Эпизод №35.

Запястье оказалось плотно забинтованным, а здоровая рука подключена к капельнице. В ушах звенело и перед глазами прыгали цветные круги, но Ким Ю Джин могла дышать и, это означало, что она жива. К счастью или к сожалению... Она не знала. Находилась в своей комнате, лежала на кровати под тёплым и нежным одеялом. Она не помнила, как потеряла сознание, но была бесконечно рада, что решилась сделать то, что считала правильным. Дверь скрипнула и в комнату тихонько вошёл Хёнсо. Парень старался подойти к ней не цыпочках, так как не сразу заметил, что девушка не спит. Увидел и облегчённо улыбнулся. Однако, в его глазах была видна глубокая печаль. — Ю Джин, я так испугался... — он подлетел к ней. — Как ты могла? Столько крови... А если бы с тобой случилось непоправимое? Ким Ю Джин вздохнула, слегка приподнимаясь. Упёрлась головой об мягкую спинку кровати и посмотрела на обеспокоенного юношу. — Всё в порядке. — ели выговаривая слова, Ю Джин выглядела совершенно разбитой. — Зачем ты так изводишь себя? — он поправил одеяло, положил аккуратно ладонь на её забинтованное запястье. — То, что ты делаешь пугает меня Девушка закатила глаза. Пальцами скинула его руку, предотвращая это касание. — Я поступаю так, как считаю нужным. — вскинув на него глаза, девушка едва заметно нахмурилась, вообще все её эмоции сейчас казались бледными и почти незаметными. — Где он? Хёнсо понял. Отвёл взгляд, но ответить всё же пришлось, ведь девушка ждала. — Хён в особняке. Сегодня не поехал в офис и отменил все встречи, но из кабинета ещё не выходил. — Он что-то сказал? — Обычно хён не слишком разговорчив... — юноша уклончиво усмехнулся. — Я никогда не видел его таким, как в эту ночь. Дверь открылась снова. Дэвид Мён упёрся взглядом в фигуру брата и, даже не моргая, смотрел на него до тех пор, пока Хёнсо не поднялся и с извинениями не ушёл из комнаты. Ким Ю Джин даже не смогла бы подобрать подходящие слова, чтобы описать каким именно ей виделся этот взгляд мужчины, которым он глядел на неё, присаживаясь на край постели. И, да, у него под глазами появились синяки, будто он не спал этой ночью. Волосы были слегка растрёпанные, одна тонкая прядь лежала на его скуле. Ю Джин была не в состоянии обсуждать что-либо. Однако, Дэвид Мён смотрел на неё как-то по-новому, словно она была какой-то диковиной, словно он не понимал, что с ней теперь делать. — Ты потеряла много крови. — и говорил он как-то странно, будто на последнем издыхании, словно заставлял себя это делать. — Думаю, не больше, чем ты из меня выпил. Сил на то, чтобы улыбнуться у неё не осталось, но, Дэвид Мён, услышав её замечание, будто бы пришёл в себя. Нервное напряжение отступило и его плечо расслабились. Он протянул руку и бережно провёл большим пальцем по её щеке. — Ты самое великолепное, что я видел в своей жизни. От его голоса и смысла слов внутри у неё всё затрепетало. Ю Джин судорожно выдохнула, на миг прикрывая глаза... Она не знала, как он делает это; не знала почему именно он. Почему единственным человеком, который говорит ей такие слова был он? Откуда у него такая власть над ней? Неужели это она действительно сама позволила ему? — Я бы лучше предпочёл иметь бомбу замедленного действия в своей голове… — убирая руку, с явным сожалением разрывая этот крохотный контакт, Дэвид Мён, осознанно или нет, позволил себе теплую улыбку. — По крайней мере, я бы знал, когда она рванёт. — Признайся, я привлекаю тебя лишь потому что всеми силами сопротивляюсь? Так это работает в твоей голове? — она говорила об этом так безразлично, что он почувствовал как внутри что-то дрогнуло. Они смотрели друг на друга. И в их глазах были одинаковая горечь, боль, тоска... Он склонился над ней оперевшись руками по обе стороны от её головы и поцеловал в лоб. Ю Джин удивлённо замерла. Ждала, ждала и через несколько мгновений Дэвид Мён заговорил: — Знаешь, я дико ревную тебя. Я готов убить того, кто к тебе подойдёт. Убить того, кому ты улыбаешься. Того, о ком ты можешь думать. Не хочу, чтобы кто-нибудь узнал тебя лучше, чем я. Это невозможно остановить или обуздать. Он улыбнулся вопреки себе естественной улыбкой. Чувства в его груди были безнадёжно спутанной паутиной, стянутой узлом. Уродливые, искореженные, обгорелые... Что-то пугающее росло внутри девушки. Подавляющее. Она была как чаша, уже наполненная, но в которую продолжала литься вода. Она переполнялась... и не могла справиться с собой. Здравый смысл отчаялся заглушать томление, будораживающее кровь. Ким Ю Джин должна была признать, что восхищалась этим мужчиной... Грех манил. — Что ты...? — сглотнув, Ким Ю Джин даже не заметила, что её голос звучит непривычно тихо и ласково. Он отсоединил капельницу, когда лекарство закончилось. — Пойдем со мной. — позвал. Он держал её за руку пока они не добрались до кабинета. Открыл дверь, пропустил Ю Джин первой. Девушка перешагнула порог. Подошла к его столу. — Садись. — он указал на второй стул. Ким Ю Джин присела за письменный стол. Наблюдала за тем, как Дэвид Мён включает ноутбук и поворачивает к ней загоревшийся экран. — Что это? — Ты хотела, чтобы я дал тебе работу. Это она. Мне нужен переводчик, хорошо владеющий английским. «Чёрт возьми...» Ким Ю Джин уже не думала, что он сможет её удивить, но, похоже, это всё-таки произошло. — Не думай, что я растаю из-за этого. — на всякий случай предупредила Ю Джин. — Твоя поблажка ничего не изменит. — Конечно. — подозрительно спокойно отреагировал. Девушка принялась осматривать фронт работы, но спустя несколько минут подняла голову и попросила: — Давай остановимся. Прошу тебя.