Глава 8. Бал, испытания и обещание любви

Утро растекалось ленивыми лучами света сквозь полупрозрачные шторы, окрашивая комнату мягким золотистым сиянием. Карина устроилась на груди у Сережи, использовав его руку в качестве подушки, а другая его рука нежно лежала на её талии и животе. Лёгкий ритм дыхания переплетался с тихим биением сердца, создавая ощущение полного уюта. — Доброе утро, красавица, — пробормотал он, прижимая губы к её шее, оставляя лёгкие поцелуи, словно тёплые облака. — Ммм… который час? — сонно замычала Карина, переплетая свои пальцы с его на животе, ощущая тепло его кожи. Сережа слегка потянулся к телефону, свет экрана выхватывал контуры его лица. — Почти десять, пора вставать, — сказал он, крепче прижимая её к себе. Карина вздохнула, неохотно разрываясь между уютом и необходимостью подниматься. После короткой паузы они всё же пролежали ещё полчаса, обнявшись и слушая приглушённый шум улицы за окном: редкие шаги прохожих по снегу и лёгкий скрип автомобилей. Внезапно телефон Разумовского ожил серией настойчивых уведомлений. Он нахмурился и с раздражением снял айфон с зарядки. Экран светился смс от Дарины: Сережа, я прошу прощения за грубость… С нетерпением жду встречи с тобой и твоей новой девушкой на сегодняшнем балу… Передай ей привет от меня… Люблю, целую 💕💕💕 Сережа громко фыркнул, и смех Карины тихо вырвался из груди: это было совершенно абсурдно. — Всё в порядке? — спросил он, переводя взгляд на девушку, уютно устроившуюся у него на коленях. Его улыбка была мягкой, уверенной, и Дарина в этот момент казалась не более чем смешной помехой. — Всё в порядке, не беспокойся, — ответила Карина, крепко поцеловав его. — Хорошо, сегодня бал, — улыбнулся он, его фирменная ухмылка играла в глазах весёлым огоньком. Они снова погрузились в объятия, тёплое тело к телу, мягкие одеяла шуршали под ними. Каждое движение, каждый поцелуй казался верным и естественным, словно это место — их маленький остров спокойствия. — Итак… как насчёт того, чтобы забрать твои вещи сегодня? — он играл с прядью её волос, стараясь выглядеть невозмутимым, но глаза выдавали мягкое любопытство. Карина подтолкнула его локтем и улыбнулась: — Куда я поставлю свои книги? — быстро чмокнула его в губы. — Куплю ещё один шкаф, — ответил он, пристально глядя в её большие глаза. — В таком случае можешь уже покупать. У меня много книг и всяких безделушек… — улыбка девушки была ослепительной. Он повторил её улыбку, прежде чем снова уложить её на кровать для продолжительных поцелуев.

***

Сборы вещей перенесли на завтра. После обеда Карина с Юлей отправились к сестре Оле на съёмную квартиру, чтобы подготовиться к балу. Комната была наполнена звуками лёгкой музыки, смеха и тихого шороха одежды. Волосы Ольги были уложены крупными бигуди, и она напевала мелодию, то и дело пританцовывая в большой рубашке и босиком. Юля, с красными волосами собранными в высокий пучок, командовала делом, наполняя бокалы шампанским и поднимая настроение энергией и смехом. Карина работала тщательно и аккуратно, её белое платье без рукавов, с глубоким круглым вырезом и высоким разрезом, идеально подчеркивало изящество фигуры. Маленькая нитка жемчуга у основания шеи и подобранные серьги придавали образу утончённость, а тёмно-красные губы выглядели соблазнительно. Волосы Оли были в лёгком беспорядке, заколки со стразами искрились, а бледно-розовое платье облегало фигуру, подчёркивая линии тела. Тушь делала глаза выразительными, блеск для губ — пухлыми и манящими. Прошли часы, наполненные смехом, разговором и шелестом ткани, прежде чем Карина надела своё платье и впервые посмотрела на себя в зеркало. Её дыхание перехватило — так же, как в первый раз при примерке, только теперь макияж подчёркивал каждую деталь. Она покрутилась, глядя на отражение, чувствуя лёгкое дрожание волнения и предвкушения. Прикусив губу, она едва сдержала улыбку и тревогу одновременно. «Что подумает Сергей?» — промелькнула мысль. Сердце билось быстрее, лёгкая дрожь пробежала по плечам. В этом отражении она увидела себя такой, какой хочет быть рядом с ним — уверенной, красивой и невероятно живой.

***

Зал сиял мягким, ледяным светом, отражаясь от серебристых гирлянд и хрустальных сосулек, свисающих с потолка. Музыка тихо струилась в воздухе, а приглушённый шёпот гостей перемежался с тихим скрипом туфель на мраморном полу. Сергей расхаживал взад-вперед, ощущая, как нервное напряжение скручивает грудь. Кажется, каждая секунда тянулась в бесконечность. Внезапно он заметил Игоря Грома, который осторожно направлялся к нему, словно пытаясь не нарушить невидимое напряжение. Их взгляды встретились, и на мгновение в воздухе повисла лёгкая подозрительность, но, когда Гром протянул руку, Сергей ответил тем же, и короткий, твёрдый рукопожатие пронеслось через напряжённый контакт. Отведя взгляд, Сережа заметил, как к ним подходит красноволосая девушка, её походка спокойная, но грациозная. Свет в зале ловил отблески в её волосах, а Игорь, очевидно, не мог скрыть восхищения. Но затем Сережа ощутил собственное изумление. Карина появилась вместе с Ольгой, её глаза встретились с его, и сердце будто перестало биться на секунду. Волны тепла и восторга пронзили его, дыхание замерло. Она была ослепительна. Платье бледно-голубого цвета переливалось, словно тонкая ледяная вуаль, украшенное серебристыми деталями. Шифоновая накладка на лифе мягко спускалась с плеч, пересекала декольте и открывала спинку до поясницы. Туфли на платформе, усыпанные блестками, гармонично сочетались с нарядом, а лёгкий блеск на губах и подводка для глаз подчёркивали её выразительность. Волосы, собранные в свободную косу с рассыпанными стразами, мерцали при каждом движении головы. Сергей не сдержался — он обнял её крепко, губы находили каждую свободную часть её лица и шеи, повторяя слова восхищения. Карина смеялась и краснела, её руки ласково обвивали его, шепча тёплые слова и едва уловимые смеховые нотки. Каждое движение было наполнено теплою электричеством, воздух казался густым от их близости. Внезапно из-за угла появился Макс с Ириной, нарушая магию момента. — Карин, ну не тут же? — его голос звучал слишком резко для спокойной сцены. — Просто не лезь не в своё дело, Макс, — произнесла она, стараясь сохранить тон ровным, но Сережа тут же прижал её к себе, губы скользнули к её шее и ключице, словно демонстративно игнорируя бывшего. Макс поднял руки, улыбаясь, и сказал: — Прости. Это была просто шутка. Ты прекрасно выглядишь. Карина улыбнулась, накрыв ладони Сережи своими: — Спасибо, Макс. Ты тоже выглядишь привлекательно. Он нахмурился, обращаясь к Разумовскому: — Разумовский, будь добр к ней, ладно? — Конечно, — спокойно ответил Сергей, взглядом задержавшись на нем на секунду, уверенный и лёгкий. Теперь они могли быть вместе, находясь в одном помещении, и напряжение постепенно отступало. Сергей и Карина направились к красиво украшенному холлу, где ледяные сосны и скульптуры мужчин и женщин создавали иллюзию замерзшего леса. Свет отражался от сосулек и гирлянд, переливаясь на стенах, создавая сказочный мир. Татьяна Михайловна стояла на фоне этой зимней сцены в бордовом атласном платье с глубоким вырезом и длинным шлейфом. Блеск бисера и кружева ловил свет, спина была обнажена, если не считать кружева, а волосы собраны в изысканный пучок. Её бриллиантовые серьги играли всеми оттенками света. — Карина, Сережа! Наконец-то вы здесь, дорогие мои, — она обняла Карину, а Сергею поцеловала щёку. — Вы прекрасно выглядите. — Вы тоже замечательно, — ответил Разумовский, чувствуя, как сердце мягко оттаивает в этом ледяном, но волшебном пространстве. — Спасибо, мой хороший. Дарина уже приехала, она спрашивала о вас, — предупредила Татьяна. — Не волнуйтесь, — сказал Сергей, сжимая Карину за талию, готовый защитить их покой. — Мы просто будем наслаждаться вечером. — Наслаждайтесь, дорогие, — улыбнулась Татьяна, и волшебство момента окутало их снова. В другом конце зала ярко мерцали хрустальные люстры, отражаясь в серебристых украшениях на елке и сосудах с ледяными ветвями. Музыка струилась лёгкой волной, переливаясь скрипкой и мягким пиано, а приглушённый смех и шёпот гостей смешивались с едва слышным звоном бокалов. Карина заметила Вику, которая энергично жестами объясняла что-то Роберту и его невесте. Роберт выглядел безупречно — чёрный костюм с золотым узором ловил свет, а белоснежная рубашка подчёркивала строгий, элегантный силуэт. Дарина вошла в зал одна, лёгкая и уверенная, словно кошка, скользя между гостями. Её светло-каштановые волосы переливались в свете люстр, а шелковое черное платье струилось по телу, подчеркивая изгибы, открывая спину и бедро через высокий разрез. Каждый шаг сопровождался тихим шелестом ткани. Она окинула взглядом зал, раздвигая взглядом пространство между собой и Кариной с Сергеем, чувствуя прилив напряжения и собственную силу. В сумочке она дважды проверила бутылочку — маленький секретный инструмент, приготовленный заранее. Сердце стучало чуть быстрее; каждый её взгляд на бывшего был одновременно сладким и горьким. Когда все гости собрались, Татьяна Михайловна вышла на сцену. Зал тихо замер, а затем взорвался аплодисментами. Её голос звучал ровно и уверенно: — Добро пожаловать на первый Зимний благотворительный бал! Аплодисменты гремели, перекатываясь от одного конца зала к другому. Люди улыбались, переглядывались, а свечи на столах и серебристые гирлянды мягко мерцали, создавая ощущение зимнего волшебства. Татьяна продолжила: — Деньги, которые будут собраны сегодня, пойдут воспитанникам детского дома. Любая сумма, которую вы сможете подарить, поможет тем, кто в этом нуждается. Этот бал стал возможен только благодаря спонсорам. Кроме того, особая благодарность Виктории Лукьяновой за её потрясающий дизайн и музыку. Наслаждайтесь вечером! Музыка заиграла снова, нарастающий ритм пиано смешивался с мягким аккомпанементом струнных. Вика носилась по залу, проверяя, чтобы всё шло по плану: бокалы стояли на столах, свечи не гасли, а декорации оставались в идеальном порядке. Карина с Сергеем медленно прошли вдоль одного из столиков, наслаждаясь атмосферой, уютно устроившись за ним. Он рассказывал ей о планах по переезду, а она тихо смеялась и ласково улыбалась, чувствуя тепло от его присутствия. Их руки невольно переплелись, а лёгкое соприкосновение приносило покой. Но краем глаза Карина заметила что-то странное. Мурашки пробежали по её спине, будто невидимый холодок коснулся шеи. Она быстро окинула зал взглядом: никто не двигался подозрительно, музыка играла ровно, гости танцевали и смеялись. Всё казалось обычным… но странное чувство не покидало её. Сердце билось чуть быстрее, лёгкое напряжение тянуло внутренние мышцы, словно предостережение. Карина глубоко вздохнула, пытаясь избавиться от тревоги. Ей было так хорошо с Сергеем, уютно и спокойно, словно весь зал растворился вокруг них, оставив только тепло и мягкий свет их маленького мира.

***

Дарина медленно поправила декольте и вновь оценила себя в зеркале, отражение которого мягко дрожало в свете люстр. Легкий шелест её платья сопровождался приглушённым звоном кристаллов и тихим скрипом каблуков по паркету. Каждое движение — уверенное, целеустремлённое — отдавалось внутренней дрожью удовольствия от собственной власти. Месть будет сладкой, думала она, сжимая в руке маленькую бутылочку, словно амулет, держащий её план в действии. Карина заметила её раньше, чем Сергей. Дарина шла неторопливо, но с решительной грацией, каждый её шаг был как вызов, посылая ледяной поток напряжения сквозь зал. Свет люстр играл в её волосах, отражался в кристаллах ожерелья, добавляя хищного блеска в глаза. Сергей напрягся, и почти мгновенно притянул Карину ближе к себе, словно невидимая преграда между ними и опасностью. — Дарина, — голос его был ровным, с едва заметной ноткой раздражения, а губы сжались в тонкую линию. Он не доверял ей ни на секунду. — Сергей… — её мурлыканье растянулось, как медленная мелодия. — Так приятно видеть тебя снова, — она легонько коснулась его руки, вызывая у него внутренний спазм от раздражения. — А вы, должно быть, Карина. Приятно познакомиться, — тон стал ровным, почти отстранённым, лишённым мягкости, но с едва уловимым вызовом. Карина невольно нахмурилась, ощущая холодок от её взгляда, словно ледяные иглы касались спины. — Как у тебя дела? — Дарина снова попыталась обвить его разговором и прикосновением к предплечью. Тон был мягким, но хищным, намеренно провоцирующим. — Я в порядке, Дарина. Чего тебе нужно? — Сергей сдержанно, с волной раздражения, волнами исходящей энергии. Он не желал ни её, ни её игр. — Просто хотела убедиться, что с тобой всё хорошо… — глаза её моргали, ресницы трепетали, голос тихий, но настойчивый, — если что-то понадобится, знаешь, всё, что нужно — написать мне. — Думаю, что нет, — его губы слегка прижались друг к другу, взгляд стал холодным. Он сжал Карину сильнее, почувствовав тепло её тела, контрастирующее с ледяной попыткой Дарины вмешаться. — Ты меня не интересуешь. Как бы ты ни старалась, у тебя ничего не выйдет. Ты бесчувственная, расчетливая змея, которая интересуется только моими деньгами и связями. Не связывайся со мной, с Татьяной и не трогай Карину. Её глаза сузились, но, к удивлению, она развернулась и пошла прочь, гордо задирая подбородок, ощущая остроту поражения. Сергей выдохнул, хотя сам этого не заметил, и вернулся к Карине, забыв о прохладном присутствии Дарины. Но момент спокойствия продлился недолго. Вика, спешащая к ним с важными указаниями, вздрогнула и закричала, когда из бутылочки, предназначенной Дарине или Сергею, брызнула тягучая тёмная жидкость. Зал мгновенно замер: музыка оборвалась, звуки бокалов и разговоров смолкли, оставив лишь пронзительный крик Лукьяновой: — Аааа! Что это?! — её голос разнёсся эхом, острый и полный отвращения. Жидкость липла и тянулась, источая резкий неприятный запах. Гости шарахались, кто-то бросался с салфетками, кто-то пытался отойти подальше. Дарина, в панике, поняла, что обман раскрыт. Она не успела скрыться, когда заметила, что Игорь Гром уже движется к ней, быстрыми, точными шагами. Наручники блеснули в свете люстр — и её выводили из зала. Собравшиеся расступились, а Татьяна, спокойная и хладнокровная, подошла к Дарине, глядя на неё с ледяным спокойствием и прищуром: — Как ты посмела? — голос тихий, но каждый звук нес в себе опасность. — Откуда это у тебя? Кому предназначалось? — Сереже… — голос Дарины дрожал, паника затуманила разум. — Могу я спросить, зачем? — Татьяна холодно всмотрелась в девушку. — Разумовский… отвратительно обращался со мной… — Дарина указала на Карину, словно пытаясь переложить вину. — Ожидай полицию. Они уже в пути, — с этими словами Татьяна развернулась, направляясь к уборной, чтобы найти Вику. Зал постепенно успокаивался: люди переглядывались, обсуждали произошедшее, запах и вид вещества оставались яркими в памяти каждого, кто стал свидетелем этой сцены. Сергей, Оля, Карина и Юля вертелись вокруг Вики, помогая ей справиться с последствиями неприятного инцидента. Вика, хоть и потрясённая, быстро взяла себя в руки: платье испачкано, но лицо и руки остались чистыми — это было главное. Воздух в помещении был свежим после быстрого проветривания, струи зимнего воздуха, врывавшиеся сквозь приоткрытую дверь, смешивались с ароматами горячего какао и лёгкого запаха духов. Музыка продолжала играть, мягкая и праздничная, заполняя зал гармонией после хаоса. Казалось, что вечер удалось спасти: улыбки вновь появились на лицах гостей, а для Виктории оперативно был доставлен новый наряд. Дарина, раздавленная, но всё ещё гордая, была выведена из зала в сопровождении Игоря Грома, оставив позади лишь тихие шёпоты и разгорячённые взгляды. — Когда мы поедем домой? — спросила Карина, с улыбкой откусывая от сладкой тарталетки, сладкий вкус которой казался наградой после напряжённого вечера. — Хочешь, поехали сейчас? — Сережа обнял её за плечи, лёгкая дрожь в руках выдавалась мягким согревающим теплом. — Да, давай. Завтра на работу еще… — Нет, завтра мы устроим себе выходной. — Его голос был полон решимости, а глаза светились игривым огнём. Он взял её за руку, осторожно подхватив её белую сумочку, и парочка направилась к выходу. Их шаги гулко отдавались в просторном холле, эхо сливалось с лёгким шуршанием шелковых платьев гостей, кто-то провожал их взглядами, кто-то едва сдерживал улыбку. Не прощаясь ни с кем, они покинули здание детского дома, а машина подалась скользящей по заснеженной дороге, унося их в тёплый свет уличных фонарей и мягкую тишину ночного города.

***

— Всё-таки вечер прошёл хорошо, не считая происшествия, — сказала Карина, снимая шубу и чувствуя, как холод от зимнего ветра быстро уступает место теплу квартиры. — Татьяна Михайловна сообщила, что бал себя окупил, плюс остались деньги для всех детей. — Это же здорово! — её глаза блестели от радости. Сергей, едва сдерживая улыбку, посмотрел на неё с лёгким волнением, будто собирался сделать самый важный шаг в жизни. — Выйдешь за меня? — спросил он тихо, но с такой силой, что слова казались теплыми огоньками, которые пробирались до сердца. — Что? — Карина моргнула, сердце забилось чаще. — Станешь моей навсегда? — улыбка Сергея была нежной и искренней. — Прости, что без кольца и… — Да. — Что? — Я согласна, Сереж, — она улыбнулась, её руки инстинктивно потянулись к воротнику его пальто, утягивая его к себе для долгого, мягкого поцелуя, полного тепла и облегчения. — Я люблю тебя, — прошептал Сергей, подхватывая уже свою невесту и унося её в спальню, где их смех смешался с тихим шуршанием шелков, теплым светом лампы и ощущением того, что весь мир на миг замер, оставив только их двоих. Снаружи снежинки падали в мягкой темноте, играя с уличным светом, а внутри царили тепло, счастье и обещание совместного будущего. И в этот момент Карина поняла: ночь удалась — и всё, что впереди, будет только лучше.