Глава 1 – Запах смерти

Итан, молодой, но уже повидавший жизнь мужчина лет тридцати от роду, сидел в ветхом кресле-качалке на крыльце своего нового домишки. Параллельно он покуривал самую дешевую сигару, купленную в единственном местном магазине. “Успокаивает нервы”, – вспоминал он свои старые самооправдания, усмехаясь сквозь пожелтевшие зубы. Раньше эта ложь действительно звучала убедительно. Проблема в том, что Итан придерживался её так долго, что в определенный момент она стала явью. Ведь, если он не вдыхал табачный дым, ставший его спутником жизни наравне с женой и детьми, хотя бы раз в пару часов, то потом весь день чувствовал себя отвратительно. Итан переехал в Уидлтаун вместе с семьёй совсем недавно. Чиновники с Восточного побережья официально называли такие городки “развивающимися западными поселениями”, коих за последние года понастроили огромное количество. Но сколько бы власти не клеймили их “передовой структурой западного общества”, сколько бы не восхваляли, называя “островками рая”, в реальности на этой земле не было ни тепла, ни уюта. Скромные дома, отстроенные посреди прерий, были фактически отрезаны от шиковавшего Востока, для которого Запад США был скорее далекой и забытой периферией. Бог, как шутили местные, уже давно оставил места. Со дня основания города, лежащего посреди холмистой прерии, прошло чуть больше года, однако он уже приютил у себя около пятидесяти человек. Таких же бедолаг, как и Итан, поверивших в американскую мечту. Наконец, докурив свой второсортный источник яда, от которого он, скорее всего, ляжет в могилу лет в пятьдесят, Итан выбросил окурок подальше от своего дома прямо в пыльную траву, после чего встал с кресла. Никотин ненадолго затмил мрачные мысли о суровой действительности, но это и близко не стояло с тем удовольствием, которые мужчина получал от табака раньше. Ненадолго оставив семью, он зашёл в городской салун. Полупустое помещение казалось мертвым. Кто-то спал, уткнувшись головой в стол, немногие остальные пьянствовали, утопая в рюмках дешевого алкоголя. Итан кинул пару центов пожилому пианисту и попросил сыграть что-нибудь энергичное и веселое. После этого атмосфера в баре сразу оживилась. Всё больше мужчин стало заходить внутрь, заказывая выпивку. Итан тоже не стал отказывать себе в маленьком удовольствии и взял виски. Один стакан, второй, третий, четвёртый… Стул под ним стал казаться предательски неустойчивым, а тяжесть ослабевшего тела можно было ощутить физически. И вот, уже порядком подвыпивший, мужчина попытался встать со своего сиденья, но не смог удержать равновесие и упал, больно ударившись головой о стоявшую посреди помещения массивную балку. Последнее, что он увидел перед потерей сознания, было смеющееся лицо бармена и ухмылки других глазевших на него посетителей.

* * *

Примерно в десяти милях к Северу от Уидлтауна располагался другой, уже гораздо более крупный город Нью-Рикс, по совместительству являвшийся промышленным центром региона. Здесь производились и впоследствии доставлялись по железной дороге практически все товары, потребляемые жителями меньшего городка. Местный магазин поручал мэрии заказывать продовольствие через проведенную между двумя поселениями телеграфную линию, почти мгновенно передававшую сообщения. Далее послания поступали почтовым клеркам в виде кода Морзе. Те его расшифровывали и, в зависимости от содержания, отправляли дальше – иногда в мэрию, иногда в полицейский участок. И вот, в середине обычного осеннего дня, на почтовую станцию Нью-Рикса поступила новая телеграмма. Обратным адресатом значилась мэрия Уидлтауна. Интерес клерка к сообщению возрастал по мере того, как он расшифровывал новые слова, складывающиеся в странные, нетипично длинные, и, казалось, бессвязные предложения. Это явно не был список продовольственных товаров, которые мэр заказывал для города. Наконец, после примерно полутора часов кропотливого труда, клерк получил текст следующего содержания:

“ОРДЕН СВЯТОГО ВЛАДЫКИ КАГАХТА ЗПТ

ПОЧИТАЕМОГО ВЕЛИКОГО ГОСПОДИНА ВЕРШИТЕЛЯ

ПРОЛИЛ КРОВЬ ГРЯЗНЫХ ДУШ, НЫНЕ

ПОХОРОНЕННЫХ НА ЭТОЙ ХАНЖЕСКОЙ ЗЕМЛЕ И ОБРЕЧЕННЫХ

НА БЕСКОНЕЧНЫЕ МУКИ ДО ИСКОНЧАНИЯ ВРЕМЕН ТЧК

ПРИМИ ЖЕ ЭТУ ЖЕРТВУ ЗПТ ПРИНЕСЕННУЮ В ТВОЮ ЧЕСТЬ

ГОСПОДИН ВЕРШИТЕЛЬ ТЧК

СЛАВА ТЕБЕ И ТВОИМ БРАТЬЯМ ЗПТ ЙУГЛУ ЗПТ ЗЫГЛУ И

ВЕЛИКОМУ ЧЕЛОВЕЧЕСКОМУ БРАТУ ЫРОДОТУ ЗПТ ПРИНЕСШЕМУ СВОЮ

БЛАГОЧЕСТИВУЮ ДУШУ В ЖЕРТВУ ВО ИМЯ ВЕЛИКОЙ ЦЕЛИ ТЧК

ДА ЗДРАВСТВУЕТ ВЕЛИКИЙ ПРАВИТЕЛЬ КАГАХТА

ГОСПОДИН ВЕРШИТЕЛЬ ТЧК

ДА ЗДРАВСТВУЕТ КАГАХТ И ВСЕ ЕГО ОБИТАТЕЛИ ТЧК”.

Текст, что было очевидно, имел некий религиозный контекст. Однако кто и с какой стати послал его телеграммой, да ещё и через официальный канал связи между двумя городами? Клерк решил перенаправить это послание и в мэрию, и в полицейский участок, чтобы кто-то да разобрался. Чиновники, решив, что могло произойти что-то нехорошее, отправили ответное послание Уидлтауну с просьбой разъяснить ситуацию. Тревогу тогда ещё никто не бил, так как высшие чины считали, что это могла быть злая шутка кого-то из скромного аппарата маленького городка. Однако прошло несколько дней, а ответа на сообщение Нью-Рикса так и не последовало. Мэр хотел было отправить гонца с целью узнать, что происходит, но, как на зло, на прерию обрушилась песчаная буря такой силы, какой эта земля ещё не видела. Только через неделю после этого, когда обстановка уже относительно устаканилась, посланец выехал в сторону Уидлтауна.

* * *

В тот злополучный день стояла знойная солнечная погода, столбик термометра в отдельные моменты мог подскакивать до ста градусов. Уильям, крупный мужчина в возрасте, медленно разъезжал по прерии на своём вороном мустанге по кличке Дункан. Ветер обдувал его новую бордовую рубашку и темную шляпу, а в руках он крепко держал винчестер. Это было вполне оправдано: на западе Штатов в принципе было небезопасно, но этот район отличался тем, что тут хозяйствовало сразу несколько крупных преступных группировок, нередко становившихся причиной смерти проезжих. Такие бандиты чаще всего не церемонились – если они решат, что легче будет тебя убить, то без колебаний нажмут на курок. Таких, как они, виселица уже давно не пугает. Однако Уильяму повезло не встретиться ни с одной подозрительной личностью за время поездки. Спустя час после выезда из Нью-Рикса он был уже совсем недалеко от въезда в Уидлтаун. Проезжая мимо таблички, приветствующий путников, мужчина зацепился за неё взглядом. Она гласила:

“УИДЛТАУН

НАСЕЛЕНИЕ: 49 ЧЕЛОВЕК”.

После того, как Уильям попал на территорию города, ему в нос ударил очень неприятный резкий запах тухлятины. Если не считать это зловоние за что-то странное, то на первый взгляд ничего особенно необычного Уильям в городе и не увидел. Единственным, что настораживало гонца, были полностью пустые улицы. Здесь не было ни людей, ни лошадей – казалось, город вымер. Остановив мустанга около салуна, Уильям спешился и подошёл к зданию вплотную. Он попытался высмотреть что-то в окне, однако солнце отсвечивало таким образом, что внутри ничего не было видно. Подойдя к маятниковой двери, и, распахнув её, мужчина уже хотел было окликнуть бармена, как вдруг застыл. Теряя равновесие, Уильям попытался удержаться на месте, но не смог. Он упал на землю, после чего попытался закричать, но не смог: лишь тихий писк сорвался с его губ. Салун был усеян телами мертвых людей. Большая их часть была изувечена и изуродована такими ужасными способами, какие не мог породить ни один кошмарный сон. Первый труп разрезали по линии живота напополам, верхнюю её часть при помощи веревки повесили на люстру. Его лицо сильно посинело, внутренние органы выпали из тела и теперь лежали на деревянном полу бара, образовав большую лужу уже давно запекшейся крови. Второму телу отрезали голову и конечности. Впоследствии ноги и руки “пришили” обратно, но в неправильном порядке – руки вместо ног, а ноги вместо рук. В животе трупа проделана огромная дыра, в которую с силой запихнули крупный кусок плоти, ранее бывший головой. Череп третьего трупа вскрыли, кусок черепной коробки откинули в сторону. Мозг вынули, после чего по кускам запихали в рот, ноздри и уши жертве. В глаза забили некие подобия деревянных кольев. Тело, также, как и первое, разрезано на две части. Нижнюю подвесили на потолочную балку на кишках, которые, казалось, вот-вот должны были оторваться. Однако самое изуверское действо было совершено по отношению к четвертому трупу. Его разрубили поперек, образовав две симметричные части, и скрутили в виде “косички”, после чего подвесили на потолок по рукам и ногам вместо привычной таблички с надписью “Салун”. В баре находилась ещё куча тел, в общем и целом, около пятнадцати, издевательства над которыми можно было описывать ещё долго. Все они без исключения активно разлагались. Именно это здание был эпицентром ужасного запаха, распространившегося по всему городу. Запаха смерти, который ни с чем нельзя было спутать. Наконец, как только Уильям снова завладел контролем над своим телом, он немедленно поднялся на ноги и пулей вылетел из салуна. Быстро забравшись на лошадь, мужчина галопом поскакал обратно в Нью-Рикс, чтобы доложить о случившемся законникам.

* * *

Роберт Блэквуд, маршал полиции, видел седьмой сон, когда в дверь его дома на окраине Нью-Рикса начали тарабанить. Спросонья он не сразу понял, что его разбудило, но повторные стуки заставили окончательно проснуться. Мужчина нехотя встал с теплой и уютной постели, и, переваливаясь с одной ноги на другую, спустился на первый этаж, после чего подошёл ко входной двери.       – Кто? – всё ещё слегка сонно спросил Роберт.       – Это Джош, открывай, – ответили с той стороны. Попытавшись натянуто улыбнуться, Роберт понял, что это бесполезно, и с привычной гримасой распахнул дверь. За порогом стоял бородатый мужчина средних лет с двустволкой в наплечной кобуре за спиной, курящий сигарету. Это был Джошуа, коллега и по совместительству приятель законника.       – Роб, у нас чрезвычайная ситуация. Тебе нужно в участок, это срочно, – протараторил Джош, легким движением пальца сбросив пепел с сигареты на пыльную городскую землю.       – Ну что там ещё? – с весьма недовольным видом уточнил Роберт.       – Дело очень серьёзное. Серьёзней, чем резня на утесе в прошлом году. Собирайся, на месте тебе всё объяснят. Сказав это, Джош кинул окурок сигареты на землю и ушёл.