Попытка № 4

      В этот раз в синем дыме Виктор снова видит, к чему приводят его действия. Сначала, вроде, всё складывается неплохо, но отсутствие до конца разорванной его связи с Еленой ведёт к страстным ночам, от которых он долго не может отказаться. А когда берёт себя в руки и обрубает их телесное влечение, Крылова не остаётся с Пашей, несмотря на то, что Поляков так надеялся, что она сможет полюбить Лобанова и оценить его преданность.       Одиночество Лены длится недолго – она ведётся на лесть Морозова-старшего, который помогает ей обрести опеку над Игорьком. Но и эта "светлая полоса" вскоре испаряется, и всё случается ровно так же, как и в том прошлом, откуда сюда закинуло Виктора.       Утром мужчина уже не вскакивает с постели – он понимает, что 4 апреля – его персональный день сурка. Открывает глаза и пару минут просто лежит и смотрит в потолок, обдумывая план действий. Решает, что нужно провести этот день с самого утра с Леной и узнать у неё как можно больше информации.       Принимает душ, одевается, пишет записку: "Приходи на завтрак. Твой Витя П." и подсовывает листок под дверь директрисы.       К Галине Васильевне ему уже идти в очередной раз не хочется, но исполнительность не даёт пройти мимо двери кухни, в которой, как он уже знает, сидит завхоз. - Доброе утро, – мягко произносит Поляков, проходит и садится рядом со Смирновой. - Доброе, – женщина поднимает на него доброжелательный взгляд. – Думала, ты забудешь. - Не в этот раз, – Виктор смеётся, понимая всю нелепость ситуации, если знать, что это уже их четвёртый дубль. - Подпишешь? – Галина пододвигает к мужчине красную папку.       Завуч наигранно открывает, пробегается глазами. - А не Елена Сергеевна должна подписывать сметы? – поднимает взгляд на Смирнову.       Та уже силится что-то сказать, но Виктор сам отвечает на свой же вопрос: - Но вам с ней, наверное, придётся спорить, ругаться. Я сам подпишу.       Галина Васильевна расслабляется и веселеет. Поляков достаёт из нагрудного кармана чёрную гелевую ручку и ставит росчерк в документе. - Хорошего вам дня! – улыбается и выходит в столовую.       Лены нет. Мужчина решает немного подождать и не ошибается – строгая директриса с небольшим опозданием заходит в столовую. Видно, что она не очень весела, и, что, скорее всего, ей пришлось заставить себя выйти из комнаты.       Крылова садится на своё место рядом с Виктором и одаривает его многозначительным взглядом. При всех она ему, конечно, ничего не скажет, но даёт понять, что она пришла на завтрак только потому, что он попросил об этом в записке. - Приятного всем аппетита, – произносит вполголоса Елена, принимает пожелания того же от коллег и неохотно берётся за еду.       Она съедает буквально пару ложек каши, выпивает чашку кофе, и от пристального взгляда Полякова это не ускользает. - Ты себя хорошо чувствуешь? – Виктор наклоняется к жене и шепчет ей на ухо. - Всё хорошо, – она коротко улыбается, пытаясь скрыть от мужа очевидное. - Не ври, – завуч серьёзен.       Блондинка на это не отвечает, лишь берёт яблоко и выходит из-за стола. Поляков тут же направляется за ней, останавливает женщину за руку в холле. - Лен, я не просто так тебе написал, – он вглядывается в грустные синие глаза. – Нам надо поговорить. - Мы уже говорим, – директриса категорична. - Я не узнаю тебя, Лена К. Будто бы совсем другая женщина, – Виктор играет на ностальгических чувствах. - Ты, Витя П., тоже изменился, – Крылова скрещивает руки на груди. - Но не изменил вам ни разу, Елена Сергеевна, – он словесно обозначает дистанцию, переходя на "вы", но при этом подставляет ей свой локоть. – Прогуляемся?       Она бросает на него растерянный взгляд но принимает этот жест, и они выходят на школьный двор. Елене будто бы даже идти тяжело за ним, поэтому она убирает свою руку с локтя Полякова и продолжает шагать чуть медленнее. - И всё-таки ты себя нехорошо чувствуешь, – повторяет свои догадки Виктор. - Всё в порядке, правда, – Крылова старается взять себя в руки. - За десять лет я научился понимать, когда тебе хорошо, а когда нет, – мужчина сводит брови. – Хотяяя... наверное, не очень научился. - Почему не очень? – Лена не понимает его сарказма. - Потому что ты спала с другим, – Виктор провоцирует жену на грубость. - Дело совсем не в сексе, если ты намекаешь на это, – директриса выдыхает и садится на лавочку у озера.       Её реакция, на удивление, спокойная. Поляков ожидал словесных побоев. - Мне остаётся только гадать, в чём же тогда, – мужчина разводит руками и садится рядом.       Елена молчит, прикрывает глаза, глубоко вдыхает влажный тёплый весенний воздух, прислушивается к птичьей трели в глубине окружающего озеро леса. Виктору эта мизансцена кажется довольно поэтичной, и он улыбается тому, как красиво его жена уходит от ответа. Сидит почти недвижно. Ждёт, когда Лене надоест тянуть интригу. - Здесь, на этой лавочке, мы впервые поцеловались, – блондинка нежно улыбается и открывает синие глаза. - Да? – Полякову её фраза неожиданна. – А, да, точно... И через пару часов – впервые переспали в моей комнате, – второе он помнит гораздо лучше, чем первое. - Вам, мужчинам, о романтике, а вы – об эротике, – недовольно хмыкает Лена и отворачивается от него в сторону. - Отчего же? Секс с любимой женщиной – это очень романтично, – Виктор парирует. – К тому же, это и есть или последствие поцелуя, или твоя умелая провокация. - Моя? – Крылова пропускает смешок. – Да у меня головы на плечах не было, я была влюблена! - Была? – мужчину атакуют воспоминания, но он старается с ними совладать. – Это всё твоё белое платье, под которое ты не надела бельё. Я смотрел тогда только на твою грудь. - Потому что оно и предназначено для носки без белья, в этом не было никакого умысла! – женщина оправдывается и резко поворачивается к мужу. - Я верю, что не было, – Поляков соглашается. – И это заводило меня ещё сильнее. Это сейчас ты осознаешь, что ты красивая и сексуальная, а десять лет назад ты краснела от каждого комплимента и прятала взгляд, прикусывала губу, стыдясь желаний       Картины, всплывающие в памяти, всё-таки захватывают сознание Виктора. Он и до этого листал страницы прошлого, но не заходил так далеко. Завуч наклоняется к Елене и лёгкой лаской касается её губ, пробуя, проверяя. Быстро отстраняется, видит разочарование на лице директрисы. - Теперь никогда, да? – женщина чуть не плачет.       Виктор вспоминает, что никогда – это там, в будущем, в котором Лены больше нет. А здесь ему нужно что-то переключить, переставить, поменять, чтобы случилось всё иначе. Поэтому он снова льнёт к Крыловой, углубляет поцелуй, обнимает.       Наслаждаются они друг другом не более пары десятков секунд – Павел Петрович приводит младшеклассников на прогулку на свежем воздухе вместо урока физкультуры. Директриса и завуч тут же принимают подобающий "правильным" взрослым вид. - Привет! Погодка отпад! Самое то для прогулки! – рассказав детям правила безопасного отдыха у водоёма, Лобанов подходит к друзьям и садится возле Лены.       Теперь она находится между теми, кому много лет безбожно врала, отчего сильно смущается. Виктор понимает её напряжение, показательно обнимает за талию и придвигает ближе к себе. Павел вскидывает бровь, ведь их разговор с Поляковым до каникул явно предсказывал другие последствия. Внутренне физрук понимает, что Лена и Витя друг другу нужны, ведь она была готова лишить себя жизни из-за расставания, а он – после всего сейчас целовал её. Но он очень устал свои чувства ставить ниже чувств Крыловой, ждать, страдать. Надо отпустить, и это Паша тоже понимает. - Виктор Николаевич! – кричит Юра Верёвкин и подбегает к троице. - Да, Юра. Что-то стряслось? – Поляков доброжелательно улыбается. - Здрасьте, Елена Сергеевна! – запыхавшийся розовощёкий мальчишка кивает в сторону блондинки. – Я хочу спросить, как мужчина у мужчины, – Юрка приобретает серьёзный вид и смотрит на завуча. - Спрашивай, – Виктор пытается сдержать смешок и чуть прикусывает изнутри щёки, чтобы казаться строже.       Лена и Паша же переглядываются и вовсю улыбаются. - У меня есть девушка... – загадочно начинает Верёвкин. – И я её целовал. В щёку! - Это важное уточнение, – Поляков сводит брови и заинтересованно кивает. - И вот, когда мы шли сюда, я видел, что вы с Еленой Сергеевной целовались, – Юра смущённо тупит взгляд. – Но вот Алиса... Ой! – мальчик на секунду прикрывает рот рукой, понимая, что проговорился, но смелеет. – Она сказала, что это можно делать только после свадьбы. - Скажи Алисе, что она абсолютно права! – Виктор удивлён "детскими" проблемами, но старается выдержать образ педагога. - А вы женаты? – Верёвкин заинтересован. - Конечно! – Поляков смотрит на Лену, и она согласно кивает и показывает мальчишке кольцо на безымянном пальце.       Виктор тоже демонстрирует обручальное золотое украшение. Юрка прищуривается. Сначала хочет убежать играть дальше, но в его любопытном сознании рождается ещё один вопрос: - А если жена целуется не с мужем, а с кем-то другим, что делать? Ставить в угол?       Трое на лавке уже не могут сдерживаться и начинают хохотать. - Ну, это уже на усмотрение каждого, – завуч вытирает слёзы, проступившие от долго сдерживаемого смеха, – но можно и в угол. - Я что-то смешное сказал? – Юра скрещивает на груди руки и надувает губу. - Нет, что ты, – Елена теребит Верёвкина за плечо и в мгновение становится серьёзной. - Юра! Пойдём играть в мяч! – младшеклассника зовут другие ребята.       Мальчишка будто бы сразу забывает весь этот важный разговор и убегает к приятелям. - Ох уж эти отношения! – смеётся Паша. - У детей всё так просто, – улыбается Виктор и поворачивается к жене, – они ничего не усложняют. - Ни к чему в детстве эти сложности, – Крылова качает головой, улыбка сменяется грустью.       Поляков быстро улавливает её настроение и понимает, что Лену расстроили воспоминания о несостоявшемся материнстве. - Но всё впереди, – завуч кладёт свою ладонь на её руку. - Это вряд ли, – отвечает потухшим голосом блондинка. - Сложности придут с взрослением однозначно! – проговаривает Павел, следя за рассыпавшимися по поляне у озера детьми. – Лет через тридцать они будут сидеть на этой лавке и говорить о том, как в детстве было беззаботно. - Это да, – Виктор коротко улыбается. – У меня скоро урок, ты пойдёшь в школу? – обращается к Елене. - Да, – ей хочется плакать, и это отличный способ сменить фокус мыслей.       Поляков подаёт директрисе руку, они встают и уходят от озера. На лавке остаётся лежать красно-жёлтое яблоко. Физрук смотрит на него, и это кажется ему очень символичным. Крылова для него – запретный плод. Была, есть и будет. Остальное – на совести их двоих.       Елена и Виктор медленно и молча идут по аллее обратно в усадьбу. Поляков всю дорогу смотрит на жену и совершенно не понимает, что должен сделать для того, чтобы уберечь её. Блондинка же идёт так, будто они друг другу незнакомцы – скрестив на груди руки, глядя только перед собой. - Лен, – решает заговорить Виктор. - Ммм? – она поворачивается на него, очевидно, прервав внутренние размышления. - Я люблю тебя, – мужчина произносит это искренне и непринуждённо. - Правда? – Крылова останавливается и всматривается в карие глаза, ища честности или подвоха. - Угу, – Поляков кивает и мягко улыбается. – Я понял, что могу закатить миллион сцен ревности, развестись с тобой, сменить хоть сто женщин, но... – говорит сбивчиво и вдруг замедляется, – будем ли мы счастливы друг без друга? - То, что я совершила, – непростительно, – Лена тупит взгляд, её губы дрожат. - Я и с себя за это ответственности не снимаю, – теперь Виктор уже мудр и научен жизнью. – Мы не разговаривали о наших чувствах, мы только ругались, Лен. Надо быть друг к другу внимательнее. И любить так, будто завтра кого-то из нас – бамс! – и не станет.       Мужчина рад своей искренности, но эта палитра чувств подводит к горлу ком. - Ты, правда, меня прощаешь? – по женским щекам начинают катиться крупные слезинки. - Я без тебя не смогу, – Поляков понимает, что, конечно, сможет, но будет сильно жалеть в будущем об этом расставании.       Он обнимает рыдающую жену и целует её в светлую макушку. - Скоро звонок, я должен бежать, – Виктор бросает взгляд на часы.       Елена кивает, вытирая слёзы ладонями и отстраняясь. Мужчина пару секунд держит её ладонь в своей, а затем нехотя начинает отдаляться. - Виктор! – кричит в спину уходящему Полякову.       Он оборачивается. - Зайди за мной перед ужином, хорошо? Пойдём вместе. - Хорошо! – отвечает завуч и убегает в школу.       Урок проходит по привычному сценарию, но Виктору любопытно каждый раз выслушивать мнения и рассуждения разных ребят. Он даже ценит эту возможность проникнуть в души и головы подростков. Но каждый раз, когда приходит время чтения по очереди, Поляков не может слушать учеников, а думает только о том, что он делает не так, что уже в четвёртый раз оказывается здесь, в прошлом.       В мыслях мелькает – а вдруг он вернётся в будущее ни с чем. Оттого ещё сильнее ценит моменты, в которых они с Леной говорят. Честно. Искренне. Чего, к сожалению, почти никогда не делали раньше.       В этот раз он отпускает старшеклассников на десять минут раньше звонка и, как и обещал, идёт в комнату к директрисе, чтобы пойти вместе с ней на ужин. Тихонько приоткрывает дверь и видит, как Лена осматривает себя в зеркало. На ней то самое белое платье, в котором случились их первый поцелуй и первый секс. - Помешал? – он шепчет. - Ой! – Крылова вздрагивает и прикрывает объятую тонкой белой тканью платья грудь. – Урок уже закончился? - Я отпустил ребят пораньше, – мужчине чуть неловко от того, что он неожиданно ворвался. – Я думал, ты давно уже такое не носишь. - Да, – Елена шумно выдыхает и смеётся. – Но ты сегодня о нём напомнил, и я поняла, что оно где-то осталось. Вот, нашла. Даже влезла в него.       Женщина всё так же продолжает стоять, прикрыв рукой грудь. Виктор замечает стеснение, подходит и берёт её руки в свои. Отстраняется, осматривает, заставляет покружиться. - По-моему, ты нисколько за десять лет в фигуре не изменилась, – пытливо заглядывает в синие глаза. – Всё так же стройна и прекрасна. - Спасибо, – блондинка улыбается. – Но оно такое открытое везде, что я чувствую себя нагой, – Елена вновь прикрывается. – Я переоденусь, и пойдём на ужин.       Крылова разворачивается в сторону комода, но Поляков её останавливает. - Может, не пойдём, – произносит Виктор и сглатывает.       Ему вдруг захотелось повторить события давнего прошлого – Лена в этом платье вновь вскружила мужчине голову, как и десять лет назад.       Женщина видит в его глазах страсть, и ехидно улыбается: - А ты что, не голоден? - Мы с тобой и позже найдём, что поесть, разве нет? – он обнимает жену и оглаживает ладонями открытую спину.       Елена встаёт на носочки и впивается поцелуем в мужские губы, чуть стонет, прижимается. В этот раз она действительно знает свои сильные стороны и триггеры, возбуждающие Виктора. Он же ведётся на её чары, как мальчишка. Понимает – здесь и сейчас ему хорошо так, как не было ни с одной другой женщиной. Крылова – предательница, безусловно. Но вдруг она способна на верность?..       Поляков разрывает поцелуй, спешно скидывает с себя пиджак, сковывающий движения. Двумя пальцами спускает с белого женского плеча тонкую бретельку, отодвигает вниз мягкое бюстье без чашечки, оголяя напряжённый сосок. Прикасается к нему языком, чуть прикусывает, присасывается и отпускает. Он знает, что грудь – очень чувствительная эрогенная зона Лены. От этого и сам возбуждается сильнее. - Надо запереть дверь, – взгляд директрисы на мгновение проясняется.       Виктор разочарованно выдыхает, но отстраняется, берёт на комоде ключ и запирает комнату на замок. Когда поворачивается, его пробивает приятный шок. Блондинка встаёт на колени и показывает ему подойти ближе. Он, конечно, поддаётся. Женщина расстёгивает ремень его брюк, пуговицу, ширинку, спускает штаны. Проводит ладонью по напряжённому члену через ткань трусов, оглаживает яички. Поляков готов рычать от нетерпения, но играет по её правилам.       Наконец, она освобождает его от трусов, берёт в руку, водит вверх-вниз, облизывает, целует головку, берёт глубже. Виктор прикрывает глаза и глухо стонет, стараясь сдержать себя и не начать движения навстречу, чтобы проникнуть в глотку. Она сама переходит на горловой. - Лен... – Поляков её останавливает. – Ты божественна, но не так быстро.       Он тяжело дышит и улыбается. Подаёт жене руку и помогает подняться. Она принимается расстёгивать пуговицы на его рубашке. - Какая вы, Елена Сергеевна, идеалистка во всём, – он знает, как её возбуждают такие разговоры, потому повышает градус. – Настоящая директриса.       Блондинка вскидывает бровь и прикусывает губу. Расстегнув последнюю пуговицу внизу, легко касается большого напряжённого члена. - Мне так нравятся размеры вашего отчёта об успеваемости, Виктор Николаевич, – она плывёт, но играет.       Поляков резко разворачивает её к себе спиной, ставит на колени, заставляя грудью лечь на застеленную кровать. Опускается сам, оглаживает попу и бёдра, пару раз нежно шлёпает. Лена вздграгивает. Виктор спускает с неё мокрые белые трусики, прижимается членом, водит по влажным складочкам, дразнит, но не входит. Отсраняется, кладёт Лену на спину на кровать и сам встаёт на колени на её прежнее место. Оцеловывает внутреннюю сторону бёдер, приближается к вульве, касается губами, вылизывает, ускоряется и держит этот быстрый ритм движений языка. Крылова стонет, мечется, теребит руками его чёрные волосы, выгибается и ярко кончает. - Ну, с устным докладом всё, – Поляков обворожительно улыбается, – перейдём к документам.       Они снимают друг с друга остатки одежды, убирают с постели покрывало и приникают друг к другу. Директриса берёт на себя руководство, седлает бёдра мужа, направляет большой член в своё лоно и насаживается. Чуть ждёт, чтобы привыкнуть к наполненности, делает пару резких движений, чтобы ярче ощутить это проникновение до конца. Потом медленно поднимается и опускается несколько раз, следя за реакцией мужчины. Ускоряется, сама прикрывает глаза, ощущает приближение разрядки, но Виктор не даёт достигнуть пика, делает рокировку. - Я уже почти подписала все ваши бумаги, – взгляд Лены – опьянённый и разочарованный. - Хочу, чтобы мы синхронно поставили свои подписи, – Поляков помнит, как несколько раз в прошлом им удавалось кончить одновременно, и это было очень приятно.       Директриса ложится на спину, разводит ноги, над ней нависает завуч. Он припадает к её шее, груди, животу, спускается ниже, пару раз лижет и отстраняется. Вводит член в горячее лоно и сразу наращивает темп, толкается резко и глубоко. Лена начинает почти кричать, кончает. За ней тут же сдаётся Виктор. Они ложатся по разные стороны кровати и смакуют завершение этой страстной гонки. - Я не успел вытащить, – немного отдышавшись, произносит мужчина. - Всё в порядке, – блондинка поворачивается к Полякову и улыбается. – Я не боюсь материнства, я о нём мечтаю.       Женщина встаёт с постели и уходит в душ. Завуча же её тон настораживает – любые упоминания о детях приносят Елене боль, и это очень видно, хотя сама она нередко предпочитает скрыть душевные метания. А эти такой силы, что завуалировать их не получается.       Виктор решает пойти за ней, чтобы понять причину такого душевного раздрая жены. Заходит через минуту после того, как Лена выключает воду. Замечает, как она быстро засовывает в рот какую-то таблетку и убирает блистер в маленькую аптечку, лежающую в ящике тумбы под зеркалом. - Пост сдал, – она улыбается. - Пост принял, – директор делает вид, что ничего не видел.       Крылова выходит из ванной комнаты, Поляков включает для вида воду и открывает ящик, чтобы посмотреть, какую таблетку выпила женщина, но там тьма разных блистеров без коробок и аннотаций. - Чёрт! – выругивается шёпотом.       Мужчина жалеет, что не поймал Лену за руку. Но теперь поздно. Он принимает душ и выходит. - Я так проголодалась, – его сразу встречает томный женский голос. - Пойдём грабить склад и холодильники, – Виктор улыбается и начинает одеваться. - Давно не помню тебя таким горячим, – Лена прикусывает губу и подаёт мужу рубашку. - Понравилось? – он принимает вещь и проводит пальцами по её руке.       Блондинка положительно кивает и смущается, вспоминая то, что совсем недавно происходило в этой комнате. - Хмм, ты смущена? – Поляков подчёркивает её эмоцию. – В глубине души ты всё ещё та нежная Леночка. - Виктор Николаевич, не перегибайте, – она делает строгий вид и застёгивает последнюю пуговицу на розовой блузке. – Я всё-таки – директриса элитной школы. - Дааа, звучит действительно весомо, – мужчина кивает головой. – Жаль только, что люблю я не директрису, а Лену Крылову. Вы случайно её не видели, ммм?       Блондинка теряется, осознавая, что вся её броня – это стена между ними. - Видела, – шепчет Елена. – С десяток минут назад... в зеркале.       Виктор видит, как она мгновенно грустнеет, решает поддержать. - Лен, я шучу, не обижайся, – мужчина подходит к жене и заключает её в объятия. - Да нет, ты прав, – Крылова прижимается виском к его груди. - Я же ведь постоянно упрекала тебя тем, что у тебя в мыслях нет для меня места – одна работа. А сама... – женщина отстраняется и вглядывается в карие глаза под прямыми недлинными ресницами. – ...ставлю должность впереди имени. Я сама в своей голове для себя Елена Сергеевна. Не Лена. - Такое бывает, – Поляков мягко улыбается. – Главное – вовремя это понять.       Они идут на опустевшую кухню, зажигают единственную лампу над круглым столиком, начинают "инспекцию". Стараются греметь как можно тише, но каждый громкий шорох сопровождается сдавленным смехом. - Галина Васильевна сейчас придёт и огреет нас веником, – шепчет Елена. – Подумает, что завелись мыши.       Виктор смеётся, но тут же конфузится, когда на всю кухню раздаётся звон стекла. - Вина? – ловко выудив одну из лежащих в темноте в кладовой бутылок, спрашивает мужчина. - Обычно девушку пытаются споить до секса, чтобы он, собственно, случился, – Крылова широко улыбается и ехидно поднимает бровь. - Ты же уже не девушка, – играет завуч и тут же наталкивается на злой взгляд блондинки. - Слушай, мой возраст... – возражает Елена. - Я не о возрасте, – пресекает Виктор. – Мы же с тобой уже не просто встречаемся – мы женаты. Значит, ты мне жена. - И этот статус мне очень нравится, – директриса достаёт из холодильника фрукты и творожную запеканку, оставшуюся с ужина, ставит на стол. – Кушать подано!       Мужчина достаёт из шкафчика пару винных бокалов, наливает красное полусухое и садится рядом с женой. - Приятного аппетита, – желает ему. - Приятного, – Поляков улыбается.       Лена с аппетитом принимается за еду, а он отпивает глоток вина и ковыряет вилкой запеканку. Мысли хаотично пронзают сознание – Виктор понимает, что вряд ли сделал что-то такое, что может изменить судьбу Елены. Им здесь и сейчас вместе очень здорово, но в перспективе – увы. Он уже пытался просто остаться с ней. - Почему мы не поженились раньше? – завуч пробует "порыться" в их отношениях. - Едва ли этот вопрос ко мне, – Крылова пожимает плечами. – Это у тебя надо спросить. - Ты никогда не просила на тебе жениться, – Поляков щурится, вспоминая. - Можно было просто попросить? – она смеётся и отправляет в рот виноградину. - Ну да, – для него всё очевидно и беспроблемно. - Если ты сам не задумывался об этом, зачем? – Елена философствует. – Чтобы ты потом мне сказал, что я тебя на себе женила? - Ты хотела детей, но тоже молчала, – Виктор идёт на территорию её страхов. - Потому что ты не хотел, – Крылова начинает чаще дышать, волнуется. – Вернее, может, и хотел, но всегда – "не сейчас, много работы, мало времени". И постепенно я тоже стала считать такое отношение нормальным. Ну, пока не забеременела...       Поляков видит, как ей тяжело даётся эта тема, и отступает. - Знаешь, если бы у меня была возможность вернуться в прошлое – лет на пять назад, я бы обязательно уже тогда на тебе женился, – он накрывает её ладонь своей. – Прости меня, я был идиотом.       Лена прикусывает губу, делает вдох, чтобы не дать слезам волю. Отвечает довольно робко: - Да ничего. Все мы когда-нибудь совершаем или не совершаем то, о чём потом сожалеем. - Я думаю, что не торопился с женитьбой из-за того, что мне не пришлось тебя завоёвывать. Всё было сильно взаимно, и у меня не было цели присвоить, – Виктор находит ответ, и он оказывается таким простым, что ему самому удивительно. - Выходит, я – не неприступная крепость, – блондинка коротко улыбается и берёт в руку бокал. – Выпьем за..? - Будущее, – предлагает Поляков.       Женщина выгибает бровь – такой ответ она не предполагала. Но соглашается: - За будущее!       Раздаётся нерезкий звон соприкосновения бокалов. Они допивают вино, прибирают за собой и идут в учительское крыло. - Доброй ночи, – Елена останавливается возле двери в свою комнату. - Нееет, – по-детски произносит Виктор. – Без тебя она не будет доброй.       Он берёт её за руку и притягивает в объятия. Крылова прижимается к мужу, прикрывает глаза – ей всегда нравилось тискаться с ним в коридорах школы. Быть может, это обычное желание близости, а может – демонстрация её к нему принадлежности для других. - Хорошо, – директриса соглашается. – Только возьму вещи на завтра.       Они ложатся спать вместе снова. Поляков обнимает блондинку, но ему совершенно ясно – завтра он снова проснётся там, где всего этого не было.