Часть 5

Сейчас я очень довольно, нет, смотрела на Вэй Усяня, который смотрел на меня немного напуганным взглядом, при этом мы сидели в моей комнате. Пожалуйста, хоть кто-то поясните мне почему он должен обязательно жить в комнате вместе со мной, если у нас в распоряжении есть ЦЕЛАЯ ПРИСТАНЬ ЛОТОСА?! А?! Вы меня извините… Я скандал такой ученю! Даже в хозяйском доме, если так сказать, есть ещё несколько свободных комнат. Почему именно со мной?! Если в каноне Цзян Чэн не пускал Вэй Ина в свою комнату, то у меня в прямом смысле нет такой возможности, потому что после моих криков отец буквально впихнул его сюда, пообещав наказать меня, если продолжу истерить. Я же, типа, не девочка, чтобы истерики устраивать. И главное же не слушал мои возражения на тот счет, что я и есть девочка. Ну вот они явно ударились головой. Или в этом мире их прокляли. Сейчас на меня этот ребенок смотрел испуганно, но меня это не сильно волновало, мне просто не комфортно от того, что со мной в комнате будет спать какой-то посторонний пацан, которого даже если отец назвал моим теперь братом. Да будь он даже родным, вообще не отменяет того, что вы хотите сделать из меня мальчика, хирургическим путём мне ничего не меняли и мужиком я себя не чувствую. — Цзян Чэн… — позвал он меня тихим голосом. — Заткнись! — ответила я ему шипящим тоном, глядя на него по злому. Ладно, он вообще не виноват в том, что мои «родители» вот такие шизанутые. Но это не значит, что если будущий Старейшина Илин будет маячить перед моими глазами, то не получит чем-то тяжелым или не очень по макушке от меня. Истерично? Да! Волнует меня это? Нет! Вы его поселили рядом с девушкой, пока что девочкой. А что будет в подростковом возрасте? Когда гормоны будут скакать? Или месячные у меня начнутся? Или об этом не подумали? — Цзян Чэн… — Заткнись! Вот сто процентов не подумали. Блин, а что будет, если я в какого-то пацана влюблюсь? Будет прикол, если мне будет нравится Цзинь Цзысюань? В новелле он мне очень сильно симпатизировал. И насколько я помню, Цзян Яньли ему не сильно в подростковом возрасте нравилась… Блин, а что реально будет, если такое случится? Вот мне правда очень сильно Цзини нравились… А ещё Вэни. И что мне надо будет делать, если в кого-то сильно влюблюсь? Забеременеть, чтобы был виден живот и все во мне признали девушку? Тьфу ты, вот это мне бред в голову лезет. — Цзян Чэн… — Да что тебе надо?! — прикрикнула немного. — Половину комнаты отжал у меня, думаешь рада буду? — и прищурила глаза. — Я, конечно, рад за тебя, что ты сегодня не на улице ночуешь, но меня раздражает тот факт, что альтернатива в моей спальне нашлась, а не где-то в другом месте. Ё-моё, даже пол мой от раздражения скачет, не дай боже, чтобы я наконец-то приняла, что меня тут все пацаном считают и сама себя так считать стала. — Но дядя Цзян сказал… — Ты так говоришь, будто мне есть дело до того, что отец сказал, что ты будешь спать рядом со мной и я от радости из-за того, только потому что он сказал, прыгать должна? — опять возмущенным тоном спросила и надула немного щёки, ребенок же? Ребенок я сейчас. Так что имею право по детски себя вести. На это мне будущий Магистр Дьявольского Культа ничего не сказал. — Но сколько бы я сейчас не возмущалась, — сказала, обнимая свою подушку. — Мои мольбы и крики о помощи вообще ничего не изменят, с этого момента это наша с тобой комната и тебя не имею право выгнать. Он почему-то улыбнулся. Может из-за того, что я невольно скопировала его позу? Он же тоже сейчас свою подушку сжимает. — Но! — добавила я. — Но есть много «но». Первое, мы с тобой мысленно поделим комнату на две части и ты не будешь иметь право заходить на мою половину ни при каких обстоятельствах. Понял? — Угу, — мотнул головой в знак согласия, как болванчик какой-то, ну или как собачка, которая раньше на капоте жигулей у деда раньше была. Жалко собачку, её кто-то голову оторвал и это точно не я. Эх, ностальгия. — Я на твоей стороне тоже не буду иметь права находиться, но так как твоя сторона ближе к двери, то мне придётся через неё проходить на свою сторону и это считаться не будет, честно? Летать то я не умею. — А когда научишься на мече летать, то будешь на нём передвигаться? — Я что, на дуру похожа, которая будет в помещении на мече летать? Нет, по дому исключительно только пешком. Было бы хорошо, чтобы мне разрешили в комнату ширму, которая отделяла мою половину от твоей, чтобы не видеть друг друга. — Ты меня не хочешь видеть? — Мне иногда вообще никого не хочется видеть, без разницы кого. Неужели у тебя не было ситуации, когда просто хочется побыть одному? — спросила, приподняв бровь. — Нет, — мотнул он головой в знак отрицания. — А, ну ты уже на всю жизнь один на улице насиделся, — фыркнула я. — Но я на улице не жила, так что мне иногда не хочется смотреть на людей. А раз в своей комнате не могу больше так находиться, так что нужна нам ширма. — Угу, — мотнул он головой в знак согласия. — А почему ты про себя говоришь «дура», а не «дурак»? — Об этом тебе стоит молчать, — сказала, посмотрев на него серьёзно. — Если об этом кому-то скажешь, то тебе вырвут язык.