Every time that we touch

      В этом году зимний банкет проходил в университете Брекенриджа. К счастью, или сожалению, он начинался достаточно поздно. Так что Вороны успели провести тренировку, перед тем, как отправиться собираться. В случае Рэй и Жана, сборы означали перевязку новых ран и попытки скрыть синяки. В этот раз Рико не сжалился, Рэй должна была выглядеть, как и все девушки в команде, чёрное приталенное платье до щиколотки с небольшим разрезом. Поэтому пришлось изрядно попотеть, чтобы скрыть огромные синяки на ногах. Огромная рана на шее тоже не вписывалась в образ, но её скрыть было нечем. Пришлось надеяться, что никто не обратит внимания. Последние недели выдались на редкость сложными. Началась сессия, и Рэй твёрдо решила закрыть её на отлично. Получилось, но с огромным трудом. Приходилось жертвовать сном, отменить тренировки она не могла. Приходилось импровизировать. в каждую свободную минуту её можно была застать за учебниками или своими конспектами. От Воронов не требовалась идеальная учёба, они должны были быть вовлечены лишь в экси. Но совсем недавно ей в голову пришла данная затея, от которой отказаться не могла. Это был личный вызов, который она приняла. Больше повторять такое не намерена. Из-за отсутствия сна она не могла нормально тренироваться, за что получала наказание. Иногда отхватывал и Жан, так что он был первым, кто радовался, когда Рэй сдала последний экзамен на отлично. Она и сама была вне себя от счастья, наконец-то смогла уснуть.       Но последствия бессонных ночей всё ещё можно было прочитать на лице. Кожа выглядела беднее, а синяки под глазами можно было заметить, кажется, за десяток метров. Спасибо сокоманднице, которая помогла скрыть это всё косметикой. Они просидели за этим занятием больше часа, а после Рико решил оценить её внешний вид. Внёс свои коррективы в виде чёрных стрелок и алых губ, на бледной коже они выглядели ярче и хорошо сочетались с красными концами волос. Отношения были строго запрещены, именно поэтому Вороны всегда приезжали на банкеты без пар. Первое время были возмущения, пока тренер не объяснил им, что его решение не подлежит обсуждению. Разговоры не утихли, просто они велись в несколько раз тише и осторожнее. Некоторые даже шутили, что Рэй, Рико и Жан, вовсе не нуждаются в парах, ведь постоянно ходят вместе, не отлипая друг от друга. Рэй на это закатывала глаза, изредка добавляя, что в основном она с Жаном, но кто её послушает? Была бы её воля, то не подошла бы к Рико даже под дулом пистолета. Но опять же, её никто не спрашивал. Все видели красивую картинку, как капитан ходит везде со своей свитой, никто не знал, что творится за закрытыми дверьми. А если и знали, что более чем возможно, иначе как объяснить столько шрамов, то молчали, чтобы не стать следующими.       В этот раз организаторы поступили мудрее. Лисы и Вороны сидели довольно далеко друг от друга. Их посадили рядом с неизвестной Рэй командой. Они практически не разговаривали. Говорил лишь Рико и то, сам он не начинал разговор, отвечал только когда к нему обращались. Улыбался дружелюбно и вежливо, насколько может себе позволить, поддерживал диалог. Рэй же предпочитала гипнотизировать взглядом пустую тарелку, иногда перешёптываться с Жаном. Пару раз какой-то парень пытался с ней заговорить, на что получал недовольный взгляд сразу трёх пар глаз, и ему пришлось оставить свои попытки. Не то чтобы он её не знал. Только дурак или пещерный человек не знал нового нападающего Воронов, про которого так и кричал весь интернет. Спустя время, конечно, люди немного успокоились и вернули своё внимание к Рико и Кевину, как и было раньше. Когда на столах появилась еда, Рэй лениво ковыряла вилкой по тарелке. Кусок в горло не лез, внутри зародилось какое-то неприятно чувство страха и тревоги. Она не понимала, чем это вызвано. Всё идёт слишком хорошо, словно затишье перед бурей. Бурей, которая накроет её с головой, унося с собой на глубину. Оказывается, она была права.       Когда команды набили свои желудки, столы тут же убрали. Жан подхватил Рэй под локоть, отводя от основной толпы к стене, чтобы не мешать людям и оставаться незаметными, как можно дольше. Была бы их воля, просидели бы в автобусе весь вечер, разговаривая о чём-то, а лучше поспали. Но нет, они должны находиться здесь, среди веселившихся людей, когда у самих внутри только тоска и отчаяние.       — Он хочет, чтобы Нил провёл каникулы в гнезде, — говорит Жан на французском и у Рэй кровь в жилах стынет. Он же пошутил, верно? Но серьёзное лицо друга говорило об обратном. Он неотрывно наблюдал за Кевином и Нилом, которые стояли не так далеко и о чём-то переговаривались.       — Зачем? Разве он его не раздражает? — тут же спрашивает, следя за взглядом Жана. Она крутит в руках стаканчик с пуншем, сильнее его сжимая. Джостен не выживет в гнезде. Это территория Рико, он там хозяин и король, если Нил решит открыть свой рот, то ему не жить. А он решит. Снова скажет что-то не то, а после, с наступлением ночи, его настигнет ад. Ад, из которого он не сможет выбраться.       — Хочет вернуть игрушку назад, — спокойно отвечает Жан. Рэй хмурится. Перспектива Нила в гнезде не казалась ей привлекательной. Если тот согласится, то она запишет его в самоубийцы. Вот и всё. — Рико сказал, что они хотят заставить его подписать контракт с Воронами.       — Он не подпишет, думаю, между смертью и Воронами, он выберет смерть, — пожимает плечами Рэй, продолжая наблюдать за мельтешившими туда сюда людьми.       Дальше они не говорили. Просто стояли у стены, наблюдая, как ведущие проводят незамысловатые игры, стараясь развлечь гостей. Рэй никогда не любила подобные мероприятия, они выглядели слишком лицемерно. Все улыбаются друг другу, пожимают руки, весело болтают, а после, за спиной, перемывают всем кости. Именно поэтому старалась держаться рядом со своими, не говорила с незнакомцами. Ещё ляпнет что-то не то, а после это вынесут куда-то в люди, Рико будет зол. Спустя время музыку меняют на более ритмичную. Была бы её воля, то тоже повела бы Жана танцевать. Тяжело смотреть, как другие веселятся, когда ты вынужден стоять в стороне и просто наблюдать. Но знает, что не выстоит и одной песни. Ноги уже начинают побаливать из-за неудобных каблуков, хотелось снять их, но ходить босиком не самая удачная идея, да? Сделает это на обратном пути. Банкет будет проводиться два дня. И вороны снова не будут дожидаться окончания. Уедут, когда тренер посчитает нужным. Он всегда недоволен, когда им приходится пропускать тренировки из-за подобных мероприятий, но не явиться на них не может. Это плохо скажется на команде. Вернее, на её имидже. Вороны годами старались держать лицо перед всеми, скрывая, что происходит за стенами гнезда. Отсутствие их на общих мероприятиях вызовет множество вопросов.       — Развлекаетесь? — Рико появляется неожиданно. Рэй вздрагивает, когда чувствует руку на плече. Пора бы уже привыкнуть к этому жесту, настолько часто она чувствует его руку на себе. Первое время это была попытка заставить её закрыть рот, а после Рико стал касаться в любой момент. Ему нравилось, как она вздрагивала, когда чувствовала чужое прикосновение. Рука Рико лениво сползает с плеча на талию, сжимая. Его лицо остаётся невозмутимым, словно так и должно быть. Словно это правильно. Жан тут же выпрямляется в спине, становясь ещё выше, хотя куда там ещё.       — А не видно? Скоро ноги откажут от плясок! — фыркает Рэй. Ладонь на талии сжимается сильнее, заставляя втянуть воздух сквозь стиснутые зубы. В голове сразу мелькают события прошлой ночи, от которых начинает подташнивать. Она вспоминает. Вспоминает его укусы на ключицах и шее, вспоминает руки на бёдрах, которые поднимаются выше, пока не доходят до краёв шорт. Помнит свои всхлипы и грубые толчки. Как он зажимал её рот рукой, просто потому что хотел. Как оттягивал её волосы. И тихий шёпот. Ну что ты, мой ангел.       — Мой ангел в хорошем настроении? Решила показать зубки? — чуть ли не мурлычит Рико ей на ухо, опаляя горячим дыханием кожу, от чего бегут мурашки. Сжимает стаканчик сильнее, чтобы не выдать едва уловимую дрожь. На его губах привычная ухмылка. Ох, сколько же раз она мечтала врезать по его самодовольной роже. Когда-нибудь она это сделает. Обязательно.       Рико ничего не говорит, круто разворачивается и направляется в противоположную от них сторону. Рэй и Жан тут же следуют за ним. Если бы они не были ему нужны, то он бы не пришёл. Значит, сейчас будет шоу. И не самое приятное. Только спустя пару минут она поняла куда они идут. У стола с пуншем стояли Кевин и Нил, которые спокойно разговаривали и пили, интересно, Кевин снова влил в себя бутылку водки? Первый, заметив Рико, застыл с стаканчиком у рта, в то время, как Джостен сделала шаг вперёд, закрывая собой Кевина, видимо в отсутствие Миньярда теперь он отвечает за Дэя. На его губах расползлась ухмылка, от которой становилось не по себе. Она была жуткой, Рико улыбался точно также. Рико останавливается в нескольких метрах, стоит ему вытянуть руку, сможет коснуться каждого. Рэй и Жан стоят сзади, ожидая дальнейших действий. По лицу Моро можно понять, он знает, что нужно делать. В то время, как Джонс лишь растерянно хлопала глазами, стараясь разобраться.       — Тот факт, что у тебя напрочь отсутствует инстинкт самосохранения бесконечно меня печалит, — произнёс Рико. — Убери эту ухмылку с лица, если не хочешь, чтобы я её вырезал.       В его голосе так и читалась прямая угроза. Нил либо бессмертный, либо идиот, Рэй ставит на второе, убрал стаканчик от губ, чтобы Морияма мог в полной мере её рассмотреть. Она демонстративно закатывает глаза от его идиотизма, переводя взгляд на замеревшего Кевина, он не так раздражает, но и с этим она тоже готова поспорить.       — Любопытно посмотреть, как у тебя это получится. Думаешь, я испугаюсь твоего ножа? Вообще-то я сын Мясника.       — В третий раз попался, — Рико провёл большим пальцем по глотке, тут же поворачивая голову в сторону Дэя. — Кевин, я сильно тобой разочарован. Ты обещал хозяину разобраться, но, вижу, не сделал этого, и мне страшно интересно почему.       — Он пробовал, — тут же вмешался Нил, не давая Кевину и шанса открыть рот, — Не вышло, как жаль.       Рико прижал большой палец к его скуле, где у него, Кевина, Жана и Рэй были татуировки. Рэй не могла видеть выражение его лица, но точно знала, тот зол. Это было видно по напрягшимся плечам, оказывается, вывести Морияму было проще простого. Нилу требовалось просто открыть рот и все.       — Сделай нам всем одолжение, закрой рот. Твоя наглость уже стоила тебе потери двоих товарищей по команде, и ты даже не представляешь, что ждет тебя дальше.       Слышать из уст Рико подтверждение его причастности к смерти одного из члена команды Лисов было странно. Да, Рэй предполагала, что именно он был причастен к этому. Не думала, что кто-то мог быть таким идиотом, чтобы словить передоз, да и заметила, что он никогда не появлялся нигде один. Его подружка постоянно была рядом, заметила бы, если бы её парень переборщил. На удивление, она даже не почувствовала страха, хотя должна была. Видимо, настолько привыкла к его жестокости и неуравновешенности. За все годы в гнезде, кажется, Рэй перестала бояться чей-то смерти из-за рук Рико. Это стало… обыденностью?       Нил вскинул ладонь и продемонстрировал Рико неподвижные пальцы.       — Дрожу от страха.       — А стоило бы, — сказал Рико. — Думаешь, ты можешь бросить мне вызов потому, что я не твой отец, но забываешь одну важную вещь: я из того клана, которого твой отец боялся. Да, Натаниэль, еще как боялся.       Нил опустил руку и подался вперед.       — Только не тебя, — со злостью прошипел он. — Ты ведь не часть семьи, забыл? Ты — изгой.       Плечи Рико напряглись ещё сильнее. Он сжал руку в кулак. Рэй надеялась, что у него хватит мозгов не затеять драку, это не то, что им сейчас нужно. Тема семьи всегда была для него больной, Нил, сам того не понимая, а может знал и поэтому давил именно туда, надавил на единственную рану. Сколько бы Рико не старался, его не замечали. Делал всё, чтобы добиться признания, но каждый раз терпел поражение. По началу Рэй пыталась оправдать его тем, что он просто маленький недолюбленный ребёнок. Но спустя время начала ненавидеть его. И это ненависть продолжает расти до сих пор.       — Жан, Рэй — процедил Рико, не отводя взгляда от Нила, — уведите Кевина. Оставьте нас.       — Найди Мэтта, — посоветовал Нил, заметив растерянность Кевина.       — Живо, — поторопил Рико.       Жан обошел его по дуге, схватил Кевина за локоть, глянул на Рэй, и повёл его в противоположную сторону. Она быстрым шагом последовала за ними, последний раз взглянув на Нила. Отчего-то ей захотелось остаться и проконтролировать всё. Вдруг Рико решит перейти границы? Он зол, нет, он в ярости. Но времени на это нет, она следует за Жаном, который вцепился Кевину в предплечье, продолжая утягивать за собой, огибая танцующих людей. Те, то и дело, врезались в них, а после мило улыбались, извиняясь, тут же убегая в противоположную сторону.       Отойти далеко они не успели, им преградили путь Мэтт и Дэн. Он уже хотел пойти в сторону Рико и Джостена, но Кевин перехватил его за плечо. Жан продолжал сжимать предплечье Дэя, словно от этого зависела его жизнь, а Рэй просто стояла и смотрела, стараясь понять, что вообще происходит. Старалась не смотреть в сторону Рико, сосредоточилась на Кевине, который побелел от страха и, кажется, даже перестал дышать.       — Дыши, идиот, — говорит она ему на французском. Кевин тут же переводит на неё взгляд.       — Нил не умеет вовремя закрыть рот, мне нужно его остановить, — также на французском говорит Кевин. Было видно, что эти слова дались ему тяжело, он старался смотреть на Рэй, но взгляд то и дело возвращался ей за спину, чтобы контролировать ситуацию.       — Глупый ребёнок.       — Что с твоей шеей? — неожиданно спрашивает Кевин, решая отвлечься или перевести тему, и из лёгких будто выбивают весь воздух. Она касается пальцами полузажившей раны, аккуратно проводя. Не знает, что сказать. Правду? Тогда придётся спасать Дэя от припадка или нервного срыва. Соврать? Довольно сложно так быстро придумать, как она могла получить это. Такие раны не появляются от простого падения, они наносятся специально. — Это он сделал? — решает предположить. Рэй слышит в его голосе надежду. Надежду, что он ошибается, что сейчас она скажет какой-нибудь бред и оправдает рану. Но она молчит. И в этом молчании скрыто намного больше, чем в любых словах. — Мне так жаль, — еле слышно говорит Кевин и ей хочется ему врезать. Снова.       Рэй хотела ответить, но не успела. Мэтт неожиданно сорвался с места и ей пришлось развернуться. Признаться, она не удивлена, что Рико и Нил всё же решили решить всё кулаками, как маленькие дети. Она демонстративно закатывает глаза, медленно идя в их сторону. Она не сможет помочь разнять их, не в платье. Видит краем глаза, как Кевин хочет броситься в самую гущу событий, перехватывает его за запястье, мягко оттянув назад.       — Тебе врежут, — отвечает на вопросительный взгляд. Кевин хмурит брови, но не повторяет свою попытку к спасению сокомандника. Убедившись в этом, Рэй отпускает его руку. Тепло чужого тела тут же пропадает и Рэй, на несколько секунд, кажется, что она вновь оказывается в комнате Рико, который закрывает ей рот ладонью, чтобы она была тише.       — Мне жаль, что я не могу вытащить вас оттуда, — вдруг решает заговорить Кевин. Рэй усмехается, продолжая смотреть, как пытаются разнять Рико и Нила.       — Засунь свою жалость куда подальше, Кевин. Не опускайся в моих глазах ещё ниже.       — Когда это я успел опуститься? Помнится, я был один из немногих, кого ты уважала, — насмешливо произносит тот, за что получает лёгкий удар в бок. Рэй предусмотрительно огляделась, чтобы никто не смотрел, но все взгляды сейчас были прикованы к драке. Он прав. Кевин был единственным, не считая Жана, кого она подпускала к себе, кому позволяла чуть больше. С кем общалась, когда выдавалось свободное время. Но это было давно, сейчас Кевин Лис, а с Лисами им запрещалось общаться. А ещё, Кевин был тем, кто сбежал, оставил их, бросил. Она понимает, что ни она, ни Жан, не смогли бы покинуть «гнездо» просто так. Они — собственность Морияма, которые покинут «гнездо» после окончания, либо вперёд ногами. Другого исхода не дано. Но в груди всё равно сидит обида. Обида, что он так жалко растрачивает свою возможность жить нормальной жизнью, без избиений, вечных тренировок. Рэй бы отдала за это всё.       — Когда стал трусом, — пожимает плечами. Кевин смотрит непонимающе, заставляя её пояснять, — Посмотри на себя, напиваешься в слюни, чуть ли не падаешь в обморок только от одного взгляда Рико. Кевин, которого я помню был звездой, сильным парнем, который был на шаг впереди. Нарушал правила, чтобы помочь, отгораживал меня и Жана, вытягивал меня на дополнительные тренировки, чтобы помочь попасть в команду. А что теперь? Я ничего не говорю про твою команду, мне плевать на них, но ты так убьёшь себя. Не пробовал смотреть страху в глаза? Бери пример с Нила. Его ищет отец на протяжении восьми лет, но он не дрожит, да, ведёт себя, как полный идиот, который не может вовремя закрыть рот, но он не боится, по крайней мере не показывает этого. Понимаешь? Не пора ли показать Рико, где его место? Доказать, что не он номер один, а ты.       Она не сразу осознаёт, что только что признала Кевина номером один. Но свои слова не собирается брать назад. Кевин был лучше, она всегда так считала. Его одержимость игрой даёт возможность совершенствоваться, в то время как Рико стоял на одном уровне, сколько бы не тренировался и не пытался отточить навыки. Он топтался на том же месте, а Кевин продолжал совершенствоваться.       Кевин долго молчал. Обдумывал каждое слово, сильнее хмуря брови. Видимо, на пьяную голову ему думается намного сложнее, но это не проблемы Рэй. Она лишь высказала то, что думала, а что делать с этой информацией решать только Кевину. Он может и дальше сидеть со своим страхом, или постараться что-то сделать. Он больше не Ворон, теперь он Лис, и он может жить. Но не пользуется этим. Рэй уверена, что даже сейчас он всё свободное время посвящает тренировкам, потому что по-другому не умеет. Ведь так их воспитали, а точнее вбили в голову. Заставили жить только ради того, чтобы играть. Больше они ничего не умеют. Это их предназначение.       — Значит, на меня тебе не плевать? — подводит итог Кевин. Рэй закрывает лицо ладонями, громко вздыхая.       — Из всего, что я сказала, ты запомнил только это?       Кевин довольно усмехается, на что Рэй отмахивается от него. Она напрягается, когда видит тренера и тут же оказывается рядом, встав чуть позади Жана. Он кидает беглый взгляд на неё, но тут же теряет интерес. Тренера решили, что «Воронам» и Лисам опасно находится рядом и разделили поле на две части. На одну отправили Воронов, а на другую, Лисов. Правда, те на банкете на долго не задержались, через короткий промежуток времени Рэй видела, как вся команда направилась к выходу. Она надеялась, что и они скоро уедут, торчать здесь не было никакого желания. Музыка начинала раздражать, здесь было слишком громко. После мёртвой тишины в гнезде — даже тихая музыка будет раздражающим фактором. А здесь громкая музыка и громкие разговоры людей, от всего этого голова начинала болеть. Благо Рико решил сжалиться и дал выйти на улицу, подышать.       — Как думаешь, он поедет? — наконец решает спросить Рэй. Весь вечер этот вопрос крутился в её голове. Если Рико решил, что Нил должен поехать в «гнездо», значит у него заготовлен план.       — Если да, то у него точно нет мозгов, — неопределённо отвечает Жан, убирая руки в карманы брюк.       — Запишу его в список самоубийц.