какое-то непонятное чувство: нечто гадкое, мерзкое, липкое. Пенелопа подошла к нему медленно, неспеша, пытаясь сохранить хотя бы крохи спокойствия: -Пенелопа.....- голос герцога, непривычно ласковый, послышался где-то сзади и тут же затерялся в потоке лихорадочных женских мыслей: "Почему? Почему? Почему? Почему? Почему он предал? Что я сделала не так? Где ошиблась? Почему она пришла раньше? Почему ее привел он, а не Винтер? Неужели конец? Интерес..., нужно посмотреть интерес" Подойдя к Иклису почти в плотную, девушка посмотрела в его глаза, задавая один немой вопрос: "Почему?". Над головой парня горел темно-красный индикатор. Теперь она уже не выглядела гордой, высокомерной аристократкой. Ее вид был жалок, подобен забитой собаке, тело пробила крупная дрожь. Иклис молчал. Парень поднял руку в попытке дотронуться до своей госпожи, но девушка мгновенно отшатнулась, будто от огня. Ее плечи сдавили чьи-то теплые руки. Герцог аккуратно развернул дочь к себе, нервно растер ее плечи, заговорив непривычно убаюкивающим тоном, будто разговаривал с пятилетним ребенком: -Пенелопа, иди к себе..... ******** Хлопок двери прозвучал как похоронный марш. Пенелопа прислонилась к дубовой двери, обессиленно спустилась на пол. Лишь сейчас, в одиночестве, чувства взяли вверх, выплеснувшись на хозяйку огромным комом. Слезы непрерывными ручьями полились из глаз. Она задрожала как в лихорадке: противно застучали зубы, конечности похолодели, голова забурлила налилась свинцом, а в горле застряли болезненные отчаянные крики: "Нужно бежать..... Немедленно убегать, куда угодно, хоть на край империи, главное, чтобы не нашли. Чтобы не убили...." Пенелопа до боли закусила губу, почувствовала привкус крови. Нервно оглядела комнату невидящим от слез взглядом; вздрогнула, когда в дверь робко постучали: -Госпожа?....- Эмили тихонько приоткрыла двери. Увидев госпожу на полу, такую слабую, напуганную и жалкую- служанка побелела. Замешкалась, а потом мигом зашла в комнату, обеспокоенно упав на колени рядом. На лице промелькнуло сочувствие: -Госпожа, вы простудитесь? Давайте я помогу вам дойти до кровати, принесу что-нибудь поесть....- Эмили аккуратно ухватила Пенелопу за локоть, призывая подняться. Девушка не сопротивлялась: послушно опустилась на кровать, механически начала жевать, когда служанка принесла легкие закуски: -Госпожа....-Эмили неуверенно опустилась рядом-....эту девушку собираются оставить в поместье. Она прошла почти все проверки. У нее правильное расположение родинок, она ответила на многие вопросы, но из-за потери памяти проверка затянется.... Пенелопа внимательно слушала. Каждое сказанное слово можно было прировнять к забитому гвоздю в крышке ее будущего гроба. Новость о потере памяти немного растормошила, привела в чувство: "У нее была повязка на лбу... Как раз в том месте, где была ранена загадочная фигура с острова Солейн. Мне не показалось тогда, это точно была Ивонн. Но что она делает в кругу последователей Лейлы?" -Госпожа, хотите я буду за ней следить? Буду докладывать о каждом ее шаге?- Эмили осторожно приобняла аристократку за плечи. Служанка мягко улыбалась. Пенелопа удивленно посмотрела на кареглазую собеседницу, будто видела ее впервые. Мир, который неумолимо рушился на ее глазах, вдруг замер. По телу разлилось приятное тепло. Бирюзовые глаза оживились, в них появилась благодарность, радость и умиротворение. Теперь в этом аду она была не одна. Рядом с ней был человек, которому она может верить, которому она хотела верить.....