Глава 4: Элоиза, 1815 год

***

      Элоиза Бриджертон размышляла над лежащей перед ней запиской, переворачивая ее на другую сторону, чтобы посмотреть, не написано ли там еще что-нибудь. На Пенелопу было совсем не похоже присылать ей столь короткое послание, тем более такое запутанное, как это. Как раз в тот момент, когда Элоиза начала думать, не написала ли Пенелопа оставшуюся часть письма скрытыми чернилами, в доме раздался стук входной двери.       — Элоиза! — закричал голос Колина. — Ты здесь?!       Элоиза отпрыгнула назад, удивленная громкостью голоса Колина. Хотя Колин определенно не был ее самым мягкотелым братом, она никогда не слышала, что бы он кричал так громко и неистово. При мысли о том, что могло заставить Колина вести себя подобным образом, в ее душе зародилось беспокойство. Она пронеслась через свою комнату и спустилась по лестнице, чтобы встретить его перед ступеньками.       — Колин? — нерешительно спросила она, наблюдая за тем, как ее брат судорожно шагает к двери. Колин повернул голову в ее сторону при произнесении его имени и, приостановился и подбежал к ней.       — Элоиза, Пенелопа здесь? — нервно спросил Колин. Пенелопа? С чего бы Пенелопе быть здесь так рано утром? Почувствовав неуверенный взгляд Элоизы, Колин продолжил вышагивать перед ней короткими шажками. — Да или нет, Элоиза? — спросил Колин, запустив руки в волосы, что выглядело очень болезненно.       — Э… нет, — ответила Элоиза, моргнув. — Она не должна быть с тобой или в доме Фезерингтонов, брат? Ей еще слишком рано навещать меня. Пока она говорила, Колин стиснул челюсти, и его шаги стали длиннее, а сам он зашагал более напряженно.       — А мама дома? — спросил он через некоторое время.       Элоиза кивнула. Сколько бы вопросов она сейчас ни задавала, они могли подождать, пока ее мать не окажется рядом с ними, поскольку Колин, похоже, действительно был на грани.       — Я схожу за ней, — нерешительно сказала Элоиза.       — Не надо, — сказал Колин и повернулся к лестнице. — МАМА!       Элоиза испугалась тона Колина, обескураженная поведением своего обычно приветливого брата. Вайолет, должно быть, почувствовала то же самое, потому что через несколько минут по лестнице спустилась ее мать с обеспокоенными глазами.       — Колин! Что случилось? — спросила Вайолет, потянувшись, чтобы вытащить руки Колина из его волос и зажать их между своими. Элоиза с затаенным дыханием ждала ответа брата. На мгновение показалось, что он не ответит, слишком встревоженный случившимся, но потом из его уст вырвался тихий всхлип.       — Она ушла, — прошептал Колин.       — Кто, сынок? — нежным тоном спросила Вайолет.       — Пенелопа, — всхлипнул Колин. — Она ушла.       Элоиза снова вздрогнула от слов Колина, чувствуя, как ужас сжимает ее сердце. Что он имел в виду, говоря, что Пенелопа ушла? Колин и она должны были пожениться всего через несколько дней! О чем он вообще говорил?       — Что? — произнесла Элоиза срывающимся голосом.       Колин вырвал свои руки из рук Вайолет и возобновил свой бешеный, панический шаг.       — Она ушла. Она оставила и мне, и леди Фезерингтон записку о том, что уходит, — задыхаясь, проговорил Колин, и его слова оборвали тихие рыдания.       Вайолет задохнулась.       — Нет! Зачем Пенелопе это делать? Она была влюблена в тебя всю свою жизнь. Не может быть, чтобы она пропала всего за несколько дней до свадьбы, — сказала Вайолет. Колин быстро покачал головой.       — Нет, нет. Мы поссорились. Я сказал что-то… что-то плохое. Очень плохое, — сказал он. — И теперь она ушла.       Вайолет прислонилась к нему, схватила дрожащего сына и вытянула вперед, крепко обняв. Его нос коснулся ее плеча, и он спрятал свое заплаканное лицо у нее на шее, словно снова стал ребенком. Вайолет прижала его к себе, когда с его губ снова сорвались тихие всхлипы. Элоиза воспользовалась моментом, чтобы сбежать по лестнице к себе в комнату, схватила лист бумаги, который все еще ждал ее на столе, и бросилась вниз.       — Она и мне написала записку! Я не могла понять, что это такое, — пролепетала Элоиза, крепко сжимая в руке пергамент. Колин с силой вырвался из рук Вайолет и бросился к Элоизе.       — Пожалуйста, пожалуйста, дайте мне прочитать, — умолял Колин, глядя на нее покрасневшими глазами. Девушка быстро кивнула, и Колин выхватил записку из ее рук, чуть не порвав ее в спешке, чтобы прочитать.

«Дорогая Элоиза,

Прими мои извинения. За тебя и твою семью.

Надеюсь, что и в этом сезоне ты найдешь то, что ищешь.

Пенелопа».

      Колин испустил еще один вздрагивающий вздох и опустился на пол, положив голову на колени. Вайолет тихо последовала за ним, поглаживая его по спине, когда его плечи снова начали сотрясаться от беззвучных рыданий. К ним присоединилась Элоиза, и она почувствовала, что у нее начинает щипать глаза.