Путешествие к герцогине

—...Бред какой то...—прошептал себе под нос неуклюжий парень, вырвав неудачный рисунок из своего потрёпанного блокнота, (хотя он был очень даже красив, и его без всяких раздумий можно было бы продать за два мешка золота) сидя в купе довольно приличного поезда. На его фоне юноша выглядел как неуклюжий ребенок рядом со статным олигархом, знающим цену не только себе и деньгам, но и остальным. Зовут юношу Трэвис. Трэвис Марчелли. Смуглый итальянец лет двадцати пяти. С отличной осанкой и ростом сто девяносто восемь сантиметров, длинными волнистыми волосами до подмышек, и самыми ненаглядными янтарными глазами, которые редко встретишь. Сейчас он направляется к дому герцогини местности, что пригласила его на празднование местной традиции. Удивительно, с чего бы приглашать такого простого на вид юношу,  как все, на праздник герцогини? Нет, он не статный, и уж далеко не олигарх, даже ребенок это увидит. Он и есть обычный юноша, что зарабатывает на жизнь талантом, пытаясь привлечь внимание людей своими работами на живых улицах деревень. Ему повезло, так как в один из тех самых дней, когда он пытался убедить кого то купить его работу, один очень прилично одетый человек поинтересовался и подошёл поближе.  В скоре оказалось, что этот статный человек является очень близким другом герцогини. И просто потому, что по чистой случайности скоро должна была праздноваться традиция семьи герцогини, а у герцогини не было достойного художника, что мог бы присутствовать на праздновании, запечатляя все на бумаге, друг герцогини вскоре предложил итальянцу возможность быть тем самым художником, что будет присутствовать на праздновании. Конечно же юноша согласился, на что тот сказал что покажет одну из работ герцогине, и пошлет ему письмо, дав подтверждение либо же отклонение герцогини. Ему уж очень везло, потому что герцогиня согласилась. "Как же ж неловко.." подумал Трэвис, оглядываясь вокруг купе, снова осознав насколько прилично оно выглядит в сравнении с ним. он медленно повернул голову в сторону окна, смотря на вид и пытаясь забыть о том, как нелепо он выглядит на этом фоне. "Вообще сюда не вписываюсь. Никак." подумав об этом, юноша положил локоть о подоконник, опирая подбородок о кисть руки, тяжко выдыхая. "Надо будет принарядиться, когда я буду направляться к герцогине. А ведь... в голове не укладывается... Мало того, что меня пригласили быть личным художником герцогини, так и она предложила мне приехать на дня четыре пораньше до начала празднования, чтобы я нарисовал ей картин. Неужели ей настолько понравились мои иллюстрации? Или может, я принижаю себя..Не знаю. Слишком много всего за такой короткий срок. Да и тем более, чего это, такой как я так разнервничался?...Хотя, с другой стороны это не совсем удивительно. Да, я не тот, что легко будет нервничать, но  я и не тот, что не станет нервничать от чего то настолько серьезного. В конце концов герцогиня должно быть намного старше меня, как и её друг, да и она без раздумий в разы воспитанее меня, вот и хочется поставить себя  лучшем свете перед ней. Будет очень позорно если я покажу себя как неприличного, неловкого шута который даже не умеет шутить..Эххх...ну, в любом случае, я могу подумать об этом позже, и не забивать свою голову этим именно в этот момент... итак на душе тревожно... Главное, что мне хорошо заплатят и я смогу жить спокойно на год, а если поднакоплю ещё, то может и больше.." В итоге юноша заснул, и проснулся от того, как проводник пытался разбудить того. —...Сэр, мы уже на месте.- уже не в первый раз повторил проводник, чуть наклоняясь поближе, чтобы его было лучше слышно, но все же держа между ними приличную дистанцию. Итальянец вскоре услышал голос, что говорил с ним, и медленно приоткрыл глаза, а как только понял, в каком неловком положении находится, чуть не подскочил с места и извинился за неудобства, быстро выметаясь из поезда. Все купе были уже пусты, походу, он и вправду чуть задержал поезд. "Вот же ж стыд...Чего за неудачные дни такие то" Подумал про себя юноша, зевая и поправляя волосы, направляясь по тому маршруту, что был дан в ответном письме. Бумага была чуть потрепана, но это не сильно его волновало, главное чтобы всё было ясно видно. Было ещё очень рано, жаркое солнце светило во всю, горячие лучи попадали на каждую окружность тела юноши, что была не закрыта его одеждой. А само место было очень красивым и спокойным. Зеленые деревья, фауна, чистый воздух. Будь бы у него деньги, устроился где нибудь тут, и жил бы в счастье и спокойствии. Мечтать не вредно конечно же, но сейчас было не время для мечтаний. Потратив некоторое время, итальянец в конце концов добрался до центра. Несмотря на то, в скольки только деревнях юноша не был, это место было самым оживленным. Толпы людей, много магазинов, стендов, и прочей чепухи. Пройдя ещё немного взгляд Трэвиса остановился на витрине магазина одежды. Костюм, что стоял на витрине выглядел просто сногсшибательно. его вырезы и общен очертание костюма выглядедо превосходно. Постояв ещё минуту, парень сглотнул и открыл дверь магазина, от которой в ту же секунду раздался звон колокольчиков. Его встретила милая продавщица, лет 40-50. Полноватая, светлая, с добрым голосом и гостеприимством. Они быстро подобрали нужный размер для юнца, что восхитительно подходила под его черты лица и стройное тело. Его глаза засверкали от своего вида, и тот отдал свой последний мешок золота на покупку костюма, гордо выходя из магазина и направляясь в поместье герцогини что было отмечено на письме. Пройдя долгую дорогу, Трэвис стоял у двери, и, тяжко выдохнув, стукнул в дверь. Через мгновение, большие дверцы поместья открылись, а у порога стояла слуга, женщина в возрасте, с наполовину седыми волосами. —Здравствуйте, вы, должно быть тот самый художник что запал в сердце нашей герцогини?- Сказала она мягким тоном,  добродушно ухмыляясь. —Ах, да, это я, но не стоит мне льстить, честно. Я лишь художник с улиц которому повезло, хаха.- Сказал тот, улыбаясь в ответ, и проходя внутрь. Поместье выглядело роскошно, оно было очень просторным, с красивыми узорами на стенах, и дорогой винтажной мебелью, что стоила бы больше пяти мешков золота. Огромные окна открывали вид на роскошный двор, что был заполнен самой разной фауной, что красовалась в свету солнца, элегантно двигаясь из стороны в сторону от нежного ветра. Юноша поймал себя на том, что слишком сильно любуется интерьером, и как только тот хотел повернуться к служанке, его окликнули. —Так это вы — Трэвис Марчелли?- было слышно сзади. Этот голос был низким для женщины, но со своей нежностью и искрой соблазна в ней. Хотя если подумать, её голос вовсе не казался мужественным, он казался очень притягивающим, интригующим с ноткой элегантности. Юнец повернулся на голос, узрев перед собой герцогиню, что стояла на огромной лестнице. Он потерял дар речи. Это была молодая, грациозная, элегантная, манящая к себе девушка. Её силуэт был освещен солнцем, лучи которого светили из огромных окон. У неё были светло коричневые кудри, поверх которых были красивейшие цветочные заколки, которые, наверняка стояли не меньше мешка золота за штуку. У неё были хрустально голубые глаза, они были настолько светлыми, что складывалось чувство что они прозрачные, и через них можно увидеть пустоту, а в ней себя. Квадратная форма лица, кожа темнее его, что светилась под солнечными лучами как золото. Красивая фигура, хорошая осанка и элегантные движения. Он словно встретил музу, что так долго искал, или может, что так ждала его. Её черты лица были завораживающими, её нос был прямым и маленьким, а край носа чуть вздёрнут вверх, он отлично гармонировал с ее глазами. Её губы были пухлыми и большими, верхняя губа была чуть темнее нижней. А зубы белоснежные и прямые, без единого изъяна. Брови же были прямые, чуть темнее цвета её волос. "Это сейчас...реально? Или я сплю?" Первые мысли, о которых подумал итальянец в тот момент. Она...она неповторима. Он не видел никого красивее, да чёрт, он бы назвал её своей афродитой, если бы ему это было дозволено. Своей музой, от которой у него прилив вдохновения и новых идей для следующих иллюстраций. Серьезно, её красота... непревзойдённая, такое чувство, что лишь смотреть на неё — уже большая честь. Муражки прошлись по телу парня —Трэвис Марчелли, один и единственный. А вы, герцогиня Алана Алвес.— Сказал тот, улыбаясь ей Она ухмыльнулась, подходя ближе —Один и единственный?...Ха, неплохо. Но к вашему счастью, это бесспорно. Никого с таким именем я ещё не встречала. Гордитесь, вы первый. —Сказала она, и её ухмылка стала шире, а взгляд стал, словно глубже, или, острее? Как будто её почти пустые, прозрачные глаза впились в его, и отказывались отпускать. —Поверьте, это для меня большая честь. Находиться тут...это уже большое для меня достижение. — его глаза поддавались её взгляду, а уши поддавались её такому сладкому и при этом горькому на слух голосу. улыбка стала чуть шире, это было почти незаметно. —Неужели? А я то предполагала, что я у вас не первый такой клиент. Походу, я ошибалась. Ну что-ж, я вовсе не против такого исхода. — сказала она, и наконец отвела свой тяжелый взгляд на служанку, добродушно ей улыбаясь — Мириана, пожалуйста, проводи нашего гостя к комнате для специальных гостей, а я пожалуй, пока что отлучусь. Не скучайте тут, мистер Марчелли — Сказав это, она кинула на него последний взгляд, что выглядел ехидно на фоне её тихой усмешки. Служанка сделала так, как ей было сказано, и проводила гостя до его комнаты. Коридоры помещения были такими же красивыми, как и прошлая комната. Юноша задумался заглядываясь на красоту интерьера, следуя за служанкой. —...Ухм мисс, так, вас звать Мириана? Служанка словно не ожидала, и чуть пошатнулась, поворачивая свою голову в сторону юнца. —Ох, да. —Красивое имя, мисс Мириана. Вы славянка? —Неужели это так понятно?—она тихо хихикнула — Да, я родом из Хорватии. А вы, должно быть итальянец, мистер Марчелли? —Хорватия? Красивая страна. И да, так точно, я стопроцентный итальянец... Если не секрет, то как из Хорватии вы попали в Англию, а потом и вовсе стали служанкой герцогини? служанка мягко улыбнулась, смотря вперёд, и отвечая на заданный ей вопрос —Когда я была маленькая, нашей семье пришлось переехать из Хорватии в надежду на лучшую жизнь. В итоге мы нашли её тут, конечно с трудом и не сразу, но все в итоге наладилось. А когда я искала себе работу, встретилась с герцогиней, и понравилась ей настолько, что она взяла меня к себе. —Так вот как...А ведь, герцогиня и сама не выглядит как Англичанка, да и фамилия не английская. Как...как она стала герцогиней? —Честно, я не знаю что да как, но так как простолюдины любят распускать слухи, разошелся слух о том, что семья герцогини нашла её и приютила к себе, так как её красота была ослепительна, а сама она как была как луч солнца для их семьи. Но, в итоге я не могу сказать вам, правда это или нет. Но если бы вы спросили меня, верю ли я в это, я бы бесспорно согласилась с этим слухом. Какой бы грозной она могла бы не выглядеть, она самый добрый человек, которого я встречала. А ее красота и вправду не сравнима ни с кем иным..—Она умолкла, продолжая путь, а потом неловко улыбнулась и посмотрела на Марчелли, продолжив —Я, походу, слишком увлеклась. Простите, вас, наверное такое не интересует. —Нет нет! Чего вы? я не знаю мисс Алвес, но её внешность и вправду неповторима. Она словно ангел, что превзошел передо мной. Если честно, я так опешил когда только увидел её...Да и мне было бы очень интересно узнать о ней побольше.—Он тихо посмеялся, проводя свою руку по своим неопрятным волосам, всё так же следуя за служанкой. —Да? Хотя я не настолько обомлена такими новостями. Очень много людей испытывают тоже самое при её виде, включая и меня, когда я её впервые встретила...Знаете, может я и не права, но мне кажется что вы её тоже заинтересовали. Конечно, по секрету, у госпожи есть достаточно много кокетливости в её характере, и проявляется она часто, но с вами, ощущение было такое, словно эта кокетливость была...от души. Не для её развлечения или насмешкой над вашей реакцией, наоборот, желание заставить вас поддаться, а может и больше.— Сказав это, служанка резко остановилась, и пошла обратно к двери которую она пропустила —Ой, простите, я слишком сильно витаю в облаках и забываю про всё остальное... Вот, ваша комната—Сказав это, она распахнула дверь , раскрывая ему красоту его комнаты. —Нет, нет, что вы, вас интересно слушать..— Сказал юноша, проходя внутрь комнаты, оставляя свою сумку у комода — Ух.. Я ещё не привык. Здесь все так красиво...почти так же, как и герцогиня— Последнее тот сказал тихо, но это все равно было слышно. Служанка кивнула —Вы правы. Чувствуйте себя как дома, мистер Марчелли, и если вам что нибудь понадобится, не стесняйтесь просить. Это были последние слова, за которыми последовал звук затворения дверей. "Надо бы вытащить костюм из сумки..." Подумал он, и потянувшись за сумкой вытащил свой костюм, аккуратно раскладывая его на кровати. Он тяжко выдохнул, поволившись на кровать рядом с аккуратно разложенным костюмом. На потолке были такие же красивые узоры, что и на стенах, которые манили взгляд. Хотелось бы сидеть и просто наблюдать за этим искусством бесконечно. Добавлять искорку чего то от себя, воображая как развиваются события в этих иллюстрациях, и оценить эти труды по полной. Веки медленно начали закрываться, и, сам того не замечая, юнец заснул. Щекотка. Совсем малая щекотка у его щеки. Словно по его щеке проводят кончиком пёрышка. Глаза лениво стали раскрываться, перед глазами выстроилась темная фигура на фоне вечерней темноты, моргнув раза два, картина стала чётче: Герцогиня повисла, смотря на него спящего, а её пряди кудрей доходили до его лица и слегка щекотали. Она ухмыльнулась, заметив что тот проснулся, а он же придержал дыхание, не в силах мыслить прямо в таком положении. И сам того не осознавая, сжал простыни в своих руках. —Проснулись? А я то ждала, когда я вызову вас в сад, для того чтобы вы начали свою работу.— Сказав это, она отпрянула назад, все так же улыбаясь. Быстро поправив волосы и подпрыгнув с кровати, он быстро взялся за сумку, и быстро бросил: —Ах, простите герцогиня...я слишком загляделся красотой комнаты, и совсем не заметил как заснул. Я готов следовать за вами и сейчас. —...—Она посмотрела на него чуть ошеломлено, но сразу же после  хихикнула—Хаха! А вы смешной.—Итальянец удивился, но ухмылнулся в ответ—Хорошо. Следуйте за мной..И— сказав это она повернула голову чуть влево, смотря на костюм что лежал на кровати и выглядел чуть потрёпано—...И если хотите, можете отдать свой наряд служанкам, чтобы они позаботились об этом сами.— Сказав это, она обернулась, и медленном шагом пошла к двери, дав итальянцу время взяться за свой костюм и последовать за ней. Выйдя в гостиницу, юнец отдал свой костюм Мириане, вежливо попросив её позаботиться о его костюме. Получив одобрение на его просьбу в виде мягкой улыбки, тот поспешил обратно, следуя за ней уже не позади неё, а рядом с ней. Повисла тишина, и, художнику стало чуть неловко. Что он должен говорить при такой красотке? Не то чтобы он не имеет понятия что делать при виде красивых женщин, наоборот, но просто, она самая красивая из всех, что он видел. Сам того не заметив, его взгляд уставился на неё, и заметил он это только тогда, когда она начала говорить. —Я заметила, что вы часто зацикливаете свой взгляд на красивых вещах.— Она продолжила путь, не смотря ему в лицо, а все так же смотря вперёд.—Видите что то, что вам нравится?— Сказав это, она наконец взглянула на него, повернув свою голову совсем чуть-чуть в его сторону. Губы художника разделились, находясь в чуть приоткрытом состоянии от осознания того, что он пялился как остолоп на нее. —Ох..Простите. Вам, наверное, не приятно.—Сказав это, он почесал затылок, поворачивая голову вперёд. Послышался смешок, но даже так он не стал оборачиваться в её сторону, было слишком стыдно смотреть на неё снова. —Не приятно? О чём это вы? Если на меня заглядывается такой художник, что имеет богатое воображение и очень трепетно относится к красоте и изысканности работ, то должно быть, и во мне есть та красота, что заметят не многие, а для меня, это скорее самый превосходный комплимент, который я когда либо могла бы получить. Юнец задумался, он хотел что то сказать, но тщательно подумал, чтобы не звучать неприлично, или может, невоспитанно а может даже грубо. Глаза вновь метнулись к её профилю, а усты сами распахнулись. —..Ну, вы несомненно красивая, и я должно быть уже не первый, кто это заметил. Не обязательно быть художником с хорошим вкусом чтобы заметить вас. По крайней мере это то, что думаю я. —Я знаю. Но ваш взгляд, он отличается от других, от тех, что видит во мне красивую оболочку. И скорее даже не потому, что у вас глаз художника, что видит больше, чем остальные. Просто...чувство. Чувство словно вы видите не меня, а сквозь меня. Видите красоту и внутри, и изнутри. Это ощущается необычно, но это не значит что я против этого.—Она сказала, присаживаясь на беседку в саду, до которого они уже добрались. Она приподняла свой взгляд на юношу, и посмотрела своими пустыми глазами в его.—Это наоборот, завораживающе. Так же, как и ваши работы. Его итак светлые как солнце глаза, словно засветились в цветах от этой картины. Она сидела, смотря на него, а лунный свет попадал прямо на её кудри, освещая их тускло белым, а глаза, словно стали светиться под этим светом. Её рот был чуть приоткрыт, а руки лежали друг на друге на её ногах, что так же были освещены светом луны. Он сжал свой блокнот, и принялся рисовать. Его взгляд не покидал герцогиню, он запечатлял все, что только мог заметить. Начиная от почти незаметных прядей, заканчивая родинкой что очень хорошо пряталась под её бровью.  Он запомнил всё, что было в её лице, чтобы он мог вспоминать её лицо и совершенствовать свои работы каждый раз, рисуя её точь в точь, как и в реальности. Быстро дорисовав не интересующий его задний фон, но при этом сделав его достаточно солидарным, он показал рисунок герцогине. Она тихо ахнула, и протянула руки к рисунку. —Ох...Какая красота...Я должно быть, наткнулась на бесценную драгоценность— Хихикнула она, и всё ещё смотря на рисунок, протянула блокнот обратно к его хозяину. —Хм?...Ах, вы про меня? Хаха, не льстите мне, мне просто очень хочется передать то, что я вижу на бумагу. Запечатлить красоту лучше, чем любой фотоаппарат.—Сказав это он взглянул на рисунок, честно, это было далеко до идеала. Он хотел передать всю её красоту, и не намеревался тратить эти оставшиеся два дня впустую, и рисуя её на праздновании совсем не "такой", какой она выглядит. Герцогиня тут же хотела ответить, как её прервала одна из служанок. У герцогини было срочное дело, поэтому ей пришлось уйти. Встав, и обернувшись назад на художника, она с ехидной ухмылкой сказала —Уложитесь на полную в эти два дня.—Сказав это, она пропала из его поля зрения, а он остался сидеть в ночной тишине, смотря на дверь через которую она прошла, которая была уже закрыта. Медленно вздёрнув голову вверх, он уставился на луну, и после нескольких минут раздумий, он взялся за блокнот и продолжил рисовать,  делая быстрые наброски, а после смотря на них со стороны, и поправляя каждый из них, настолько, насколько это вообще можно было сделать. Сидел он так до глубокой ночи, а после решил вернутся. В кромешной темноте он брёл по коридору, чувствуя странное ощущение пустоты, словно чего то не хватает рядом. Добравшись до комнаты, тот даже не церемонясь плюхнулся на кровать и заснул моментально.