Защита

Shakira — Ojos Asi

Бо́льшую часть жизни Амен искал его, но... Незримый Бог! Неизвестно, насколько Саамон опасен и силён. А что, если... что, если! Нет, пожалуйста! — Эва, не надо! — Ливий дёргает её за руку, но Эвтида в ужасе наблюдает за схваткой Амена. Вырывается и бежит. Ритм сердца в висках. Вот-вот выскочит. Паника. Страх. Всюду. — Эва, ты ничем не поможешь! — Кошечка! — Агния кидается за ней. — Не лезь! Пески восстают, крупицы разносит ветер, и пустыня утопает в хрипах и крови. Нет. Эва не переживёт, если потеряет и его. Только не сейчас, нет. Амен упрям, зол до безумия, что воздух вокруг них звенит, как его клинок. Но он вымотан дорогой, долгими бессонными ночами. Она боится, что чувствует так много — так много его в ней. Эва спотыкается о пески, бездумно рвётся вперёд, а что делать, и сама не знает, но едва ли дышать может, когда Амен промахивается и скользит на песке, падая на колени и локти. — Эва! — Не лезь! Саамон Хемсет. Эва забывает, как бояться. Глупая. Незримый Бог, глупая! Такая маленькая в сравнении с Аменом, выскакивает перед ним, пока он не успевает подняться. Он пытается проморгаться — крупицы песка раздирают глаза. Ощущает её присутствие и злится ещё больше — уйди, уйди, милая. Но Эва вскидывает руки, в стороны разводит — защищает. Пусть лучше она — дарующая и отнимающая жизнь. Пусть она, но только не те, кого так любит. — Эв-а, не мешай... Хемсет. Меренсет. Пусть Саамон нападает. Пусть выплёскивает ярость на ней. Прямо здесь. Сейчас. Давай. — Глупая Неферут. — Предупреждение сочится презрением в его голосе. Вот только... руку стоит поднять, как буря наполняет пустыню. Затмевается солнце. Эва чувствует Сета. И в ней разгорается пламя — своей жизни не отдать. У неё дрожат пальцы, но уголок губ дёргается в ухмылке. Чего же ты ждёшь? Бей. Быть может, Саамон знает, ощущает ровно то же. Стоит хоть один выпад в её сторону сделать — и Сет своего щенка накажет. Потому что стоит за ней, а не за ним. — Невозможно не бояться ярости и гнева Бога, — говорит Эва, — особенно главного из них. Их бой не окончен. Но ещё никогда он ни был так близок к концу.