Часть 2

Утро выдалось тяжёлым. Грейс попыталась понять, стёрлись ли в её памяти события вчерашнего дня, но в голове тут же всплыл образ Ньюта, Алби, толпы парней и самого Глейда. Нет, она всё ещё здесь. И как бы ужасно это ни было, нужно было вставать и вливаться в общее дело, хотя в её положении это было, конечно, сложнее. Других выриантов просто не было, когда местность обнесена каменной стеной, а выход всего один, и то ещё не нашёлся. Грейс слезла с гамака и осмотрела себя. На ней были широкие серые штаны с карманами по всей штанине и похожего цвета кофта, около гамака стояли чёрные ботинки. Была ли она в этом вчера? Кажется, да. Под кофтой оказалась чёрная майка. Это было всё, что приехало из её вещей с ней в лифте. Легко привыкнуть. Оглядевшись, Грейс обратила внимание на кусок ткани, покрывающий небольшое окошко. Она с силой потянула за небольшой разрез на занавески внизу, и та легко поддалась, оставив в руке Грейс полоску. Ей девушка завязала волосы в высокий хвост, затем плотно затянула ботинки на ногах и вышла из дома. Стоило ей сделать шаг вперёд, как сбоку треснула ветка. Грейс быстро обернулась: в нескольких метрах от неё стоял один из глейдеров. Он был одет в специальный чёрный жилет и носил при себе оружие. «Это один из бегунов» — подумала Грейс за секунду до того, как в смотрелась в его лицо. Глаза были чёрными, а лицо приняло серый оттенок, по телу будто расплылись синяки и кровоподтеки. Девушка не шевелилась, не зная, что делать, пока парень стоял неподвижно, но её тут же бросило в холод от страха. Всё изменилось, как только он издал жуткий вопль и бросился на неё. Грейс ринулась с места в сторону поля, огромными шагами перепрыгивая через корни деревьев. Сердце колотилось как бешеное, она едва успевала следить за тем, чтобы не упасть и два раза чуть не врезалась в деревья, стукаясь об них плечом. Преследователь бежал прямо за ней и умолк, но Грейс слышала его быстрые шаги за спиной. — Помогите! Помогите мне! — кричала она изо всей силы, как только перед ней перестали мелькать деревья. На открытом пространстве Грейс ускорилась и краем глаза заметила, как со своих мест к ней бегут остальные глейдеры. Но тот, что бежал за ней, оказался быстрее. С жутким воплем он набросился со спины; девушка не успела ничего сообразить, когда оказалась прижата к земле под тяжёлым весом. Быстро развернувшись, она едва сдержала крик ужаса: лицо бегуна исказилось до неузнаваемости, он выглядел хуже мертвеца. Капли черной крови из его рта попали на её шею, сам он одной рукой пригвоздил её голову к земле и начал душить. Изо всех сил стараясь выкарабкаться из-под его тела, Грейс схватилась за руку, сжимающую её горло, и стала отбиваться ногами, но парень был гораздо больше и сильнее её. Глотать воздух уже не было возможности, перед глазами уже все размылось и казалось, сознание вот-вот покинет её, когда глейдеры наконец оказались рядом. Трое человек оттащили безумца и тут же связали, кто-то помог Грейс подняться с земли. -Кэл, Кэл! Очнись! — уже связанного бегуна тормошили за плечи и кричали на перебой, пока тот не перестал дёргаться и не опустил голову. — Отведите его к Медакам — сказал Алби, и приятели утащили Кэла. — Ты как? — Ньют незаметно оказался рядом с Грейс, внимательно просмотрев на её шею. Девушка докоснулась пальцами до следов душения и ощутила неприятную густую субстанцию. На кончиках пальцев была чёрная кровь, густота которой не позволяла ей быстро стекать по пальцам. Ньют поморщился и достал из своих карманов какую-то небольшую тряпку, а затем протянул ей. — Держи, новенькая. — Я Грейс, — вдруг ответила она, вытирая пятна крови с шеи. Парень улыбнулся. — Хорошо, Грейс. — Что с Кэлом? — Похоже, его ужалили в лабиринте. До этого один не вернулся, но Минхо сказал, что он потерял разум. Хотя, может быть, Кэла удастся вылечить. Кстати, тебя определили в повара, так что будешь помогать Фрайпану. Ньют указал на кухню Глейда и самого Фрайпана, после чего удалился по своим делам. Грейс пришлось послушать его, благо Фрайпан сам проявил инициативу в общении и объяснил что и как делать. Грейс подумала, что она умеет готовить, или, по крайней мере, умела, так что интуитивно занялась своим делом. Фрайпан оказался довольно спокойным и дружелюбным и полностью отдавал себя готовке, хотя фантазии, очевидно, не имел и готовил либо всегда одно и то же, либо менял местами очерёдность продуктов, и это было пределом его меню. Он постоянно говорил о Глейде и о ребятах, и Грейс была благодарна ему за то, что, по крайней мере, получила представление о каждом из них. Именно он рассказал ей о том, что вечером за ужином они часто собираются вместе и отдыхают. А ещё выразил полную уверенность в том, что Грейс может к ним присоединиться, так как она оказалась в том же положении, что и остальные. На обед был приготовлен суп, больше похожий на жидкую кашу, хотя, надо сказать, получился довольно вкусным и сытным. Не обошлось без ехидных и весёлых комментариев со стороны остальных ребят по поводу места Грейс, но она была к ним равнодушна, ведь было понятно, что к обществу парней, по образу жизни несильно превышающих животных, нужно было привыкнуть. Весь день Грейс просидела в душной темной кухне, дыша запахом мяса и картошки. Общими силами к вечеру рагу было готово, и как только был зажжен большой костер, стала раздаваться еда. После ужина все заметно подобрели и развеселились. Грейс села возле костра и наблюдала то за спорами, то за шуточными драками. Как ни странно, рядом с ней сел Фрайпан. — Привыкай, здесь так почти каждый вечер, — добродушно ответил он, усаживаясь поудобнее. — Здесь все собрались? Повар отрицательно покачал головой. — Двое бегунов сейчас с Кэлом, как и Медаки. Навряд ли они сегодня выйдут — Кэл выглядел чертовски плохо. Едва он успел договорить, как весёлые голоса прервал крик. К отдыхающим ворвался бегун Дерек: — Кэл сошёл с ума! Он убил Теда! Как только прошло секундное оцепенение, все сломя голову кинулись к больничному крылу. Грейс побежала со всеми и увидела, как вновь насилу связывают Кэла, уже практически потерявшего своё обличие. От этого зрелища стало жутко, он все вырвался и силился ввязаться в драку, которую хотел закончить очередным убийством. На полу лежал истекающий кровью Тед, из его груди торчала рукоять широкого ножа. Комната быстро пропала кровью. Несколько человек схватились за него. Он уже был мёртв, но его имя все рано кричали и продолжали трясти тело. Кажется, в толпе кто-то начал всхлипывать, но все звуки приглушались ором Кэла. Недалеко ото всех сидел медак, имя которого Грейс не запомнила, и его тело от страха пробирала дрожь. Из картины ужаса и всё общей паники вывел голос Алби: — Ведите его к вратам, быстрее! Они вот-вот должны были закрыться. Собрав волю в кулак, глейдеры потащили своего приятеля ко входу в лабиринт. Все уже поняли, к чему это ведёт, но либо молчали, подвергнувшись страху, либо кричали что-то. Двое бегунов — Бен и Минхо, насильно затащили Кэла в лабиринт и быстро вернулись в безопасное место как раз в то время, когда ворота с грохотом начали сдвигаться. Кэл успел стянуть с себя верёвки, но просмотрев на узкую щель, остался на месте. Тем, кто стоял у входа, показалось, что в его глазах промелькнула частичка сознания перед тем, как каменная стена окончательно разделила их. Глейдеры ещё долго стояли у ворот, пытаясь прийти в себя и восстановить дыхание и сердцебиение. Повисло скорбное молчание. Оно было и тогда, когда на Могильнике хоронили Теда, что тоже был бегуном. Страшные события заставили всех надолго замолчать и усомниться в своей безопасности, словно над Глейдом повисла чёрная туча. Когда на следующий день оказалось, что Дерек заражён, в глазах каждого, кого встречала Грейс, уже было понимание того, что будет вечером. Это очень пугало, но не сколько её, сколько всех тех, кто прожил с этими ребятами долгое время. Его заперли, стиснув зубы, чтобы не вышли слёзы. Он продолжал кричать о том, что с ним все хорошо и он все осознает, и всем действительно хотелось в это верить, пока человеческая речь не превратилась в душераздирающие вопли. Весь день глейдеры молчали и нарочно с усердием занимались своими обязанностями, будто глухонемые. А вечером произошло то, у чему они готовы не были. Из-за того, что никто не проверял состояние Медака со вчерашнего дня от внимания всех ускользнул тот факт, что он тоже оказался заражён. Это узналось под вечер, когда в полумертвом состоянии он напал на одного из чистильщиков. Грейс чувствовала подступающую тошноту от вида двоих зараженных, которые стояли у входа в лабиринт. Теперь глейдеры подготовились: каждый был вооружён длинным шестом с поперечной палкой на конце. Так, словно зверей, они загоняли в лабиринт бывших друзей. Грейс в этом не участвовала — она стояла за спинами остальных и только наблюдала, как трясутся их руки. А затем двери закрылись, вновь создав хрупкую безопасность существования. Хотя Грейс не была знакома лично со многими здесь, она чувствовала их переменившееся настроение по сравнению с тем, что было в первый день. И хотелось помочь, но они все были в одном положении, поэтому этой возможностью никто не обладал. Ужин сегодня был поздним. Кто-то даже отказался есть, предпочитая удалиться и побыть в одиночестве. Большинство расселись вокруг костра и погрузились в свои мысли, поглощая овощное варево Фрайпана. Грейс в нерешительности стояла неподалёку, наблюдая за светлой макушкой Ньюта. Хотелось подойти, но в голове не было слов, подходящих под ситуацию. И всё же он привлекал её больше, чем все остальные, поэтому она тихо подошла и села сбоку от него. Казалось, остальные её даже не заметили, сохраняя скорбь на лицах, а может, просто стремились не замечать. Некоторое время Грейс думала над тем, что сказать, но к счастью, Ньют снова начал первым: — Здесь это произошло впервые, — почти шёпотом сказал он, хотя остальные сидели поодаль и наверняка не слышали разговора, — Ты оказалась здесь не вовремя. — Никто не мог этого предугадать, — также тихо ответила девушка, — столько человек погибло за два дня, как мы будем жить дальше? — Так же, как жили. Нужно всегда быть друг за друга, и следовать правилам, чтобы это место продолжало оставаться хоть каким-то укрытием от опасностей. — Но если смерти продолжатся? Ньют повернулся на Грейс, в его глубоких карих глазах читалась уверенность и решимость: — Мы сможем бороться с этим, если будем доверять друг другу. Иначе в конце концов, все умрут не своей смертью. Он отвернулся и хлебнул еще из своей тарелки. Напряжённость в его лице постепенно ушла, и он продолжил уже более мягко: — Ты здесь всего два дня, но уже столько видела. Тебе пока что не повезло больше всех. И ещё завтра с утра будет собрание, на нем нужно обязательно присутствовать. — Что ж, тогда мне стоит пойти спать сейчас, — устало ответила Грейс и поднялась с места. Посидев у костра, она заметила, что её глаза уже стали закрываться. Ещё не успев встать, Ньют остановил Грейс за руку, снимая свою тарелку с колен. — Подожди, я провожу тебя. Девушка не стала отказываться. Путь в её дом по-прежнему был самым тёмным, а в связи с последними событиями очень пугал. Они удалились почти незаметно, да и у костра к этому времени почти никого не осталось. — Мы ведь лишились трёх бегунов, сколько ещё осталось? — спросила Грейс, когда они уже подходили к деревьям. — Всего двое: Бен и Минхо. Поэтому завтра будут выбирать ещё кого-то, иначе им будет очень сложно бегать каждый день без отдыха. Это задержит поиск выхода. — Как выбирают бегуна? — снова спросила девушка, уже с более явным интересом. Ньют резко остановился и развернулся всем телом к ней. Его голос стал гораздо отчетливее: — Послушай, нет ничего хорошего в том, чтобы быть бегуном, и ты им не будешь. Нужно иметь сильную физическую форму, иначе от тебя не будет смысла в лабиринте. И надо уметь быстро и долго бегать. Ньют понял, что последнюю фразу сказал очень некстати — он и сам видел, что Грейс очень быстро убегала уже дважды, и определил по её взгляду, что она думает о том же, поэтому тут же продолжил: — Не думай о таком, здесь гораздо безопасней, нужно беречь себя. Больше он не стал её слушать, и остаток дороги они провели в молчании. — Спасибо, что проводил, — сказала Грейс, когда они остановились у двери. Ньют только кивнул в ответ и пошёл обратно. Девушка зашла внутрь и плотно закрыла дверь на засов. Затем вытащила из одежды длинный нож, которым её сегодня вооружили, и положила его себе под гамак. После недорогих приготовления ко сну она забралась в гамак и ещё долго лежала, оценивая всю ситуацию. Что она потеряет, если станет бегуном? Все, что она имеет, это трехдневная новая жизнь, а там… Там может быть выход, который даст надежду на освобождение. Искать его было лучше, чем оставаться здесь и ждать. По крайней мере, стоит попробовать. Всякая возможность была шансом добиться чего-то, что помогло бы прояснить то, что случилось с ней и со всеми глейдерами. Ранним утром все собрались в большой пустой постройке. Внутри стоял гул, все о чем-то переговаривались, пока Минхо не призвал всех заткнуться. Как только все стихло, говорить начал Алби: — Вы все прекрасно понимаете, что сейчас нам нужны ещё бегуны. Хотя бы один. И тот, кого можно поставить вторым медаком. Кто может стать добровольцем? В комнате было по-прежнему тихо. Некоторые переглядывались, но очевидно, предлагаемые занятия не были самыми желанными. Минхо, огдядев всех, недовольно, но совершенно чётко проговорил: — Оглохли что-ли? Или хотите здесь остаться? Решайте живее, иначе когда откроются ворота, мы потащим за руку того, кто попадётся! Кто сам согласен?! — Я, — Грейс подняла руку, стоя у двери. Все тут же уставились на неё: кто с недоумением, кто с издевкой. Но ответа не последовало — очевидно, Минхо и сам не ожидал такого исхода. — Нет! — вставил свое слово Ньют с другого конца комнаты, — Я не согласен. Здесь полно других. — Это правда, — начал Алби, но Минхо прервал его: — А почему нет? Она доброволец. — К тому же быстро бегает! — крикнул один из глейдеров. — Да она же и дня может не продержаться! — крикнул Ньют и посмотрел на остальных, — Неужели больше некого поставить? — А ты видишь ещё кого-то, кто поднял руку? — Минхо обратился к Ньюту, также охватывая взглядом всю комнату, — тогда голосование! — Вы серьёзно?! За что голосовать, за то, что мы отправляем ещё одного человека в лабиринт просто так?! — Галли, что до этого стоял тихо, начал активно жестикулировать в такт своему вопросу. — Да здесь кого бы мы не отправили, все просто так! — съязвил Минхо в ответ. — Голосуем, — громко сказал Алби, — кто за то, чтобы не брать Грейс в бегуны? Девушка повернулась на Ньюта. Тот неотрывно смотрел на неё чуть ли не с яростью. Не прерывая зрительного контакта, он поднял руку вверх. Девушка заметила, как поднимают руки кто-то ещё, рядом с ней поднял руку Галли. — Ладно, а кто за то, чтобы поставить Грейс одним из бегунов? Минхо быстро поднял руку, и остальные стали подтягиваться за ним. Грейс огляделась — Минхо смог многих поставить на свою сторону. Алби, до этого считающий количество поднятых рук, в конце немного задумался, взглянул на Минхо, а затем тоже поднял свою руку. — С этого дня, Грейс, ты одна из бегунов, — самодовольно сказал Минхо, и вслед за этим раздались аплодисменты. Девушка улыбнулась, рассматривая всех в комнате, и её взгляд натолкнулся на Ньюта, что продолжал стоять неподвижно и смореть на неё. От его выражения лица Грейс стало не по себе, благо, тема обсуждения скоро сменилась к лечебному делу, и Грейс вышла наружу. Здесь наконец-то голова могла отдохнуть после душного помещения, пропахнувшего землёй и потом. Она прошла совсем недалеко от постройки, как резко почувствовала на своём плече чью-то руку. Это был Ньют. — Ты что, сдурела? — он говорил тихо, но со злостью и негодованием в голосе, — хочешь быть убита следующей? Мы и так здесь выживаем, зачем тебе соваться туда, где ещё опаснее?! Грейс не убрала руку со своего плеча, но в моменте Ньют так сильно сдавил его, что её брови нахмурились. Парень тут же ослабил хватку и убрал ладонь, теперь уперев руки в бока. Грейс старалась выражать во взгляде на него как можно больше спокойствия, но никак не могла понять, получается у неё или нет. — Но ведь кто-то бегает. Тем более, что без них мы не выберемся. Зачем я буду сидеть и ждать здесь, пока два человека наконец найдут выход из лабиринта? Разве не быстрее будет, если я помогу? В глазах напротив вспыхнула ярость. — Как ты им поможешь?! Бежать нужно уже сегодня, нет никакой подготовки! Неужели непонятно, что это слишком сложно и опасно, иначе почему не оказалось больше желающих? — Желающих нет, но бежать кому-то нужно! Все равно бы взяли кого-нибудь без подготовки, дак в чем разница? Меня хотя бы не придётся тащить в лабиринт по принуждению! — Да ты!.. — Ньют осекся, повернувшись на шум. Собрание было закончено, и все стали выходить из постройки. Он наклонился ближе к Грейс и прошептал, — Ты пока ничего не понимаешь, и лучше бы тебе отказаться от своих слов сейчас. — Я уже бегун, как я откажусь? — Грейс не собиралась делать ничего из того, что предложит Ньют, но все же спросила, чтобы побыстрее закончить эту перепалку. — Скажи что не сможешь, или испугалась, да плевать что! Главное останься здесь. Последние слова он произнес гораздо спокойнее, будто наконец взял контроль над эмоциями. Изменения в лице натолкнули Грейс на ещё один вопрос, но как только с её губ слетело: «Почему ты…?» Ньют резко развернулся и ушёл. Девушка замолчала в неопределённости, но в итоге лишь вздохнула и направилась к Минхо. В картохранилище находились трое, не считая вошедшей Грейс. Бен занимался своими делами в отдалённом углу и не участвовал в разговорах, Минхо и Алби стояли возле стола и переговаривались какими-то обрывочными фразами. — А, новенькая, подходи, — Алби махнул рукой, и Грейс подошла к столу. Непонятные издалека очертания оказались не мусором, а подробной схемой лабиринта. Ближе к краям оставались незавершенные участки по всему периметру, крайних стен не было. — Вот это, — Алби указал на стол, — ваша главная задача. Вы должны запоминать строение лабиринта и переносить сюда, пока не найдётся выход. — И далеко ли ещё до стен? — спросила Грейс, поворачиваясь скорее к Минхо, чем к Алби. — Навряд ли, максимум несколько десятков метров. Но мы не можем исследовать больше одного такого сектора, — при этих словах он руками показал его границы, — в неделю. Потом лабиринт передвинется и изменится, открывая доступ к этому сектору. — Лабиринт двигается? — в изумлении произнесла Грейс, на что Минхо только закатил глаза. — Ты за три дня хоть что-нибудь здесь поняла? Или ты думала, что это гром гремит по ночам? Девушка недовольно перевела взгляд с лабиринта на бегуна, но промолчала. Алби посмотрел на них обоих, затем отошёл от стола и направился к двери. — Готовьтесь, скоро откроются ворота, — и вышел. Через несколько секунд Минхо усмехнулся своим мыслям, что заставило Грейс снова повернутся на него: — Чего смеёшься? — Сегодня здесь сделают сенсацию из-за твоего забега, привыкай. — А почему же тогда больше никто не согласился стать бегуном? Минхо пожал плечами и отошёл к стене, на которой висела форма — чёрные жилеты, кобура, куртки. — Наверное, в Глейде больше не осталось таких отбитых, как ты. — За исключением вас двоих, да? — язвительно ответила Грейс, на что получила весёлый взгляд Бена в ответ. — Ну да. Надевай, — Минхо бросил Грейс бронежилет, следом полетела кобура. Девушка разобралась с застежками и затянула обе вещи на себе. — Отлично смотришься, пошли в оружейную, — парень кивнул в сторону двери. Долго идти не пришлось — оружейная оказалась близко к картохранилищу. Помещение было небольшим, что компенсировалось высокими стенами, на которых висело разнообразное оружие, различия которого Грейс её понимала. Минхо брал в руки то по два автомата, то пистолеты, и рассматривал их. — На, — он протянул ей один пистолет, — у этого курок не заедает, а это, — следом передал автомат, похожий на тот, что оставил для себя, — полегче остальных. — И что, мы просто должны будем бежать, пока не найдём стену? — Ну да. Неделя только началась, так что у нас есть время заполнить пробелы в шестом секторе. — А ты каждый день встречаешь гриверов? — Нет, они редко попадаются днём, но готовой нужно быть ко всему. А ночью в лабиринте не выжить. Как видишь, я ещё живой. — Значит, все бегуны успевали вернуться? Минхо подумал, прежде чем медленно произнес: — Нет, не все. Пошли, покажу тебе наш маршрут, если ты в состоянии его запомнить. Они вернулись в картохранилище и оставшееся время провели возле макета лабиринта. Бен к этому времени уже ушёл, обрадовавшись «выходному». Грейс изо всех сил старалась запомнить их сегодняшний путь. Она не чувствовала даже волнения от предстоящей миссии, должно быть, из-за того, что бежит с таким человеком, как Минхо, который своим видом был похож на скалу. Но вот с улицы послышался шум — некоторые глейдеры уже собирались около входа в лабиринт, чтобы проводить сегодняшнюю пару бегунов. — Это они только сегодня так, — произнес Минхо, — обычно со стороны смотрят, — когда мы вернёмся, их будет ещё больше. Ну что, готова? Грейс утвердительно качнула головой, и они вышли. Минхо прекрасно знал, сколько у них минут до открытия, а потому шагал с определённой скоростью, отсчитывая секунды. В толпе кто-то начал присвистывать, но тут же умолк. Грейс не заметила, как парни испугались взгляда Минхо и отошли чуть в сторону, не издав больше не звука. — Как только ворота откроются, беги сразу и не отставай, — сказал Минхо, когда они уже встали перед каменной стеной. Стоило ему произнести это, как раздался грохот и в воротах показалась щель, которая всё расширялась и расширялась. Грейс вдруг обернулась назад — вдалеке от них стоял Ньют, скрестив руки на груди, но его выражения лица девушка не смогла бы рассмотреть. Но его можно было представить. — Вперёд, — раздался голос Минхо сбоку, и Грейс тут же повернулась и побежала за ним. Как только они пересекли границу лабиринта, стало заметно холоднее. Всего несколько метров, и они скрылись от взора остальных глейдеров. Ход сильно замедляло всё то, что Грейс получила как бегун, но со временем девушка привыкла уживаться и бежать с этим, и сократила расстояние от Минхо, круто поворачивая за ним в нешироких проходах. Она не знала, сколько времени прошло прежде чем тело привыкло к постоянному движению и старалась отвлекаться на то, что её окружало: огромные стены, сильно поросщие плющом, царапины на камне, сидящий скелет… Что? Грейс не останавливаясь обернулась на человеческие кости и ощутила, как по телу прошла мелкая дрожь. Минхо немного замедлился, чтобы девушка не сильно отстала, но продолжал бежать впереди и не поворачивался. Встряхнув головой, Грейс снова прибавила шаг. Скоро солнце уже было ровно над ними и вовсю освещало серый лабиринт. Тело уже припекали солнечные лучи, тень ушла, но вот наконец впереди показалась довольно большая площадка, от которой последующие ответвления лабиринта уже были более редкими и широкими. Бегуны остановились, добежав до её середины. Грейс восстанавливала прерывистое дыхание и смотрела по сторонам. От усталости ноги подкосились, и она опустилась на корточки. Впереди были странные тонкие железные пласты, стоявшие в ряд, а за ними, на стене, написаны огромные буквы. — Что это? — все ещё неровно дыша, спросила Грейс, сощурившись от солнечного света. — Лезвия, — ответил Минхо, — А что значат буквы мы не знаем. — Может, какой-то код… — предположила Грейс, но развивать мысль не стала, — До куда ты уже дошёл? — Ещё минут десять. Дальше мы ещё не заходили, поэтому надо будет запоминать каждую стену. Вдруг где-то вдали раздался то ли рев, то ли визг. Оба синхронно повернулись на звук. — Гриверы? — спросила Грейс, быстро поднимаясь. — Да, — коротко ответил Минхо, проверив свое оружие. Идем дальше, может они встретятся нам на обратном пути. — Обнадеживает, — ответила девушка и побежала вслед за парнем. Вдвоём они пересекли лезвия и через несколько минут ушли за пределы открытого пространства, снова оказавшись в коридорах лабиринта. Вскоре Минхо остановился перед развилкой и повернулся к Грейс. — Всё, дальше, новая территория. Иди в тот проход, а я сюда. И умоляю тебя, не встреть никого и постарайся остаться живой. Если что, стреляй в небо. Они условились дойти до крайней стены и вернуться, а затем разбежались. Грейс отправилась в правое ответвление. Стены лабиринта здесь уже были не такими частым, как в начале, а потому запомнить их было не так сложно. Мысленно представляя вид сверху, Грейс продолжала выбирать направление наугад, а затем возвращалась, как только заходила в тупик. Чем дальше она бежала, тем больше было ходов, но в конечном итоге всегда приходилось возвращаться на исходное место. Изрядно умотавшись в таких бегах, она остановилась и просмотрела наверх. Небо по-прежнему было голубым, но солнце уже сошло в сторону. Покоя мыслям не давало и то, что появилась перспектива пробиваться в обратный путь с боем, а Грейс и не стреляла ни разу, по крайнем мере за эти четыре дня новой жизни. Отогнав ужасные образы, она снова продолжила поиск хоть чего-нибудь, кроме непробиваемых толстых стен, которые заполняли все пространство и весь кругозор. «Опять стена» — обречённо подумала девушка, оперевшись кулаком о камень. Это был последний ход из всевозможных в этом направлении. Разумеется, девушка запомнила не все, только часть, но это не менялось того факта, что с её стороны выхода не было. Немного отдохнув, она стала возвращаться на место встречи с Минхо. Едва не запутавшись сама в этих ходах на добрых десять минут, девушка всё-таки вышла к развилке и встала в нерешительности. Минхо ещё не было, а солнце все опускалось в сторону. Но идти за ним было не вариант, вдруг разойдутся? Оставалось ждать. Проверив наличие всего своего оружия, Грейс прислушалась к звукам. Тихо. Сначала было тихо, а потом послышалось шаги. «Минхо» — с облегчением подумала она и почувствовала, как напряжение понемногу отступает: перспектива возвращаться в одиночестве отошла на второй план. — Ничего не нашла? — с ходу задал вопрос Минхо, выйдя из своей части. Он тоже изрядно потрепался за день, на лице выступал пот. — Нет, и ты? Тот кивнул, и они приняли решение возвращаться. Сначала пошли пешком, чтобы немного восстановиться и отдохнуть. Ноги Грейс уже очень болели от непривычно нагрузки, но пока сохраняли силу. Минхо задал пару вопросов по её состоянию, и получив вполне устраивающий его ответ, сказал: — Когда мы вернёмся, повтори то же самое, иначе от тебя не отстанут. Давай выбираться отсюда. И они побежали. Грейс снова перестала следить за временем, состредоточившись на серых холодных стенах, мелькающих перед глазами. Где-то в стенах лабиринта вновь раздавался жуткий визг, но они продолжали бежать, словно не замечали его. В лабиринте потемнело раньше, чем солнце совсем склонилось к закату. Девушка уже не могла рассмотреть черт лица напарника, видя только его силуэт, а стены слились в однообразное полотно, из которого Минхо каждый раз находил выход, чему сильно удивлял. Когда повороты стали совсем частыми, он замедлил ход, и Грейс поравнялась с ним. Очередной раз заворачивать за угол, которым уже не было счета, глаза Грейс удивлённо расширились, заметив выход. Впрочем, его полностью закрывала собой толпа глейдеров, которые стали кричать что-то наперебой. Едва ворота остались позади, Грейс и Минхо буквально окружили и начали что-то выспрашивать по типу: «Видела гривера?», «Устала?» или «Тебя Минхо что, на руках тащил?», «Как ты на ногах ещё стоишь?», «Что-то здесь не чисто». Самые нелестные комментарии в её сторону она отказывалась даже воспринимать, но глейдеры буквально не оставили ей прохода. Тут вмешался Минхо: — Сейчас же заткнитесь и отойдите все, — раздвинув толпу, которая и сама разбежались по сторонам, стоило ему туда пойти, он кивнул головой Грейс, чтобы она шла за ним. Оставшиеся позади глейдеры постепенно разошлись, найдя себе новый повод для разговоров. Минхо и Грейс вернулись в Картохранилище. Здесь уже были приготовлены маленькие палочки, которыми выкладывался лабиринт. Взяв несколько таких в руку, Грейс и Минхо молча занялись работой. — С моей стороны есть ещё два хода, они ведут дальше. Завтра нужно будет их проверить. — У меня все коридоры конечные, — ответила Грейс, выкладывая стены, — Черт, я не помню эту часть. — Тогда оставь, сходишь туда завтра. Хотя, если ты слишком устала, можно напрячь Бена. — Раньше ведь вы менялись по два дня? Пусть так и будет. — Да, только теперь придётся по три. Если, конечно следующие прибывшие все наперебой не будут бегунами. Когда сегодняшняя часть макета была готова, с улицы зазвенела посуда. Наступило время ужина. Ворота уже закрылись, и все собрались на поляне вокруг костра за едой. Грейс пошла с Минхо, который указал ей на два бревна чуть дальше. — В той стороне обычно сидят бегуны, правда сейчас мало кто остался, так что лучше быть со всеми. Получив свою порцию, Грейс направилась к костру, но остановилась. Она совсем забыла про Ньюта, и не видела его, когда вернулась. Видел ли он её? Девушка оглянулась. Он сидел с другой стороны от полевой кухни, спиной к костру. Грейс неспеша подошла к нему. — Ньют? — осторожно спросила она, не решаясь сесть рядом. Тот её проигнорировал, чему Грейс сильно удивилась, — Ты что, не разговариваешь со мной? — Ответа не последовало. Тогда девушка села перед ним, и Ньют поднял на неё пронзительный взгляд. — Почему ты молчишь? Обиделся что-ли? — На что? — Ну… Не знаю. — Тогда и не спрашивай. — Эй, ну я же вернулась, почему ты решил со мной не разговаривать? Я сама догадаться должна? — Слушай, уйди, ладно? Итак голова болит. Отпрянув от неожиданного ответа, Грейс поднялась и молча удалилась. Ньют на секунду зажмурился, а затем обернулся на неё, поджав губы. Девушка вернулась к костру и села с остальными. Кто-то говорил с ней, и она старалась отвечать как можно спокойнее, испытывая внутреннее раздражение. Остальные глейдеры, очевидно, пытались завладеть её вниманием, но Грейс продолжала быть осторожной в словах и движениях, все ещё опасаясь их общества. Она могла сидеть с ними только до тех пор, пока сидит Минхо, или хотя бы Фрайпан, или Ньют, если бы он удосужился хотя бы посмотреть на неё. В любом случае, как только Минхо ушёл, Грейс тут же поднялась и быстрым шагом направилась к себе, побоявшись, что если она засидится, то не сможет уйти одна домой. Сначала она шла, но как только осталась вне поля их зрения, побежала, и бежала до самого дома, а как только переступила порог, тут же задвинула засов. Все-таки лабиринт в этом плане спасал, по крайнем мере от страха нахождения в таком обществе. Переодевшись, Грейс легла спать и почувствовала, как ноги наконец расслабились, хотя и продолжали болеть. От усталости она уснула почти сразу, сил на размышления не оставалось.