Глава 13. К Небесам.

15:45, окраины Рима Бывали в жизни Ремиллы моменты, когда она по собственной воле сидела и просто думала — их было немного. Обычно ей была необходима какая-то форма развлечения, но несмотря на мелькающие за окном автобуса здания, машины и деревья, она оставалась молчаливой. Разговор с Яной всё не давал ей покоя. Антонио и его показ Римской империи, а затем связывание её с Парпальдией — или, по крайней мере, намёк на это — посеяли в ней паранойю. Она не хотела в этом признаваться, но внутри это тревожило её не на шутку. Кайос, между тем, испытывал те же ощущения. Скрытые угрозы Антонио напоминали ему его собственные методы запугивания мелких стран вокруг Парпальдии. И только теперь он осознал, насколько лицемерно бояться того, что сам же и практикуешь. Но что он мог поделать? Это была официальная политика Империи — угрожать ради выгодных сделок. Он посмотрел в окно. Здания сменились полями и лесами. Кайос достал из сумки брошюру — брошюру с изображениями итальянских летательных аппаратов. Хотя он не понимал текста, Антонио заверил его, что эти машины будут показаны. Кайос снова взглянул на Антонио. Тот сидел впереди, спиной к парпальдийцам. Этот молодой человек пугал его по-своему. Его улыбки и радушие, с которыми он показывал падение Римской империи, вызывали у Кайоса некое отвращение — он увидел в нём себя. Скрытые угрозы и тонкие предупреждения. По спине пробежал холодок. А сам Антонио тем временем был занят телефоном, координируясь с военно-воздушными силами. Хотя авиашоу было запланировано внезапно, ожидали лишь нескольких гражданских на военном аэродроме, официально же мероприятие было эксклюзивным — только для делегации из Парпальдии. Сообщив им, что они почти прибыли на базу, он убрал телефон в карман и поправил значок с итальянским флагом на пиджаке.

***

Военный аэродром Марио ди Бернарди. Погода сегодня стояла почти идеальная — облака и солнце в равных долях, и любой другой человек, возможно, был бы в отличном настроении для уличных мероприятий. Но только не Ремилла. Сидя в тени тентового навеса вместе с остальной делегацией, она с недоумением смотрела на странную местность — просторную серую площадку без каких-либо признаков жизни. Тем не менее, размышляла она совсем не об этом. Чёрная летательная машина, выставленная напоказ, совершенно не помогала ей успокоиться по поводу предстоящего шоу. Грохот в Эстиранте и то был ужасен, а здесь, рядом, всё это должно было ощущаться как выстрел из пушки прямо в ухо. Мысль о пушке вернула её к сну. Она вздохнула, не открывая глаз, и сжала в руках ткань юбки. Тот самый сон, что снился ей с детства, с годами почти не менялся. Но теперь, когда появилась Италия, сюжет изменился — и это пугало её до глубины души. Антонио в это время смотрел на взлётную полосу. Вдоль неё были выстроены десятки истребителей и самолётов, готовых к вылету, а также несколько вертолётов армии и флота. Он довольно улыбнулся, заметив, что народу здесь было куда меньше, чем обычно. Впрочем, ничего удивительного — мероприятие внезапное, и разве что самые заядлые фанаты авиации могли бы заранее узнать о нём и приехать. Вскоре динамики зашипели, и голос диктора, одетого в форму ВВС, зазвучал: — Проверка, раз-два. Добрый день, дамы и господа! Добро пожаловать на авиабазу Марио ди Бернарди! Сегодня у нас для вас множество впечатляющих самолётов и вертолётов! И позвольте выразить особую благодарность — нашим первым иностранным гостям с момента Перемещения, делегации Империи Парпальдия! Ну хоть кто-то ещё нас уважает, — подумала Ремилла. Диктор продолжил: — А теперь немного истории! Военно-воздушные силы Италии были основаны всего сто лет назад — в 1923 году, и с тех пор они лишь набирали мощь — не только благодаря технике, но и благодаря своей силе. Армия и флот получили собственные самолёты и вертолёты, и теперь авиация — это настоящая гордость нашей страны. На сегодняшний день Италия — одна из немногих стран, способных самостоятельно производить свою военную технику. Итак, начнём с ВВС! Антонио наблюдал, как первые истребители начали движение по полосе. И вместе с приветственными жестами пилотов в сторону делегации зазвучал голос диктора: — Итак, перед вами — самые массовые и известные истребители итальянских ВВС: Eurofighter Typhoon! Разработанный в сотрудничестве с союзниками, этот истребитель может разгоняться до 2495 км/ч и подниматься на высоту до 17 км! Вся делегация ахнула. Грохот от пяти идущих по полосе истребителей ничто по сравнению с тем, что раздалось, когда они начали взлёт. Особенно ошеломлёнными выглядели Кайос и Ремилла — они не могли поверить своим глазам, наблюдая, как эти машины взмывают в небо с такой скоростью и мощью. — В ВВС Италии более девяноста таких самолётов, и они уже стали символом военной мощи. А теперь перед вами — Panavia Tornado! Ещё один совместный проект Италии и союзников. Его характеристики почти идентичны Eurofighter Typhoon. Ремилла взглянула на кабину: пилот, чьего лица она не видела, чуть дерзко помахал ей рукой, пока диктор продолжал: — Таких самолётов у нас более шестидесяти, и, как и их собратья, они впечатляют своей силой! Раздался громовой рёв «Тайфуна», и вся делегация наблюдала, как они уносились вдаль. Авиашоу продолжилось. Пока истребители демонстрировали свои возможности, ритм внезапно изменился. — А теперь — специальные гости из сухопутных войск Италии: AW129! Послышался приближающийся гул. Парпальдийцы оглядывались, пытаясь разглядеть, откуда появляется техника. Пять летательных машин, совершенно непохожих на предыдущие истребители, приблизились. Кайос сразу же насторожился и стал слушать. — Этот ударный вертолёт способен уничтожать бронированные цели на земле, поддерживать пехоту и обеспечивать её защиту. Вскоре AW129 улетели прочь. — А теперь представители итальянского флота — их собственные летающие машины. Перед вами — AV-8B Harrier. Пять схожих истребителей взлетели, и Ремилла задалась вопросом: Сколько же у них вообще таких машин? — С нашими авианосцами эти штурмовики могут сбрасывать бомбы на вражеские цели, а затем быстро возвращаться в безопасные воды. Всё, на что были способны парпальдийцы, — это корабли линейного строя, обстреливающие прибрежные города пушками. Летающие виверны сдракононсцев были бы более эффективными в воздушной войне. Мысль о машине, способной сбросить бомбы и исчезнуть до того, как её заметят, вызывала у Ремиллы настоящий ужас. — И, наконец, перед вами — самые современные истребители ВВС и ВМФ Италии: F-35 Lightning, в двух модификациях — A и B. С новейшими технологиями, Италия теперь самостоятельно производит F-35 для защиты от врагов. Эти истребители стали гордостью итальянской армии и флота, и будут строиться ещё. Но в отличие от предыдущих самолётов, F-35 не пошёл по взлётной полосе. Он завис в воздухе и начал подниматься вертикально. Парпальдийцы с удивлением смотрели, как истребитель отрывался от земли — они уже привыкли к быстрым пролетам, но такого не ожидали. Вскоре F-35 взмыл в небо. Ремилла посмотрела на Кайоса. В тот момент между ними было нечто общее — признание реальности. С окончанием авиашоу делегация вновь направилась в Рим, но на этот раз — к железнодорожному вокзалу. Пока они отсутствовали, их вещи уже были упакованы, и Ремилла снова оказалась в поезде — теперь до Неаполя, где предстояло провести их последний вечер в Италии. Когда поезд мчался мимо римских пригородов, женщина смотрела в окно, держa руки сложенными на коленях. Она чувствовала изнеможение, несмотря на короткий сон. Причиной была не насыщенность дня, а то, что ей пришлось принять горькую правду. Однако её цепочку мыслей прервало приближение Кайоса. — Мисс Ремилла. — Директор Кайос... — Ремилла подняла глаза на пожилого мужчину, тяжело вздохнула и жестом пригласила его сесть рядом. Тот молча кивнул и сел, сам едва слышно вздохнув. — Это... авиашоу было по-настоящему впечатляющим, — произнёс Кайос, глядя вперёд, словно перед глазами вновь пронеслись образы взмывающих в небо истребителей. — Даже не уверен, что наши миришиальские летающие машины могли бы сравниться с ними. — Да... Эти истребители были поистине великолепны, — с тяжёлым вздохом произнесла Ремилла, немного сжав руки. Она закрыла глаза, а потом, после короткой паузы, заговорила: — Директор... Кайос поднял взгляд. — Да, мисс Ремилла? Ремилла крепче сжала край своей юбки. — Как вы думаете... у Парпальдии ещё есть шанс? Силы остались? — спросила она. Ей было неловко задавать такой вопрос человеку старше себя, но как молодой дворянке ей всё же требовалась точка зрения более опытного человека. — Конечно, мисс Ремилла, — ответил он. — Я всё ещё верю, что Парпальдия может оставаться великой державой. Но... Ремилла чуть сильнее напряглась, тревожно взглянув на него, прежде чем Кайос продолжил: — ...похоже, нам придётся столкнуться с серьёзным вызовом, — с легким вздохом добавил он. — Я этого и боялась, — тихо сказала Ремилла, вновь обратив взгляд в окно. — Людиусу это явно не понравится... — Его Величество, каким бы гордым он ни был, — умный молодой человек, — произнёс Кайос с ободряющей ноткой в голосе. — Я уверен, под вашим советом он примет разумное решение. Он мудрый правитель. Такой же, как его отец. Ремилла не нашла, что ответить.

***

Джино и Тото Сорбилло, Неаполь, 18:52. Когда делегация расположилась за столом, в ресторане царила куда более непринуждённая атмосфера. Остальные участники делегации смеялись, обсуждали авиашоу и великолепное представление, которое им довелось увидеть. Перед ними стояли разнообразные блюда — изысканно приготовленные, ароматные. Все наконец позволили себе немного передохнуть после суматошного дня. Ремилла с недоверием разглядывала странное треугольное блюдо перед собой. Пицца — так называли её итальянцы. Прежние блюда, что она пробовала здесь, были по-настоящему изысканными, и, сделав первый укус, Ремилла замерла, медленно пережёвывая. Это было вкусно. Если бы только не то, что это — еда нации, с которой им теперь придётся соперничать. Тем не менее, Ремилла сидела молча, тихо доедая, — в её голове вновь и вновь прокручивалась предстоящая беседа с Людиусом, когда они вернутся в Эстира́нт. Людиус во многом напоминал своего отца. После смерти короля Кандора он делал всё, чтобы сохранить и приумножить наследие отца. Одна за другой страны падали под власть Парпальдии, и империя вновь обретала свою былую славу. Но теперь, когда его амбиции были поставлены под сомнение, Ремилла беспокоилась, как он на это отреагирует. Ком в горле мешал ей проглотить следующий кусок пиццы. Людиус вовсе не был глупцом, как и сама Ремилла. Оба они понимали, что война с Италией — не вариант. Последнее, чего хотела Ремилла — чтобы Эстира́нт оказался под шквалом истребителей и был превращён в пылающие руины под градом бомб. Она должна убедить Людиуса. Он ведь её послушает. Правда?..