[Фастберн] Темные духи

— Миф — необходимейшая — прямо нужно сказать, трансцендентально-необходимая — категория мысли и жизни; и в нем нет ровно ничего случайного, ненужного, произвольного, выдуманного или фантастического. Это — подлинная и максимально конкретная реальность… Джеки, сидя на стеллаже, ткнула посохом в книгу в руках Кромешника и, заморозив страницы, широко зевнула. Библиотеки всегда наводили на нее скуку, а вкупе с занудством Короля Кошмаров находиться среди пыли и несчастных студентов было для нее совсем невыносимо. И все же она не уходила. Весь день Джеки следовала попятам за Кромешником, а он все ожидал, когда Фрост сама расскажет о своей проблеме. А проблема у нее точно имелась — он то и дело краем глаза улавливал силуэты темных духов, бредущих за ней, древних настолько, что их забытые людьми очертания больше не принимали конкретных форм. — Не порть раритет, — Кромешник стряхнул снежинки с теперь влажных страниц. — Раритет — это ты. Вон, с тебя аж песок сыпется! Вот и поговорили. То, что Фрост ходила за ним, не означало, что она рада его компании. — Шутка, повторенная в десятый раз, уж точно станет смешнее, — съязвил Кромешник. — Улетай, Фрост. Тебе есть, с кем развлечься. С кем: с детьми, с Хранителями, или с новыми древними товарищами, он уточнять не стал. — Не-а. Я лучше тут, рядышком, — заозиралась Джеки. Он не стал прогонять ее. Она была напугана, а страх питал его силу, которой ему так не доставало. Кромешника не столько волновало, кого Фрост боялась, сколько то, что защиты она искала именно у него, а не у Хранителей. Когда он уже собирался спросить ее об этом, Джеки озадачила его новым предложением: — Питч, а давай встречаться?

***

Фрост гоняла кошмаров, бешено носясь между подвесных клеток. Весь день в покоях Кромешника гремели цепи и искрился лед, а на просьбы угомониться он получал лишь приглашение присоединиться к игре. Что ж, в одну игру она его уже втянула. И он согласился, прекрасно осознавая, что все не то, чем кажется. В глубине лестничных проходов звучали перешептывания, пульсировала черная магия. Фрост привела за собой жалкие остатки древних духов, может, даже божеств, которые были на удивление упрямы в своих преследованиях. А он пустил их всех в свой дом, оправдывая себя тем, что уж не ему привередничать насчет гостей. И стыдно было признаваться, но в его сердце затаилась надежда, которую он чуть менее года назад пытался истребить во всем мире. В руках у него была книга, которую он забрал из библиотеки, но Кромешник раз за разом пробегал глазами по одному и тому же абзацу, не улавливая смысла написанного. Нет ровно ничего случайного, ненужного, произвольного… Случайного, ненужного, произвольного… — Покошмарим детишек? — Джеки нависла над ним, шумно дыша. Ее взгляд был диким, улыбка слегка безумной; отказа она бы не приняла. Да и стал бы Кромешник упускать такое предложение? — Как только расскажешь про своих новых друзей, — Питч потянулся к ней, собираясь лишь коснуться щеки, но Хранительница отпрянула. Джеки было страшно, а Кромешнику любопытно. У обоих с лиц не сходили хитрые ухмылки. — Boltat'‎ — vragy pomogat'‎, — сказала она по-русски с сильным американским акцентом, натягивая капюшон. Уроки Северянина, никак иначе. — Я теперь тебе муж, а не враг. — Не правда, — облизнула губы Фрост. — Ты мой парень. Бойфренд. Кромешник такими понятиями не оперировал — слишком новые, человеческие. Древние боги, шепчущие о выдуманном и фантастическом, тоже не поймут. Но Фрост могла называть вещи так, как ей угодно. Своей сути они от этого не изменят.

***

С трудом отбросив размышления о временах давно минувших, он смог сосредоточиться на бессвязном потоке слов от Джеки. Тогда выяснилось, что тот отнюдь не бессвязен и очень даже важен. — Помедленнее, пожалуйста. Они стояли над спящим ребенком, и Джеки тыкала в экран его смартфона, сбивчиво рассказывая про новые детские страшилки. — Prosti, я отвыкла от собеседников… Луне-то все равно, как ты говоришь. И что говоришь… — Не могу посочувствовать. У тебя хотя бы есть Хранители. — Не ной. Теперь у тебя есть я, — краешками губ улыбнулась Джеки. В круглых разноцветных пятнах, отбрасываемых детским светильником, она вдруг растеряла все свое озорство. Сейчас ее легко было спутать с обычным подростком, неуверенным и зажатым. А силуэты темных духов плясали рядом с его тенями. Они посмеивались тихо, но беззлобно, шепча о прошлом, настоящем и будущем - ведь над мифами не властно время. — Все дети сейчас играют в Майнкрафт… — Джеки набрала в телефоне нужный запрос — общение с Джейми не прошло напрасно. — Вот такого монстра создай! — Это же ходячий кактус, — покривился Кромешник. — Он не страшный. — Ты просто попробуй! Ночь выдалась не самой продуктивной, потому что дети время от времени посмеивались над кошмарами за авторством Джеки, но зато она показалась Кромешнику самой приятной за очень и очень долгое время. И это со всем шумом, бредовыми пугалками и древними божками, которых, казалось становилось только больше. Однако Фрост не давала к себе притронуться. Она все еще была напугана. — Почему ты их боишься? Уже занимался оранжевый рассвет. Джеки любовалась им с крыши высотки, свесив босую ногу. — Знаю, это не имеет смысла. Они хорошо ко мне относятся, — выдохнула она. — Просто кое-что случилось. Я поэтому решила к тебе прийти… — Если они о чем-то говорят, то это правда, — сказал Кромешник, глядя на еще не спрятавшуюся луну. — Им виднее. — Виднее? — фыркнула Джеки. — Да будь им виднее, они бы сразу поняли, что Луноликий не избирает нового Хранителя, что я просто временная затычка! Очевидно же, что темный дух никогда не сможет опекать детей! Будь им виднее, они бы не стали идти против закона и давать мне титул! — Погоди, о ком идет речь? — О Хранителях, очевидно! О ком ж еще? Кромешник обернулся. В длинных резких рассветных тенях никто не копошился, не шептал, не посмеивался. — Питч?.. — То есть Луноликий не избрал тебя Хранительницей, но они все равно приняли тебя в свои ряды? И ты не рада? — спросил он, запустив пятерню в растрепанные волосы. — Кем я хочу быть, и кем должна — это разные вещи. Неделю назад Джейми пошел в лес, на мое озеро… Он в порядке, его нашли через пару дней, но если бы нет? Какой ребенок в здравом уме пойдет в лес один, зимой? О, я знаю, какой — который верит в Джеки Фрост! Не сразу можно было заметить, что она плачет - только блестели льдинки на бледных щеках. — Это тебе с самого начала было виднее, как обстоят дела. Что холод и тьма — отличная пара. — А Джеки и Козмотис — не факт, — хмыкнул Кромешник. — Не заставляй себя, если не хочешь. Но, пожалуйста, желай. Джеки придвинулась к нему, обняв за руку и положив голову на плечо. Холодные прикосновения его не пугали — он чувствовал мороз, но тот не заставлял дрожать, не пробирал до костей, лишь обволакивая колючими снежинками кожу. — Может, став, кем должна, я начну хотеть этого?.. — Надеюсь, — он поцеловал ее в светлую макушку. Джеки зажмурилась, боясь каждого движения — она отвыкла не только от собеседников, но и от прикосновений. — Я верю, что в мифах не бывает случайностей.