10. - Моргул и Шрикоса

в то же утро

В дверь постучали. - А? Сквозь сон, зевая хрипло начал Таргариен, слыша очередной стук: - Что… ? Не открывая глаз, уткнулся лицом в перьевую подушку, накидывая одеяло на уши, чтобы не слышать шум. - Принцесса только что родила. Донесся голос около входа в его спальню. Эйгон, все еще находясь в сонном бреду не до конца расслышал предложение, ворочаясь в постели. - Мой принц? Белый плащ повторил у двери, чуть приоткрыв ее, ожидая хоть какой-то реакции. Присев на край кровати, Эйгон потер глаза, наблюдая рассвет за окном. Осознав, что наконец-то произошло, тот быстро поднялся, говоря плащу: - Иду. Минуя не долгий путь до спальни его матери, принц оглядел всех собравшихся: двое мейстеров наблюдали состояние Хелейны, попутно совершая какие-то не известные ему послеродовые манипуляции, перекидываясь фразами. Единственное, что он понял, что она в порядке. Алисента державшая на руках новорожденного улыбалась ему, так мягко и искренне, что прежде он не видел. В люльке плакал еще один младенец, Таргариен тут же осознал, что родилась двойня. До селе незнакомые ему чувства нахлынули его, ощущение искренней любви и заботы. Хайтауэр подняв глаза на сына, тихо шепотом сказала: - У тебя родились здоровые сын и дочь. Чуть убаюкивая маленькое чудо, закутанное в расписное покрывалко, женщина подошла ближе к Эйгону, показывая личико младенца. Принц, не скрывая дрожь от волнения, впервые увидел своего сына, тут же отвечая: - Джейхейрис… и… оборачиваясь к люльке: - Джейхейра. - Возьмешь? Протянула слова Алисента, намекая на Джейхейриса. Еле заметно кивнув, неумело взял сына, осматривая каждый его сантиметр: тонкая, белоснежная кожа, на которой виднелся каждый капилляр, слабый пушок на голове, крошечный организм. Он не мог осознать это до конца, не веря в реальность. Испугавшись собственных эмоций, Эйгон аккуратно провел ладонью по его маленькому лицу, чувствуя его бархатную кожу. - Что вы мне дали? Хриплый голос Хелейны прорезался по всей комнате. - Это маковое молоко… Тут же ответил один из мейстеров, дав испить напиток. Таргариен поднял глаза на сестру, наблюдая за ее состоянием. Несмотря на скорые роды, она все так же оставалась нежной и его прекрасной Хелейной. Его сестра, жена и теперь мать двоих близнецов были неразделимо связаны с ним. На мгновение забылось все, что было ранее: вражда между семьями, грехи и обиды друг на друга. - Она в порядке? Обращаясь к матери, встревожено спросил тот. - Хелейна в отличных руках наших лучших мейстеров. Один из них принимал роды у меня, волноваться не о чем. Склонившись у люльки Джейхейры, спокойно отозвалась Алисента. Опустив тревоги и мысли, Эйгон тут же осознал, что он впервые спрашивает за здоровье своей сестры, спустя столькие годы ее игнорирования. Это немного пугало, ведь показывать положительные эмоции – значит снять маску и проявить свою слабость. Джейхейра была точной копией своего брата, но все же, молодой отец сразу нашел в них отличия. Его хрупкая дочь дремала в люльке, глубоко уснув. ________

спустя сутки

Эйгон медленно зашел в спальню Хелейны, видя, как та убаюкивает его дочь на руках. Не торопясь, наклонился над кроваткой сына, растворяясь в радостной улыбке. Его точная копия. Он подрос за сутки?… Мой сын, я не могу в это поверить. В спальню вошли два белых плаща, занося сундук. Принц открыл крышку, достав одно из драконьих яиц и медленно опустил его в люльку сына, разглядывая зеленоватый панцирь будущего дракона. Второе яйцо, предназначенное для дочери так же легло в положенное место. - Я хочу сама кормить их. Первой заговорила Хелейна, наблюдая за действиями супруга. – Не хочу, чтобы их трогал кто-то другой. Не скрывая нервозность, прошипела принцесса, поворачивая голову к дочери. Ее злость на брата было уже не скрыть: тот выбрал имена детей, не сказав ей ни слова за последние семь месяцев, приказал кормить детей другой женщиной, не задав ей ни единого вопроса. - Ты можешь игнорировать меня, но я прошу… Переходя на шепот, уже пристально смотря брату в глаза: - … Они не должны разлучаться, никогда. Чуть ли не умоляюще закончила та. У нее не было власти ни в чем, ее брат – супруг мог приказать что угодно, а она могла лишь согласиться, потому что оспаривать решение мужа – грешно. - Пусть будет так. Я сообщу, чтобы у тебя было больше слуг. Подытожил Эйгон, спокойно соглашаясь на ее условия. Все, ради чего они пошли на это не по своей воли – свершилось: законный наследник Железного Трона сладко спал, а для Эйгона это означало, что его миссия была выполнена. Более за ним не будет такого пристального слежения и можно наконец-то забыться в сладком Дорнийском  вине, празднуя рождения наследника, в окружении его привычных шлюх. Побыв еще немного, Таргариен так же не спеша удалился.