Часть 2 Глава 8

      Глава восьмая --Смотрите, кого я нашла!-- Гера взволнованно направлялась к терассе, что-то держа в руках. Там сидели Чимин с Инатой, листая семейный альбом. Он всё никак не мог вспомнить, где же папа, и наконец решил спросить у мамы. Ината боялась этого вопроса, она подозревала, что рано или поздно сын спросит про отца, и не знала, что ему ответить... И всё-таки он спросил... Ината честно рассказала, что Намджун погиб во время шторма, но о том, что там был и Чимин, не проронила ни слова... Она принесла альбом с дорогими её сердцу фото и с нежной грустью вглядывалась в любимые черты мужа, ласково поглаживая, изредка смахивая набежавшую слезу...       -- Он такой хорошенький, посмотрите!--Гера вытянула руки, держа на весу маленького щенка. Неожиданно тёплая струя окатила её грудь-- все дружно рассмеялись: – Вот и познакомились,-- хохоча, сказал Чимин и протянул к щенку руки. Сияющими от радости глазами девушка взглянула на него, осторожно передавая находку. Чимину от её такого взгляда стало так приятно, в сердце как будто нажали на какую-то струну, и она заиграла... Новое, необычное чувство теплотой стало разливаться по всему телу, он повернулся вслед убегавшей Геры, как-то по-иному глядя на неё...       Переодевшись, девушка присоединилась к ним, все вместе стали придумывать кличку для щенка, наперебой предлагая со смехом свои варианты. А Чимина словно накрыло: он чувствовал, как ему тепло в присутствии Геры, как что-то новое зарождается в его душе, этот её взгляд словно стрела, попал точно в сердце... Наконец решили назвать щенка привычной уже кличкой Топик в память об ушедшем друге...       С каждым днём новое чувство разгоралось всё сильнее в груди Чимина, он понял что влюбился. Это открытие несколько обескуражило парня: почему он раньше не обращал на Геру особого внимания, хотя она, как никто, заслужила это. Её неоценимая помощь по дому, её бессонные ночи около него там, в больнице, её уход за мамой, да и вообще, какой он дурак, слепой бездушный дурак! У него под носом такая девушка, а он... Ну уж нет, он её никому не отдаст! Состояние какого-то душевного подъёма, восторга теперь не покидало Чимина при виде Геры. Он чувствовал, что желание быть постоянно рядом с ней возрастает день ото дня. --Мама,-- Чимин взволнованно прокашлялся,-- Я хочу тебе сказать... ну... хочу сказать... В общем... я хочу... жениться... на Гере...-- он выжидающе посмотрел на маму. --Сынок, наконец-то!-- Ината не верила своим ушам,-- Неужели я дождалась? Вот это новость! Вот это новость!-- она разволновалась, в ослепших от страданий глазах заблестели счастливые слезинки:-- А что ответила Гера?-- Ината нисколько не сомневалась в согласии девушки, но всё-таки вопрос сам слетел с её губ. – Я ей ещё ничего не сказал, но уверен-- она не откажет,-- Чимин почесал в затылке,-- Просто я не знаю, как это сделать. – А ты сделай так, как делают все: купи колечко, пригласи её в кафе и там всё скажешь, сделаешь предложение,-- подсказала Ината. Он задумался: как у всех ему не хотелось, ведь это такое событие, на всю жизнь... – Спасибо, мамочка, я подумаю, и колечко обязательно куплю.       *** --Я так волнуюсь, так волнуюсь,-- Гера посмотрелась в зеркало, поправляя причёску,-- Ведь это же не просто диплом, теперь я буду настоящая медсестра, и за каждого больного буду нести полную ответственность,-- она повернулась к Элен, которая приехала, чтобы присутствовать на вручении диплома дочери. --Ой, мама, мне просто не верится, это такое счастье-- помогать людям. – Возбуждение девушки передалось и остальным: Ината с восхищением смотрела на будущую невестку, Чимин не скрывал влюблённых глаз, чем вводил Геру в смущение: она ещё ничего не знала о потаённых чувствах парня, а Элен с материнской любовью и гордостью любовалась своей красавицей. Все четверо уселись в машину и поехали в колледж. Машину по решению суда купили виновники аварии, вернее, их родители, так как самих подстрекательниц осудили.       Актовый зал был полон: приехали родственники выпускников, их друзья, подруги. Чимин заранее договорился, чтоб четыре места в первом ряду оставались свободными... В зале царила торжественная обстановка, все были в приподнятом настроении, нарядные выпускницы сидели, с волнением поправляя складки на красивых платьях... После приветственной речи директора началось вручение дипломов. Взволнованные девушки выходили на сцену, смущённо слушали слова поздравления, вместе с дипломом принимали букет и под одобрительные аплодисменты со счастливой улыбкой садились на место.        Когда назвали имя Геры, Чимин нервно вздрогнул, прокашлялся и стал неотрывно смотреть на сцену. Директор также поздравила девушку, вручила ей корочки и остановила помощницу, которая подносила букет. Затем повернулась к столу и взяла... ещё одни корочки... Все подумали, что женщина ошиблась, но она с улыбкой протянула Гере : -- Посмотри, что там написано,-- в зале заинтересованно зашушукались, вытягивая шеи. Растерянная девушка раскрыла: « Моя дорогая любимая Гера, я предлагаю тебе стать моей женой. Чимин.» Она закрыла лицо руками: как же она ждала этих слов! Чимин быстрым шагом вскочил на сцену, опустился на одно колено и достал кольцо : -- Ты согласна?-- еле слышно прошептал он. От волнения голос сел , он вопросительно поднял голову, ожидая её ответ. Девушка дрожащим голосом тоже шёпотом произнесла: -- « Да «. Чимин встал, одел ей на палец колечко и обнял … Мёртвая тишина зала взорвалась ликующими аплодисментами, люди кричали , поздравляли, желали счастья, а они так и стояли, обнявшись, слыша, как их сердца стучат в унисон. Элен была шокирована : ай да Чимин, надо же было такое придумать! Вот уж действительно-- такое не забудется никогда! И ведь сумел заранее всё подготовить, сумел договориться с директором. Откуда ей было знать, что такое нарушение протокола было санкционировано генералом...              Сказать честно, этот пожилой мужчина по- особому, по- отечески относился к парню. Чимин чем- то напоминал своего отца, о котором генерал слышал много хорошего, и теперь он в очередной раз был рад помочь ему. --А на свадьбу позовёшь?-- офицер приобнял визитёра, когда тот снова обратился к генералу с необычной просьбой. --Непременно, Ваша честь,-- Вы будете самым почётным гостем на моей свадьбе,-- ответил парень.       Всю дорогу Гера разглядывала заветное колечко, её душа то воспаряла ввысь, то ухала в бездну, она всё ещё не верила в своё счастье. Сидя рядом с любимым, девушка боялась посмотреть на него: а вдруг это мираж, вдруг это просто сон... Но ведь вот же оно, колечко... Эта мечта о кольце на пальце зародилась сразу после того, как впервые увидела Чимина, когда он после злополучного острова приехал к Элен... Девушка даже купила простенькое кольцо и втайне от матери надевала на обручальный палец представляя, как это будет выглядеть на самом деле.       А мамы... Что мамы... Они сидели рядом на заднем сиденье и не скрывали своих счастливых слёз...       *** Свадьбу решили отмечать в деревне, в новом доме. Во дворе расставили столы, подруги помогали готовить, раскладывать приборы, украшать двор гирляндами из живых цветов, воздушными шарами. По традиции на подошвах своих свадебных туфель Гера написала имена подружек , которые тоже мечтали о счастливой семье. Если после свадьбы какие-то имена стёрлись, это означает, что их обладательницы скоро выйдут замуж. На второй этаж в их спальню пригласили детей, чтоб они по традиции перед брачной ночью побегали по кровати-- это как символ достатка и здорового потомства. Смеясь, Элен дала новобрачным по одной золотой монете, чтоб заходя в дом после свадьбы они держали их во рту – знак того, что теперь они будут говорить друг другу только золотые слова. Вся деревня собралась на свадьбу, приехал и генерал. Чимин сначала не узнал его: статный мужчина в цивильной одежде подошёл к нему и приветливо протянул руку: -- От души поздравляю , я очень рад за тебя. А это от меня,-- с этими словами он протянул конверт.-- Потом посмотришь,-- добавил он. И только по голосу Чимин узнал генерала: -- Спасибо , Ваша...--- генерал не дал договорить: – Здесь я твой гость , так что никаких « Ваша честь», обращайся просто господин Георгакис.-- Хорошо, Ваша ч..., господин Георгакис,-- смутившийся было Чимин взял себя в руки,-- Проходите, пожалуйста, садитесь.-- Потом, чуть подумав, добавил:-- Для меня будет большая честь , если Вы сядете рядом, вместо папы... --он выжидающе посмотрел на генерала. Тот кашлянул, избавляясь от неожиданного першения: -- Честно сказать, я польщён, спасибо, сынок,-- и по-мужски крепко обнял Чимина.       Гости поздравляли молодых, дарили подарки, пели песни, танцевали. Первый танец исполнили, как и полагается, новобрачные, после чего по обычаю жених должен показать только свои танцевальные навыки.       Гости расступились, с одобрением глядя на счастливого Чимина. Заиграла музыка, и... старожилы не помнили, чтобы кто-то ещё из женихов так танцевал на собственой свадьбе! Это было невиданное действо! Чимин летал, делая немыслимые перевороты, змеёй извивался, стоя на одном месте, всё его тело ходило волнами, словно там не было костей, его плавные движения рук, пальцев завораживали, замедленные движения взрывались ураганом-- это было зрелище, достойное самых знаменитых сцен мира! Немного сбившееся дыхание остановило Чимина, сказался длительный перерыв в занятиях. Он слегка поклонился гостям и сел рядом с Герой, восхищённо смотревшей во все глаза, что вытворял её муж! Оглушительные аплодисменты вернули её в реальность, люди кричали « браво «, восхищаясь только что увиденным, наперебой перессказывали друг другу потрясшие их фрагменты танца. И на собственной свадьбе он остался на высоте, не ударил в грязь лицом. Потом по всему острову только и было разговоров, что об ошеломляющем танце Чимина! Когда потрясённые зрители немного успокоились, заиграла весёлая музыка и Элен, как хозяйка, вышла в круг, постепенно увлекая гостей. Получился большой хоровод, где партнёры постоянно менялись.Она давно заметила на себе заинтересованный взгляд посаженного папы, он её тоже заинтересовал, и когда в очередной раз надо было менять партнёра, он крепко сжал её руку и вывел из хоровода. Элен не сопротивлялась, раскрасневшаяся , чуть под хмельком, в национальной одежде-- она словно помолодела, её радость за дочь плескалась через край, её задорный смех будоражил кровь генерала...       Овдовев пять лет назад, он с тех пор спал один в несогретой никем постели. У сына была своя семья, и они виделись нечасто, его жизненный распорядок не менялся с тех пор, как он остался один, и это серое однообразие угнетало его. При виде Элен Георгакис приосанился, лёгкая улыбка заиграла на губах, эта женщина ему явно нравилась. --А почему бы нет?-- сам себе задал вопрос генерал,-- Мы оба одиноки, я ещё ого-го, а она так вообще молодая, красивая...       Всеобщее веселье расслабляло, выпитое вино тянуло на « подвиги», появившееся было чувство стеснения улетучилось-- держа её за руку, он направился в дальний угол двора, подальше от свидетелей. --Я военный, и поэтому всегда говорю чётко, по существу. Так вот, Элен, скажу не таясь-- Вы мне нравитесь. Я вдовец, вот уже пять лет, как живу один. Понимаю, мы не Ромэо с Джульеттой, и о любви я сейчас не говорю, но почему бы нам не познакомиться поближе, так сказать, а вдруг у нас ещё что- нибудь получится?-- он с надеждой заглянул ей в глаза. От неожиданности такого предложения Элен растерялась, хотя этот мужчина тоже ей понравился: такой харизматичный, с лёгкой проседью , с армейской выправкой, правильными чертами лица... Да и кроме того, это же он помог перезахоронить Янниса, помог Чимину поступить в академию, да и этот дом построен на участке, которым с его подачи наградили Чимина. Получается, косвенно этот человек уже давно незримо присутствовал в их семьях, и вот теперь... Она поняла, что не сможет отказать, да и зачем? Ей тоже часто не спится в холодной постели, мечты о мужском плече занозой сидят в голове, а женское естество требует выхода... – А Вы знаете, я не против,-- набравшись смелости, ответила Элен, застенчиво улыбаясь. Мужчина приобнял её, нежно провёл ладонью по волосам: – Я тебя не обижу, поверь, ты никогда не пожалеешь, что ответила мне взаимностью. – Он осторожно прижал её голову к груди, и ей ничего не оставалось, как обнять его спину руками.        Целую неделю гости праздновали свадьбу Чимина и Геры. Счастливые молодожёны валились с ног от усталости, но уважая гостей, соблюдали все обычаи и ритуалы, а гости , в свою очередь, не жалели тарелки, которые под хохот разбивались об пол, не жалели денег, осыпая молодых, не жалели себя, танцуя и веселясь до упаду. Праздничная атмосфера заполняла весь дом, двор, выплёскивалась на улицу, разливаясь по всей деревне.       Уставшая Ината потихоньку вытирала непрошенные слёзы, глядя на счастливого сына.Как сейчас не хватает её Нама, её Джуни... Радость за Чимина и тоска по мужу переплетались в её душе, она старалась не показывать свою горечь, постоянная улыбка не сходила с её лица. Ината любовалась своими детьми---да, теперь она Геру по праву считала своей дочкой-- и радовалась, что дожила до этого счастливого дня: её любимый сынок женился и теперь она может со спокойной душой идти к своему Джуни... --Нет-нет, а внуки?-- её мысли внезапно оборвались: она ещё хочет дождаться внуков, ну а уж потом можно и к мужу...       -- Ината, вот ты где,-- взволнованная Элен подошла и села рядом,-- А я тебе что-то хочу сказать,-- в глазах прыгали задорные чёртики,-- Только что Георгакис мне признался, что я ему нравлюсь,--женщина не скрывала своеё радости,-- Представляешь, и он мне тоже нравится.-- она выжидательно смотрела на Инату, ища поддержки и одобрения. – Вот это новость!--радостно воскликнула Ината,-- Как я за тебя рада! Похоже, скоро будет ещё одна свадьба?-- она от души обняла Элен.       --Я чувствую, он хороший человек, а вспомни , сколько доброго он сделал для нас, и вообще, он мне очень нравится, мне рядом с ним тепло, понимаешь?-- женщина не стала скрывать свою радость от возможного избавления от одиночества. Взволнованная, счастливая, она как-то сразу преобразилась, помолодела, не сдерживая эмоций, она чмокнула Инату в щёку и лёгкой походкой пошла искать генерала. Их роман развивался стремительно , и уже через месяц Элен переехала к нему. Свой старенький дом он продала одинокому мужчине, который , не торгуясь, сразу согласился заплатить ту цену, которую назначила хозяйка. А в новый дом на пригорке поселила дальнюю родственницу, попросив в качестве компенсации присматривать за домиком Чимина, оставшегося после смерти Санты. Там обязательно надо было убирать траву, иначе весь двор быстро покроется бурьяном, что и наказала Элен делать .       Всё складывалось отлично: Ината была под присмотром Чимина и Геры, дочка работала медсестрой, Чимин учился в академии, Элен была счастлива с генералом. Свадьбу решили отмечать в семейном кругу, без лишней суеты, пригласив лишь самых близких . В ресторане, снятом на один вечер, новые родственники стали знакомиться друг с другом. Внимание Чимина привлёк высокий молодой мужчина, он подошёл и приветливо протянул руку:-- Рад познакомиться, Чимин.-- Тот дружелюбно пожал ладонь: -- Приятно познакомиться, Адонис, сын жениха,--и весело улыбнулся. У парней сразу нашлись общие темы для разговоров, и уже под конец застолья они общались так, словно сто лет знали друг друга. Их жёнам ничего не оставалось, как тоже познакомиться поближе, понимая, что это теперь на всю жизнь.        --Чимин, подай, пожалуйста, воон ту тарелку,-- Гера показала на тарелку, полную малосольных огурчиков. Чимин удивлённо вскинул брови: -- Столы завалены разными вкусностями, а ей подавай огурчики!-- Он с интересом наблюдал, как жена с нескрываемым удовольствием хрумкает, причмокивая, и скоро посуда опустела. – Что это на неё напало?-- немой вопрос застыл на губах Чимина, видя, как Гера оглядывает столы, ища что- нибудь солёненькое... Ината тоже заметила необычный аппетит невестки: -- Неужели? Я скоро стану бабушкой? Вот это новость!-- это открытие несколько ошарашило и обрадовало её, и хотя ей самой не довелось испытать такую тягу к солёненькому, она прекрасно всё поняла... А Гера и не задумывалась о таком пристрастии к солёным огурчикам: ей просто они очень понравились. Но когда рука потянулась к солёным помидорчикам, её окатило :-- Да это же от ...беременности! Эта мысль сначала молнией пронеслась в голове, затем стала постепенно разливаться по всему телу, какое-то новое чувство стало зарождаться внутри, это открытие ошеломило и обрадовало молодую женщину. Чимин с интересом наблюдал за женой, увидев её неожиданную смену поведения: она вдруг резко отдёрнула руку от манящих помидорчиков, вся немного напряглась и как будто озарилась внутренним светом, загадочно улыбаясь... – Чими,-- ласково обратилась она к мужу,-- Давай выйдем на свежий воздух,-- она встала из-за стола и направилась к выходу. Чимин последовал за ней, ничего не понимая. На крыльце ресторана он обнял Геру и обеспокоенно заглянул ей в глаза: -- Родная, что с тобой? Тебе плохо? – Она с таинственной улыбкой уткнулась ему в грудь: --Чими, любимый, хочу сказать тебе... хочу сказать...-- Чимин почувствовал горячие капли на своей груди, – У нас...-- слёзы счастья мешали говорить,-- У нас... будет... ребёнок...-- чуть слышно прошептала Гера. -- Как ребёнок? Чей ребёнок? Откуда ребёнок?-- у Чимина в голове от неожиданности был полный сумбур, глупые вопросы слетали с губ, потом, опомнившись, он чуть не закричал во весь голос: -- У меня будет ребёнок! Сын! Гера, милая моя Гера, вот это новость!-- он прижал жену к груди и обцеловывал её губы, щёки, глаза, голову, шею-- везде где мог дотянуться. Счастливые, они стояли, обнявшись, и шептали друг другу слова любви, благодарности....              Улучив момент, Гера поделилась этой новостью с матерью, и Элен , не скрывая радости, обняла дочку: -- Какое счастье! Она скоро станет бабушкой!       Чимин, не в силах удержать внутри себя охватившее его новое чувство, осознание того, что он скоро станет отцом, подошёл к Инате и прошептал ей на ухо: -- Мамочка, хочу сказать тебе потрясающую новость, у нас с Герой будет ребёнок! -- Да, сынок, я так и поняла, когда Герочка увлекалась огурчиками. Вот и дождалась внучика, как я рада за вас, мои родненькие,- она обняла сына за шею и поцеловала в любимые ямочки.       *** Точно в срок Гера родила сына. Счастливые родители разглядывали живой комочек, ахая от нескрываемого восторга, больше всего их умиляли ямочки на щёчках крохи, которые, как эстафета передавались от отца к сыну, а от сына к внуку Намджуна... Мальчика решили назвать Джином. Ината всё своё свободное время находилась рядом с малышом, испытывая такие чувства, словно это она родила ребёнка.Её накрывало неизведанное чувство умиления при виде крохи, ей не пришлось увидеть такого маленького человечка, ведь впервые она увидела Чимина, когда ему уже было один год и три месяца... Ината сначала с опаской трогала это чудо, а потом видя, как ловко Гера переворачивает сына, тоже осторожно повернула Джина. Её руки впервые в жизни прикасались к нежному тельцу, его особый, младенческий запах будоражил её материнский инстинкт, и её накрывала тоска о потерянных эмоциях тогда, в молодости... Ината отогревала душу рядом с внуком, она реагировала на каждый его звук, ей уже стало казаться, что это её ребёнок, что без неё он пропадёт, никакими силами невозможно было отвлечь её от детской кроватки. Только на ночь она выходила из спальни Чимина, где стояла кроватка с малышом, чтобы утром снова оказаться рядом. Новоиспечённая бабушка теперь постоянно гуляла с мальчиком, эти прогулки отразились на ней самым положительным образом-- она посвежела, хвори отступили, она постоянно что-то рассказывала внуку, и ей казалось , что он улыбается ей в ответ. Однажды, разговаривая с ребёнком, она , задумавшись, нечаянно оговорилась, назвав Джина Джуни. Внезапно сердце кольнуло: на неё действительно смотрел Джуни, её Намджун! Взгляд мальчика был настолько осмысленным, до боли родным, чуть хитровато- ласковым, лёгкая улыбка слегка тронула губы-- сомнений не оставалось: в этом малыше действительно жил Джуни! -- Мой родной, мой любимый, мой Джуни! Я знала, знала, что ты не умер, ты пришёл, мы снова вместе!-- обнимая Джина причитала Ината. Она ничего не сказала Чимину, это была её тайна, тайна двух любящих сердец...       Как и положено, мальчика окрестили, собрались все родственники в доме Инаты, отметив это событие. Все заметили располневшую фигуру Элен, Гера вопросительно посмотрела на мать: -- Мама, это то, что я думаю?-- Элен смущённо зарделась: -- Да, доченька, скоро у тебя будет сестрёнка... – Гера ошарашенно выпучила глаза: --Маама... Я даже не знаю, что сказать... Ну ты и удивиила... Спасибо за сестрёнку, конечно, но возраст... -- Ну не такая уж я старая,-- улыбнулась мать,-- Надеюсь, всё будет хорошо, успеем вырастить, и замуж отдать,- Элен обняла дочь и чмокнула её в щёчку. Прошло три года...        У Геры появилась сестрёнка, которую назвали Сантой. Трудно сейчас обьяснить, почему именно это имя вдруг мелькнуло в голове Элен, когда она впервые , ещё лёжа на родовом столе, произнесла вслух, нарекая дочку, хотя во время беременности она мечтала назвать девочку совсем другим именем...       Малышка умиляла окружающих своей непосредственностью, кудряшками, голубыми, как синева неба, глазами... Элен диву давалась: откуда у её ребёнка такого цвета глаза? Сначала она ждала, когда цвет поменяется-- это обычное явление, у всех новорождённых цвет глаз становится другим, но глаза Санты оставались преждними-- цвет синевы неба... В душу стали закрадываться крамольные мысли: уж не подменили ли её ребёнка в роддоме? Но вот бирочки, которые были завязаны на обеих запястьях малышки. – Наверно, у мужа в роду кто-то был с такими глазами,-- успокоила себя Элен. Новые родственники жили на разных островах, поэтому часто общаться не было возможности, а дети вообще не видели друг друга: то болеет Джин, то болеет Санта, то одно, то другое... Гера с Чимином приезжали несколько раз ненадолго-- их сынок скучал без них, а Ината даже слышать не хотела, чтобы отпускать малыша в плавание по морю, слишком дорог ей был тот, кто лежал на дне морском. И теперь она мёртвой хваткой цеплялась за ребёнка, зная, что хоть и лежит её Джуни глубоко под водой, но душа его здесь, рядом, в этом мальчике. Ината оберегала его как могла. Родители Джина не понимали такой сверхопеки бабушки, но возражать не стали-- ездили без него. Ината никому не говорила о своей тайне, только с Джином делилась своими воспоминаниями, рассказывала о каких-то новостях, делилась радостью за сына. Глядя на малыша, она видела Джуни, своего Нама, и поэтому разговаривала с ним, как со взрослым. Ещё несколько раз она замечала пристальный взгляд малыша, совсем не детский, с какой-то хитринкой, и какой-то мудрый, что ли.       Вскоре намечался день рождения Геры, и Чимин радостно хлопотал в ожидании гостей. Топик постоянно крутился под ногами, чувствуя суету в доме. Нет, он не был похож на предыдущего Топика, это был тоже небольшой пёсик, но с гладкой шёрсткой, в меру спокойный. Даже когда Джин таскал его за хвост, он лишь жалобно поскуливал и безропотно позволял садиться на себя верхом. Они стали друзьями неразлей-вода, иногда, набегавшись, засыпали в обнимку прямо под деревом, откуда потом Гера переносила сына в кроватку.       Отмечать решили чисто символически, пригласив лишь Элен с семьёй. Адонис, как всегда , был занят по службе, а его жена Ирида одна ехать отказалась, сославшись на здоровье.       Всех интересовал вопрос: как поведут себя дети, впервые увидев друг друга. Сегодня оба ребёнка были нарядными, словно две куклы-- Кен и Барби. Племянник был в костюмчике-тройке, белой рубашечке с галстучком на шее, чёрные ботиночки выглядывали из-под брючек, шелковистые волосы почти касались плеч, а всеобщая суета отразилась и на лице мальчика: возбужденные глазки весело выглядывали из-под чёлки, его пухлые щёчки покрылись румянцем, он постоянно что-то спрашивал, и не дожидаясь ответа убегал. Ему даже доверили отнести на стол маленькую тарелочку, и он с гордостью исполнял эту миссию.       Генерал опустил дочку на землю, когда они вошли во двор-- тётя была прекрасна словно ангел: в кудряшках был приколот огромный бант, воздушное платье цвета бирюзы подчёркивало синеву глаз, в маленьких розовых туфельках тоже были маленькие бантики, кисти ручек были украшены браслетиками, а в мочках ушей поблёскивали крошечные серьги с бриллиантами. Она хлопала своими длинными ресницами, из-под которых смотрели глазки цвета синевы неба...Малиновые губки улыбались с детской непосредственностью, и увидев Джина, она сразу потопала к нему. Тот тоже не заставил себя ждать, и протянул к ней ручки... Взрослые с затаённым дыханием смотрели на детей, удивлённо переговариваясь: чего-чего, но такого никто не ожидал... А малыши подошли друг к другу и обнялись, потом взялись за руки и пошли, что-то щебеча на своём птичьем языке. Надо было видеть, как они были рады друг другу, словно это была долгожданная встреча после долгой разлуки...       Джин привёл Санту в свою комнату, стал показывать игрушки, предлагая поиграть вместе. Взрослые их не интересовали: им было хорошо вдвоём...       Лишь Ината сразу всё поняла, как только увидела девочку: она была воплощением той Санты, которая когда-то была с её Джуни. И вот они встретились... встретились в её доме-- Намджун и Санта. Эта мысль молнией ударила по голове, болью разлилась в сердце, мёртвой хваткой перехватило горло, она охнула и медленно стала опускаться. --Мама, мама, что случилось?-- Чимин подбежал к Инате, подхватил её на руки и занёс в дом, уложил на диван, Гера тут же сделала укол, её напоили чаем, положили мокрое полотенце на грудь. Ината сама была в ужасе от такой реакции на девочку, но та далёкая ревность, спрятавшаяся глубоко внутри, вдруг мгновенно превратилась в огромную гидру и едва не задушила её. Когда немного полегчало, Ината попросила оставить её одну. Головой она понимала, что девочка ни в чём не виновата, она вспоминала ту могилу, где на коленях просила прощения за свою ревность, своего мужа вообще простила и никогда не напоминала о его измене, всем сердцем прикипела к её сыну и полюбила его как родного, но душа кровоточила, она не могла смириться, что теперь всю жизнь эти двое будут рядом, да ещё родные: тётя и племянник. Инату накрыла истерика, она рыдала, просто выла, как раненая волчица: -- Нееет! Нееет! Не отдам! Ни за что не отдам!-- она попыталась вскочить с дивана, чтобы обнять Джина и не выпускать, не давать общаться с Сантой, но ноги подкосились и она упала на пол. Ничего не понимающий Чимин услышал крик и прибежал в комнату, увидел на полу мать, которая билась в истерике: --Мама, да что случилось? Кого ты не отдашь? Кому? – растерянный сын снова уложил Инату на постель и только сейчас заметил её дикий взгляд: она смотрела сквозь него, повторяя одно и то же: – Не отдааам! Не отдааам!-- Гера сделала ещё один укол, а Чимин вызвал скорую.        Элен с мужем недоуменно смотрели на происходящее и не знали, что делать... Праздничное настроение было испорчено, все переживали за странное состояние Инаты. Приехавшая скорая забрала её в больницу и Чимин поехал с ней. А два ангелочка, Джин и Санта, с увлечением играли в детской, малыш постоянно дотрагивался ручками до девочки, отчего та заливисто смеялась. Им было хорошо вместе.       Сердце Инаты не выдержало нового испытания, ночью она умерла на руках сына, не приходя в сознание, открывшуюся ей тайну она унесла с собой в могилу... Чимин страшно переживал смерть мамы, ему всё-таки было непонятно, что же случилось, что стало причиной такой её реакции, что или кто так сильно расстроил её?... Всю организацию похорон Элен и её муж взяли на себя, а Гера разрывалась между детьми и Чимином, боясь за его психику. Он всё время сидел, уставившись в одну точку, сжимал ладонями голову, даже на голос жены не реагировал. Гера понимала, какая душевная трагедия произошла с её мужем, и как могла, успокаивала, просто сидела рядом, взяв того за руку. Она слышала, как по ночам он рыдал в подушку, и положив его голову себе на грудь, нежно гладила того и тихо успокаивала, вытирая слёзы. Головой он понимал, что когда-нибудь это должно было случиться, но душа кричала, не хотела отпускать , не хотела рвать ту пуповину, что незримо связывала их двоих. Эта связь рвалась по-живому, и Чимину было невыносимо больно переживать потерю.       Лишь когда Джин забирался к нему на колени, он немного оживал, гладил сына по голове, прижимал к груди. Если подходила Санта, он и её сажал на другое колено и малыши обнимали его своими маленькими ручками. --Папа, а где Ината?-- неожиданный вопрос сына вывел Чимина из ступора. Он давно заметил, что Джин никогда не называл Инату бабушкой, она для него была Инатой. Естественно, на время похорон деток определили в интернат на три дня, ни к чему было травмировать детскую психику, и теперь Чимину предстояло как-то обьяснить ребёнку отсутствие Инаты. --Знаешь, сынок,-- он с трудом подбирал слова,-- У нас был мой папа, который сейчас далеко-далеко, и ему одному очень плохо, вот Ината и пошла к нему, чтоб вместе им было легче.-- Чимин тяжело вздохнул:-- Тебе же хорошо вместе с Сантой?-- он с нежностью посмотрел на ребёнка: -- Да, папа, она такая хорошая, такая красивая, я когда вырасту, то буду жениться на ней,-- твёрдым голосом, не терпящим возражений, ответил Джин. Чимин даже смог улыбнуться от такой новости, но разубеждать сына не стал-- какие его годы, ещё вся жизнь впереди... ***