Часть 3

      Роменский нервно усмехнулся.       — Это шутка? – приглушённо спрашивает, переминаясь с ноги на ногу.       — Нет, ‐ неуверенно отвечает, опуская взгляд себе под ноги.       — Никит, я, ну… – пытается выразиться как можно мягче. — Натурал я, понимаешь? – Берг молчит, сжимая и разжимая пальцы в карманах. — Не взаимно это, мы никогда не сможем быть больше, чем друзьями.

      От этих слов сердце будто пропустило удар. Гетерохромный усмехнулся и закивал.       — Понимаю, – единственное, что смог выдавить из себя в данный момент.       Давид напряжённо стоит, будто ожидая чего-то плохого. Разговор зашёл в тупик.       — Я пойду? – спрашивает шатен, кивая в сторону своего дома.       — Ага, – коротко ответил, продолжая стоять с опущенной головой.       Кареглазый подошёл ближе, положив руку на плечо цветноволосого.       — Не думаю, что нам нужно… М… – запнулся. — Что нам нужно продолжать общение, – с усилием вытащил из себя слова.       — Почему? – резко спросил Никита, подняв голову.       Роменский, услышав вопрос, замялся, не зная, что ответить. Он думал, что товарищ просто согласится и пойдёт своей дорогой.       — Ну, у тебя, очевидно, останутся чувства ко мне, а я, с моим то характером, френдзонить тебя буду, – тараторит, сжимая пальцы на плече Берга. — Тебе это не надо. Тебе будет лучше без меня.       А гетерохромный молчит. Ноги стали ватными, а голова тяжёлой. Всё, что он смог ответить на слова паренька:       — Я понял, можешь идти.       Давид окинул его взглядом, а после зашагал своей дорогой, сопровождаясь хрустом снега.       Мифоискатель задержал взгляд на знакомой, любимой фигуре. Осталась эта фантомная рука на плече, это тепло, что приносил ему товарищ одним присутствием.

***

      Цветноволосый шаркал по асфальту, смотря себе под ноги. В голове вертелось множество навязчивых мыслей. Зачем я ляпнул это? Сделал всё в разы, в разы хуже!       Дыхание тяжёлое, паника будто усиливается с каждым шагом. Почему так страшно?       В голове каша.       — Эй, пацан! – Крикнул незнакомый голос. Никита обернулся, подмечая, что к нему на встречу бежит несколько парней из параллельного класса.       — Что? – Наконец прийдя в себя, спрашивает гетерохром.       — Ты, ну, – начинает самый низкий.       — Ты Лиду Котейкину знаешь? – Перебивает своего друга, с отвращением глядя на Берга. — И не думай врать.       Мифоискатель чувствует, как внутри всё сжалось. Неописуемый страх нахлынул волной.

***

      Прошло чуть больше двух недель. Никита так и не появился в школе после того разговора на улице, а несколько друзей Давида из параллели стали отсранёнными и часто пропускали занятия. Каждый раз, когда не удавалось найти цветную макушку в школе, внутри шатена что-то ломалось, а сердце начинало колотиться как бешаное, и он не понимал, почему. Они же больше не друзья, но… Но переживания за близкого человека оставались.       Мама Роменского, по счастливому стечению обстоятельств, работала в городской больнице, и, наткнувшись на знакомую фамилию, передала сыну, что гетерохром находится в реанимации. Причину, увы, не назвала.