Похититель молний: глава вторая

      Преподаватели, студенты, члены Ордена Феникса и гости Хогвартса быстро занимали свои места. Многим не терпелось продолжить чтение.       Карлус Поттер задумчиво наблюдал, как Большой зал снова заполняется людьми. Мысли мужчины были заняты молодым человеком, о жизни которого им предстояло прочитать.       Поначалу он даже не догадывался, кто такой этот Перси Джексон. Рассказы о шалостях мальчика его слегка насторожили и позабавили, но никак не удивили. По сравнению с тем, что вытворял Джеймс, это были лишь цветочки. И это ещё не говоря о проделках самого Карлуса.       Упоминание дислексии заставило его насторожиться и слушать более внимательно.       Всё новые и новые факты о Перси, словно фрагменты мозаики, постепенно складывались в целостную картину.       К концу главы дедушка Избранного уже не сомневался: главный герой этих книг такой же, как он.       Дория Поттер, разумеется, тоже смекнула, что к чему, хотя догадалась обо всём немного позже супруга.       Теперь же она кидала сочувственные взгляды то на мужа, то на книгу, лежащую на небольшом столике у стены.       Тем не менее Карлус и Дория совсем не спешили делиться своим открытием с окружающими. Они решили сохранить интригу.       — В целях экономии времени предлагаю подводить итоги прочитанного, допустим, в конце каждого читательского собрания, — предложила Амелия Боунс, когда все собрались.       Присутствующие переглянулись, на мгновение задумались, а затем кивнули.       — Думаю, вы правы, Амелия, — откашлявшись, проговорила директор Хогвартса.       — Пусть следующую главу читает мистер Гарри Поттер, — предложил Рик.       — А почему именно я?! — удивился Избранный.       — Вы главный герой книг о мире магии, — пояснил Риордан.       — Ну кто бы сомневался, — закатила глаза Пэнси.       — Надеюсь, там не будет слишком личных моментов? — смутился Гарри.       — Боишься, что кто-то узнает твои грязные секретики? — захихикала Паркинсон.       — Мне лишь немного неудобно, что кто-то читает книги о моей жизни, вот и всё, — холодно ответил герой магической Британии.       — Могу вас заверить, мистер Поттер: уж слишком личных моментов в книгах о вас нет, — успокоил парня предсказатель.       Гарри Поттер облегчённо вздохнул, взял в руки протянутую книгу, открыл её, нашёл нужное место и, откашлявшись, начал читать.       Глава вторая Три старые дамы вяжут носки смерти       — Вот это название! — засмеялись Фред и Джордж.       — Такие носки даже мне не нужны, — пошутил Альбус.       — Мам, пап, у вас всё нормально?! — обеспокоенно спросил Джеймс Поттер, заметив, как побледнели его родители.       — Да так, не бери в голову, — отмахнулся Карлус.       Джеймс кивнул, однако мысленно отметил, что стоит обо всём расспросить родителей, прежде чем все отправятся спать.       Я привык к разным происходящим время от времени странностям,       — Поверь, друг, я тоже! — улыбнулся Гарри.       но обычно они быстро проходили.       — И у меня тоже! — хмыкнул черноволосый.       Эта седьмая по счету круглосуточная галлюцинация оказалась мне не под силу.       — Седьмая, значит? — нахмурился Аластор.       — Регулярное переписывание памяти может отрицательно сказаться на психике, — неодобрительно покачала головой мадам Помфри.       — Особенно у детей, — согласилась с ней Минерва.       Оставшуюся часть школьного года мне казалось, что весь кампус меня разыгрывает.       — Бедняга! — сочувственно вздохнули подростки.       — Интересно, почему Джексону не переписали воспоминания? — задумался Руфус Скримджер. — Ведь так было бы гораздо проще.       — Может, на нём это не работает? — предположила Тонкс.       — Возможно, — кивнул мракоборец.       — Надеюсь, Перси когда-нибудь узнает правду? — спросила Лаванда. В голосе девушки звучала надежда.       — Разумеется, узнает, — фыркнула Гермиона. — Не зря же мы читаем книги о том мире, от его лица.       — Логично, — хмыкнула Парвати, заметив при этом ревнивый взгляд подруги, брошенный на Грейнджер и сидящего рядом Рона.       Ученики вели себя так, будто были на все сто уверены, что миссис Кэрр — бойкая и самоуверенная блондинка, которую я впервые в жизни увидел, когда она садилась в наш автобус после экскурсии, — была нашей математичкой с самого Рождества.       — Какая филигранная работа с памятью! — с ноткой восхищения протянула Амелия Боунс.       — Только вот где они взяли другую учительницу? — не поняла Тонкс.       — Возможно, это и была их учительница. Думаю, Доддз просто заняла её место, а теперь вот всё вернулось на круги своя, — пожал плечами Кингсли.       Всякий раз, когда я закидывал удочку насчет миссис Доддз, просто чтобы посмотреть, смогу ли я кого-нибудь расколоть,       — Срабатывало? — спросил Дин.       — Не думаю, Дин, — покачал головой Римус. А заметив на себе вопрошающие взгляды Дина и ещё пары учеников, пояснил: — Им же всем переписали память.       — Ой, точно! — хлопнул себя по лбу Томас.       На меня глядели как на психа.       — Об этом я и говорил, — усмехнулся мужчина.       — Лунатик, как всегда, прав! — устало закатили глаза Джеймс и Сириус.       В результате я почти поверил им — миссис Доддз никогда не существовала.       — Ну нет! — запротестовали Гарри и Рон.       — Как-то быстро он смирился, — нахмурился Невилл.       — В такой ситуации трудно не усомниться в своём здравомыслии, — покачал головой Римус.       — Так и по-настоящему свихнуться можно, — согласился с другом Джеймс.       Почти поверил.       — Ну, хотя бы так! — облегчённо вздохнули Поттер и Уизли.       Но Гроувер не смог бы меня одурачить.       — Настолько его недооценивает? — удивился Симус.       — Скорее, слишком хорошо его знает, — улыбнулся Гарри.       Когда я назвал ему имя Доддз, он немного растерялся, но потом решительно заявил, что такой не существует.       — Актёр! — фыркнул Грюм.       Но я-то знал, что он врет.       — А юный Перси весьма проницателен, — заметил Альбус, весело блеснув очками-половинками.       Что-то происходило.       — Определённо, Персик! — усмехнулись Фред и Джордж.       Что-то случилось в музее.       — Это ещё мягко сказано, — переглянулись студенты.       Днем мне некогда было об этом думать,       — Почему это? — не понял Рон.       — Занятия никто не отменял, мистер Уизли, — строго глянула на него Минерва.       но по ночам образы миссис Доддз с когтями и кожистыми крыльями заставляли меня просыпаться в холодном поту.       — Бедный ребёнок! — сочувственно вздохнула Дория.       — Ему бы сходить в медпункт, — нахмурилась мадам Помфри.       — И как маггловские врачи избавят его от кошмаров? — не понял Драко.       — Могут дать снотворное, к примеру, — ответила Гермиона.       Погода продолжала чудить, что не могло положительно повлиять на мое настроение.       — Я вот тоже не люблю плохую погоду, — поморщилась Дафна.       — Ну а кто её любит-то? — хмыкнула Трейси.       Как-то ночью ураган выбил стекла в моей комнате.       Карлус нахмурился.       — Его не задело осколками?— забеспокоились женщины.       — Не переживайте, не задело, — успокоил их Рик.       Через несколько дней самый крупный торнадо, когда-либо замеченный в долине Гудзона, возник всего в пятидесяти милях от Йэнси.       — У меня одного такое ощущение, как будто сама природа хочет его убить? — почесав затылок, спросил Сириус.       — Не у тебя одного, Блэк, — к всеобщему удивлению, согласился с ним Северус.       Карлус хмурился всё сильнее. Похоже, он понял, какого бога разгневал юный Перси. Но как? Что сделал этот невинный ребёнок, чтобы сам владыка Олимпа возжелал его смерти? Ведь, судя по всему, мальчик даже не подозревает, кем является.       Он вспомнил название книги, и его осенило: кто-то украл молнии, и в этом обвиняют Перси? Если это так, то у парня большие проблемы.       К тому же у Карлуса начала складываться теория относительно мистера Браннера и Гроувера. Но в ней он пока ещё сомневался.       Одно из текущих событий, которое мы обсуждали на занятиях по социологии,       — А что это за предмет? — спросила Дафна.       — Ну, если вкратце, — начала Гермиона, — на этих занятиях дети изучают общество, учатся вести себя в обществе и всё тому подобное.       — Нашим бы ученикам такие занятия, — закатил глаза Северус.       — А ведь это хорошая идея! — обрадовалась Лили. — Маглорождённые будут знать, как вести себя в магическом мире, а чистокровные — наоборот.       — Мы подумаем над этим, — кивнула директор Хогвартса.       —"Как общаться с грязнокровками? Пытать и убивать, конечно!" — подумали некоторые ученики Слизерина, но не решились озвучить свои мысли.       было необычайно большое количество небольших самолетов, сбитых в этом году внезапными шквалистыми ветрами над Атлантикой.       — Дорогой, ты знаешь, что там происходит? — шёпотом спросила Дория.       — Думаю, да, — так же тихо ответил Карлус и вздохнул. — Надеюсь, я ошибаюсь.       — И?       — Похоже, повелитель Олимпа и владыка морей поссорились. Опять. Предположительно из-за того, что кто-то украл молнии.       — И в этом обвиняют Перси?!       — Скорее всего.       — Но это же бред!       — Ну, повелитель богов тот ещё параноик.       — Но ведь мальчик даже не знает, кто он!       — Поверь, его это не волнует.       — А Перси может оказаться сыном одного из поссорившихся богов?       — Нет, вряд ли. Большая Тройка заключила договор, согласно которому им нельзя заводить детей от смертных.       — Почему?       — Узнаешь из книг, — подмигнул полубог своей супруге.       Почти все время я пребывал в раздражении и заводился с пол-оборота.       — Нервы шалят, — хмыкнули мародёры.       — Об этом я и говорила, — тяжело вздохнула школьный целитель.       Оценки мои покатились под гору.       — Это как? — спросил кто-то из младших курсов.       — Ухудшились, — пояснила Гермиона.       Я все чаще ввязывался в перебранки с Нэнси Бобофит и ее подружками.       — Когда же она от него отстанет? — устало прикрыли глаза подростки.       — Мне кажется, иногда он и сам первый начинает, — покачал головой Римус.       Почти на каждом уроке меня выставляли в коридор.       — Почему я не удивлён? — закатил глаза Снейп.       — Гиперактивность — не просто красивые слова, — напомнила мадам Помфри.       Наконец, когда наш учитель английского мистер Николл в тысячный раз спросил, отчего я так ленюсь и не желаю выучить тесты по правописанию,       И нынешние, и бывшие преподаватели Хогвартса одарили студентов выразительными взглядами, вгоняя особенно неграмотных в краску.       я ему нагрубил.       — Я, конечно, всё понимаю, но, мне кажется, надо хотя бы постараться быть немного сдержаннее, — проговорила Августа Долгопупс, строго глянув на книгу в руках Избранного.       Назвал его старым, выжившим из ума пропойцей.       Близнецы Уизли присвистнули.       Августа неодобрительно покачала головой.       — Перси! — укоризненно протянули Дория, Молли, Лили и Андромеда.       Я даже не был уверен, что это значит, но звучало не слабо.       — Это уж точно! — смеялись студенты.       На следующей неделе директор послал маме письмо, официально уведомляющее, что на будущий год мне придется распрощаться с Йэнси.       Смех мгновенно стих.       В Большом зале повисла тишина.       — Этого следовало ожидать, — качнул головой Карлус.       — Ну вот, его исключили, — грустно вздохнула Дория.       — Не грусти, мам, уверен, ему найдут другую школу, получше этой, — успокаивал свою маму Джеймс Поттер.       Отлично, твердил я про себя. Просто отлично.       — А я вот не знаю, что и думать, — почесал затылок Гарри, — с одной стороны он сам виноват, а с другой его диагноз и всё из него вытекающее.       — Как говорится, что ни делается, всё к лучшему, — с ноткой грусти улыбнулась сыну Лили.       Мне ужасно хотелось домой.       — Как я его понимаю! — вздохнула Гермиона.       Мне хотелось жить вместе с мамой в нашей квартирке в Верхнем Ист-Сайде, даже если придется ходить в бесплатную среднюю школу, ладить с моим препротивным отчимом и наблюдать, как он все вечера напролет режется в свой идиотский покер.       — Да уж, так себе перспектива, — поморщились студенты.       И все же… в Йэнси было что-то такое, о чем потом я буду скучать.       — Как можно скучать по такой школе? — не понимал Рон.       — К любому месту можно привязаться, — вздохнул Гарри, вспоминая Тисовую улицу.       Леса, вид на них открывался из окна моей комнаты, Гудзон вдалеке, запах сосен.       — Красиво, — мечтательно улыбнулась Полумна.       Я буду скучать по Гроуверу, который был хорошим другом, пусть даже немного странным.       — Как это мило! — растрогалась Джинни, смахнув подступившие слёзы.       — Надеюсь, они продолжат общаться, — вздохнула Гермиона.       — Конечно продолжат, — улыбнулся Гарри. — Иначе и быть не может.       Я беспокоился, как он переживет следующий год без меня.       — Ну как-то же жил до твоего появления? — хмыкнул Драко.       — Не будь букой, Драко, — хихикнула Астория.       И по урокам латыни я тоже буду скучать       — По таким урокам кто угодно будет скучать, — хмыкнул Рон.       — мне будет недоставать глупых турниров мистера Браннера       — Почему это «глупых»?! — возмутились гриффиндорцы, но им никто не ответил.       и его веры в то, что я могу выиграть.       — Ну, видимо, у мистера Браннера есть причины в тебя верить, — пожал плечами Римус.       По мере того как приближалась экзаменационная сессия, я готовился только к тесту по латыни.       — Похоже, он всерьёз воспринял слова Браннера, — удивился Билл.       — Не хочет подводить любимого учителя, — пожал плечами Чарли.       — Хотя полностью забивать на другие экзамены явно не стоит, — покачала головой Минерва.       Я не забыл, что сказал мне мистер Браннер: этот предмет будет для меня вопросом жизни и смерти.       — Не знаю, как для Перси, но для нас латынь жизненно необходима, — улыбнулся Невилл.       — Что за бред, это же просто язык, — фыркнул Гойл, вызвав общий фейспалм.       — Идиот! — закатили глаза Дафна и Трейси.       Сам не пойму почему, но я начал ему верить.       Гарри почувствовал дежавю. Он вспомнил, как ловил себя на тех же мыслях после того, как Хагрид спас его от Дурслей.       Вечером накануне последнего испытания я впал в такое отчаяние, что швырнул «Кембриджское руководство по греческой мифологии» в дверь своей комнаты в общежитии.       — Бедняга! — посочувствовали студенты Хогвартса.       — Не представляю, как ему трудно, — вздохнула Лили.       — Со временем это пройдёт, — мягко произнёс Карлус, склонившись к уху погрустневшей Дории.       На губах женщины появилась улыбка.       Слова плыли и кружились у меня перед глазами,       Гермиона погрустнела. Вдруг в памяти всплыли далёкие четыре года, проведённые в магловской начальной школе.       Тогда у неё совсем не было друзей — никто не желал дружить с заучкой и занудой, какой она тогда была. Единственным утешением являлись книги.       Новоиспечённой старосте школы становилось грустно при мысли о том, что кто-то может быть лишён способности читать.       Столько лет она жила рядом с матерью, страдающей дислексией, но всё равно не могла до конца смириться с тем, что в мире существуют подобные заболевания.       буквы выделывали «восьмерки», будто катались на скейтборде.       — «Катались на скейтборде», — удивлённо повторил Карлус, после чего, к удивлению окружающих, запрокинул голову и захохотал.       — Карлус! — шикнула на него Дория.       — Простите, — смутившись, пробормотал отец Джеймса.       — А что такое скейтборд? — спросил Эрни.       — Я тебе потом объясню, — пообещал ему Джастин.       Я ну никак не мог запомнить разницы между Хироном и Хароном       — А в чём разница? — спросил Дин.       — Хирон — это кентавр и наставник героев, а Харон — проводник в царство мёртвых, — — пояснил Римус.       или между Полидектом и Полидевком.       — Полидект — это враг Персея, а Полидевк — благородный герой, вознесённый на небеса. — объяснял оборотень.       Что уж там говорить про спряжение всех этих латинских глаголов.       — Полностью согласны, — закивали собравшиеся, вспоминая, как сами учили всё это.       — Кстати, а почему все заклинания произносятся на латыни? — спросил первокурсник из Гриффиндора.       — Могу ответить на ваш вопрос, — подал голос до этого молчавший Рик. — Дело в том, что госпожа Магия, также известна как Геката... Да, та самая из древнегреческих мифов. Вся магия является частью её самой. Сама она говорит на латыни и древнегреческом. Именно поэтому все заклинания — на латыни, то есть на одном из основных языков своей покровительницы.       — Если так, почему тогда заклинания не на древнегреческом? — спросил всё тот же первокурсник, на что предсказатель пожал плечами.       Я расхаживал по комнате с таким чувством, словно под рубашкой у меня по телу ползают муравьи.       — Что это с ним? — удивился Рон.       — Нервы, — пожал плечами Билл.       — Не стоит так загоняться из-за экзаменов, — покачала головой школьная медсестра.       Я вспомнил серьезное выражение лица мистера Браннера,       — Как-то он слишком серьёзно воспринял слова Браннера, — нахмурились взрослые.       его глаза, которым, казалось, уже тысяча лет.       — Совсем как у Альбуса, — буркнул Аберфорт.       «Испытание пройдут только лучшие, Перси Джексон».       — Да что за испытание такое? — непонимающе переглядывались студенты.       — Может, мистер Браннер и в самом деле так завуалированно назвал взрослую жизнь?— вспомнил слова своего деда Гарри.       — Или, может, он имел в виду экзамен по своему предмету? — задумалась Гермиона.       — «Боюсь, всё намного хуже», — вздохнув, подумал Карлус.       Набрав полную грудь воздуха, я подобрал с пола книжку по мифологии.       — Правильно, незачем так быстро сдаваться! — одобрительно загомонили члены Отряда Дамблдора.       До этого я никогда не просил учителей помочь мне.       — Это зря, — покачал головой Римус.       — Учителя могут помочь советом, — согласно кивнул Джеймс.       — Если, конечно, толковый учитель попадётся, — закатила глаза Лили.             Может, мне поговорить с мистером Браннером?       — Конечно, поговори, — закивали взрослые.       — Может, сказать им, что они с книгой разговаривают? — шёпотом спросил Рон.       — Не надо, — махнул рукой Гарри.       Он задал бы мне какие-нибудь наводящие вопросы, на что-нибудь намекнул.       — Хорошая идея, — одобрительно закивали студенты и некоторые взрослые.       Так я хоть как-то заглажу вину за тот большой жирный «неуд», который получу на его экзамене.       — Ох, Перси, — растрогалась Дория.       Мне не хотелось покидать Йэнси с мыслью, будто он решил, что я не постарался выучить его предмет.       — Вот и молодец, — заулыбались Минерва, Дория, Лили, Молли и Андромеда.       Я спустился вниз, туда, где помещались кабинеты преподавателей.       — Не следовало бы ему ходить в одиночку, — качнул головой Карлус.       — Думаешь, нападение может повториться? — нахмурился Джеймс.       — На всякий случай, — пояснил полубог.       В большинстве помещений лампы уже не горели, было пусто,       — Это плохо, — поморщился Грюм.       — Почему же? — удивилась Нимфадора. — Если на Перси нападут, а рядом никого не будет, будет меньше ненужных жертв. разве не так?       — Теряешь хватку, Тонкс, — пророкотал Грозный Глаз. — Очевидно, что неспроста та тварь искала повод остаться с Джексоном наедине. Отсюда следует, что вряд ли тем, кто послал тварь, нужно лишнее внимание.       — Пожалуй, ты прав, — задумчиво сказала Тонкс, принявшись обдумывать слова наставника.       но дверь кабинета мистера Браннера стояла приоткрытой, и полоска света падала в коридор.       — Хорошо, что он у себя, — облегчённо вздохнула Лили.       Я был уже в трех шагах от кабинета, когда услышал доносившиеся изнутри голоса.       — Похоже, мистер Браннер занят, — расстроились ребята.       — Да ладно вам, — закатил глаза Драко, — освободится он когда-нибудь.       Мистер Браннер кого-то о чем-то спросил. Голос, явно принадлежавший Гроуверу, ответил: «…беспокоился насчет Перси, сэр».       Я замер.       — Так, так, это уже интересно, — переглянулись близнецы Уизли.       — Я же говорил, что эти двое заодно, — проскрипел Грюм.       — Подслушивать некрасиво, — поджала губы Августа.       — Скажите это Гарри, — прыснули Гермиона и Джинни.       Обычно я не подслушиваю,       — Но сейчас подслушает, — ухмыльнулся Сириус.       но попробуйте устоять, когда твой лучший друг говорит о тебе со взрослым.       — Или родители лучшего друга, — хмыкнул Гарри, глянув на мистера и миссис Уизли.       — Ох, Гарри, милый, не стоило тебе тогда нас слушать, — с сожалением протянула Молли.       — Надо уметь держать себя в руках, — Лили строго посмотрела на сына.       Я подошел чуточку ближе.       Августа, Дория, Лили и Молли неодобрительно взглянули на книгу в руках Избранного.       Гарри поёжился.       — …один этим летом, — говорил Гроувер. — Я имею в виду, единственный полукровка в школе!       — Может, нам всё-таки объяснят, что это за полукровки такие? — недовольно спросили Гарри и Невилл.       — Ещё рано, — усмехнулся Рик, вызвал общий стон.       Теперь, когда мы в этом уверены и они тоже это знают…       — Кто это «они»?! — испугались Лаванда и Парвати.       — Враги, кто же ещё, — устало прикрыл глаза Римус.       — Мы только все испортим, если будем подталкивать его, — ответил мистер Браннер.        Карлус еле заметно кивнул.       — Нам нужно, чтобы мальчик созрел.       — Звучит так, как будто они сожрать его собираются, — усмехнулись Фред и Джордж.       — Но у него может не оказаться времени. Летнее солнцестояние — это черта…       — Что же там происходит? — нахмурилась Лили.       — И как это связано с Перси? — недоумевал Джеймс.       — Мы должны решиться сами, без него, Гроувер. Пусть наслаждается своим неведением, пока может.       — Правильно, — кивнула Молли. — Пусть со всем разбираются взрослые.       — А как же Гроувер? — с усмешкой спросил Сириус.       — Ему тоже лучше держаться подальше от всего этого, — решительно отрезала миссис Уизли.       — Сэр, он видел ее…       — Он же про фурию? — спросил Симус.       — Нет, блин, про тебя! — не сдержавшись, воскликнул Драко.       — Драко Малфой, веди себя прилично! — шикнула на него Нарцисса.       — Прости, мам, — смутился слизеринец.       — Значит, всё произошло на самом деле, — заключил Тео Нотт.       — Пусть думает, что у него разыгралось воображение, — стоял на своем мистер Браннер.       — Не нравится мне это, — нахмурился Гарри, сжав книгу.       — Это безответственно, — возмутилась Гермиона. — Он должен знать правду.       — Замалчивать необычное — самый верный способ породить страх, — задумчиво сказал Ремус.       — Слишком знакомо, правда? — хмыкнул Сириус, глядя на Гарри. — Как у Дурслей?       — Как тем летом перед пятым курсом, — поморщился Избранный.       Члены Ордена Феникса, дети семейства Уизли и Гермиона смущённо опустили головы.       — Туман, насланный на учеников и преподавателей, убедит его.       — Получается, это всё таки они переписали всем память, — хмыкнул Кингсли.       — «Туман»? — не понял Симус.       — Скорее всего, это то, с помощью чего переписали память всей школе, — пояснила Тонкс.       — Сэр, я… я не могу снова пренебречь своими обязанностями. — Гроувер задыхался от волнения. — Вы знаете, что это может означать.       — Всё больше вопросов, и ни намёка на ответы, — застонали Гарри и Рон.       — А этот Гроувер явно не так прост, как кажется, — задумалась Дафна.       — Ты ничем не пренебрегал, Гроувер, — мягко сказал мистер Браннер.       Гарри улыбнулся. Мистер Браннер очень напомнил ему Римуса.       — Я бы, так или иначе, разглядел, кто она такая.       — Не шибко он в этом преуспел! — возмутились взрослые.       — Не стоит его обвинять, — мягко заметил Рик. — Фурии издавна славятся своей способностью к маскировке.       Теперь позаботимся о том, чтобы Перси дожил до следующей осени…       — В каком это смысле «дожил»?! — испуганно спросили волшебники.       — В самом прямом, — вздохнул Рик.       Учебник по мифологии выпал у меня из рук и тяжело шмякнулся об пол.       — Даже не представляю, что сейчас творится у него в голове, — прошептала Гермиона, покрепче прижавшись к Рону.       — Ну конечно, — покачал головой всё ещё удивлённый Невилл, — услышать такое... да ещё и из уст любимого учителя и лучшего друга.       Мистер Браннер замолчал.       — Его обнаружили, — выдохнула Дафна.       — Надо сваливать, — заметил Блейз Забини.       — А мне кажется, лучше остаться и спросить обо всём напрямую, — возразила ему Джинни.       — И ты думаешь, это сработает? — недоверчиво спросил слизеринец.       — Ну, стоит хотя бы попытаться, — пожала плечами седьмая Уизли.       Сердце бухало в груди. Подобрав книгу, я попятился назад по коридору.       — Его можно понять, — хмыкнул Гарри, вспомнив свои чувства, когда узнал, что Сириус предал его родителей. И хотя в итоге оказалось, что это неправда, парень отчётливо помнил, что тогда чувствовал.       — Думаете, всё-таки сбежит? — немного расстроенно спросила Джинни.       — Думаю, да, — вздохнула Гермиона.       — Если, конечно, его не поймают, — фыркнул Драко.       За освещенной стеклянной дверью кабинета мистера Браннера скользнула тень, куда более высокая, чем мой прикованный к инвалидному креслу учитель,       — А это ещё кто? — нахмурился Рон.       — Гроувер? — предположила Джинни.       — Вряд ли, — покачал головой Гарри. — Ведь будь это он, Перси бы узнал его.       — Значит, кроме Браннера и Гроувера, там ещё кто-то, — заключила Гермиона.       и державшая в руках нечто, подозрительно напоминавшее лук.       — «Лук»?! — испугались Лаванда и Парвати.       — Думаю, Перси просто показалось, — успокоил их Римус. — Скорее всего, это была вешалка или что-то вроде этого.       — А прикиньте, если это реально «лук»! — усмехнулся Фред.       — Если это так, то с таким учителем лучше не спорить, — засмеялся Джордж.       Открыв ближайшую дверь, я шмыгнул внутрь.       — Зря это он, — покачала головой Дория.       — Лучше уж самому во всём сознаться, — согласилась с ней Лили.       — А я думаю, он всё сделал правильно, — пожал плечами Джеймс.       Через несколько секунд я услышал характерный звук, будто кто-то топал по полу деревянными башмаками,       — Вот это вкусы у нашего Гроувера, — хмыкнула Джинни.       — Думаешь, это он? — с сомнением спросила Лаванда.       — Ну уж точно не Браннер, — раздражённо фыркнула рыжая.       — А мне кажется, там всё-таки кто-то третий, — вставила Лавгуд.       — Поживём — увидим, — пожал плечами Невилл.       затем дыхание, словно какое-то животное принюхивалось к двери, за которой я прятался.       — Похоже, у того третьего есть собака, — заметил Кингсли.       Карлус удовлетворённо кивнул.       Его теория насчёт Браннера становилась всё более убедительной.       Чей-то крупный темный силуэт помедлил перед стеклянной дверью, затем прошел мимо.       — Пронесло! — облегчённо вздохнули подростки.       Пот капельками стекал у меня по шее.       Где-то в коридоре раздался голос мистера Браннера.       — Никого, — пробормотал он.        — Удивлён, что его не поймали, — покачал головой Кингсли.       — Теперь главное — не спалиться, — пробормотал Сириус.       — И как можно быстрее вернуться в спальню, — кивнула Лили.       — Нервы у меня совсем сдали после зимнего солнцестояния.       — У меня тоже, — ответил Гроувер. — Но могу поклясться…       — О нет, с нервами у вас всё в порядке, — усмехнулась Трейси.       — Это просто Джексон шляется, где не следует, — закатил глаза Тео.       — Возвращайся к себе, — велел мистер Браннер. — Завтра тебе предстоит долгий и трудный день.       — Это он, наверное, про экзамены? — спросила Гермиона.       — Скорее всего, — пожал плечами Рон.       — Лучше не напоминайте.       — Это точно! — застонали пятикурсники и семикурники со всех четырёх факультетов.       Свет в кабинете мистера Браннера погас.       — В таком случае следует просто подождать, когда они уйдут, — посоветовал Римус.       Мне показалось, что я прождал в темноте целую вечность.       — Когда чего-то ждёшь — всегда так кажется, — улыбнулся Альбус.       Наконец я выскользнул в коридор и вернулся к себе.       — Правильное решение, — кивнули взрослые.       Гроувер лежал на своей кровати и штудировал конспекты по латыни так, будто и не вставал.       — Его актёрскому таланту можно только позавидовать, — хмыкнул Руфус.       — Прости, Гарри! — вздохнули Гермиона и Рон, вспомнив свои письма, отправленные летом перед пятым курсом.       — Всё нормально, я больше не сержусь на вас, — улыбнулся Поттер.       — Привет, — сказал он, глядя на меня затуманенным взором. — Готов к тесту?       — Сомневаюсь, что после услышанного Перси вообще будут волновать экзамены, — хмыкнул Билл.       Я ничего не ответил.       — Похоже, он обиделся, — заметила Дафна.       — На его месте любой бы обиделся, — скрестила руки на груди Гермиона.       — Выглядишь ужасно.        — Только настоящий друг может сказать такое, — весело хмыкнул Гарри, переглянувшись с друзьями.       — И не получить в ответ обиды и упрёки, — прыснула Герми.       — Он нахмурился. — Все в порядке?       — Нет, ничего не в порядке, — фыркнула Гермиона.       — Просто… устал.       — Почему бы им просто не поговорить? — устало спросила Лили.       — Вряд ли Гроувер что-то расскажет, — покачал головой Римус.       — А Перси вряд ли станет давить на лучшего друга, — согласился с ним Джеймс.       Я отвернулся, чтобы он не видел выражения моего лица,       — Жалко его, — вздохнула Джинни.       — Перси или Гроувера? — не понял Рон.       — Обоих, — ответила младшая Уизли.       и стал готовиться ко сну.       — Вот и славно, — грустно улыбнулась Дория. — Утро вечера мудренее.       Из того, что слышал внизу, я ничего не понял.       — Как и мы, — вздохнул Гарри.       Хотелось бы верить, что все это я просто себе навоображал.       — Если бы... — немного грустно улыбнулся Риордан.       Но одно было ясно наверняка: Гроувер и мистер Браннер говорили обо мне у меня за спиной.       — Это так некрасиво, — нахмурилась Гермиона.       — И довольно низко, — холодным тоном произнесла Дафна.       — Но это же делается во благо самого Перси, — возразила Молли.       — Во благо, конечно... — фыркнул Гарри, скрестив руки на груди. — Только вот никто не подумал спросить у самого Перси, нужно ли ему такое «благо».       Они думали, что мне угрожает какая-то опасность.       — Почему же «думали»? — хмыкнул Карлус. — Вернее будет сказать «знали».       На следующий день, когда я выходил из класса после трехчасового экзамена по латыни       — «Трёхчасового»?! — шокировано воскликнули студенты и некоторые взрослые.       — Хорошо, что наши экзамены длятся максимум час, — радовался Рон под недовольными взглядами матери, возлюбленной и младшей сестры.       и перед глазами у меня кружились все греческие и римские имена,       — Жиза, — смеялись подростки, вспоминая экзамены по истории магии.       которые я переврал,       — Думаю, все мы так делали, — хихикнула Парвати.       мистер Браннер окликнул меня.       — Ну что опять? — немного раздражённо спросила Дафна, отчасти злясь на то, что Перси не говорят правду.       — Ты чего это, Гринграсс? — поморщилась Пэнси. — Не влюбилась часом?       Дафна, Трейси и Астория смерили Паркинсон таким взглядом, что даже Гарри, сидящий достаточно далеко от них, почувствовал, как по спине поползли мурашки.       — Думаете, он понял, что Перси слышал тот разговор? — тем временем спросила Джинни.       — Всё возможно, — нахмурился Римус.       На мгновение я испугался:       — Его можно понять, — хмыкнул Гарри.       неужели он узнал, что вчера вечером я подслушал его разговор с Гроувером?       — Думаю, всё же нет, — задумчиво сказал Римус.       Но дело было не в этом.       — Лунатик, как всегда, прав, — кажется, уже в тысячный раз закатили глаза Джеймс и Сириус.       — Перси, — произнес мистер Браннер, — не расстраивайся, что приходится покидать Йэнси.       — Просто решил приободрить, — улыбнулась Лили с явным облегчением.       — Он и в самом деле хороший учитель, — улыбнулась Минерва.       Это… это к лучшему.       — Что?! — в шоке вскричали подростки, не веря своим ушам.       — Вот вам и любимый учитель, — фыркнул Драко.       — Ну вот, а он мне так нравился... — расстроилась Джинни.       — Не спешите с выводами, — покачала головой Дория.       — Ведь, может, мистер Браннер просто неправильно выразил свою мысль, — согласилась с ней Лили.       — И что же, по вашему мнению, он хотел сказать на самом деле? — спросил Малфой.       — Видимо, что Перси теперь смогут найти другую школу, гораздо лучше этой, — пожала плечами мать избранного.       Он говорил мягко, участливо, и все же его слова встревожили меня.       — Ну конечно, — хмыкнула Гермиона, — услышать такое... да ещё и от любимого учителя...       И хотя он сказал это вполголоса,       — Его все услышали, — закатил глаза Гарри.       остальные ребята, заканчивавшие тест, могли его услышать.       — Думаете, Браннер это специально сделал? — спросила Джинни.       — Вряд ли, — покачал головой Билл.       Нэнси Бобофит одарила меня ухмылкой       — Да пошла она!       — Джинни!       — Простите!       и язвительно скривила губы, изображая воздушный поцелуй.       Студенты с преувеличенной драматичностью изображали, будто их вот-вот стошнит.       Взрослые устало качали головами.       — О'кей, сэр, — пробормотал я.       — Представляю, что он сейчас чувствует, — загрустила Гермиона.       — Не расстраивайся, Герм, — улыбнулся Рон, приобняв её за плечи.       — Я хочу сказать… — Мистер Браннер раскачивал свою коляску взад-вперед, словно не был уверен, как продолжить.        — Волнуется, — заметил Кингсли.       — Это неподходящее место для тебя. Дело было только во времени.       — Как-то двусмысленно прозвучало, — почесал затылок Гарри.       У меня защипало в глазах.       — Бедняга, — прошептали Гермиона и Джинни.       Мой любимый учитель перед всем классом говорит, что я и не мог справиться.       — Ох, Перси, мистер Браннер не это имел в виду, — грустно улыбнулась Дория.       Перед этим он целый год твердил, что верит в меня,       — И это была чистая правда, — улыбнулся Рик.       и вот теперь говорит, будто я достоин того, чтобы меня выгнали.       — Он не это имел в виду, — повторила Лили вслед за свекровью.       — Конечно, — ответил я, весь дрожа.       — Никогда не стоит делать поспешных выводов, — с улыбкой покачал головой Карлус.       — Нет, нет, — сказал мистер Браннер, — я все перепутал. Я пытаюсь сказать, что… ты не обычный мальчик, Перси. Это не имеет никакого отношения…       — Лучше бы заранее сформулировал свои мысли, — нахмурилась Андромеда.       — Не пришлось бы так расстраивать ребёнка, — согласилась с ней Молли.       — Думаю, он просто сам на взводе, — возразила Дория, сочувственно глядя на книгу.       — Спасибо, — выпалил я. — Большое вам спасибо, сэр, что напомнили.       Взрослые на это лишь покачали головами. Мнение студентов же разделилось: кто-то защищал Браннера, кто-то — осуждал.       — Перси…       — Не удивлюсь, если он сбежит, — усмехнулся Фред.       Но я уже убежал.       — Я же сказал, — хмыкнул Фред.       — Слушай, пап, а в нашем роду случайно не было предсказателей? — спросил вдруг Рон.       — Твоя прабабушка вроде имела небольшой талант к этому, — нахмурился Артур, припоминая. — А что?       — Просто, по-моему, Фред унаследовал её дар, — хмыкнул шестой Уизли.       — Надо проверить, — задумчиво сказала Молли, бросив взгляд на близнецов.       В последний день семестра я запихнул свою одежду в чемодан.       — Нам всю его жизнь будут расписывать? — недовольно спросила Пэнси.       — Только важные для сюжета места, — ответил ей Рик, снова неосознанно повторив за Джоан.       — Если тебе не интересно — не слушай, — закатила глаза Гермиона.       — Тебя забыла спросить, — буркнула Паркинсон, но всё же осталась.       — Всё же ей интересно, — шепнула Трейси на ухо Дафне.       Остальные ребята доводили меня, обсуждая свои планы на каникулы.       — С его нервами явно нужно что-то делать, — нахмурилась мадам Помфри.       — Успокоительное выпить, к примеру, — кивнула Лили.       — Ну или к психологу сходить, — пожала плечами Гермиона.       — «Есть другое, более действенное средство», — ухмыльнувшись, подумал Карлус.       Один собирался автостопом добраться до Швейцарии. Другие отплывали в месячный круиз по Карибам.       — Неплохо! — протянули Дин и Симус.       — Мне кажется, или Перси немного им завидует? — неуверенно спросила Ханна.       — Зависть — плохая штука, — покачал головой Эрни.       — Но если в меру завидовать, то ничего в этом плохого нет, — хмыкнула Сьюзан.       Как и я, они были малолетние преступники,       — Ну это ты загнул, Перси, — хмыкнул Риордан.       — Уверен, и среди них есть нормальные люди, — пожал плечами Билл.       — Например, Гроувер, — согласился Чарли.       но богатые малолетние преступники.       — «Эти такие же», — неприязненно думал Грюм, сверля взглядом присутствующих здесь детей Пожирателей Смерти.       Их отцы занимали важные посты,       — «Как и у этих», — продолжал размышлять Аластор.       были послами или знаменитостями.       — «Знали бы они все, кем является твой отец, Перси», — весело думал Рик.       Я был никто, и звали меня никак.       Слушатели опустили головы. Многим стало грустно от таких мыслей мальчика. Хотя нашлись и те, кто мысленно посмеялся над никчёмностью этого магла.       Они спросили, что я собираюсь делать летом, и я сказал, что возвращаюсь в город.       — Ну вот, нормальные же люди, — обрадовалась Ханна.       — Мне кажется, они спросили лишь для галочки, — закатила глаза Сьюзан.       — Ну, хоть так, — развёл руками Эрни.       Чего я им не сказал, так это того, что летом мне придется выгуливать собак или продавать подписку на журналы,       — Это ещё зачем? — не понял Рон.       — На учёбу зарабатывать, наверное, — пожал плечами Гарри. — Да и кушать тоже на что-то надо.       — Об этом должны заботиться взрослые, — поджала губы Молли.       а в свободное время — переживать, попаду ли я в школу осенью.       — Я бы вообще не переживал из-за этого, — усмехнулся Рон и тут же получил подзатыльник от Гермионы, а также нагоняй от матери.       — А! — сказал один из них. — Это круто!       — Так и чувствуется сарказм, — хмыкнула Джинни.       И они продолжали разговаривать, будто меня тут и нет вовсе.       Студенты молча закатили глаза.       Единственный, с кем я побаивался прощаться, был Гроувер,       — С чего это? — не понял Гарри.       — Всё ещё дуется, наверное, — пожал плечами Невилл.       но, как выяснилось, делать этого не пришлось.       — Почему? — спросил Рон.       — Может, Гроувер захотел погостить у Перси? — предположила Джинни.       — Узнаете, — улыбнулся им Рик.       Он заказал билет до Манхэттена на тот же «грейхаунд», что и я,       — Ну или так, — пожали плечами Рон и Джинни.       — Автобус американской компании «Грейхаунд», обслуживающей пассажирские междугородние маршруты, — пояснил Энтони Голдштейн, заметив непонимающие взгляды.       поэтому мы снова оказались вместе и вместе ехали в город.       — Это же отлично, — обрадовалась Гермиона.       — Надеюсь, они поговорят и помирятся, — пробормотала Джинни.       Во время путешествия Гроувер то и дело тревожно выглядывал в проход, наблюдая за другими пассажирами. Я сообразил, что он постоянно нервничал и дергался с тех самых пор, как мы выехали из Йэнси, как будто ждал: должно случиться что-то плохое.       — Неужто ждёт нападения? — нахмурился Кингсли.       — Если это так, то им придётся несладко, — тяжело вздохнула Тонкс.       — Жалко, Браннер не оставил Перси ту ручку, — покачал головой Сириус.       Сначала я подумал, что он беспокоится, что кто-нибудь начнет его дразнить. Но в «грейхаунде» дразнить его было некому.       — А как же Ненси? — с насмешкой спросил Тео.       — Наверное, едет на другом автобусе, — пожал плечами Драко.       — Этот парень начинает меня пугать, — поёжилась Трейси, имея в виду Гроувера.       В конце концов я устал сдерживаться.       — Тут кто угодно не сдержался бы, — улыбнулся Римус.       — Нужно уметь контролировать свои эмоции, — произнесла Августа с явным неодобрением.       — Как бы они окончательно не рассорились, — нахмурилась Дория.       — Высматриваешь тех, которые знают? — со значением спросил я.       — Вот так, напрямую? — удивлённо спросил Сириус.       — Надо было заходить издалека, — покачал головой Джеймс.       Гроувер чуть не подпрыгнул на сиденье.       — Ну нельзя же так людей шокировать, — хихикнули Гермиона, Джинни и Полумна.       — Что… что ты имеешь в виду?       — А то ты не понял, — закатила глаза Дафна.       Я признался, что подслушал его разговор с мистером Браннером вечером накануне экзамена.       — Вряд ли ему это понравится, — заметил Римус.       У Гроувера забегали глаза.       — Теперь ты никуда не денешься, — ухмыльнулись Фред и Джордж.       — Наконец-то мы хоть что-то узнаем, — обрадовалась Джинни.       — Если, конечно, Гроувер хоть что-то скажет, — устало вздохнула Гермиона.       — И что ты успел услышать?       — Да многое, — переглянулись Гарри и Рон.       — Ну… не так чтобы много.       — Скромняга, — фыркнул Драко.       Что это за черта — летнее солнцестояние?       — Вот и нам интересно, — сложила руки на груди Лили.       Он вздрогнул.       — «Ну что за трус?» — пронеслось в голове у Гойла.       — Послушай, Перси… Я просто беспокоился за тебя, понимаешь? Я имею в виду галлюцинации о математичках, которые превращаются в злых духов…       — Там же Фурия была, разве нет? — не понял Рон.       — Думаю, Гроувер просто оговорился, — пожал плечами Рик.       — Гроувер…       — Не умеешь ты врать, Гроувер, — хмыкнула Трейси.       — И я рассказывал мистеру Браннеру, что, возможно, ты оказался в стрессовой ситуации, потому что никакой миссис Доддз не было и…       — Была! — возразили ученики львиного факультета.       — Эх, Гроувер, врать ты все равно не умеешь.       — Вот и я о том же, — поддакнула Девис.       У него зарделись уши.       — Совсем как у Рона, — хихикнула Гермиона.       — Возьми просто так, ладно? — Он выудил из кармана рубашки замусоленную карточку.        — Что за карточка? — спросил Колин.       — Визитка, наверное, — пожал плечами Гарри.       — На случай, если я понадоблюсь тебе летом.       — А ты оказался прав, Поттер, — хмыкнул Драко.       Текст на карточке был набран замысловатым шрифтом       — Надеюсь, не с завитушками? — поморщился Аберфорт, вспомнив почерк своего братца.       — настоящая пытка для моих страдающих дислексией глаз,        — Это да, — поморщился Карлус.       — но в конце концов мне удалось разобрать нечто вроде:       — Сейчас мы узнаем адрес Гроувера, — обрадовался Дин.       — И что это тебе даст, Томас? — усмехнулся Драко.       — Просто любопытно, — пожал плечами гриффиндорец.       Гроувер УНДЕРВУД       Хранитель       — Какой ещё Хранитель? — не понимали волшебники.       — Книга, — ответил Риордан.       Холм полукровок       — Видимо, тех самых, о которых говорил Перси в начале первой главы, — догадался Кингсли.       Лонг-Айленд       Нью-Йорк       Карлус кивнул. Его теория относительно Браннера и Гроувера подтвердилась.       — А я ведь была там! — удивлённо вскрикнула Гермиона.       — Правда?! — удивились Гарри и Рон.       — С родителями ездила, — пояснила отличница.       Карлус заинтересованно посмотрел на Грейнджер. кого-то она ему напоминала.       (800) 009-0009       — Что это? — не понял Денис.       — Номер телефона, наверное, — пожал плечами его брат.       — А телефон — это магловский прибор для связи, — пояснила Гермиона, заметив непонимающие взгляды.       — Каких полу?..       — «Не вслух, Перси», — мысленно посоветовал Карлус.       — Да тише ты! — умоляюще произнес Гроувер.        — Чего же он боится? — не понял Симус.       — Опасается, как бы визитку не отобрали, — предположила Гермиона.       — Скорее, как бы психом не посчитали, — хмыкнул Гарри.       — Это мой, ну… мой летний адрес.       — А наш Гроувер-то не из бедных, — присвистнули близнецы Уизли.       — Совсем не обязательно, — возразил Билл, — летний адрес — это просто место, где человек проводит лето, будь то отель или дом тётушки.       Сердце у меня ушло в пятки. У Гроувера был летний дом.       — Не обязательно, — повторил слова брата Чарли.       Мне никогда и в голову не приходило, что его семья может быть такой же богатой, как и у других учеников Йэнси.       — Почему? — не поняла Джинни.       — Видимо, не думал, что кто-то из богатой семьи стал бы с ним дружить, — печально вздохнула Гермиона.       — Ладно, — мрачно ответил я. — Может, и загляну как-нибудь в твой особняк.       Гроувер кивнул.       — Надеюсь, и правда заглянет, — прошептала Джинни.       — Если, конечно, они продолжат общаться, — заметила Дафна.       Карлус хмыкнул. Он-то понимал, что никакого особняка нет. Если, конечно, не считать таковым большой дом в Лагере Полукровок, но, насколько помнил мужчина, тот никогда не принадлежал сатирам.       — Или… или если я тебе понадоблюсь.       — Почему же сразу «понадоблюсь»? — скрестила руки на груди Гермиона. — А вдруг Перси захочет просто поболтать?       — А с чего это ты мне вдруг понадобишься?       — Перси! — неодобрительно покачала головой Дория.       — Это было довольно грубо, — нахмурилась Лили.       Вопрос прозвучал резче, чем мне бы того хотелось.       — Хорошо, что он сам это понял, — улыбнулась Дория.       Гроувер весь покрылся краской до самого кадыка.       — Ему бы научиться контролировать свои эмоции, — покачала головой Августа.       — Послушай, Перси, правда в том… что я…       Слушатели навострили уши.       я вроде как бы должен тебя защищать.       — Вот так новость! — засмеялись близнецы Уизли.       — Фред, Джордж! — прикрикнула на них Молли.       — Этот… защищать? — недоверчиво фыркнул Драко.       — Кто бы его защитил, — хихикнула Трейси.       — Ну, видимо, этот Гроувер не так уж прост, — хмыкнула Дафна.       — Если Гроувер говорит правду, то я не понимаю, почему он сам не давал отпор хулиганам? — недоумевала Тонкс.       — Отвадил от себя подозрения, — пожал плечами Грюм.       — Превосходный актёр, — усмехнулся Кингсли.       Я уставился на него.       — Кажется, даже Перси удивился, — усмехнулся Сириус.       Круглый год я ввязывался в перебранки и драки, чтобы оградить его от хулиганов.       — Настоящий гриффиндорец, — заулыбались ученики львиного факультета.       Слизеринцы молча закатили глаза.       У меня даже сон пропал — так я беспокоился, что ему будет доставаться от ребят, когда меня нет.       — Перси — очень хороший друг, — улыбнулась Гермиона.       И тут вдруг он заявляет, что он мой защитник.       — Мы вот тоже в шоке, — пробормотал Джеймс.       — Гроувер, — сказал я, — от чего конкретно ты собираешься меня защищать?       — Вот и нам интересно, — закивали студенты.       — «Уж лучше вам не знать», — подумал Карлус.       И тут у нас под ногами раздался оглушительный скрежещущий звук.       — Нет! — застонали подростки.       — Очередное нападение? — забеспокоилась Лили.       — Сейчас узнаем, — напряжённо ответил ей Римус.       Из-под приборной доски повалил черный дым,       — Просто автобус сломался, — облегчённо выдохнула Дория.       — Бывает, — пожал плечами Джеймс.       — Похоже, Перси прямо-таки притягивает к себе неприятности, — покачала головой Лили.       — Так же, как и Гарри, — прыснули Гермиона и Джинни.       и весь автобус наполнился запахом тухлых яиц.       — Фуу! — поморщились студенты.       Водитель чертыхнулся, и «грейхаунд», переваливаясь с боку на бок, съехал на обочину шоссе.       — Хорошо хоть не взорвался, — поёжилась Гермиона.       Несколько минут водитель, громыхая железом, копался в моторе, а потом сказал, что всем надо выйти.       — Зачем? — спросил Симус.       — Чтобы пассажиры не надышались дымом, — пояснил Дин.       Мы с Гроувером потянулись к выходу вслед за остальными пассажирами.       — И что теперь делать? — растерянно спросила Лаванда.       — Ждать, когда пришлют другой автобус, — предположил Невилл.       — Ну или ждать, пока этот починят, — пожала плечами Гермиона.       Выйдя, мы оказались на проселочной дороге — место такое, что и внимания не обратишь, если тут не случится авария.       Гарри хмыкнул. В памяти снова всплыла Тисовая улица с её скучными, похожими друг на друга домами.       С нашей стороны шоссе росли исключительно клены,       — Красивые деревья, — мечтательно улыбнулась Лавгуд.       и вся земля под ногами была замусорена тем, что выбрасывали из проезжающих машин.       — Это просто отвратительно, — сморщила аристократический носик Нарцисса.       — Неужели людям трудно это убрать? — возмутилась Гермиона.       — Потом пусть не удивляются, что появляется столько болезней, — фыркнула мадам Помфри.       На другой стороне, через четыре полосы асфальтовой дороги,       — Довольно широкая дорога, — хмыкнул Тед.       над которой дрожало полуденное марево,       — Им лучше отойти в тень, — обеспокоенно произнесла школьная медсестра.       располагался старомодный прилавок с фруктами.       — Кроличьей едой, как выразился бы дядя Вернон, — усмехнулся Гарри.       — Где он видел кроликов, питающихся фруктами? — хихикнула Гермиона.       — А ты у него спроси, — закатил глаза Избранный.       — А кролики разве не едят фрукты? — спросила Джинни.       — Едят, конечно, но это не основная их еда, — погрустнев, пояснила Лаванда. — Для них это скорее лакомство, нежели основной вид пищи.       Разложенный на нем товар выглядел привлекательно:       — По-видимому, только привезли, — заметила Молли.       громоздившиеся друг на друга ящики с кроваво-красными вишнями и яблоками, грецкие орехи и абрикосы,       У некоторых сидящих в зале аж слюнки потекли.       кувшины с сидром в ванне на ножках, полной льда.       — Не люблю сидр, — поморщился Драко, — по-моему, сливочное пиво намного вкуснее.       — А мне он очень даже нравится, — блаженно прикрыла глаза Дафна.       — А зачем там лёд? — не понял Теодор Нотт.       — Чтобы сидр не испортился, — пояснил профессор Слизнорт.       Клиентов не было, только три старые дамы сидели в креслах-качалках под сенью кленов       — Из названия главы? — удивился Джеймс.       — Видимо, да, — пожал плечами Сириус.       — Наверное, они важны, раз выведены в название главы, — заметила Лили.       — Карлус, неужели это они? — шёпотом спросила мгновенно побелевшая Дория.       — Они самые, — мрачно кивнул Карлус.       и вязали пару самых больших носков, которые я когда-либо видел.       — Для меня, наверное, вяжут, — пошутил Хагрид.       — Ну или для Грохха, — хихикнула Гермиона.       — Вот и «носки смерти», — усмехнулся Невилл.       Я имею в виду, что носки эти были размером со свитер каждый,       — Ничего себе носочки! — удивились подростки.       — Точно для Хагрида, — прыснула Джинни.       но это определенно были носки. Дама справа вязала один из них. Дама слева — другой. Леди посередине держала огромную корзину с пряжей цвета электрик.       — Кого-то они мне напоминают, — пробормотал Римус, перебирая в памяти все греческие и римские мифы, которые знал.       Все трое выглядели глубокими старухами,       — «Ты даже не представляешь, насколько они старые, Перси», — подумал Карлус и усмехнулся.       бледная кожа лиц сморщилась, как увядшая фруктовая кожура,       — Какая мерзость! — скривилась Пэнси.       — Посмотрела бы я на тебя в таком возрасте, — закатила глаза Дафна.       — Мисс Паркинсон! — возмутился Гораций. — Минус пять баллов за неуважение к старшим.       серебристо-седые волосы покрывали белые косынки в горошек,       — Миленько, — хихикнула Лаванда.       костлявые руки торчали из рукавов выцветших хлопчатобумажных платьев.       — Мне одному не по себе от этих дамочек? — пробормотал Сириус.       — Не тебе одному, — поёжилась Лили.       — Что же они делают вне дома, да ещё и в такую жару? — покачала головой Молли.       — Пенсия у маглов нынче небольшая, — вздохнула Минерва. — Вот и приходится выкручиваться.       Самое странное то, что все трое, казалось, смотрели прямо на меня.       — Жуть! — поёжились девочки.       — Это просто старушки, — закатил глаза Драко.       — О, Мерлин, он же ещё ребёнок, — в неверии шептала Дория, из последних сил сдерживая подступающие слёзы.       — Не бойся, Дори, простой взгляд ему ничем не грозит, — успокоил жену Карлус.       Я поглядел на Гроувера, чтобы сказануть про них что-нибудь этакое,       — «Боюсь, Гроуверу сейчас не до этого», — мрачно подумал Карлус, примерно представляя себе реакцию сатира.       и увидел, что у моего друга аж вся кровь от лица отхлынула. И нос подергивался.       — Что это с ним? — удивился Сириус.       — Не спрашивай меня, откуда я знаю, — пожал плечами Джеймс.       — Не нравится мне это, — вздохнул Римус.       — Гроувер, — окликнул я. — Эй, парень…       — Он явно чем-то напуган, — нахмурился Руфус.       — Но чем? — не понял Кингсли.       — Ясное дело, испугался этих дамочек, — прорычал Грюм.       — Отсюда следует, что это далеко не безобидные старушки, — заключила Нимфадора.       — Скажи мне, что они не смотрят на тебя! Ведь смотрят же, разве нет?       — К сожалению, смотрят, Гроувер, — с тяжёлым вздохом ответил парню Рик.       — Да. Странно, правда?       — Это ещё мягко сказано, — хмыкнул Сириус.       Думаешь, эти носки мне подойдут?       — Нет, ты в них утонишь, — хихикнула Трейси.       — Это была просто шутка, — закатила глаза Дафна.       — Плохая шутка, Перси, — прошептала Дория.       — Ничего смешного, Перси. Совсем даже не смешно.       — А по-моему, очень даже смешная шутка. Разве нет? — удивился Рон.       — Боюсь, Рон, мы ещё многого не знаем, — покачал головой Римус.       — Возможно, если бы мы знали, что происходит, то тоже бы испугались, — нахмурившись, заметила Тонкс.       Старая дама, сидевшая посередине, достала большие ножницы — золотые с серебром и длинные,       — Весьма необычные ножнички! — поразился Билл, который даже у гоблинов не видел ничего подобного.       — О, Мерлин! — тихо охнула Дория.       — Не переживай, Дори, — мягко сказал Карлус, аккуратно приобняв жену за плечи. — Если Перси увидит, как перерезают пряжу, то, вероятно, это не его нить судьбы.       — Надеюсь, — прошептала женщина.       как коса.       Сидящие в зале вздрогнули от такого сравнения.       Гроувер затаил дыхание.       Карлус и Дория тоже затаили дыхание.       — Пора садиться в автобус, — пробормотал он. — Пошли.       — А его уже починили? — удивился Невилл.       — Мне кажется, Гроувер просто хочет увести оттуда Перси, — задумчиво ответила Гермиона.       — А как же дым? — встревоженно спросила Джинни.       — Да выветрился уже, наверное, — пожал плечами Гарри.       — Что? — переспросил я. — Да там сейчас настоящее пекло.       — Похоже, Гроувера это уже не волнует, — усмехнулся Сириус.       — Пошли! — Он распахнул дверцу и забрался внутрь,       — Я бы лучше на улице, в тенёчке, постояла, — поморщилась Лаванда.       — А я бы в автобусе посидел, — пожал плечами Симус.       — И вонял бы потом на всю школу, — закатила глаза Парвати.       но я остался стоять на обочине дороги.       — Какой же он упрямый, — усмехнулась Лили.       Странные дамы по-прежнему не сводили с меня глаз.       — Не нравится мне это… ой как не нравится, — пробормотал Гарри и вернулся к книге.       Та, что посередине, перерезала пряжу,       — Вот видишь, Дори, — шепнул жене Карлус.       — Слава Мерлину! — облегчённо выдохнула Дория. — Почему же тогда эти трое смотрели прямо на Перси?       — Скорее всего, тот, кому принадлежала перерезанная нить, чем-то связан или будет чем-то связан с Перси, — пояснил полубог.       Дория вздохнула, мысленно понадеявшись, что предсказание не сбудется, хотя, насколько она знала, это было маловероятно.       и, клянусь, я услышал лязг ножниц сквозь шум проезжавшего по четырем полосам транспорта.       — Вот это слух! — восхитился Фред.       — И никаких удлинителей ушей не надо, — усмехнулся Джордж.       — Но как это возможно? — нахмурился Билл.       — Видимо, полукровки того мира на это способны, — пожал плечами Чарли.       Две ее подруги скатали ярко-синие носки, предоставив мне гадать, для кого же они предназначались — для Снежного Человека или Годзиллы.       — Скорее для снежного человека, — усмехнулся Сириус.       — Нет, для Хагрида, — смеялись подростки.       Шофер между тем поднял капот в задней части автобуса и отвернул большую дымящуюся металлическую штуковину.       — Может сработать, — пробормотал Тед, примерно поняв, о какой «штуковине» идёт речь.       Автобус вздрогнул, и мотор ожил, взревев.       Тед Тонкс довольно улыбнулся.       Андромеда с нежностью посмотрела на мужа, украдкой смахнув подступившие к глазам слёзы.       Пассажиры радостно загомонили.       — Надеюсь, никто не перегрелся на солнце, — вздохнула мадам Помфри.       — Готово! — пронзительно выкрикнул шофер.       — Ну наконец-то! — обрадовались студенты.       Потом хлопнул по корпусу автобуса шляпой. — Всем на борт!       — Какой джентльмен, — хихикнули Браун и Патил.       Как только мы тронулись с места, я почувствовал озноб, словно подхватил грипп.       — С ним всё нормально? — шёпотом спросила Дория.       — После встречи с древними сущностями всегда так, — пожал плечами Карлус.       Гроувер выглядел ненамного лучше. Его трясло, и зубы стучали друг о друга.       — Да что это с ним? — непонимающе переглядывались волшебники.       — Гроувер?       — Что?       — Что ты от меня скрываешь?       — Сомневаюсь, что он тебе расскажет, Перси, — покачал головой Римус.       Он вытер потный лоб рукавом рубашки.       Дафна, Трейси и Пэнси скривились.       — Перси, что там было, сзади у фруктового прилавка?       — Три старушки вязали носки, потом одна из них перерезала пряжу, — пожал плечами Сириус.       — Не может быть… — побелевшими губами прошептал Римус.       Он наконец вспомнил, в каком мифе говорилось о трёх дамах, таинственной пряже и перерезаемой большими ножницами нити.       — Ты про тех старых дам? Да что в них такого, приятель?       — «Поверь, Перси, тебе лучше не знать», — подумал всё ещё удивлённый Римус.       Они ведь не… как миссис Доддз.       — Неужели они тоже фурии? — испуганно спросила Лили.       — Не бойтесь, ни одна из них не является фурией, — успокаивающе улыбнулся Рик.       — «Поверь, Перси, эта троица гораздо хуже», — со вздохом подумали Карлус, Дория и Римус.       Выражение лица у Гроувера стало загадочным,       — Тоже мне интриган нашёлся, — проворчал Драко.       но у меня появилось чувство, что дамы за прилавком хуже, гораздо хуже, чем миссис Доддз.       — «Это уж точно», — мрачно подумали Карлус и Дория.       — Хорошая интуиция, — пробормотал Римус.       — Это просто старушки, — снова закатил глаза Драко.       — Просто скажи, что ты видел, — попросил Гроувер.       — То же, что и ты, — фыркнула Дафна.       — Та, что посредине, вытащила ножницы и перерезала пряжу.       Дория печально вздохнула. Хотя она не знала, кому принадлежала перерезанная нить судьбы, ей уже было жаль этого человека. Одно она знала наверняка: это точно не Гроувер, ведь он тоже всё видел… ну, по крайней мере, она надеялась, что видел.       Гроувер закрыл глаза и сделал такой жест, будто перекрестился, но это было не крестное знамение, а что-то другое, что-то… более древнее.       Карлус и Дория понимающе переглянулись. Остальные же обменивались непонимающими взглядами.       — Ты видел, как она перерезала нить, — заключил он.       — А что, не должен был? — не поняла Джинни.       — По-моему, такие большие носки и ножницы любой прохожий бы увидел, — почесал затылок Рон.       — Наверное, не всем дано это видеть, — пожал плечами Гарри.       — Да. Ну и что?        — «Ты просто не представляешь, как тебе повезло», — усмехнулся Карлус.       — Но, едва сказав это, я почуял, что дело нешуточное.       — Его интуиции можно только позавидовать, — улыбнулся Римус.       — Пронесло, — пробормотал Гроувер.       — «И не говори», — вздохнула Дория.       И стал грызть ноготь на большом пальце.       — Нервничает, — хмыкнула Тонкс.       — Не хочу, чтобы всё случилось как в прошлый раз.       — А что было в прошлый раз? — спросила Джинни.       — Наверное, что-то ужасное, раз Гроувер так напуган, — предположила Гермиона.       — Какой прошлый раз?       — И Гроувер, конечно же, ничего не расскажет, — с усталостью в голосе произнесла Лили.       — Всегда шестой класс. Они никогда не упускают шестого.       — Бедные дети, — прошептала Дория.       — Гроувер! — Я повысил голос, потому что он и вправду начал пугать меня.        — И не только тебя, Перси, — поёжились Дафна и Трейси.       — О чем это ты?       — Да ничего он тебе не расскажет, Перси, — махнул рукой Сириус.       — Давай-ка я провожу тебя от автобусной остановки до дому.       — Хорошая идея, — кивнул Грюм.       — Перси это не понравится, — покачал головой Римус.       — Думаете, на них снова могут напасть? — обеспокоенно спросила Тонкс.       — Даже если нет, перестраховаться всё же стоит, — вздохнул Кингсли.       Согласен?       — Думаете, согласится? — с сомнением спросила Джинни.       — Ну, думаю, Перси не будет против провести ещё немного времени с другом, — пожал плечами Гарри. — Хотя, учитывая эти странности Гроувера, не удивлюсь, если Перси откажется.       Просьба показалась мне странной,       — Ну, учитывая, что Гроувер — твой защитник, ничего странного тут нет, — пожал плечами Джеймс.       — Всё же я не могу понять, как Гроувер собрался защищать Джексона, — недоверчиво хмыкнул Драко.       — О, этот парень вас ещё удивит, — ухмыльнулся Рик.       но я не возражал — пусть провожает.       — Что и требовалось доказать, — хмыкнул Гарри.       — Это вроде суеверия, да? — спросил я.       — Это он про тех старушек? — не понял Рон.       — Скорее, про перерезанную пряжу, — пояснил Рик.       — «Не совсем суеверие», — покачал головой Карлус.       Гроувер ничего не ответил.       — Ничего нового, — фыркнула Дафна.       — А то, что она перерезала пряжу, — значит, кто-то должен умереть?       Гермиона рассерженно фыркнула и закатила глаза.       Гроувер посмотрел на меня скорбно,       — Кажется, он уже мысленно похоронил Перси, — прыснула Трейси.       — Но ведь оба они видели, как перерезают пряжу? Ведь видели же? — дрожащим шёпотом спросила Дория.       — Видели. Думаю, Гроувер просто переволновался, — успокаивающе улыбнулся жене Карлус.       словно уже подбирал цветы, которые я больше всего хотел бы увидеть на своей могиле.       — Как же это стрёмно, — поёжилась Джинни, как и большинство сидящих в зале.       — Глава закончилась! — громко объявил Гарри.       — Да уж, столько вопросов и так мало ответов, — покачал головой Сириус.       — Кто будет читать следующую главу? — спросила Минерва.       — Можно я? — вызвалась Гермиона.       Гарри с улыбкой передал ей книгу.