Глава 14. Статус - Кво.

Если вам нравятся мои переводы и вы хотите поддержать мою работу. Поддержать перевод: Aльфа: 2200 1523 2892 2997 Это поможет мне продолжать радовать вас новыми материалами! Спасибо за внимание!

***

Порт Эстиранта, 11:37 утра. Крики чаек раздавались вокруг яхты «Виктория», и на палубе стояла Ремиль. Она крепко держалась за перила, глядя вперёд и наблюдая, как город Эстирант приближается по мере того, как яхта продолжала свой путь. С улыбкой она вздохнула: «Вот он, дом…» «И правда, дом, мисс Ремиль», — с улыбкой сказала Яна, ставя последнюю часть багажа Ремиль на палубу для удобства последующей разгрузки. — «Приятно наконец увидеть Эстирант после долгого отсутствия». «Это точно», — вздохнула Ремилла. — «Нет места лучше дома, в конце концов…» Вскоре яхта остановилась так близко к порту, насколько это было возможно, ведь порт не был приспособлен для судов такого размера. Ремиль вместе с делегацией первой сошла на берег. Она с облегчением вздохнула, наконец почувствовав под ногами твёрдую землю, и посмотрела вперёд, увидев толпу, приветствующую её возвращение. Ремиль просто помахала им рукой. Была ли эта толпа стихийной или организованной — вопрос открытый. Тем временем Кайос поправил устройство, которое итальянцы называли лаптоп, и, улыбнувшись, посмотрел на Антонио. «Посол Антонио, эта поездка в Италию была одним из самых захватывающих и удивительных опытов в моей жизни», — сказал он. — «Я позабочусь о том, чтобы Италия получила посольство прямо здесь, в Эстиранте». Антонио улыбнулся в ответ. «И вам того же, директор Кайос. Мы как можно скорее организуем посольство для Парпальдии», — сказал он, и мужчины пожали друг другу руки. — «Это новый яркий старт для Италии. Спасибо за помощь в стабилизации нашей страны». «Не за что, посол», — кивнул Кайос. — «Я с нетерпением жду нашего сотрудничества. Ну что ж, увидимся позже? Скоро я буду обсуждать поездку с императором». «Конечно. До встречи», — кивнул Антонио, после чего вместе с Марио отправился в гостиницу, где они остановились. Пока их сотрудники разбирались с багажом, Кайос подошёл к Ремиль и посмотрел на неё: «Его величество ждёт нас, верно?» «Как только мы вернёмся. Кажется, он в своём кабинете», — ответила Ремилла. Вскоре подъехала императорская карета, и, когда дверь открылась, Ремилла и Кайос сели внутрь. Кайос не мог удержаться и посмотрел в окно. Эстирант во многом напоминал Рим — от зданий до извилистых дорог, и всё же Кайос невольно подумал, что город казался… менее развитым, чем столица Италии. Эту мысль он решил пока оставить при себе. Ремилла же слегка нахмурилась. После поездки в Рим она забыла, насколько тряской была езда в карете. Только теперь она осознала, как избаловалась за время путешествия, ведь поездка в собственной карете ей теперь не нравилась. Это вызывало у неё беспокойство. Она лишь надеялась, что Италия согласится поставлять им автомобили. Вскоре карета подъехала к Императорскому дворцу. Слуга подошёл, открыл дверь и поклонился Ремилле. «Добрый день, мисс Ремилла. Его величество ждёт вас в своём кабинете». «Я знаю», — сказала Ремилла, закатив глаза. — «Иди, займись своими делами». Слуга снова поклонился и повёл Ремиллу и Кайоса к кабинету Людиусу. Хотя она и без того знала дорогу, но таковы уж традиции при дворе. Войдя во дворец, Ремилла вздохнула с лёгкой улыбкой. Приятно было вернуться домой, и первым делом после разговора с Людиусом она, вероятно, продолжила бы читать книгу. Ремилла и Кайос поднялись по парадной лестнице, следуя за слугой. Вскоре они подошли к величественным двойным дверям, и слуга постучал. «Войдите!» Слуга открыл двери и поклонился Людиусу. «Ваше величество, госпожа Ремилла и директор Кайос», — сказал он. «Спасибо. Можешь идти», — ответил Людиус, и слуга, поклонившись, закрыл дверь и ушёл. — «Рад наконец видеть тебя, Ремилла, садитесь оба». — Он сказал это с привычной хитрой улыбкой. Ремилла ответила Людиусу своей улыбкой, тогда как Кайос остался нейтральным. Они сели напротив Людиуса, и Ремилла вздохнула: «Так хорошо наконец вернуться. Я очень скучала по Эстиранту…» Людиус потянулся к коробке итальянских шоколадов, стоявшей открытой на краю стола, и взял кусочек. «И Эстирант очень скучал по тебе, Ремилла», — сказал он, съел шоколад и проглотил. — «Итак, как прошла поездка?» Кайос посмотрел на Ремиллу, чтобы понять, хочет ли она говорить первой, но она лишь махнула рукой, и он начал: «Это было… нечто. Италия, на мой взгляд, вовсе не варварская страна. Она культурная, развитая и… что ж… могущественная». Людиус посмотрел на Ремиллу, и она восприняла это как сигнал говорить: «Действительно. Это было… словно оказаться в Священной империи Миришиаля. Нет… больше, чем это. Италия… не хочу это говорить, но она… не та страна, с которой стоит затевать ссору». Кайос мрачно кивнул, и улыбка Людиуса тут же исчезла. Директор положил лаптоп на стол и открыл его. «На этом устройстве, которое они называют лаптоп, посол Антонио предоставил запись нашей поездки. Можете сами оценить, ваше величество». Людиус внимательно посмотрел на экран, который Кайос повернул к нему. Он молчал, и в комнате слышались только звуки с лаптопа. Ремилла не видела изображения, но слышала шум автомобилей, города, встречу с президентом, авиашоу и поезд. Несмотря на их смех во время ужина в Неаполе, Людиус оставался молчалив, пока видео не закончилось. Когда Кайос услышал, что ролик завершился, он закрыл лаптоп. Людиус глубоко вздохнул, закрыл глаза и заговорил: «Понятно…» Затем он посмотрел на обоих. — «А что насчёт торговых соглашений?» «Э-э, ну…» — на мгновение запнулся Кайос. — «Италия просит только продовольствие, право на добычу особых минералов и вещества, называемого нефтью, при этом они сами построят для этого инфраструктуру. В обмен они готовы поставлять предметы роскоши, такие как шоколад, вина… а также некоторые гражданские машины и технологии, например, автомобили — это такие металлические повозки без лошадей», — объяснил он. — «Они также готовы построить инфраструктуру для продовольствия. Э-э… поезд, который вы видели, длинный красный, они готовы построить его в Парпальдии для грузовых перевозок». «М-м», — кивнул Людиус. — «И это всё, что они хотят?» «Да, ваше величество». Людиус закрыл глаза. Он глубоко вздохнул и посмотрел на Кайоса. «Можешь идти, директор Кайос». Кайос кивнул. «Да, ваше величество. Позже я попрошу вас подписать несколько документов для утверждения торговых соглашений». Он встал, поклонился, взял лаптоп и вышел из кабинета. Теперь в кабинете остались только Ремилла и Людиус. Он посмотрел на неё. «Всё, что он сказал, правда…?» Ремилла вздохнула: «Да, Людиус… Он прав. Италия… Италия — не та страна, с которой стоит шутить». — Она нахмурилась. Людиус задумался над её словами. Вскоре он встал и посмотрел в окно за своим креслом, заложив руки за спину. Ремилла тоже нахмурилась, поднялась и последовала за ним к окну. Он помолчал, прежде чем заговорить. «Хм, скажи», — он посмотрел на Ремиллу — «какова политика Италии?» «Ну… насколько я поняла, это мирная страна. У них есть всё это мощное военное оборудование, но они говорили о каком-то союзе… они называли его Европейским Союзом. По сути, они раньше сотрудничали со своими старыми соседями», — сказала Ремилла. — «И что-то про НАТО. Какой-то оборонительный пакт…» «Мощные в военном плане, но слабые духом», — с презрением сказал Людиус. — «Столько силы, и никакого желания захватывать». «Они не всегда были такими», — ответила Ремилла. Людиус с недоумением посмотрел на неё. «Что ты имеешь в виду, Ремилла?» — спросил он, повернувшись к ней. Ремилла вздохнула: «Мы были в музее в их столице… Италия когда-то была империей. Римской империей», — начала она. Людиус заинтересованно поднял бровь. — «Она правда была похожа на Парпальдию. Начала с малого, будучи слабой, а затем покоряла соседей… В их старом мире они были такими же большими, как Парпальдия. Но потом… варвары их сокрушили, и они пали. Они просуществовали больше тысячи лет, только чтобы рухнуть…» Ремилла крепко сжала руку Людиуса: «Людиус, мы не можем видеть в Италии просто ещё одну страну для захвата! Они… они могут сжечь Эстирант дотла, даже не ступив ногой на нашу землю. Пожалуйста… я знаю, мы оба мечтали о мировом господстве, но… Италия — не вариант». Людиус нахмурился ещё сильнее. Последнее, чего он хотел, — это чтобы мечта его покойного отца канула в Лету. Если он не завоюет мир, то точно разочарует его. Но… падение Парпальдии — это серьёзно. Император вздохнул и сжал руку Ремиллы в ответ. «Хорошо, Ремилла. Я позабочусь, чтобы военный совет пересмотрел нашу стратегию… будет проблематично, если Италия установит дипломатические связи с южными варварами». Ремилла с облегчением вздохнула: «Спасибо, Людиус. У нас всегда есть северные соседи… если мы разыграем карты правильно и изолируем Италию от них дипломатически, всё будет в порядке. Скоро весь континент Филадес будет в наших руках». Людиус улыбнулся. «Хорошо», — сказал он, но тут же нахмурился, снова глядя в окно. — «Если бы только этого не случилось. Если остальной мир увидит Италию, наш статус сверхдержавы окажется под угрозой». Ремилла посмотрела туда же, куда смотрел Людиус, и вид Эстиранта, казалось, её успокаивал. «Статуса-кво больше нет. Мы можем только строить его заново с нуля».

***

«Пять месяцев спустя Италия укрепляет свои позиции в Элизии» Прошло пять месяцев с того судьбоносного дня, когда итальянский полуостров был вырван из нашего родного мира, и, пока наши слёзы высыхали, а тревоги рассеивались, Италия обрела чудо на севере в лице Парпальдийской империи, благодаря чему нам больше не пришлось беспокоиться о высоких ценах на топливо и пустых полках в магазинах. Первые дни после переноса потрясли всю страну, и многие думали, что Италия погрузится в хаос и анархию. Президент Роберто Сотто и премьер-министр Джованни Канесса заслуживают всяческих похвал за их усилия по размещению тех, кто оказался без крова, и за уверения, данные народу, что всё вернётся в норму. Италия оказалась в знакомом, но в то же время совершенно ином положении: вместо туристов с Земли сюда хлынули элизийские гости, и итальянцы заметили, как толпы посетителей из Парпалдии, а порой и из более далёких краёв, заполняют улицы. От среднего класса до самых состоятельных, улицы от Милана до Неаполя, казалось, перенеслись в 1850-е годы, ведь этот культурный обмен между Италией и Парпалдией обернулся тем, что местные жители отправились в столицу империи, Эстирант, чтобы провести день, словно вырванный из страниц исторических книг. Сама Парпальдия тоже ощутила перемены: современная инфраструктура — от дорог и мостов до железнодорожных путей и новых морских портов — выглядела чужеродно на фоне имперской архитектуры. Итальянцы открыли для себя очарование магических товаров, тогда как Парпальдия, похоже, была одержима роскошью полуострова: автомобили Fiat, которыми управляли дворяне, щеголявшие в пальто от Gucci и с кругом пармезана в руках, стали невероятно популярны среди элиты страны. Президент Сотто пообещал, что, как только Италия стабилизируется, она отправится исследовать мир дальше, чтобы заключить новые торговые соглашения с другими, пока ещё незнакомыми странами, которые предстоит открыть. Остаётся вопросом, сможет ли Италия наслаждаться этим новым положением дел или же вновь натолкнётся на ухабы на своём пути. — Отрывок из газеты Il Foglio