Часть 5

      На следующий день начались пары и тренировки. Всё проходило достаточно спокойно, но иногда сокомандники бросали на Леону любопытные взгляды. Она одевалась так, что практически всё тело оставалось закрытым. Это было не очень удобно, когда приходилось выполнять какие-либо упражнения в зале, но так никто не мог рассмотреть, что осталось рисунком из шрамов на её коже.       Сегодня было начало нового семестра. За несколько дней до этого Леона выбрала предметы для изучения, что больше понравились ей из предложенных. В основном это были гуманитарные дисциплины по типу права и журналистики, но еще было два иностранных языка: испанский и китайский. Она уже знала несколько языков, но эти были новыми для неё. Как-то раскидав пары на неделе, чтобы не пересекалось с тренировками, она приступила к учёбе, как и все остальные Лисы.       После пар по расписанию стояла тренировка, но у Гилмор было время, чтобы вернуться в Башню и скинуть сумку в комнате. Нил тоже был в общежитии, но они почти не разговаривали с прошедшего вечера, когда пересекались где-то на территории кампуса. Только изредка обменивались взглядами, осматривая друг друга.       Без четверти три Леона вместе с компанией Эндрю поехала на фургоне Мэтта на стадион. Сам Эндрю и Кевин отправились к Бетси Добсон. По прибытии на стадион, Леона отправилась с девушками переодеваться. Её снаряжение было уже в шкафчике, который ранее показал Ваймак. Всё сидело идеально под неё.       Дождавшись, пока старшекурсницы выйдут, Леона быстро переоделась, чтобы скрыть следы на теле. Не хотелось, чтобы кто-то знал об этом. Оставаться в их глазах «нормальной» было выгоднее, но неприкрытое любопытство к ней и её прошлому начинали раздражать. Такое внимание было лишним, приносящим проблемы.       Ранее Нил кормил их ложью, так что их терпение на ещё одном таком игроке могло закончиться в любой момент. Оставалось лишь выдавать правду частями, не вдаваясь в подробности.       Закончив со переодеванием, она отправилась на разминку за остальными. Она молча делала всё, что говорила Дэн. К тому моменту, как Кевин и Эндрю приехали на поле, они уже успели надеть защитную экипировку и начать выполнять стартовые упражнения.       Дэй всё так же придирался, в прочем это уже стало обыденным, хоть и раздражающим. Никак не реагируя на его замечания, она ещё больше привлекала внимание других Лисов, находившихся на корте, ведь мало кто не реагировал на его колкости. Эндрю всю тренировку целился в ноги нападающих, что выбешивало сильнее прочего. Один раз блондин отбил мяч так, что тот пролетел совсем рядом с головой Гилмор за момент до того, как Ваймак объявил небольшой перерыв.       На поле вышел Нил. Он подошёл к Эндрю, что-то тихо говоря ему. Это не сильно волновало Леону, она сидела на полу, поправляя кроссовки. Вдруг Рыжик обернулся в её сторону, коротко взглянув. Он отвернулся обратно спустя мгновение и коротко кивнул. После этого он ушел обратно в комнату отдыха, где смотрел записи матчей их противника. Тренировка возобновилась. Эндрю уже не целился в ноги нападающих, но посылал мячи подальше, чтобы приходилось за ними бежать почти на другой конец поля.

***

      Леона вместе с Ники приехали к Би в офис в клинике Реддин-холл. Она была последней в очереди, так как их сеанс был больше ознакомительным, чем терапевтическим.        Доехав до места, они поднялись наверх на нужный этаж. Оставшись в коридоре, девушка смотрела на то, что находилось вокруг неё. Она не хотела говорить с психологом. Ей это было не нужно. Рассказать кому-либо что-то о её жизни означало две вещи: это небезопасно для этого человека, это небезопасно для самой Леоны. Все её слова могли пойти дальше по цепочке. Да, было соглашение между пациентом и врачом, что вся информация с их приема остается конфиденциальной. Но точно знать никто не мог. Леона не доверяла Добсон, чтобы выдать больше информации, чем было написано в её личном деле.       Прошло достаточно много времени, чтобы успеть заскучать, когда спустя час Ники вышел с Би из кабинета. — Здравствуй, Леона. — мягко, с улыбкой произнесла Би, приглашая жестом в свой кабинет. — Добрый день, мисс Добсон. — Леона поднялась с диванчика в коридоре, подходя ближе. — Можешь звать меня Бести или Би, как тебе удобно, — женщина отошла от двери, пропуская девушку. — Хорошо, учту, — Леона прошла в её кабинет и села там на диван.       Прижавшись к дальнему углу от кресла Би, Леона начала рассматривать комнату. Би начала говорить что-то про то, как рада познакомиться с девушкой, наливая им какао. — Ты ведь пьёшь какао? — с легкой улыбкой спросила женщина. — Да, иногда могу выпить, — играть в дружелюбие было обычным делом для Леоны, но сегодня она была не в духе.       Принудительная встреча с командным психологом, недостаток сна из-за очередного кошмара и усталость после тренировки накладывались друг на друга, создавая гремучую смесь. Ещё одна капля керосина, и будет взрыв.       Забрав из рук Бетси чашку, Леона начала рассматривать женщину. Бетси была одета с иголочки и бодра, будто работа с Лисами никогда не была для неё чем-то сложным. Каждый из игроков их команды мог быть отдельной главой в учебнике по психиатрии: от депрессии и зависимостей разного рода до ПТСР или чего-то ещё потяжелее. — Что ж, наш сегодняшний сеанс больше ознакомительный, но если у тебя есть какие-то конкретные запросы, то можем их сегодня затронуть. — Никогда не думала, что мне нужно будет обращаться к психотерапевту. Да и тем более, я больше, чем уверена, что работы у вас, итак, предостаточно, — грубить не хотелось, но и рассыпаться в вежливости тоже. — Вы же работаете с Лисами, с ними скорее всего очень тяжко. — Я бы так не сказала. Тем более, я не могу говорить о своих пациентах ни с кем, кроме как с ними. — Да, я понимаю это. Но мне помощь не нужна, — смотреть на женщину было невыносимо скучно, так что взгляд Леоны продолжил блуждать по комнате. — Ты можешь не рассказывать о своих проблемах, если у тебя таковые имеются. Предлагаю просто немного познакомиться друг с другом, — Би никак не реагировала на колкий тон девушки. Она так же мягко и с улыбкой говорила, иногда отпивая какао. — Хорошо, я тогда сразу начну, — не хотелось проводить тут и лишней минуты, поэтому такая инициатива была вызвана скорее желанием быстрее закончить, чем и правда познакомиться с женщиной. — Меня зовут Леона Гилмор, мне девятнадцать, по гороскопу Дева. Я не помню ничего из того, что было раньше, так что рассказать что-то не смогу. Последняя школа была в небольшом городке на юге Невады. Потом переехала самостоятельно в Аризону, там работала. Потом меня пригласили в команду, и вот я здесь, — девушка пожала плечами, не зная, что еще можно добавить. — А ты можешь рассказать о своих родителях? Как они отнеслись к тому, что ты переехала настолько далеко от дома? — без напора продолжала спрашивать Бетси. — В семнадцать лет я попала в интернат, с опекунами я не общалась со своего выпускного, — вопрос о родителях был предсказуемым, так что ответ на него был придуман заранее, тем более это было правдой.       Даже пока Гилмор была с ними, они почти не разговаривали. Лишь изредка опекуны передавали ей в интернат вещи, принадлежности для учёбы и тренировок. Девушка видела их последний раз на следующий день после выпускного, когда забирала свои вещи из их дома. Больше они не общались. Леона избавилась от телефона, оставив его у них перед уходом. Она была им благодарна, но контактировать больше с ними не собиралась. Но вспоминать настоящих родителей всегда было неприятно.       На самом деле Леона очень хорошо помнила всю свою жизнь. Каждое воспоминание в любой год её жизни было наполнено ненавистью. Они вызывали холод, проникающий в кости, неприятные мурашки, пробегающие по спине, боль в основании черепа, пульсирующую в ритм с биением её сердца.       До конца их времени Би задавала общие вопросы, получая на них ответы, обёрнутые в красивый фантик лжи. Весь час Леона чувствовала себя как на допросе. Они говорили о том, что было после того, как Леона очнулась в больнице два года назад, вспомнила ли что-то о себе до несчастного случая.       Придерживаться изначальной легенды было просто. Ложь и скрытность стали частью её личности за последние несколько лет. Сказать, что ничего не помнишь до шокового события было ещё проще. Никто не задавал вопросы после этого, ведь девушка «не могла ответить» даже сама себе.       После сеанса Леона как можно скорее вышла из здания, направляясь на парковку. Ники поспешил за ней. В его взгляде читалось удивление, но все вопросы мгновенно отпали, как только он получил испепеляющий взгляд тёмных глаз. Весь день выбивал из колеи. Гилмор ненавидела, когда задают много вопросов, залезают в голову. Добсон не давила на неё, но каждый вопрос был таким, будто целью женщины было открыть как можно больше тайн.       Леона не хотела ни с кем разговаривать. Приехав в Башню, девушка быстро переоделась и отправилась на пробежку, чтобы прочистить голову от навязчивых воспоминаний, охватывающих её волнами паники и безумия.