Часть 1

      – СТОЙ!       Она кинулась к нему вперед. Товарищи за спиной издали громкий крик, в надежде остановить ее очевидные намеренья. Однако было поздно – она отбросила свой пистолет и помчалась к Спектру.       Ведь у нее действительно получилось, хоть и ненадолго, но вернуть его настоящего. Речь Спектра стала прежней, его собственной, очищенной от слизкого следа внушения Властелина. С учетом очевидного прогресса, теперь она точно не могла его потерять. По крайней мере не сейчас, когда он был так близок к освобождению от жнеца. Она уверена, что для этого осталось совсем немного, самая малость.       Услышав ее, Спектр на мгновение оцепенел. Рука, прижимающая к челюсти пистолет, нерешительно дрогнула при приближении девушки. Нет, она не позволит ему совершить задуманное: никто не заслуживает на подобное.       Ее сущность была уже совсем рядом, зрачок Спектра расширялся всё больше. И тут она увидела, как коготь зажал спусковой крючок.       Паника скрутила нутро. Оттолкнувшись ногами от края платформы, девушка молниеносно нырнула вперед, широко раскрыв руки, обхватив всё его тело. Не видела, но столкнувшись с грудью мужчины почувствовала, как его рука, в которой был пистолет, изменила свое положение. Оружие скользнуло с лица, звук выстрела разорвал полотно воздуха.       От потока жары вокруг, казалось, зазвенело в ушах. Они оба полетели вниз с летающей платформы. Прижавшись к чужому телу, тепло обогрело ее щеку. Его левая рука вцепилась в девушку, и она отчетливо чувствовала три острых когтя на своей талии. Не будь на ней крепкой брони ‒ на теле точно остались бы шрамы.       – Шепард!       Крик Гарруса за спиной и его беспокойство в субгармонике слышно чрезвычайно отчетливо. Звон брони и быстрые шаги свидетельствовали о том, что Вакариан побежал за коммандером. По иным, более тихим звукам на фоне она также услышала крики Тали.       Всем телом ей довелось прочувствовать каждую секунду их совместного падения: она ощутила, как его тело разбило стеклянную нишу и мгновением спустя тяжко приземлилось на траву. По инерции, во время приземления она отскочила и ударилась головой о его грудь.       Потребовалось некоторое время, прежде чем она смогла поднять голову и сфокусировать свое внимание, превозмогая невыносимую головную боль. Слегка повернувшись, чтобы освободить свои руки, девушка оперлась о грудь Спектра, намереваясь подняться с его тела.       Однако шесть когтей неожиданно и ловко вцепились в бедра человека, заставляя ее талию опуститься ниже к его собственной. Хрип прорвался сквозь субгармоники. Удерживая ее в неподвижности, он приподнял грудь, повернул голову с целью расслабить напряжение с бахромы и гребня.       Он вытянул руки, легко подняв Шепард в воздух. Присаживаясь, Сарен опустил Шепард рядом с собой, притянув её ближе к себе. Его рука скользнула к гребню, проверяя, нет ли трещин или переломов.       Некоторое время, игнорируя женщину рядом, Спектр проверял всё свое тело на повреждения с помощью синтетической руки. Однако падение с такой высоты оставило лишь боль и, вероятно, несколько ушибов. Он был искренне удивлён факту целостности гребня.       Он замер, когда его органическая и синтетическая руки соприкоснулись на гребне, не доставая совсем немного до окончания острия головы.       Шепард пересела на колени, и её гораздо более тонкие пальцы потянулись к голове Спектра, помогая ему проверить длину костей. Ей также казалось, что они не были треснувшими или сломанными, но девушка не была уверена, насколько они чувствительны. Шепард про себя подумала, что нужно будет как-то спросить Гарруса об этом, ведь Вакариан часто касался своего гребня.       Она опустила с его головы свои руки и осторожно положила их на его плечи. Сарен насупился, отвернулся, не в силах посмотреть на женщину, которая спасла его от самого себя. Он всё ещё слышал шёпот Властелина на задворках своего разума, обжигающий статический шум, из-за которого было сложно сосредоточиться на чём-либо, кроме Жнеца.       ‒ Сарен.       Ее голос словно холодный лед коснулся его разума: он пробуждал, успокаивал, умиротворял. И это заставило тот ураган, тот хаос мыслей в его голове исчезнуть. Ее голос приказывал статичному шуму внушения пуститься бегством куда-то на границу сознания. Он резко обернулся к женщине, заметив, что она была совсем близко к его лицу. Шепард медленно подняла руку к его бахроме, и глаза Сарена сузились, жвалы расшились.       ‒ Сарен, ты намного сильнее Властелина. Не смей поддаваться ему.       В мгновение его синтетическая рука оказалась на ее шее. Пальцы гета сжались, от чего броня коммандера в том месте заскрипела.       Она вцепилась в его руку своими пальцами, царапая метал синтетиков, но безрезультатно. Шепард глотала ртом воздух ‒ хватка Спектра была сокрушительной. В глазах замигали плавающие черные огоньки, голова шла кругом, легкие в груди болезненно сжимались. Костюм то и дело пищал, предупреждая о недостатке кислорода, рекомендуя немедленно надеть шлем для стабилизации состояния.       ‒ Са… ‒ прохрипела Шепард в бессилии.       Спектр резко убрал руку. Грудь девушки пронзил тяжелый кашель ‒ она получила доступ к столь необходимому воздуху. Шепард взглянула в лицо Сарену, потирая шею, до сих пор чувствуя на них пальцы гета.       На мгновение турианец замер, всматриваясь в изумрудные глаза. Медленно и осторожно, уже органической рукой, он вновь потянулся к ней. Но рука замерла в сантиметре от ее лица, когда рядом раздался глухой стук метала – вероятно, на помощь коммандеру подоспели ее сопартийцы.       ‒ Шепард!       Носовые пластины Сарена скорчились в отвращении при виде другого турианца, молнией метнувшегося к рыжеволосой. Синяя броня прижалась к девушке, руки парня скользили по телу Шепард, проверяя целостность коммандера. В субгармонике молодого турианца, когда тот говорил с человеком, было полно разных и искренних эмоций, в особенности беспокойства. Сарена затошнило от этого.       Нет, он не ненавидел людей, вопреки популярному о Спектре мнению большинства. Сарену просто не нравилась эта эгоистичная раса, заботящаяся исключительно о собственном благополучии. Совсем недавно в галактической цивилизации, но они просили слишком многого.       Интуиция Сарена не подвела: когда его пальцы сжались на тонкой шее ‒ голос Властелина в голове отозвался сокрушительным громом, приказом, которого невозможно ослушаться. Однако стоило ему убрать хватку – голос жнеца смягчился, притих. А встретившись с ее глазами, цвета яркого изумруда, шум в сознании и вовсе исчез.       Но что было в этом человеке такого, что заставило самого Властелина отступить и исчезнуть? Причиной был ее контакт с протеанским маяком? Возможно какой-то код, отчеканенный протеанцами на поверхности ее разума, который имел свойство предотвращения индокринации? Да, вероятно, ведь только такое объяснений имело для Сарена смысл.       Молодой турианец обернулся, и Сарен узнал в нём юношу из Службы Безопасности Цитадели, который совсем недавно рыскал в архивах на Спектра компрометирующую информацию.        «Сын Кастиса, ‒ внезапно вспомнил Сарен. ‒ Имеет смысл: старший Вакариан ненавидит меня не меньше младшего».       Вышеупомянутый Гаррус резко и сильно оттолкнул Сарена от Шепард, заставив Спектра поднять руки в знак смирения. Вакариан крепко вцепился в плече старшего турианца, поднимаясь на ноги вместе с ним. Краем глаза Сарен заметил, как миниатюрная кварианка, которую он также где-то видел, помогает Шепард встать на ноги. Девушки о чем-то говорили, но Сарен слышал лишь обрывки фраз, из которых ему стало ясно одно: паломница воспользовалась консолью Спектра и остановила нападение на Цитадель.       ‒ БЕГИТЕ!       Голос Шепард, в который раз, вернул Сарена в реальность. Они все разом обернулись в сторону, куда указывала коммандер, и увидели приближающиеся к ним останки разбитого Властелина.       Сарен посмотрел на команду, и в его груди дрогнуло отвращение: товарищи Шепард побежали от места будущего крушения, даже не задумавшись о том, что оставили своего – возможно раненого – командира.       Он уставился на Шепард, и, недолго думая, схватил ее за руку, увлекая ее вперед за собой, спасаясь вместе. Однако она двигалась медленно, ведь, как думал Сарен, головная боль девушки мешала ей трезво мыслить: Шепард не бежала, пока не убедилась, что ее товарищи находятся на безопасном расстоянии, и не спешила думать о себе. Поэтому он подумал о ней. А также именно поэтому, рассуждал Сарен, он всегда работает один: нянчится с кем-то, как сейчас, никогда ему не нравилось.       За мгновение до столкновения с обломком Властелина спиной, Сарен потянул Шепард к себе. Он был рад наличию синтетической руки, которая вцепилась в рыжеволосую мертвой хваткой так, что несмотря на разродившийся хаос вокруг – Спектр не упустил от себя человека и ловко притянул к своей груди.       Шепард была в ярости.       Захват синтетической руки был так силен, что она была уверена – на ее коже теперь точно будут ноющие и болезненные фиолетовые следы, и никакая броня этого бы не предотвратила.       Заметив падение жнеца с башни, она приказала всем бежать, и все же Сарен стоял там истуканом, немо уставившись на нее. Хотя Шепард была уверена, что именно он побежит от них первым. Тали и Гаррус беспрекословно послушались ее, однако Сарен продолжал медлить, пока всё же не решился бежать ‒ да ещё и бежать вместе с ней!       Его захват заставил ее врасплох, она бежала за ним вслед, пытаясь уберечь себя от его крутых поворотов и осыпающихся на голову осколков Цитадели. Когда же обломок Властелина уже соприкоснулся с их спинами, Сарен резко и бесцеремонно потянул ее в другое направление, ближе к себе. При чем с такой силой, что ее плече вывихнулось.       Теперь она была прижата его телом, плече горело от боли, а груда метала сбоку обжигала ее броню и вызывала неприятное жжение на коже. Не будь она так счастлива, что Сарен действительно сделал что-то достойное ‒ она бы позволила своему гневу взять над ней верх и уж точно надрала бы его турианскую задницу.       Сарен попытался подняться, но тем самым создал ещё большее давление на грудь Шепард, от чего последняя болезненно застонала. Когти вцепились в землю совсем рядом с ее лицом, а по телу турианца пробежалась мерцающая волна биотической энергии. Шепард отпрянула от его тела насколько это было возможно, когда гудение биотики статичным колыханием отдалось и по ее броне.       Он высвободил энергию внутри себя в пространство, что позволило отбросить обломки над собой. Сарен встал на ноги. Он слышал шорох и свист вдалеке ‒ без сомнения, подумал Спектр, это солдаты Альянса искали Шепард и ее команду. Он опустил глаза на девушку и его жвалы напряглись, в горле внезапно пересохло.       Она все еще лежала на земле. Рыжие волосы пламенным ореолом были разбросаны над головой, обрамляя бледное лицо. Легкий румянец заиграл на ней, подчеркивая блеск изумрудных глаз. Его взгляд уловил неестественное положение ее плеча, и она проявила характерную эмоцию боли. Должно быть, он случайно вывихнул ей руку. Вслед за этим заключением Сарену также явилась мысль, что это очередное доказательство слабости и хрупкости людей, и что такие качества не могут быть присущи Спектрам Совета.       Он присел на колено возле нее, наблюдая, как изумрудные глаза сузились от отвращения к турианцу ‒ вероятно, она держала на него обиду за свою травму. Однако Спектр проигнорировал ее взгляд и прижал свои руки к плечу и груди рыжеволосой. Он замер на мгновение, ожидая, пока девушка сделает глубокий вдох, и после легкого кивка с ее стороны он с хрустом вернул ее плечо на место.       Что сказать, Сарен был впечатлен ее реакцией: не было ни крика, ни плача, ничего, что он ожидал от человека. Она просто закрыла глаза и тяжко выдохнула, когда он ей помог. Девушка была сильнее, чем он думал, но все же ещё слишком слаба.       Как только ее рука оказалась на месте, он вновь выпрямился во весь рост. Она также не медлила и встала рядом с ним. Сарен удивился, что Альянс еще не нашел ее, хотя стоило считать, что поиск Шепард есть приоритетной для них всех задачей. Однако крики и прочая болтовня всё ещё были где-то в дали от них.       Внезапно Шепард сжала руку в кулак и сильно ударила в бок ничего не подозревавшего Спектра. Лицо турианца нырнуло в сторону, его жвалы раздулись, а кулаки сжались по бокам.       ‒ Не смей больше так делать, мне не нужна твоя защита, ‒ почти прошипела ему в лицо Шепард.       Выбросив небольшую волну биотической силы в сторону девушки, Сарен попал ей прямо в грудь, заставив Шепард отступить и столкнутся с куском обломка позади нее. Она выпрямилась, рыжие волосы словно огонь затанцевали вокруг ее лица, изумрудные глаза сузились, глядя на него. С ее тонких губ вырвался самый настоящий, угрожающий своей естественности рык, и она, как пантера, кинулась вперед, с целью нанести ещё один удар своему товарищу-врагу-Спектру.       Он отразил ее удар, левая рука девушки только прошлась возле его шеи. Проведя рукой по ее талии, он круто развернулся, швырнув человека на землю, и прижал хрупкое тело своим весом. Органическая рука скользнула вверх, чтобы снова сжать ее шею, и Сарен приблизил свое лице к ее.       ‒ Никто не контролирует меня, Шепард.       В его груди горела гордость: он освободился от Властелина, или, по крайней мере, от неумолимых приказов жнеца. Шепот чудовища все ещё был слышен где-то в закоулках рассудка, но Сарен снова контролировал свое тело. Он мог двигаться без дозволения Властелина, не следуя командам машины.       Он отпустил Шепард и, в который раз поднявшись, отступил от нее на несколько шагов. Шепард встала на ноги, сделав вид, будто бы ничего не произошло. Она ведь должна была игнорировать его, пока Спектра не арестуют за его преступления. Но тогда почему она до сих пор возилась с ним, почему вела себя так…спокойно?       Шепард осмотрела хаос вокруг, пытаясь сориентироваться. Развернувшись на каблуках, она постепенно начала взбираться на кусок мусора в сторону лифта. Кусок мусора, вероятно, некогда было «щупальцем» Властелина. Она услышала, как Сарен двигался вслед за ней и, говоря откровенно, была рада тому, что турианец не встал в позу ребенка, отказываясь идти следом. Шепард знала, что это было бы нелогично: Спектру-предателю некуда было идти. Все знали, что исключительно благодаря его пособничеству у гетов и жнеца появился шанс напасть на Цитадель.       Как только она оказалась на вершине обломков, раздались радостные ликования солдат Альянса, заметивших героическую фигуру коммандера. Гаррус кинулся к Шепард, чуть было не оторвав руку человеческому мужчине, удерживающего молодого турианца. Она, спотыкаясь, встретила Вакариана и позволила себя обнять. Объятие, правда, было недолгим, так как после этого Шепард ждала смертельная хватка пищащей от счастья кварианки.       В это же время Сарен спускался медленно и постепенно, игнорируя взгляды Альянса, прекрасно зная, что теперь его ждет. Он молча поднял руки, позволив солдатам в синем заковать его в наручники. Постепенно к окружающим Сарена солдатам Альянса присоединились офицеры СБЦ, крича что-то громкое и утвердительное касательно ареста Спектра.       Но чем дальше его отдаляли от Шепард, тем громче и невыносимее раздавалась статика Властелина, которая, казалось совсем недавно, потерялась где-то далеко в его разуме. Когда офицеры СБЦ вели его к лифту, в груди турианца возникла обжигающая и пронзительная боль. Шепот закрался в горнило сознания, статический шум обжигал мысли, зрение затуманилось, холодная хватка скрутила конечности.       Он вновь терял самообладание.