Восьмое марта - грустный праздник

Слякоть… Серое, мрачное утро. Уже не скользко, но переменчивая холодина так и намеревается «уложить» тебя на больничную койку. Не зря говорят, что весной погода обманчива. Восьмое марта, чудесный женский праздник. Все бегут куда-то с огромными букетами тюльпанов, роз, хризантем. Сегодня утром город как никогда счастлив, от части из-за того, что пришел долгожданный выходной. Ко всем, кроме «Склифа». Именно поэтому Брагин, ежась от холода, направляется на работу. Да и ладно. Все равно, к сожалению, с недавних пор ему некого поздравлять. — Так бы мог подумать каждый, но неумолимый романтик Брагин, все же забежал за парочкой букетов в цветной. — Привет, Нинуль. — Олег подошел к стойке медсестры и по совместительству лучшей подруги. — Отлично выглядишь. Нина самодовольно улыбнулась, поправляя прическу. — Знаю, Брагин! — Дубровская покрутилась из стороны в сторону. — Ааа, не стыдно тебе?! — Нина поменялась в лице и с укором взглянула на друга. — Чейта?! — Хирург удивленно вскинул брови. — Ну а как? Хоть бы цветы подарил! Знаешь же, что кроме тебя некому! — Обижаешь. — Брагин протянул это слово с недовольством, ловя улыбающийся хитрый взгляд Дубровской. — Ай, неужто не забыл?! — Не-а. — Олег достал букет безумно красивых пионов и протянул их Нине, чмокая ее в щеку и принимая благодарности. — Ну спасибо! Ой, а какие же красивые! А пахнут как! Оййй!!! — блондинка выглядела невероятно счастливо, благодаря и обнимая друга. — Ну а Женька что? Не поздравил, гадёныш? — Да куда там. Не напоминай. — Нина махнула рукой и поставила букет в подготовленную вазу. К этому моменту подоспела Нарочинская, хватая ручку и заполняя журнал. Брагин сверлил стоящую рядом женщину взглядом, но произнести ни слова не решался. — Доброе утро, Нин. — Нарочинская не поднимала взгляда с журнала, а уж тем более не смотрела в сторону почти бывшего мужа. — Доброе, Марин, с праздником! — Нина вздохнула, оглядывая блондинку и замечая неприсущую ей печаль. — И тебя. — захлопнув журнал женщина стянула с себя шарф и направилась в ординаторскую. Брагин вздохнул, провожая женщину взглядом и смотря на несчастный букет лилий — ее любимых цветов. — Что, так и не помирились? — с грустью спросила Нина. — Как видишь. — Олег ответил резко, на выдохе, и пошел следом за женщиной. Марина надела халат и поправила прическу. Насыпав несколько ложек кофе в чашку, блондинка залила его кипятком и прислонилась руками, дабы их согреть. Брагин вошел в ординаторскую и посмотрел на женщину исподлобья. — Привет. — тихо на выдохе, даже хрипло. — С праздником, я букет тебе купил. — Мм. — Нарочинская усмехнулась, громко глотнув кофе, и перевела взгляд в сторону окна. — Зачем? — По привычке. — Брагин усмехнулся, положив цветы на стол и снимая с себя пальто. Марина пару секунд помолчала, и все-таки встав со стула, не обратив внимание ни на цветы, ни на Брагина, направилась к двери. Остановившись на долю секунды и поймав взгляд мужа, кинула краткое и безэмоциональное «Отвыкай.» Дверь закрылась. Брагин кинул букет в урну и плюхнулся на кушетку, закрывая глаза рукой. — Юль, — Куликов все же догнал так яро убегающую от него коллегу. — Юль, подожди. — Сереж. — Семенова развернулась к мужчине и сделала несколько шагов назад, прикрывая глаза. — Что тебе нужно? — Мне… — Куликов замялся, вздыхая. — Да впрочем ничего. Я вот, — достав из-за спины букет тюльпанов, почесал затылок. — Поздравить хотел. — Не нужно. — Семенова вздохнула. — Муж не поймет. Прости. Куликов закатил глаза и хорошенько так матернулся. Конечно, шепотом. — «Муж не поймет» — передразнив гинеколога ринулся к стойке медсестры и буквально кинул букет ей в руки. — С праздником, Нин! — Спасибо… — Дубровская не успела одуматься, как заметила удаляющийся в ординаторскую силуэт. — Кидаться необязательно было! Нервные все такие… — крикнув вслед принялась нюхать подаренные тюльпаны. — Куда ж ставить то мне их… То ни одного букета, то десять… — Тоскуешь? — едва вошедший Куликов подсел рядом. — Да нет. — Олег повернулся к другу потирая глаза. — Страдаю. — Понятно. Тоже значит поздравления не приняли? — Угу. — Брагин хмыкнул. — А ты что, все за Семеновой бегаешь? Куликов вздохнул встав с кушетки и стянув с себя ветровку. — Не, не бегаю. Споткнулся на старте. — натянул на себя мятый халат и взъерошил волосы, пытаясь поправить прическу. — Пойдем работать, там завал. Брагин кивнул и потирая ладони накинув на себя халат, пошел за другом. — Ра-бо-та-ть. Даже в этот грустный праздник.